Ночь в степи

Ночь в степи

Михаил Орлов

НОЧЬ В СТЕПИ

В погоне за бандой атамана Грицько отряд Гузеева был измотан до предела. Кони и красноармейцы валились с ног, и даже затворы у винтовок перестали клацать. Были случаи засыпания бойцов на скаку, и вследствие этого их выход из строя.

У станицы Лозовской бандиты вновь ускользнули.

"Хватит, - подумал комиссар Поддубенский. - Угробим отряд, надо отдыху". И осадил жеребца.

- Дезертирствуешь?! - приблизился к комиссару командир отряда, бывший харьковский слесарь Гузеев с серым лицом и сумасшедшими глазами.

Другие книги автора Михаил Павлович Орлов

Далекое будущее – будущее, куда более похожее на смесь мрачного Средневековья и жутких готических легенд.

В городах-крепостях Святая Инквизиция охотится на мутантов – гарпий и гномов, гоблинов и оборотней…

В лесах, которыми безраздельно правят мутанты, напротив, идет безжалостная охота на людей…

Однако и те и другие безраздельно верят во власть и всемогущество таинственного Хозяина – сверхчеловека, способного снова и снова возрождаться в разных телах…

И теперь из города в город, из леса в лес несется странный слух – в мир пришло новое воплощение Хозяина, юноша по имени Лука.

На чью сторону он встанет?

Выступит против людей – или против мутантов?

Пока ясно одно: та сторона, на которой выступит Лука, одержит в войне победу…

МИХАИЛ ОРЛОВ

Долина голубоглазых фей

Несколько лет назад с мировой спортивной арены таинственно исчезли два знаменитых шахматиста, занимавших в своей иерархии ключевые посты. Любители шахмат забросали редакции газет удивленными письмами. Однако и дотошные журналисты были в недоумении. Со временем страсти остыли. Имена бывших кумиров выветрились из разговоров. На шахматный Олимп взошли новые мастера. . Между тем по крайней мере один из пропавших, Фрэнк Мак-Кракен, был жив и презрительно морщился, читая газету, где разбиралась очередная партия нового чемпиона. Правда, теперь это был другой человек.

Михаил Орлов

ОСЕННИЕ ЭГОФАГИ

У Николая Николаевича Никулькова на душе кошки скребли.

Отчего? Ну, во-первых, осень. Во-вторых, с начальником поругался. В-третьих, с женой. В-четвертых, в автобусе ногу дверью прищемило. В-пятых, электробритва сломалась. А было еще в-шестых, в-седьмых и в-не-зна-ю-каких. В общем, неприятности.

Никульков обвел серыми глазами привокзальную площадь, заляпанные жидкой грязью троллейбусы, бледно-зеленые такси у бордюра... Редкие прохожие пересекали площадь в неположенных местах.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Анатолий Мельников

Один из дней творения

1

Стив Уоллинг недолюбливал профессора Линкольна Лампетера. За многие месяцы, которые они проработали бок о бок, они так и не научились до конца понимать друг друга. Так что у Уоллинга не было причин радоваться, когда Лампетера назначили заведовать "Лабораторией экспериментальной физики". Таково было ее официальное название, по которому, однако, никак нельзя было судить, чем там занимаются на самом деле.

Меньшов Виктор

Иуда и Пилат или Ночь после предательства

Действующие лица:

Пилат

Иуда

1-й легионер

2-й легионер

1-й стражник синедриона

2-й стражник синедриона

Сад. Кресло на террасе. В кресле - Пилат. Он один.

Пилат:

Покоя нет в проклятой Иудее!

Днем солнце мучит знойными лучами,

а ночью - мозг, клокочущий вулканом.

Покоя нет ни плоти, ни душе...

Меньшов Виктор

Заложники

Пьеса

Действуюшие лица:

Пенсионеры:

Полковник. Иван Иванович. Президент. Профэссор. Циклоп.

Нина Петровна. Вера. Люба.

Обслуга:

Анна Иоанновна. Нянечка. Врач.

Прочие:

1-й пецназовец. 2-й спецназовец.

Телеоператор. Корреспондент.

Некто Штатский.

Столичный журналист.

Марсианин. Нечто в Бороде.

Санитары, солдаты, прочие обитатели пансиона...

Вячеслав Мешков

Это случилось на рассвете

...Любовь стала мыслью, и мысль в ненависти

и отчаянии истребляла тот мир, где невозможно

то, что единственно нужно человеку, - душа

другого человека...

А.Платонов "Потомки солнца"

Наверное, можно понять - хотя трудно простить! - почему я ее не вспоминал. После этого я был маленьким мальчиком и, быть может, именно тогда я забыл о ней. Тогда у меня были иные мысли, иные чувства: я жил в потрясении громадностью мира и больше всего на свете боялся потерять свою мать. Потом, смутно помнится, я был никому не нужным, талантливым русским богомазом; затем тысячу лет жил даосским отшельником в безлюдных, коряво-голубых китайских "шань". Прохладный снег хлопьями падал на узкую долину, на сухие коробочки лотоса в замерзшем пруду, а я писал, писал что-то блестящей тушью под масляным светильником. Мне неизвестна судьба тех рукописей, но, как я теперь полагаю, в них были крупицы истинной мудрости, и мне было бы жаль узнать, что они не сохранились.

Владимир Михайловский

СЛУЧАЙНЫЕ ПОМЕХИ

(Главы из повести)

...Здесь, в Тристауне, он поселился в заброшенном домишке на городской окраине. Собственноручно прибил вывеску: "Часовых дел мастер. Ремонт и сборка часов по вкусу клиента". На вывеске сам же намалевал усатого молодого человека, который жестом факира выхватывает из ничего, из воздуха пару часов. Лицо молодого человека получилось свекольно-красным, а один ус явно длиннее другого. Если говорить по правде, художником он был никудышным. Подходящую для себя профессию он долго обдумывал загодя и решил, что часовщик - самое надежное. Ведь едва ли не все люди пользовались часами - в сущности, нехитрым, даже примитивным прибором для измерения времени. Врожденного чувства времени, без которого он себя не мыслил, у них не было. Занимаясь ремонтом и сборкой часов, он решал сразу несколько необходимых проблем. Во-первых, он мог заработать на безбедное существование, не прибегая к помощи аппаратуры, которая могла бы привлечь нежелательное внимание. Во-вторых, у него естественным образом завязывались контакты с местными жителями, для которых он по пршествии времени стал своим. В-третьих - и это главное,- будучи в безопасности, он мог без суеты готовиться к выполнению возложенной на него миссии. Частенько, проходя мимо распахнутых настежь дверей мастерской, тристаунцы видели, как в глубине ее, склонившись над столом, возится с микроскопом и детальками часовщик. Откуда им было ведать, что занимается старик вовсе не часами, а прибор с микрометрическим винтом и тубусом - вовсе не микроскоп?.. ...Планета, как и предполагалось, оказалась чрезвычайно богатой рудами и минералами, так что с загрузкой синтезатора никаких проблем не возникло. Ему предстояло собрать из выращенных деталей два небольших аппарата, чем он и занимался в течение долгого, времени. Таиться от любопытных, как и все провинциалы, тристаунцев не следовало это только навлекло бы подозрения. Потому он, тонкий психолог, и действовал в открытую. Аппараты, которые он в конце концов собрал, резко отличались друг от друга как по назначению, так и по внешнему виду. Форму, впрочем, он мог придумать любую - она определялась только его собственной фантазией. Первый прибор - мыслепередатчик - имел сравнительно небольшой радиус действия, три-четыре километра в земных единицах. По его расчетам, для первого опыта этого было достаточно. Со вторым аппаратом-усилителем-дело обстояло сложнее. Если передатчик должен был до конца находиться при нем, то усилитель следовало отправить в космос на расстояние не менее трехсот тысяч километров. Оба прибора он собрал давно. Усилитель вышел компактным - чуть побольше булавочной головки. Однако что делать дальше? Вывести его на орбиту с помощью малой ракеты? Вроде бы неплохо, и такая возможность у него имелась. Но запуск необычной, пусть даже и малогабаритной ракеты, обязательно заметят, а это может вызвать самые нежелательные последствия. Долго размышлял он, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, даже бессонницу нажил. Бродил по городу, здоровался с многочисленными знакомыми, заглядывал то в стереотеатр, то в речной порт, то на аэродром - своего космодрома у Тристауна не было. Слетать к океану, где расположен ближний космодром, и, наметив подходящий рейс, пристроить в корабле усилитель? Опасно: прибор могут случайно повредить или, того хуже, обнаружить и взять для исследования... Это риск, а риск следовало если не устранить, то хотя бы свести к минимуму. Его задание состояло из двух этапов. Первый - проверить эффективность воздействия мыслепередатчика на землян. Второй-если прибор произведет ожидаемый эффект, сообщить на материнскую планету. Для этой цели необходимо вывести усилитель подальше в космос. Между тем время, отведенное для выполнения операции, истекало. Он ощущал это по внутреннему своему биоритму, без всяких часов, хотя в последние годы мастерил их с большим увлечением. Он был уже близок к отчаянию, когда делу помог случай. Однажды он возился у токарного станка, вытачивая детали клепсидры - прибора для измерения времени, которым пользовались древние греки. Он вычитал его описание в каком-то пыльном фолианте. Звякнул колокольчик. В лавку вошел широкоплечий молодой человек в новенькой, с иголочки, форме слушателя Звездной академии. - Чем могу служить? - привычно обратился к нему старый часовщик. - Увидел витрину и залюбовался вашими часами... Нигде не встречал таких. - Что ж, смотрите,- широким жестом обвел помещение хозяин.- Может быть, какие-нибудь вам и подойдут. Молодой человек медленно прошелся вдоль прилавка. - Очень любопытная работа...- пробормотал он.- Эти... Эти... И вот эти! Часовщик вежливо улыбнулся. Но улыбка была какой-то странной, вроде приклеенной. Впрочем, курсант, занятый хитроумными механизмами, не обратил на нее внимания. Часы и впрямь были удивительные! Разных форм, размеров, основанные на различных физических принципах, все они шли, и все показывали абсолютно одинаковое время, что являлось лучшим доказательством их высокого качества. - Откуда такое великолепие, разрешите поинтересоваться? - спросил посетитель после продолжительной паузы.- Кто ваши поставщики? Может быть, венериане? - Самый частый вопрос,- заметил часовщик, погладив седую окладистую бороду.- Нет у меня поставщиков. Все эти часы собрал я сам, вот этими руками. - Удивительно! - воскликнул курсант.- Я в свободное время сам увлекаюсь точной механикой, электроникой, кой-чего мастерю. Но такое!.. Это просто чудо. - Не чудо - многолетняя практика,- скромно поправил старик и вдруг круто изменил тему разговора: - Бьюсь об заклад, вы не местный житель. - Как вы угадали? - Немножко наблюдательности. Выговор у вас не тристаунский. - Верно. Решил вот немного попутешествовать. Завтра улетаю. - Далеко? - На Луну. У часовщика перехватило дыхание. Продолжая ничего не значащий разговор, он лихорадочно размышлял. Ведь Луна удалена от Земли на расстояние почти четыреста тысяч километров - идеальный вариант! - И долго намерены пробыть там? - Дней пять. "Отлично. Больше мне и не нужно",- подумал старик. - Я не спрашиваю, какие могут быть на Луне дела у молодого человека,- как бы между прочим произнес он.- Но с большой долей вероятия можно предположить - ваш полет связан с красивой девушкой. - На сей раз промашка! - рассмеялся курсант.- Девушки, увы, пока нет. - Ну, сегодня нет - завтра появится. Дело, как говорится, молодое,утешил часовщик, у которого уже созрел план.- Послушайте меня, пожилого человека: женщины - народ весьма загадочный и капризный. Знаю по собственному опыту. Ведь до того, как осесть в Тристауне, я колесил по белу свету, хлебнул, как говорится, всякого. - На Земле? - Не только. Побывал и на других, освоенных вами планетах... Они мало чем отличаются друг от друга. Что-то неприятно царапнуло слух молодого человека, ко что именно - он не мог уловить. А голос часовщика продолжал монотонно журчать. На какое-то время посетитель отключился, затем до его слуха донеслось: - Между прочим вы, люди, я имею в виду, молодые люди, склонны недооценивать роль психологического момента, воздействия посторонних влияний на психику, сознание... Да и вообще, не кажется ли вам, что человеческая цивилизация получила явный крен в сторону техницизма, бездушия, что ли?.. - Я не философ,- пожал плечами курсант, стараясь преодолеть смутное ощущение беспокойства.- Но мне известны люди, согласные с вами. - Вот как! Кто же это? - Например, одна моя знакомая, медик по специальности. - Отлично. Я рад, что у меня есть единомышленники. Знаете, в психической жизни мыслящего существа таится масса непознанного. Но это я так, к слову... Сердце красавицы склонно к измене,- неожиданно пропел он довольно приятным, хотя и слегка дребезжащим дискантом, и курсант мимоходом подивился абсолютности его слуха - словно бы прозвучала механическая запись профессионального певца, который, правда, не в голосе.- Знаете, молодой человек, вы очень нравитесь мне. Подарю-ка вам образчик своего товара. Самый лучший! - Зачем? Я не могу... - Нет, нет,- перебил старик, замахав руками.- Я просто хочу, чтобы вы меня не забыли, когда "несетесь эа десятки парсеков от своей планеты, а меня уже не будет в живых. Я, увы, довольно стар. Износился, как говорится... - Современная медицина... Старик покачал головой. - Думаю, даже клиника Женевьевы Лагранж не в силах продлить мои дни. - Вы знакомы с Лагранж? - Откуда мне знать ее? - удивился старик.- Я человек простой. Только читал о ее клинике, где делают чудеса. И о ней самой, восходящем светиле медицины и биокибернетики... Но кто на Земле не читал или не слышал о Женевьеве Лагранж? - Когда я говорил об одной моей знакомой, то имел в виду именно ее. Вот, поглядите! - Курсант вынул из кармана кителя фотографию и протянул старику. - О, красавица! Про таких можно слагать стихи... Курсанта охватила странная апатия. Ему давно пора бы подняться и уйти. На сегодня намечена уйма дел, нужно приобрести маску для студенческого маскарада, который должен состояться на Луне, потом еще к океану он собирался слетать. Однако подняться и выйти из лавки не было сил. - Мне кажется, основной ваш недостаток состоит в том, что вы чрезмерно застенчивы,- словно издалека донесся до курсанта голос часовщика.- Нет, я не сомневаюсь в вашей личной храбрости, свидетельство чему - форма, которую вы носите. Я о другом - об отношениях с женщинами. Ну, угадал? Можете не отвечать-по лицу вижу. И тут я могу помочь. Удивлены? Сейчас поясню, о чем идет речь. Предположим, вы знакомитесь с интересной женщиной. Она вам нравится, но мучает вопрос: пользуетесь ли у нее взаимностью. Реальная ситуация? - Пожалуй. - Идем дальше. Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно знать, каково ее настроение. Если превосходное - значит, больше шансов на взаимность. Если же нет - значит, вы ей безразличны. Логично? - Логично,- кивнул молодой человек,- но как узнать настроение? - Вот мы и подошли к главному,- решительным тоном произнес мастер.- Вам необходим иннастр, индикатор настроения. Вещь это редчайшая. Но для вас я постараюсь. - Никогда не слышал о таком приборе. - Немудрено. Часовщик подошел к двери, звякнул щеколдой. - Я сделаю для вас иннастр в форме наручных часов. Это удобно - вы никогда не расстанетесь с ними, и циферблат в любой момент даст ответ на волнующий вас вопрос. Курсант поднялся со стула и сделал несколько шагов по комнате, разминая затекшие от долгого сидения ноги. - А как, собственно, им пользоваться? - Я все объясню завтра, когда придете за подарком. А теперь извините старика за нескромный вопрос: вам нравится Женевьева Лагранж? Вы любите ее? Спрашиваю отнюдь не из праздного любопытства. Итак? - Люблю ли я Женевьеву? Пожалуй, нет,- покачал головой курсант.- Скорее, просто испытываю симпатию к ней. - Превосходно. А она? - Может быть. - Отменно! - щелкнул пальцами часовой мастер.- В таком случае, прошу оставить до завтра ее фотографию. - Но я думал, профессия колдуна исчезла еще в средние века. - Нет, мой молодой друг,- рассмеялся часовщик.- Все гораздо проще. Я хочу выгравировать ее портрет на внутренней крышке часов. Поверьте, это будет одна из самых превосходных гравюр на свете, которой не устыдился бы и сам Альбрехт Дюрер... Курсант протянул часовщику фотокарточку Женевьевы - пышноволосой молодой женщины с сосредоточенным выражением лица. - Вы добрый человек. Не знаю, как и благодарить вас. - А знаете, я делаю вам подарок не совсем бескорыстно. Если часы вам понравятся, вы расскажете о них другим, даже на Луне. Реклама - двигатель торговли. Курсант наконец вышел из лавки и направился к гостинице, расположенной в центре Тристауна. Шагал рядом с ручейком бегущей ленты, поглядывая на разнокалиберные дома, выстроившиеся вдоль улицы. Близ перекрестка на лужайке мальчишки гоняли мяч, используя в качестве ворот два небрежно брошенных на землю школьных ранца. - Давай пас. Сережка!-донесся пронзительный голос, это кричал кто-то из нападающих. "Вот уж не думал, что в эдаком дальнем углу тезку повстречаю",- подумал курсант. Впечатления от встречи с часовым мастером никак не желали выстроиться в линию. Что-то продолжало беспокоить. В памяти всплыло: "На других, освоенных вами планетах" - так, кажется, сказал старик. Кем это, собственно, "вами"?., "Заговаривается дед,- подумал Сергей.- Но вообщето милый, доброжелательный человек. Философствует довольно любопытно. Большой мастер своего дела. Такие часы изготовил- глаз не оторвать! Что на витрине, что в лавке. Какая выдумка!" Потом мысли его приняли другой оборот. Как это можно сконструировать прибор, который бы показывал настроение собеседника? Впрочем, эмоции человека связаны с определенными биотоками в головном мозгу. Ток вызывает электромагнитное поле. Пусть слабое - это непринципиально... Он размышлял, глядя на играющих мальчишек, пока пестрый мяч не подкатился к ногам. Поддел его носком и ударил с такой силой, что мяч свечой взмыл в темнеющее тристаунское небо под восторженные крики игроков. Помахав им на прощанье рукой, Сергей Торопец двинулся дальше.

Эдуард Михеев, Анатолий Пирожков

Предваренная формула

Сцены из общественной, личной и дачной жизни

О.П.Крамова, младшего научного сотрудника

1. ДЮАР С КАРТОФЕЛЬНЫМ ГАРНИРОМ

Вагон пригородной электрички был переполнен. Потные, измученные жарой пассажиры монолитной массой колыхались в такт движению поезда. "Компактная упаковка, - подумал Олег. - Как прессованные финики". Он стоял, прижатый к спинке сиденья мощной спиной дачницы, и мечтал лишь о том, как бы перебросить авоську из одной руки в другую. Достать газету из портфеля, затолкнутого под сиденье, нечего было и думать. В таком стиснутом и сплюснутом состоянии Олегу предстояло ехать минут сорок.

Велко Милоев

ТОПОЛЬ

перевод с болгарского Людмила Родригес

Внутренний двор напоминал огромный аквариум, из которого выкачали воду: он был так же герметически замкнут между домами и так же пуст. Повядшая трава с разбросанными на ней пустыми бутылками... Может быть, потерпевшие кораблекрушение одиночки запечатали в них свои послания о помощи, но они не уплыли - кто-то вынул записки и посмеялся над ними Но кто же это был, раз двери черных входов, ведущие во двор, давно закрыты. Разорванные газеты с выцвел - шими прогнозами погоды.

СВЕТОСЛАВ МИНКОВ

ДАМА С РЕНТГЕНОВЫМИ ГЛАЗАМИ

Перевод С. КОЛЯДЖИНА

В просторной светлой приемной знаменитого института женской красоты "Косметический Амулет - салон дамской хирургии" сидели пять дам, элегантно одетых и тщательно загримированных; однако все они были настолько безобразны, что человек попал бы в поистине безвыходное положение, если бы поставил перед собой задачу определить, которая из них с наибольшим основанием заслуживает чести носить титул "царицы уродства". Но так как мы с галантным равнодушием обходим вопрос о природных недостатках упомянутых пяти дам, то лишь в качестве маленькой, чисто декоративной детали нашего рассказа упомянем, что почтенные посетительницы сидели в глубоких металлических креслах, рассеянно перелистывая разные иллюстрированные журналы, на страницах которых, наряду с торжественными сообщениями о предстоящих шахматных турнирах и новых полярных экспедициях, находились также сенсационные новости вроде того, что принц Уэльский в красном фраке недавно проследовал по лондонским улицам или что индийский магараджа Хария Трибхубана Юн Багатур Шушмаре благополучно прибыл на Ривьеру. Время от времени молчаливые посетительницы отрывали глаза от журналов, бросали нетерпеливый взгляд на синюю дверь в глубине приемной и словно требовали, чтобы оттуда появился любимец всех женщин - гениальный маэстро Чезарио Гальфоне, обладающий необыкновенным даром бороться с капризами природы и превращать своих уродов в прекраснейших ангелов.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Роман Орлов

Студентки

Была осень. Стоял пасмурный ноябрьский вечер. Сергей, студент, предавался скучнейшему занятию - готовился к семинару по философии. Он вдруг подумал о Насте и Эльвире - двух девушках из параллельной группы, которые ему очень нравились, и при встрече с ним всегда мило улыбались.

Резкий звонок, громом прозвучавший в тишине пустой квартиры, чуть не сбросил его со стула. С ворчаньем он поплелся к двери, и открыв ее, застыл в немом удивлении: на пороге стояли они - Настя и Эльвира.

Сергей Орлов

- А мы такую книгу прочитали... - В электричке - Голос первой любви моей - поздний, напрасный... - Когда это будет, не знаю... - После марша - Учила жизнь сама меня...

ПОСЛЕ МАРША Броня от солнца горяча, И пыль похода на одежде. Стянуть комбинезон с плеча И в тень, в траву, но только прежде Проверь мотор и люк открой: Пускай машина остывает. Мы все перенесем с тобой Мы люди, а она стальная... Русская Советская Поэзия. Москва, "Художественная Литература", 1990.

Институт человека

Вадим ОРЛОВ, наш спец. корр.

Предметы прилипают: что бы это значило?

Удивительные "фокусы", которые демонстрируют М. Микаутадзе из Тбилиси (см. фото) и школьница Инга из белорусского города Гродно (см. "ТМ" № 1 за 1990 год, статья "Какой он, организм излучающий?"), оказывается, не такая уж редкость. Напомним: своими распрямленными ладошками в вертикальном положении Инга неизвестно каким образом удерживает большую сковороду да еще нагруженную двумя килограммовыми гирями и молотком в придачу. Так вот, после той публикации мы получили немало писем, сообщающих об аналогичных способностях.

Вадим ОРЛОВ

УРОКИ ЗИГЕЛЯ

Когда три года назад были отменены цензурные ограничения на публикации по уфологии, всем интересующимся ею было чему удивляться. И даже не столько откровениям многочисленных свидетелей близких встреч с таинственными гуманоидами, сколько поразительным заявлениям вполне земных официальных лиц. Ведь прежде газета "Правда" не раз уверяла: службы ПВО страны НЛО не наблюдают. И что же? Теперь командование тех же служб выступило с прямо противоположным утверждением, а на подробности, связанные, например, с "бельгийским треугольником" та же "Правда" не жалеет места. Да, в прошлом невозможно было представить, чтобы центральная газета всерьез писала о каких-либо летающих объектах, природа которых ученым не ясна. А когда пионер уфологических исследований в нашей стране Ф. Ю. Зигель, ссылаясь на обширную зарубежную литературу, призвал президиум Академии наук принять эту тематику к серьезной разработке, ему ответили... Поверьте, цитату привожу точно: "Существование уфологических организаций за рубежом, как и издание соответствующих книг и журналов, не должно вводить нас в заблуждение, ибо в США организация изучения проблемы НЛО явилась по сути дела следствием атмосферы военного психоза". В 70-е годы этой убойной формулой широко оперировали лекторы общества "Знание", ничуть не смущаясь, что повторяют один к одному довод, выдвинутый у нас в середине 50-х годов против кибернетики. Да, представьте себе, обвинительные заключения против кибернетики и уфологии наши идеологические надсмотрщики сформулировали почти одновременно. Насколько удалось установить по старым газетным подшивкам, первая директива относится еще к 1952 году, когда выступил тогдашний член Президиума ЦК КПСС М. Г. Первухин. В его докладе был, как издавна заведено, и раздел о борьбе с буржуазной идеологией. Так вот, в рамках этого раздела он посчитал необходимым сказать, что американцам стали мерещиться в небе "летающие блюдца" и "зеленые шары". Возможно, для инструктирования идеологических работников и лекторов тогда же приняли какой-нибудь закрытый документ, и есть смысл историкам покопаться в архивах. Да и чем, как не твердой установкой свыше, можно объяснить возведение глухой, непробиваемой стены, о которую разбивались все попытки независимо мыслящих исследователей добиться не поддержки, нет, а хотя бы права на нормальное ведение дискуссии по вопросам уфологии! Каждого, кто так ставил вопрос, даже в 80-е годы обвиняли в потакании реакционным тенденциям, стремлении примирить людей с язвами капиталистического общества, бесчестной игре на человеческих чувствах. Результатом стремления отгородиться от сообщений частных лиц были огромные потери потенциально необходимой ученым информации. По данным американского Фонда по исследованию НЛО дела и в США обстояли далеко не блестяще. До заинтересованных специалистов не доходило почти 90 процентов случаев наблюдения неопознанных объектов, поскольку очевидцы опасались насмешек. В нашей стране потери невосполнимой уфологической информации до недавнего времени были еще значительнее. У нас люди не без оснований побаивались обвинений в религиозно-мистических пристрастиях, идеологической ущербности, а то и насильственных направлений в "психушку". Да и сейчас дать информацию о том, что выглядит как чудо или фантастика, многие решились лишь после того, как покинули свои трудовые коллективы и вышли на пенсию. А ведь основной прием изучения НЛО - статистический. Часто говорят: уфология имеет дело со случайными, спорадическими, невоспроизводимыми явлениями. Но разве не таковы вспышки сверхновых звезд, падение метеоритов, вторжение в атмосферу Земли солнечных корпускул, землетрясения и многое другое? Никто не удивляется, что ученые исследуют подобные явления статистически. Но такой же метод применим и в случае НЛО. Отсюда забота уфологов о пополнении банков данных достоверной, критически оцененной статистикой феномена, как бы он ни был странен и необычен. Многое довелось перенести нашим энтузиастам изучения неопознанных объектов: непонимание, запреты, преследования, насмешки. Сам президент Академии наук А. П. Александров задавал тон, заявляя, что относится к проблеме НЛО примерно так же, как к проблеме непорочного зачатия. Однако огульные попытки "закрыть" уфологию не удались. Интерес к тому, что с оттенком брезгливости называли "летающей посудой", оказался устойчивым и выдержал испытание временем. В 1989-1991 годах максимум внимания к феномену переместился в нашу страну, хотя интерес к нему сохраняется во всем цивилизованном мире, в том числе и в преуспевающих странах. Так давайте же хотя бы бегло перелистаем местами зачитанные до дыр самиздатовские сборники Феликса Зигеля, переводы выполненных во времена "военного психоза" работ зарубежных уфологов и попытаемся сопоставить приведенные там эпизоды с обнародованными в нашей стране совсем недавно. И посмотрим, что же получится: еще больше впадем мы в заблуждение или же кое-что проясним для себя, после того как установим простое обстоятельство: многие уфологические чудеса, закордонные и отечественные, примерно одинаковы.