Ночь в местном баре

Ночь в местном баре

Под сверкающей вывеской “Звездная пыль”, свисающей почти на полметра с глянцево-черного фасада, загорелись одна за другой буквы – “Настоящий ретро-бар и гриль старины Джо”. А еще ниже, вдоль обсидиановой поверхности стен, бежали строчки с размытыми краями. Сделанные из деполяризованного прозрачного состава, они открывали прохожим соблазнительные картины внутреннего убранства бара, освещенного уютным тускло-красным светом.

Привлеченный всем увиденным, Ксахх остановился и с тоской заглянул внутрь: это оранжевое теплое мерцание до боли напомнило ему о доме, оставшемся где-то далеко-далеко.

Другие книги автора Лоуренс Уотт-Эванс

Пронеслась по небу и пала во тьму сияющая звезда – и по всему миру стали просыпаться в ночи люди.

Настала Ночь Безумия.

Ночь, в которую каждому из проснувшихся надлежит сделать первый шаг к новой своей судьбе.

Судьба же юноши Ханнера – стать защитником «диких магов», проклятых магами обученными – и обретших в Ночь Безумия огромную Силу. Познать великую власть – и великую ответственность героя, что принял сторону безвинно обиженных – и готов, во имя их спасения, противостоять любой опасности.

Даже – в одиночку встать против всемогущего Совета Гильдии Магов.

В романе рассказывается о приключениях космического воина-киборга на планете чародеев.

В романе рассказывается о приключениях космического воина-киборга на планете чародеев. На этот раз ему придется встать на защиту планеты, давшей приют звездному воину. Хотя Древняя Земля разрушена сотни лет назад, от неё продолжает исходить вполне реальная угроза...

Нежелание слепо подчиняться судьбе – вот что объединяет героев Уотт-Эванса.

Валдеру волею случая уготована ужасная участь – вечно стареть, но не знать смерти. И виной всему заклятие, которое наложил на его меч старый чародей. Но заклинание оказалось с изъяном...

Кто поможет миру сохранить хотя бы хрупкое равновесие?

Особенно — теперь, когда обратившийся ко Злу Лорд-Чародей пал от рук отряда Избранных — Вожака, Ясновидца, Воина, Красавицы, Вора, Ведуна, Лучника и Говоруна?

Новый Лорд-Чародей любим народом, он правит мудро и великодушно… вот только душа его лежит к переменам.

Магия — вот что, по его мнению, тянет мир назад, во тьму древности!

И снова равновесие вот-вот будет нарушено.

Ибо никто не знает и даже представить себе не может, что станется с МАГИЧЕСКИМ миром, если отнять у него магию…

Избранные снова должны вмешаться в игру Высших Сил!

Двенадцатилетнему Думери-из-Гавани пора становиться учеником. И у Думери есть мечта — он хочет быть чародеем, этой мечтой он живет. Однако судьба злобно издевается над устремлениями мальчика: его магическая сила оказывается равной нулю, ни один чародей не хочет брать бездарного ученика. Но Думери упорен и в его голове созревает план...

Стеррен из Этшара — уличный игрок в кости волею случая оказался в маленьком королевстве на южном краю Мира и попал в водоворот самых невероятных событий. Жизнь превратилась в азартную игру, когда судьба свела Стеррена с таинственным Вондом Ворлоком — человеком в черном.

«Лоуренс Уотт-Эванс хорош во всех жанрах, в каких творит, но "меч и магия" — «его» жанр от Бога!».

«Уотт-Эванс, ветеран современной фантастики, создал мир, многоцветный, как чешуйки на драконьей спине!».

«Читатель будет следить за каждым словом — и взахлеб ждать, что будет дальше!».

«Эта трилогия — много больше, чем просто хорошая приключенческая фэнтези!».

«Граф Монте-Кристо в жанре фэнтези!».

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Андрей ЩЕРБАК-ЖУКОВ

Я И МОЙ ТЕЛЕВИЗОР

На улице грязно - идет дождь. Крупные капли бьются о подоконник. Лица прохожих надежно скрыты пятнами пестрых зонтов.

До лекции четверть часа. Ты смотришь в окно и говоришь, что чудес не бывает. Но это не так, и я не могу не возразить тебе.

- Ты не права, - говорю я. - На Земле постоянно происходит много того, что заметно разнообразит жизнь ее обитателей.

Ты только вспомни - у нас на планете все время что-нибудь происходит: то динозавры исчезают целыми коллективами, то Атлантида без предупреждения переходит на подводный образ жизни, то где-то в Лох-Нессе выныривает, Бог весть откуда взявшийся, плезиозавр. А тайна Бермудского треугольника? А извержение Везувия? А самовозгорающиеся брюки и летающие тапочки? Этот ряд можно продолжать снова и снова, и нет никакой гарантии, что он будет более или менее полным и, главное, точным. С абсолютной точностью можно сказать лишь то, что где-то там, в этом ряду, на весьма скромном месте, будем стоять мы с моим телевизором.

Андрей ЩЕРБАК-ЖУКОВ

ВОЛШЕБНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

(сценарий киноновеллы)

1

В небольшом концертном зале, похожем скорее на барак из гофрированной жести, - серый полумрак. Грязно, сильно накурено, - сквозь дым и мрак видны лица зрителей. В основном, это молодые ребята и девушки в потертых куртках. Кто-то сидит на стульях, кто-то - на фанерных ящиках, кто-то просто примостился на полу, поджав ноги.

В глубине слабо освещенной сцены стоит небольшой аппарат на складных ножках, с рядом клавиш, кнопками и тумблерами. За аппаратом на какой-то коробке сидит парень лет двадцати пяти, слегка склонный к полноте, с копной мелко вьющихся волос.

Владимир Щербаков

Мост

Скрипнул полоз саней. На улице раздались знакомые, казалось, голоса. Шаги на ступеньках полусожженной школы. Негромкий разговор.

В гулком пустом классе, где раньше нас было больше, чем яблок на ветке, камень разбитой стены ловил мое дыхание. Светлый иней оседал на красных кирпичах, Я считал эти летучие языки холода, выступавшие как бы из самой стены. Где-то хлопнула уцелевшая дверь. Голоса приближались. И я понял, что это не сон.

Владимир Щербаков

Поэтесса

"Стоял апрель, и зеленели звезды - причудливы, тревожны, высоки. Тогда ко мне нежданные, как слезы, незваные, пришли стихи".

В апреле?.. Да, это я помнил. Но не придал значения тогда. Сейчас я знаю - это было первый раз в апреле. Два года назад. Совсем не трудно было запомнить эти стихи. А вот почему: "На сорок рук - одна рука навстречу робкому движенью. На сорок верст - одна верста, подвластная долготерпенью. На сорок строк - одна строка с нерукотворным выраженьем".

Владимир Щербаков

Помните меня!

Иногда я спрашиваю себя: почему эта малоправдоподобная история представляется мне совсем реальной, а не сном наяву? И не нахожу ответа.

В комнате ничего не изменилось. Тот же письменный стол, шкаф с моими старыми студенческими книгами, бронзовая пепельница, статуэтка Дон-Кихота. Среди этих привычных вещей все и произошло.

Прежде всего - о встрече с человеком без имени. Мы заканчивали проект и работали допоздна. Когда я возвращался домой, в метро было совсем мало народу, а мой вагон был и вовсе пуст. Тускло светили лампочки. Жужжали колеса по невидимым рельсам. Темно-серые тени на бетоне тоннеля проносились мимо. Перегон. Станция. Перегон. На остановках хлопают двери. Снова тени бегут навстречу.

Владимир Щербаков

Прямое доказательство

Летом в лощинах поднимались высокие травы. В озерах, оставленных половодьем, шуршал тростник. Мы делали из него копья.

На холмах трава росла покороче, зато одуванчиков было больше, попадались васильки, и мышиный горошек, и цикорий. Склон казался местами голубым, местами желтым. И какая теплая была здесь земля) Можно было лечь на бок, и тогда лицо щекотали былинки, шевелившиеся из-за беготни кузнечиков, мух и жуков. Скат холма казался ровным, плоским, и нельзя было понять, где вершина и где подножье. Сквозь зеленые нитки травы виднелся лес, и светилось над лесом небо, то сероватое, то розовое от солнца, какое захочешь, как присмотришься. И можно было заставить землю тихо поворачиваться, совсем как корабль.

Владимир Иванович Щербаков

Шотландская сказка

В замке Данвеган

По неровной стене замка размытым облаком бежала тень опускавшегося моста. Хольгер видел, как она погасила вечерние блики на противоположной стороне рва и, накрыв кусты шиповника, упала к ногам.

Замок Данвеган сохранил первозданный облик: проломы, оставшиеся после давних нашествий, тщательно заделаны, вновь скрипят колеса, опускающие подвесной мост, который ведет во внутренний двор. Над входом, как и сотни лет назад, горит факел, его пламя колеблет ветер.

Владимир Щербаков

Жук

Нужно было возвращаться в город. Потому что солнце уже покраснело, и по траве поползли длинные прохладные тени. Красотки еще хлопали синими крыльями, но самые маленькие стрекозы-стрелки уже спрятались, исчезли.

Мы с Алькой прошли за день километров пять по берегу ручья и поймали жука. Теперь Алька то и дело подносил кулак к уху - слушал. Жук скрежетал лапками и крыльями, пытаясь освободиться. Час назад он сидел на пеньке, задремав на солнышке, и Алька накрыл его ладошкой. Но никогда в жизни не видел я таких жуков! Полированные надкрылья светятся, как сталь на солнце, лапы - словно шарниры, усы - настоящие антенны.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Принцесса Кирна Куонморская сидела на кровати и с унылым видом смотрела в зарешеченное окошко. Солнце опускалось за холмы, быстро сгущались сумерки. Впереди еще одна ночь в башне волшебника. Еще одна ночь, проведенная в одиночестве, под замком, в заточении. Приходится признать: все обернулось совсем не так, как она ожидала. А ведь поначалу побег с колдуном представлялся ей такой романтичной идеей! Принцесса воображала, что сумеет вскружить ему голову, обольстить, увлечь настолько, что он женится на ней, и они вместе объездят весь мир, познают столько ярких, увлекательных приключений! Или, что еще заманчивее, она станет его ученицей, проведет много лет, изучая секреты волшебства, и в один прекрасный день вернется в Куонмор, где тем временем трон захватит подлый узурпатор. Разумеется, Кирне, законной наследнице, волей-неволей придется свергнуть и жестоко наказать негодяя за наглость и бесстыдство. Подданные, как водится, возликуют и огласят окрестности приветственными криками, когда ее коронуют в тронной зале отца. Ну а потом… потом Кирна использует полученные магические знания, чтобы превратить Куонмор в истинный рай и снова завоевать Деннамор, потерянный в битве еще ее прадедом.

Вся земля вдоль северной границы звездного порта Майерса была усыпана сухими листьями. Шло время, зима сменяла осень, а они так и лежали под сенью склонившихся деревьев.

Внезапно, будто невидимый вихрь поднял их вверх и разбросал по бетонированной площадке.

Белка, привыкшая к шуму и вибрации летательных аппаратов, которые приземлялись в ста метрах от нее, столкнувшись с этим странным явлением, стремглав спустилась с дерева и отскочила подальше от этого места.

B апельсиновом соке было слишком много мякоти, а вдобавок ко всему он оказался теплым – одно из неудобств, если завтракать за рабочим столом.

Хотя, впрочем, когда в былые времена он завтракал дома, его бывшая жена тоже имела привычку подавать ему сок, в котором была сплошная мякоть. Правда, как правило, сок оказывался холодным.

Мицопулас отодвинул карточку в сторону и на освободившемся месте развернул газету.

О новых бурях ни слова. Передовица посвящена чему-то там на Ближайшем Востоке. Это можно не читать, поскольку это не по его ведомству. Крохотная заметочка в самом низу страницы, в подвале газетной полосы, пожалуй, больше отвечала его роду деятельности. Ученым удалось сохранить образец живой ткани, полученной от “небесного кита”, которого на прошлой неделе бурей занесло на кукурузное поле в Канзасе, и теперь они были настроены довольно оптимистично, ожидая, что в конечном итоге сумеют осуществить клонирование и вырастят из образца чудо-юдо в натуральную величину.

– Шесть… Семь… Восемь… Девять… Десять! – Рефери отступил в нейтральный угол и поднял правую руку Малларгана.

– Победитель и новый чемпион! – провозгласил он.

Какое-то мгновение публика, лишь частично заполнившая Мэдисон Сквер Гарден, словно окаменев, сидела в напряженной тишине. Затем раздался взрыв аплодисментов, перемежаемый однако язвительными выкриками. Дело не в том, что кое-кто пытался поставить под сомнение справедливость победы, просто Малларгана недолюбливали, ибо он пользовался дурной славой нечестного бойца. Кроме того, многие из публики поставили свои денежки на чемпиона.