Никогда не люби незнакомца

Никогда не люби незнакомца

Миссис Коззолина попробовала суп. В густой жидкости ощущался вкус томатной пасты и легкий чесночный запах. От предвкушения вкусной еды она облизнулась, затем со вздохом повернулась к столу, на котором фаршировала равиоли[1] мясом цыпленка. Жаркий июньский день клонился к вечеру. Сейчас хоть стало свежее. Небо за окном потемнело, и миссис Коззолина включила на кухне свет.

Эти американские девчонки, думала она, легко раскатывая толстыми пальцами кусочки теста и раскладывая на них фарш, так планируют детей, чтобы не носить их летом. Это неслыханно! На родине, в Италии (она улыбнулась, вспомнив молодость) детей не планируют, их просто рожают.

Другие книги автора Гарольд Роббинс

Масштабная, увлекательная и жесткая сага о деяниях сильного человека, всегда знавшего, чего он хочет, — и никогда не выбиравшего средств для достижения своих целей. О деяниях человека, менявшего страны и профессии, женщин и друзей, убеждения и принципы, — но всегда остававшегося верным себе в главном — в бешеной, неистовой жажде богатства, власти и неукротимой страсти к приключениям...

Три поколения американских писателей считают Гарольда Роббинса своим учителем. В 50, 60 и 70-х годах этот писатель был главным законодателем моды в американской литературе.

Каждый новый его роман вызывал огромнейший резонанс в обществе.

Три поколения американских писателей считают Гарольда Роббинса своим учителем. В 50, 60 и 70-х годах этот писатель был главным законодателем моды в американской литературе.

Каждый новый его роман вызывал огромнейший резонанс в обществе.

«Park Avenue» 1955, перевод Т. Оболенской, Д. Фролова

Эта книга от начала до конца является продуктом творческой фантазии автора. Описанные в ней обстоятельства, связанные с азартными играми и проституцией, а также указанные события не имеют фактической основы. Все персонажи вымышлены, и если имя кого-то из них принадлежит реальному человеку, то это результат чистого совпадения.

Для более наглядного обозначения временных рамок вскользь упоминаются такие видные деятели, как окружной прокурор Томас Е. Дьюи, но никто из них никоим образом не участвует в действии романа.

Восьмой день бушевал самум. Даже на памяти старого Мустафы, погонщика верблюдов, который был стариком еще, когда остальные погонщики были малышами, такого не случалось.

Обмотав накидку вокруг головы, он упрямо прокладывал путь к палатке караванщика Фуада, каждые несколько мгновений вглядываясь в узкую щель, дабы убедиться, что не сбился с пути, потеряв хрупкое укрытие оазиса, и забрел в свирепые свистящие пески пустыни. Каждый раз, когда он останавливался, песчинки били в лицо как пули. Прежде, чем войти в маленькую палатку, он откашлялся и сплюнул, чтобы прочистить горло. Но во рту у него была не влага, а только наждачная сухость песка.

Всемирно известного американского писателя Гарольда Роббинса (1912–1997) называют «Мопассаном XX века».

«Голливудская трилогия» объединяет три романа «Торговцы грезами», «Охотники за удачей» и «Наследники», в которых Роббинс в романной форме прослеживает всю историю Голливуда — от его зарождения до наших дней. Романы его похожи на голливудские блокбастеры — в них есть все, что интересно современному человеку: деньги, секс, страсть, карьера, предательства, мечты… И все то, на что способен человек, чтобы сделать мечту реальностью…

Романы Роббинса переведены на 32 языка, в мире продано свыше 800 млн. его книг.

Он — Босс. Босс с большой буквы. Человек, создавший буквально из ничего суперимперию радиостанций. Человек, достигший вершин богатства и могущества. В его жизни было все, о чем можно мечтать, — самые прекрасные женщины, самые выгодные сделки. И все то, о чем не хочется и думать, — трагедии и предательства, опасности и гибель любимых и близких. Он дорого платил за все, чего добивался, потому что верил — империи не создаются в белых перчатках, и нет такой цены, какой нельзя заплатить за успех…

В восьмую книгу серии «Зарубежный криминальный роман» вошли произведения популярнейшего американского писателя. Романы, написанные им, многократно занимали верхние строчки в списках бестселлеров разных лет. Читателя неизменно привлекает в его творчестве не только динамичность и острота сюжетного развития, неординарность характеров главных героев — как правило, это сильная личность, вынужденная действовать в исключительных ситуациях, — но и мощная лирическая, «душевная» сторона его произведений.

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

— Вы уронили цветок, сэр, — сказал сторож.

Инспектор тайной полиции Джемс Сэппинг вспыхнул и виновато посмотрел на фиалки, упавшие на дорожку.

Казалось, что он был слишком молод, чтоб занимать такой ответственный пост, да и вообще не был похож на сыщика.

— Нет, не подымайте их. Надеюсь, это не против правил Тауэра — ронять цветы?

Важный сторож лондонского Тауэра, одетый в странный наряд XVI столетия, критически посмотрел на посетителя. Джимми Сэппинг показался ему вполне трезвым.

Сидя за высоким деревянным барьером, подсудимый слушал саркастическую речь прокурора и время от времени бросал ободряющие взгляды бледной молодой женщине, сидевшей во втором ряду зала.

— Обвиняемый берет на себя… э… смелость утверждать, будто мистер Стедленд является… э… вымогателем и получил от него крупную сумму денег… э… незаконным путем. Что ж, допустим, как это ни парадоксально, что мистер Стедленд действительно… э… оказывал некоторое давление на обвиняемого… Но кто может это подтвердить? Где, хотя бы косвенные, доказательства? Мало того, уважаемая защита не в состоянии сообщить суду, какие именно аргументы выдвигал мистер Стедленд в целях… э… шантажа обвиняемого, заявление которого, мягко говоря, э-э… голословно…

Если вы покинете Плаццо дель Мина и пойдете по узкой улице, где от десяти до четырех лениво болтается громадный флаг консульства Соединенных Штатов, далее через сад, куда выходит Отель де Франс, обогнете Собор Богоматери и выйдете на чистую Верхнюю улицу Кадикса, то вы скоро окажетесь у входа в национальную Кофейню.

Около пяти часов в просторном сводчатом зале за маленькими круглыми столами обычно бывало мало народа.

Поздним летом — в голодный год — четыре человека сидели здесь и разговаривали о делах.

Андрей Молчанов

Цепная реакция

Женщина что-то говорила. Убедительно, с напором, даже с ненавистью...

Куда исчезла та усталая мягкость черт, когда она опустилась перед ним на стул в кухне, спросила, не голоден ли он? С каждой фразой его повинных объяснений лицо ее становилось все более неприступно-отчужденным, презрительным, откровенно враждебным...

А потом последовал ее вопрос, которого он ждал...

Как же пронзительно-точно он все предусмотрел! И этот вопрос, и смену ее настроения, и обличающие, унизительные для него слова...

Виктор Волконский

ИСХОД ПЕТРА ПРЯХИНА

(из цикла "Одержимые дьяволом")

1. "Краше в гроб кладут"...

..."Лонгрен! - взывал Меннерс, - ты ведь слышишь меня, я погибаю, спаси/

Но Лонгрен не сказал ему ни одного слова; казалось, он не слышал отчаянного вопля. Пока не отнесло лодку так далеко, что еле долетали словакрики Меннерса, он не переступил даже с ноги на ногу...

- Черную игрушку я сделал, Ассоль, - спи!"

Татьяна Воловельская

Последний день Рамадана

Азиз принес тухлый чай и одним рывком вылил все ведро на пол. Мне захотелось отвернуться - уж больно старательно выполнял он свои новые обязанности.

Азиз, - вымученно улыбнулся ему Сахид, - хабиби, знаешь, где находится Малая Брейха?

Ана? - переспросил мальчик по-арабски, беспомощно крутя головой. Английский в местных школах почти не учат.

Да.

Нет. То есть я не знать, господина, где Малая Брейха.

Воронков Дмитрий

РОЛЬ

Плоская крыша завода была длинною почти километр. Внизу некогда находился цех холодного проката - стальной лист должен был пройти этот путь без поворотов сквозь валки, постепенно приобретая нужную толщину. По крыше запросто можно было ездить на мотороллере. План Левко был прост и остроумен. Завод занимал площадь в несколько гектаров, был обстроен гаражами и складами, огорожен бетонным забором. На то, чтобы обойти или объехать сооружение, требовалось не меньше получаса, и то, если ориентируешься в местной индустриальной географии. А по крыше на велосипеде Левко преодолевал это расстояние менее чем за минуту, спускался вниз по пожарной лестнице и спокойно уходил от возможного преследования. Весна едва разгулялась, к ночи подморозило, но ветра, к счастью, не было. Левко похвалил себя за то, что надел шерстяной спортивный костюм и куртку на меху. Из кожаного рюкзака он достал мягкое верблюжье одеяло и белоснежную фланелевую тряпицу. Прежде чем расстелить одеяло, Левко тщательно вымел рубероид подвернувшейся раздерганной метлой. Щелкнув замками кейса, он оглядел детали боевого арбалета в бархатных углублениях. Неспешно, с любовью собрал оружие, щелкнул карабинами ремня. Настелив тряпицу на бортике крыши, лег, взглянул в окуляр оптического прицела. Вход в ночной клуб "Вертеп" был ярко освещен. Разухабистая громкая музыка раздражала, мигающие огоньки балаганной иллюминации отвлекали от дела. Еще его нервировали снующие у входа левые, неинтересные для Левко люди, коммерсанты с бандитским рожами, проститутки, дамы полусвета, а более иных, быки-охранники с мощными затылками и выпученными стеклянными глазами. Мерс Червонца стоял метрах в двадцати от входа, опершись на его крышу, курил распухший от своей значимости бык. Впрочем, злость мешала работе, и Левко, презрительно поморщившись, взял себя в руки, решив думать о прекрасном. Он, бесшумно вращая никелированную ручку, натянул тетиву, послюнявив палец, поднял его вверх, чтобы определить поправку на ветер, тщательно выбрал стрелу. Хрустальные флаконы с разноцветными ядами покоились в отдельном футляре. Левко выбрал желтый, извлек притертую пробку и обмакнул наконечник стрелы в маслянистую жидкость. Капля яда упала на рубероид, расплылась, вычерняя асфальтовую поверхность. Вложив стрелу в желоб, Левко отложил оружие и взглянул на часы. Они показывали без четверти полночь - до закрытия метро время было. Он смежил веки, помассировал глазные яблоки и принялся ждать.

Больше всего Иван Павлович Подушкин любит проводить время с хорошей книгой. Но по закону подлости, каждый раз, когда частный детектив устраивается поуютнее с томиком любимого автора в руках, раздается звонок в дверь, и в офисе появляется очередной клиент. Сегодня посетителем оказался Юрий Миронов, который уверен: он видел в торговом центре свою маму. Что в этом странного? Женщины любят делать покупки. Вот только Екатерина Семеновна умерла несколько месяцев назад. А вскоре на тот свет отправились теща и тесть Юры. Причем ушли во сне – инфаркт, инсульт. Но ведь они ничем таким не болели… Юрий подозревает, что их смерть могла быть выгодна Андрею – дружку Дуси, сестры его жены. Он колдун, мошенник, разводит людей на деньги, и вполне мог позариться на наследство. Миронов просит Подушкина вывести злодея на чистую воду. И ответить на вопрос: что его покойная мать делала в магазине?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Мечтам и надеждам молодой актрисы и писательницы, утратившей гордость и чувство собственного достоинства на тернистых дорогах искусства, не суждено было сбыться: на вершине успеха Джери-Ли ждало разочарование.

Фрэнк Робертс

МОЖЕТ БЫТЬ, ВЫ?

Перевод с английского А.Елькова, Ю.Копцова

Эрл Крамер проснулся от кошмарного сна, вызванного двумя причинами: слишком большой дозой препарата "Экспресс-бодрость", принятой накануне поздним вечером, и фильмом о Второй мировой войне, показанным по телевизору. В фильме он видел массовые убийства людей, осуществляемые самыми ужасными способами, и вместе со своей и миллионами других семей благодарил Бога за то, что это уже история, да к тому же далекой варварской эпохи.

Что может связать наследницу многомиллионного состояния Уитни Макаллистер и обаятельного профессионального взломщика Дугласа Лорда? Возможно, поиски сокровищ королевы Марии-Антуанетты, исчезнувших много лет назад. Возможно, безжалостные наемные убийцы, по пятам преследующие Уитни и Дугласа. Возможно, любовь, неодолимая тяга друг к другу, только крепнущая от испытания к испытанию…

Приставленный к дочери судьи Джессике Уинслоу в качестве тайного телохранителя, полицейский Слейд должен выяснить, кто из ее окружения связан с преступной организацией, занимающейся кражей драгоценностей. Под подозрением оказываются не только друзья и жених Джессики, но и она сама. Отношения между ней и Слейдом все больше запутываются… Любовный треугольник грозит обернуться любовной петлей…