New Москва

«Ориент» заиграл первые такты «My bonny is oper the ocean», и Колька тут же проснулся. Сначала он испугался — проспал! Но тут же вспомнил, что вечером сам поставил будильничек на шесть утра, поэтому ничего главного в этот день не пропустит. А главного было много: во-первых, день рождения, во-вторых, воскресенье, а в-третьих — мать вчера вечером отсыпала целых пять долларов, что сулило, и обещало, и манило, и вообще означало переход к какой-то совершенно новой жизни, только к какой — Колька и сам пока еще не знал.

Рекомендуем почитать

Бзумм!.. Филин скорее предвосхитил, чем ощутил низкое, еле слышимое гудение и бросился ничком на пол. Воздух в комнате задрожал, словно желе, по которому шлепнули ложкой. Чччпок! Так и есть. Достали. Нащупали. Видеополка, висевшая на стене, исчезла, воздух с хлопком смял образовавшуюся пустоту.

«Пожалуй, пешком я из этой комнаты уже не выйду», — какой-то задней, отстраненной, чужой мыслью подумал Филин, а тело его уже собиралось в комок, мышцы напружинивались, чтобы произвести движения, в которых сознание почти не участвовало. За последние месяцы и особенно недели Филин многое узнал о своем теле: оказывается, оно умело быть ловким и упругим, молниеносным и недвижным, — физические навыки приобретаются быстро, если к тому толкает необходимость.

Я решил купить жене духи. Не потому, что Восьмое марта, которое давно прошло, а потому, что старые духи кончились, но до дня рождения жены еще далеко. Конечно, «Шанель» кусается до крови, да и не купишь ее, даже кооперативную, однако что-нибудь отечественное, почти приличное и не очень дорогое все еще можно подобрать, решил я и направился в парфюмерный магазин.

Время было часа четыре дня. И народу в магазине меньше, но главное то, что во второй половине суток (а лучше всего ночью) материализация у меня получается лучше всего. Впрочем, это я сейчас говорю о материализации, тогда же о своей способности я вовсе и не помышлял.

— Здравствуй, милый, — сказал женский голос. — Ну, как ты?

— Осваиваюсь, — сказал я, совершенно пока не представляя, как нужно интонировать речь, и поэтому стараясь говорить тихо, словно бы с перехваченным от волнения горлом. — Забот прорва. Как твое самочувствие? Скучаешь?

Я входил в разговор с привычной осторожностью, как входит в утреннее море купальщик — пробуя ногой воду. Правой рукой я нажал клавишу «АДРЕС». На экране передо мной возникло изображение молодой женщины с заплаканными глазами и побежали розовые строчки текста: «Валентина (Валюта) Бахтадзе (в девичестве Муравьева) 28 лет чертежница проектного бюро филиала „КОМУС-МИКРО“ совместного предприятия „COMP-SERVI“ („Computer Serpice Ventures International“) муж Давид (Дато) Бахтадзе ОСВОИТЕЛЬ БРО/384918 отправлен

Ну, ребятки, кто угостит меня сегодня? Крепкого не прошу, с с крепкого я никогда не начинаю, стакан-другой бузы — вот все, что нужно для душевного разговора. Ну да, ну да… О-о, и здесь новенькие есть. Оч-чень хорошо, подсаживайтесь, зеленые вы мои, и угощайтесь. А то никакого рассказа не получится. Думаете, я попрошайка? Напрасно думаете. Здесь о все знают, что я не попрошайка. Просто освинцованные трусы очень тяжелые, никак задницу, простите, жопу не оторвать.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Беглец не знал, что его появление на маленькой ферме страны Рад было предопределено в высших сферах, и скажи ему кто-то об этом, вероятнее всего, лишь презрительно фыркнул бы в ответ. Все мысли вытеснила невыносимая боль в раненой ноге. Бедняга сознавал только, что грязен до отвращения и устал так, что даже не попытается убежать или сопротивляться, если его обнаружат и схватят.

Ночь снова окутала мир темным покрывалом. Беглец почти не замечал хода времени, ощущая только жгучую жару днем и ледяной холод по ночам. Голод и жажда, страх и усталость — вот удел несчастных, подобных ему.

Камил Гадеев

Принцесса, рыцарь и я. (возвращение 5)

Понемногу пейзаж начал изменяться, в бескрайней степи стали попадаться островки леса, невысокие холмы хаотично разбросанные по равнине превратились во вполне приличные горки.

- Все, осталось совсем немного - Гульсум глубоко вдохнула свежий воздух - Там, в горах, замок моего отца, радуйся, еще немного и мы устроим свадьбу достойную принцессы трех долин. Мир восхитится красотой невесты и мужеством жениха, певцы будут восхвалять наше великое путешествие, сто человек будет пить и петь у нас в замке.

Нейл Гейман

Вампирье Таро: Пятнадцать карт из Старшего Аркана

0. Дурак

- Чего ты хочешь?

Каждую ночь юноша появлялся на кладбище. Уже месяц. Он смотрел, как в бесстрастном свете луны стираются краски хладного гранита, пятнистого мрамора, древних замшелых надгробий и статуй. Он распугивал сов и ночных призраков. Он наблюдал за влюбленными парочками, пьяными бродягами, нервно спешащими подростками; за всеми, кого заносило ночью на кладбище.

Альтернативная история, знакомо-незнакомые события, причудливо искаженные фантазией... Мир, где любое народное поверье становится реальностью... Здесь, по раскисшим дорогам средневековой Германии — почти не «альтернативной», — бродят ландскнехты и комедианты, монахи и ведьмы, святые и грешники, живые и мертвые. Все они пытаются идти своим путем, и все в конце концов оказываются на одной и той же дороге. Роман построен как средневековая мистерия, разворачивающаяся в почти реальных исторических и географических декорациях. Главный герой — монах, которого вольнодумный студент Бальтазар Фихтеле прозвал Мракобесом. Найдет ли он свой путь, встретит ли Того, к Кому шел всю жизнь?

Мартин-Перес подпирал собой полуобвалившуюся стену лавки, где продавали благовония, знаменитые на весь город Аш-Шахба и даже за его пределами. В лавке кто-то отчаянно торговался, покупая курения «Зеленая Роза». Мартин не слушал. Насмотрелся он на эту Аш-Шахба, на этот рынок, на людей этих, лукавых и смуглых, и успело все это сильно ему надоесть. Немудрено — за четыре-то года.

Он и сам не знал, почему его опять занесло сюда, на Восточный Берег. Говорил ему когда-то караванщик: «Аш-Шахба не отпустит, будешь возвращаться снова и снова к Серым Стенам». Оказался прав, старый пердун.

Все достигнуто, все свершено. И отчего бы не поиграть? Отчего бы не подвигать вычурные фигурки по расчер­ченной тобою доске Бытия? Ставка настолька высока, что недолго и голову потерять от азарта. Новая война нависает над уставшим от сражений миром. Пророки предвещают конец света. Поднимаются из могил мертвецы. Погибают драконы, а их повелитель сходит с ума, оставшись в одиночестве. Игра идет. Но не все так просто. И вот уже четверо, не желая быть пешками, спрыгивают с доски и берут за грудки самих игроков. И стремительный росчерк Меча устанавливает в Игре свои правила.

Демоны, драконы, пляшущие ведьмы, чувырлы и прочие твари буквально парализовали жизнь людей. Не было от них никакого покоя, пока не появились рыцарь Артур и его названый брат маг Альберт.

Ирина Ясиновская

Предисловие к отрывкам из "Огонь, кровь и пепел"

Предлагаю вашему вниманию отрывки из моей книги "Огонь, кровь и пепел". Отрывки (две главки - 11-ая и 12-ая из первой части первой книги), разумеется, совершенно вырваны из контекста, но я решила, что не стОит объяснять ситуацию на момент действия, описанного в главках, а так же действующих лиц и взаимоотношений между ними, так как это займет намного больший объем, чем 12 Кб. Всю же книгу я запостить в эху не могу по причине ее очень большого объема. Однако, если уважаемым подписчикам понравится, то, что я предлагаю в этот раз, я закину отрывки из других книг.

Оставить отзыв