Невостребованный боевой опыт

Олег Блоцкий

Невостребованный боевой опыт

Советские войска 15 февраля 1989 года покинули Афганистан. Война была проиграна. Проиграна в первую очередь советскими политиками. Это понимали не только в 40-й армии, но и во всей стране.

Несмотря на подобный исход, за десять лет боевых действий советская армия приобрела значительный опыт. Практически каждый офицер ВДВ прошел через Афганистан. Некоторые побывали там дважды. Например, нынешний министр обороны России Павел Грачев. Подобная картина наблюдалась и в элитных подразделениях советских вооруженных сил - частях специального назначения (спецназа) Главного разведывательного управления (ГРУ) Генерального штаба ВС СССР.

Другие книги автора Олег Михайлович Блоцкий

Трусость и предательство на войне, из-за которых погибали лучшие бойцы, — это моральное преступление, которое не прощается. Уж сколько лет прошло после Афгана, а бывший солдат все никак не может простить предательство своего сослуживца. Ищет его в мирной жизни, находит и вершит самосуд. Спокойно, как должное, делает то, что не смог сделать тогда, в Афгане. Справедливое возмездие вернулось к предателю из прошлого, настигло, словно давно остывшая пуля или поржавевший осколок гранаты. И все встало на свои места, и вновь воцарилась гармония и справедливость… Война никогда не отпускает тех, кто на ней побывал. Она всегда возвращается, довершая то, что живые или мертвые не успели сделать. И это та суровая правда, которую хочет донести до читателей автор книги, сам прошедший ад войны.

Олег Блоцкий

Приближение войны

Ростов-на-Дону, 24 декабря.

Вечер. Армейская гостиница. В местном буфете знакомлюсь с пилотами, которые, отвоевав в Чечне, возвращаются в свою часть. У ребят - долгожданная замена. Теперь на их машине летает другой экипаж из России.

- Нам повезло, - говорят пилоты, - думали, что задержимся на Новый год. Но командование сменило на новеньких.

Разговариваем, понятное дело, о Чечне.

Олег Блоцкий

Социалистические обязательства

Обед закончился. Рота, распаренная в душной, как хорошая русская баня, столовой, потянулась к дверям. На входе солдат перехватил замполит роты старший лейтенант Кодряков.

- Значит, так, бойцы, никуда не расползаться. Вымыть котелки, перекурить и в казарму. Сна не будет.

- А что будет? - сбились вокруг Кодрякова подчиненные.

Солдаты мечтали сейчас только об упругой холодной струе воды в умывальнике, а после - хоть недолгой тяжелой полудреме в густом тяжелом воздухе помещения, который даже вентиляторы были не в силах разогнать.

Олег Блоцкий

Штурм Грозного

Накануне я был на передовых позициях российских частей под Грозным. Разговаривал с офицерами, солдатами, прапорщиками и видел, что никто иллюзий по поводу молниеносного захвата города не питает. Однако никто из них не отказывался от выполнения приказа. Все недовольные и несогласные были уже высланы в тылы с соответствующими выводами в последующем. "Ты здесь видишь настоящих мужиков, - сказал один из контрактников. - Все подонки, "позвоночники", трусы и демократы остались в тылу".

Лейтенант Стрекозов с первых дней службы в Афганистане показал себя предельно жестким, но справедливым офицером. Однажды во время боевой операции Стрекозов заметил, как его непосредственный начальник капитан Демеев вместе с солдатами жестоко расправляется с мирными афганцами и занимается мародерством. О преступлении Стрекозов докладывает капитану Баранову, однако этот офицер оказывается сообщником Демеева, и, чтобы убрать свидетеля, Баранов посылает взвод Стрекозова на верную гибель…

Олег Блоцкий

Стукач

Рассказ

Под вечер, когда жара начинала лениво уползать в ущелья, а горы, оцепившие бригаду со всех сторон, из лиловых становились черными, в роте связи был устроен шмон.

Всех выстроили на дорожке перед расположением - выгоревшими палатками, похожими на белых птиц, распластавших в стороны свои крылья.

Взводные ходили по рядам и заставляли подчиненных выворачивать карманы, ротный заглядывал в каждую тумбочку и переворачивал матрасы, старшина настойчиво копошился в каптерке, и даже машины в парке не остались без внимания - туда тоже ушел один из офицеров.

Олег Блоцкий

Чеченский пленник

Меня зовут Сидоров Геннадий Сергеевич. Родом я с Дальнего Востока. Служил сначала дома. Потом перевели под Благовещенск. Якобы для укрепления российских границ. Потом сказали, что поеду на формирование нового полка на Урал.

Из части было нас всего двое. Привезли в Благовещенск. А там уже со всего дальнего Востока собирают людей. До конца нам не говорили - куда и что. Утверждали, что едем на Урал формировать новый полк. Сразу ясно было, куда мы поедем, потому что начали волос стричь, но не весь, а кусочками маленькими, кровь брать. Комиссия была, спросили: "Сколько родителей? Одна ли мать воспитывает? Или еще отец есть?"

Олег Михайлович Блоцкий

Последний поход

...Сижу у моря,

А там война...

И нет покоя,

И нет мне сна...

* * *

...Пока, Кабул,

Прощай, мое видение,

Придуманное искренне не мной.

Я все могу,

Но сквозь преодоление,

Я не могу никак попасть домой.

* * *

Андрей Стебелев

1.

Человек с фотоаппаратом, который висел на крепкой, широкой матерчатой ленте, похожей на автоматный ремень, но только черного цвета, протянул листочек, где черканул пару слов, и Виктор отдал взамен деньги.

Популярные книги в жанре Современная проза

Слесарев Евгений

Однажды жизнью выданный билет,

Вернуть назад, увы, никак нельзя.

Я знаю, где-нибудь, но детство есть.

Беда в одном - в нем больше нет меня.

"Зайчик"

Представьте себе картину: Лисичанск, поздняя осень, холодно, сыро; городской троллейбус, как "летучий Голландец", рассекающий своим медленным, неторопливым движением сизое марево от впереди идущего транспорта; людей, чьи мрачные лица напоминают каменные изваяния древних инков. Каждый думает о своем, о вечном - у всех свои проблемы. Мрачно. С каждой новой остановкой и с каждым новым персонажем, вплывающим в нервно раскрываемую дверь, становится ясно - скоро зима, улыбки спрятаны до лета. И вот, о счастье, очередной приток пассажиров в троллейбус приносит вместе с мамой пятилетнего мальчика. Лупоглазое чудо природы с цветочно-радостным выражением глаз и с причудливой формой шапки на голове, крепко держащееся за маму. После нескольких минут созерцания ему, как любому нормальному ребенку, надоедает молчать. Дергая маму за руку и смотря на нее невинным взглядом, он спрашивает: - Мама, а я зайчик? - Скотина ты, а не зайчик,- мгновенно реагирует мама. Слишком быстро, чтобы поверить в ее чувства.

Андрей Смирягин

Особенности национальной езды

Какой русский не любит быстрой езды? Как точно в одной фразе о любимой скорости передвижения нации, раскрыта вся глубина ее души. Можно ли сказать больше? Известно, что кроме скорости у движущегося средства есть много других характеристик. А если представить, что на дороге окажется больше, чем один любитель езды, организуя настоящее дорожное движение (в дальнейшем ДД), то стоит порассуждать, как в этом случает поведение участника движения (в дальнейшем УД) будет определять характер этноса. Что ж, для этого достаточно сесть в автомобиль, выехать на улицы города и посмотреть на происходящее там непредвзятым взглядом какого-нибудь иностранца или инопланетянина, прилетевшего к нам в поисках разумной цивилизации. Как и в любой другой стране мира на наших дорога присутствует два признака цивилизованного движения - это дорожная разметка и знаки, включая светофоры, и один нецивилизованного - это огромное количество дорожных инспекторов на дороге, причем, они редко занимаются собственно регулировкой движения, и почти всегда они о чем-то беседуют с водителями, глядя в их документы. Впрочем, к взаимоотношению водителей с представителями власти мы еще вернемся. Следующее, что бросается в глаза и неприятно их режет, замечаешь, доехав до первого светофора. Почти никто из УД не соблюдает дорожной разметки. Каждый хоть на десять сантиметров, а чаще метров на пять, но заедет за ограничительную полосу "стоп". Мало того, некоторые умники "лихо" объезжают всю остановившуюся массу автомобилей слева по встречной полосе или справа с заездом на пешеходный тротуар и встают впереди всех, обычно прямо на пешеходной "зебре". Что вы скажете наглецу, который ни с того ни с сего, например, в магазине встанет в очереди впереди вас. На дороге хочется сказать все то же самое, но попробуйте это сделать, если у него двести пятьдесят лошадей под капотом, и до ста он разгоняется за шесть секунд. А уж как много хочется сказать этим "умникам" вынужденным лавировать меж грязных бамперов пешеходам, то есть УД, незащищенным металлической броней. Нетрудно догадаться, копией отношения к кому в обществе это поведение водителей является - да, к тем же детям, старикам и инвалидам. Я еще не встречал у нас такого на дороге, чтобы автомобиль уступил дорогу пешеходу, даже если пешеход переходит дорогу по своей, дающей право преимущественного движения "зебре". Более того, водители как будто специально гоняют бамперами пешеходов, как зайцев, чуть не сбивая их с ног. Естественно, и у пешеходов выработался рефлекс перехода на нерегулируемом участке улицы - пока машина не проедет или не остановится, с места ни-ни. А какой же дурак остановится, вот и простаивают по полчаса пешеходы на особенно оживленных участках в ожидании спасительного "окошка" в движении, или пока у кого-нибудь из водителей не проснется совесть, что бывает редко, как никогда. Иностранец должен ощущать себя на наших улицах очень неуютно, они-то привыкли переходить дорогу по пешеходному переходу не глядя по сторонам, и не дай бог водителю не то что сбить, а хотя бы задеть пешехода, я этому нечастному и будущему нищему просто не завидую. Я специально проводил эксперименты, притормаживая перед пешеходным переходом, и наблюдал за реакцией людей, улицу переходящих, а также водителей, едущих сзади. У пешеходов такое странное поведение водителя в первые мгновения как будто не вызывает никакой реакции, они продолжают стоят на месте, как вкопанные, в ожидании, когда же наконец я проеду, затем, когда многозначительно помашешь им рукой, мол, да идите вы, "остолопы", на их лицах возникает страшное удивление, которое сменяется щенячьей благодарностью, ответными поклонами и жестами приветствия такому странному не по здешнему вежливому водителю. УД сзади реагируют по-другому, хотя и не менее бурно. Во-первых, они мгновенно начинают сигналить фарами и клаксонами в недоумении, чего это я встал - заглох, чайник, что ли. Потом начинают нервно крутить пальцами у виска и подъезжать вплотную к заднему бамперу, мол, да ехай же, козел, наконец. Но пока все пешеходы не пройдут, я и ухом не веду. Особенно меня радует, если позади упрется иномарка с бритым братком или ворюгой в белом воротничке. Эти просто выходят из себя, начинают нервно куда-то звонить по сотовому или пытаются выйти из машины, чтобы показать охамевшему лоху "козу". Но наехать на человека, который по сути прав и ничего не нарушает, а наоборот, законопослушен и благороден в отношении слабых и беззащитных, даже у них духу не хватает. И вы не поверите, уступая дорогу пешеходам, я стал испытывать целый комплекс положительных эмоций, от их улыбок, слов, жестов благодарности это что-то неописуемое. Настроение поднимается на целый день, думаю, у пешеходов тоже, и так волнами распространяется далее по стране. Теперь об отношении с автоинспекцией, как регулировщиками ДД, поставленными на дорогах, как инструмент власти. Сказать "инструмент закона", как-то язык не поворачивается. Хотя именно закон, а точнее правила ДД должны являться их катехизисом и основным мотивом поведения. Однако любой УД знает, что вовсе не пресечение правонарушений ведет постового по жизни путеводной звездой. Простой пример - ремень безопасности. Мало кто из водителей любит накидывать эту "удавку". И мало кто из инспекторов за это нарушение штрафует, но потенциально можно наказать за это любого. Поразительное сходство с выполнением, скажем, налогового законодательства, мало кто платит налог в полном объеме, но за это не штрафуют, однако потенциально "на крючке" оказываются все. Выходит, если все в то или иной степени правила ДД нарушают, то и остановить инспектор может почти любого (заметьте это "почти", оно нам еще пригодится).

Андрей Смирягин

Писатель из пустого в порожнее

(лекции с диванчика)

Здесь многие интересуются, как я пишу. Неужели, вот так просто: прихожу домой и, поев, допустим, квашенной капуты или сосисок с макаронами, подхожу к письменному столу и начинаю творить. Что ж, я готов устроить вечер вопросов и ответов. Но не торопитесь слать записки. Чтобы избавить вас от хлопот, я сам задам себе вопросы, сам же на них, как водится, и не отвечу. В о п р о с: Было бы интересно узнать, когда это началось? - Первый свой рассказ я написал в детском саду. Но не думайте, что я какой-нибудь вундеркинд. Наоборот, читать и писать я научился только во втором классе. Мою мать вызвала в школу наша учительница и сказала: "А вы знаете, что ваш сын до сих пор букв не знает?" Мать схватилась за голову. Она-то пребывала в полной уверенности, что раз ее сын пошел в школу, то грамоте его там должны научить. Моя бедная мама! Она еще не знала о способностях сына сопротивляться всему, что ему хотят навязать силой. Тем не менее в детском саду, не умея ни читать, ни писать, я создал свое первое драматическое произведение. И что самое удивительное, там были все составляющие настоящего приключенческого романа со счастливым концом. Моряк прощается с любимой и отправляется на корабле со странным именем "Рыба" к острову сокровищ. Путешественники переживают и шторм и нападение пиратов, но не смотря ни на что, достигают цели путешествия - вулкана, где в пещере спрятаны сундуки с сокровищами. Финальная сцена невероятно красноречива. Моряк тащит в дом любимой тяжелый чемодан. Любимая прыгает от радости. Рядом стоит ее мать, видимо, чтобы благословить молодых на долгую и счастливую жизнь... Простите, я прервусь, чтобы прослезиться... Вы, конечно, уже догадались - эту историю я нарисовал. В о п р о с: Почему вы до сих пор пишите с ошибками? - Грешен! Абы как слова ляпать - это со мною случается. Единственное, что меня утешает - это вера, что орфографические ошибки писателя тоже имеют свою литературоведческую ценность. В о п р о с: Когда вы впервые почувствовали, что можете стать писателем? - Это когда меня начали цитировать друзья. Обычно пришедшую мне в голову хорошую мысль я испытывал на родственниках и друзьях. В каком-нибудь разговоре я вставлял ее и следил за реакцией окружающих. Если все смеялись, я заносил мысль в разряд хороших. И вот однажды во время очередной институтской вечеринки я услышал, как мой друг Костик, наливая вино моей захмелевшей подруге, произнес когда-то брошенную мною фразу: "Я понимаю, мешать пиво и водку. Ну могу понять и водку с вином. В конце концов можно понять и оправдать и пиво с вином. Но мешать пиво, водку и вино - это выше моего понимания!" Только вот перед тем, как меня процитировать, он заявил: - Как заметил в свое время Булгаков... Но я даже не обиделся. Если некоторые мои мысли, подумал я тогда, напоминают мысли великих, то это о чем-то говорит. В о п р о с: Как происходит написание самих текстов? - Для меня литературный труд скорее похож работу Кая из сказки "Снежная королева". Когда он из миллиона льдинок случайной формы выкладывает слово "Вечность". И з у м л е н н ы й в о п р о с: Льдинок? - Да. Во-первых, это мысли, которые по неизвестной причине сами собою рождаются в моей башке. А во-вторых, это то, что я черпаю из общения с окружающими. Я убедился, что и последний тупица хоть раз в жизни выкидывает что-нибудь гениальное. Что уж говорить о людях более развитых. Они, сами того не замечая, при общении друг с другом генерируют неисчислимое количество занятнейших типажей, ситуаций и диалогов. Мне остается только записывать. За день улов может составлять до десятка таких "фишек". Мне даже пришлось придумать целую систему запоминания. Не будешь же при человеке доставать записную книжку с ручкой и донимать его: "Ну-ка, ну-ка, что вы там только что загнули?" В о п р о с: Расскажите о своей системе запоминания. - Я сам не до конца понимаю, как она работает. Мысли я не думаю, а чувствую. Мысль - это некое состояние всего существа. То есть, чтобы ее вспомнить, мне достаточно сдвинуть все свои ощущения в ту точку времени и пространства, когда эта мысль рождалась. Но бывает, это не помогает, и я целый день хожу с неприятным ощущением, что оригинальная мысль безвозвратно сгинула в хаосе обыденного восприятия. Однако я и с этим научился справляться. Не знаю почему, но достаточно мне произнести громко глупое слово "булавка", как мысль сама всплывает. Тут же я ее хватаю и вписываю в огромный архив. Полежи, голубушка, до случая тобою воспользоваться! В о п р о с: А как в вашей голове рождаются сюжеты? - Все дело в моей отвратительной памяти. Бывало, хочется вспомнить, как это могло быть у классиков, но все вспоминается как-то не так, как-то по-новому. И вы знаете, иногда что-то необычное и выходит. Но идея сюжета редко приходит во всем блеске своей законченности. Чаще всего на свет появляется что-то скомканное, мокрое и уродливое. Приходится идею выращивать и доводить до ума. И чего уж там скрывать - детская смертность среди идей очень высока. В о п р о с: Ну а все-таки, трудно ли придумать сюжет рассказа? - Я ничего не придумываю, я вообще не думаю, когда пишу. Я люблю думать в подсознании. Засунешь туда незаконченный рассказ и можешь заниматься своими делами, а потом через несколько дней - Нате! Получайте совершенно неожиданное развитие. В о п р о с: Правда ли, что настоящий писатель должен жить в горе и несчастье, чтобы творить хорошо? - Это правда. Например, у меня в жизни все, кроме эрекции, ужасно плохо. В о п р о с: А нужны ли вообще сейчас писатели? - Ну это смотря о чем писатели. Для начал сделаю сильное утверждение Мира нет! Не пугайтесь, я не договорил. Мира нет, пока писатель о нем не напишет. И не спорте, я знаю, о чем говорю. Писатель - это ничто иное, как пишущий инструмент Господа Бога. Он для этого занятия и был придуман. Писатели творят устойчивость и последовательность этого мира. Остальные его лишь растрачивают в суете сиюминутных переживаний. В о п р о с: А если писатель плохой или никому не известен? - Плохим писателем быть плохо и глупо. А вот неизвестным быть хорошо. Торопитесь написать что-то приличное пока вы неизвестны. Дальше ваше восприятие мира будет искаженно стремлением работать на публику. Стремясь повторить собственный успех, писатель становится плагиатором самого себя. А хороший писатель редко бывает хорошим плагиатором. В о п р о с: Всем очень интересно, основаны ли ваши рассказы на реальных событиях из вашей жизни? - Вы бы не задавали этот вопрос, если бы вспомнили про Агату Кристи. Самому гнусному злодею и не снилось, скольких людей и сколь изощренными способами загубила в свободное от вязания чулка время эта хитрая старушка. Описывать реальные события жизни - это все равно, что, скажем, воссоздавать дерево с тщательностью природы. Можно убить на это полжизни, но какой в этом смысл. С другой стороны не буду лукавить. Автобиографичность присутствует и в моих рассказах. Особенно в некоторых, являющихся почти дневниковой записью. Но не могу же я оставлять без работы будущих исследователей. Пусть разбираются сами, где я сочиняю, а где нет. В о п р о с: Можете ли вы не писать? - Вряд ли. Я уже отравлен наркотиком творчества. Теперь со мною можно делать все что угодно. Бросать в нищету, сажать в тюрьму, женить, заразить венерической болезнью. Я все равно с тоской буду смотреть на мир, если в данное мгновение я не преображаю его в очередном творении. В о п р о с: Всегда ли вы довольны своими произведениями? - Далеко не всегда. Творчество обычно идет волнами. Иногда такое в голову прийдет! Сидишь и думаешь: "Вот я - гений! Ну что тут поделаешь, раз таким уродился!" А иногда, бывает, чувствуешь, что бездарнее человека женщина на свет еще не производила. В о п р о с: Что вы хотите сказать людям своим творчеством? - То, что сказано в произведении литературы - важно. Но гораздо важнее то, что недосказано. В о п р о с: Над чем вы сейчас работаете? - Над тем, что вы сейчас читаете. В о п р о с: Ваши планы на будущее? - У меня столько планов, столько планов! Денег вот только не хватает. В о п р о с: Правда ли, что в жизни писателя большую роль играют женщины? - Правда. Эй, там на диванчике! Иди сюда. О тебе вопросы пошли. Скажи пару слов для моих читателей. Сейчас она что-нибудь напишет... - С сегодняшнего дня пиши слово "кретин" с большой буквы, как имя собственное. ...Простите. В нашем самоинтервью перерыв. У нас маленькая драка... - ...Так, девушка! Во-первых, покиньте мой компьютер, во-вторых, мой диванчик, и в третьих, мое тело. - Покинуть тело? Ни за что! Ты знаешь, любимый, я давно хотела тебе сказать, только обещай, что ты не будешь обижаться. Ладно? Вот я смотрю на твое творчество и могу сказать про него только одно: ты - гений! - То-то же. - У меня просто нет слов, чтобы выразить, какой ты талантливый! - То-то же. - У тебя просто феноменальные способности... - То-то же. - ...по части мотать мне нервы. - Что?! Вот вам и связь между искусством и жизнью. Не связь, а какие-то кандалы с цепями. Кто-то читает меня и думает, какая духовно насыщенная и эстетически волнующая жизнь у человека. А тут сидит рядом такая "проза", до изумления приземленно трескает киви и плюет на творца и его метания. - Значит, я тебя чем-то не устраиваю? - Почему же, устраиваешь. Такого нервомота еще поискать. - Чем же ты недовольна? - И он еще спрашивает! Ты - ужасный мужчина. Во-первых, ты упрямый, во-вторых, без причины вспыльчивый, в третьих, забываешь делать девушке комплименты, но это бы еще все ничего. Самое главное - ты забываешь делать ей куннилинг. - Тоже мне недостатки. Я же ничего не говорю тебе, когда ты во сне скрипишь зубами. - Я во сне скриплю зубами? Что ты придумываешь?! - А ты не знала? - Почему же ты меня ни разу не разбудил? - Зачем? Я не бужу тебя, даже когда ты храпишь... ...простите, у нас снова легкая потасовка... Рекламная пауза: "Ля-ля-ля. Любовница со свирепым лицом избивает своего любовника. Задушевный голос за кадром: "ЛОЖИСЬ В ПОСТЕЛЬ ТОЛЬКО С КНИЖКОЙ!" Да! Художника каждый обидеть может. - Ну все, хватит! А то сейчас в ответ ка-а-ак трахну. Заплакала. Сейчас жаловаться начнет. - ...Да-а, трахаешь ты меня хорошо, но при этом абсолютно не любишь. - Ты хочешь, чтобы все было наоборот? - Нет,- хнычет. - Ну ладно, не плакай. Подожди, вот только лекцию закончу... Все, дорогие читатели, пора кончать, а то заговорился я с вами. Посмотрите на часы. Уже половина первого ночи, а для бессмертия еще ничего не сделано... Хорошо, хорошо, если вы так настаиваете, последний вопрос и вы свободны. В о п р о с: В чем, на взгляд писателя, смысл жизни? - Гм... Думаю, жизнь - это ничего больше, как возможность обеспечить себе бессмертие... Я раздеваюсь и иду к диванчику. В о п р о с: Зачем к диванчику? А как же бессмертие?! - Достали вы меня своими вопросами! Детей я иду делать, вот зачем. Ведь только они могут сделать человека по-настоящему бессмертным.

Андрей Смирягин

ПИСТОЛЕТ, КОТОРЫЙ НЕ СТРЕЛЯЕТ

(комедия положений в четырех частях)

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

* * *

Студия фотографа. Слева тяжелая бархатная портьера закрывает вход. Справа дверь в проявочную комнату с табличкой "Посторонним просьба не входить". На стене висит портрет дедушки фотографа. Чуть в стороне во весь рост стоит чучело египетского фараона. Прожекторы на треножниках направлены на белый экран, перед которым стоит стул.

Андрей Смирягин

ПОЦЕЛУЙ

Поцелуй - это не такое простое дело, как заблуждаются некоторые. Одних губ здесь далеко недостаточно, здесь еще голова нужна. Например, некоторые даже не знают, куда сунуть нос во время поцелуя. А девушки, так все, прямо как по команде, признаются, целуясь в первый раз: "Я раньше,- говорит,- никак не могла понять, куда мне девать нос во время поцелуя, чтобы он не мешал". Они, наверное, думают, что было бы удобней целоваться с девушкой, у которой нет носа.

Андрей Смирягин

Полёты

Сон - это не сон, а не сон - это сон, который не сон.

"Волшебная лампа Алладина"

Сейчас я работаю редактором телепередачи выходящей по московскому каналу "Мужские и женские истории". В мои обязанности входит выслушивать по телефону огромное количество рассказчиков и приглашать на передачу людей с самыми интересными историями. Вчера мы снимали очередной блок передач. И там был один человек, ему сейчас уже 72-ой год, который рассказывал, как в детстве он лежал на травке у себя в деревне, и как вдруг голос из ниоткуда объяснил ему, как он сейчас может научиться летать. Надо замкнуть сверху и снизу свою ауру или человеческую оболочку, сцепить руки внизу, подпрыгнуть с какой-нибудь высоты и успеть вскочить в сцепленные руки пятками. Он попробовал и у него получилось. Он полетел. Человек никому не рассказывал об этом случае до 50 лет, пока голос свыше ему этого не разрешил. Человек абсолютно нормален, и не верить ему нет никаких оснований.

Андрей Смирягин

УЧИТЕСЬ СТРЕЛЯТЬ!

Идет операция. Слышен трагический голос больного:

- Доктор, я кажется, не уснул.

- Да быть того не может!

Доктор увлеченно продолжает оперировать.

- Доктор, честное слово, я не сплю.

- Да бростье вы!

Доктор делает надрез.

- А-а-а! Больно!

- Смотри ты, и в правду не уснул.

- Я же вам говорил.

- Ну и молчите себе в тряпочку... с хлороформом. Кстати, дайте ему еще.

Андрей Смирягин

УВАЖАЕМЫЕ МОСКВИЧИ И ГОСТИ СТОЛИЦЫ!

Москва - это удивительный город. Удивляет в нем все: москвичи, приезжие и сами камни. И если вы у нас впервые, приглашаю вас на маленькую экскурсию по столице.

Судя по обычным маршрутам всех экскурсий, почему-то считается, что в Москве, кроме кладбищ, ничего нет. Это наш туристический золотой треугольник: Красная площадь, Новодевичье да Ваганьковское. Что и говорить, есть в этом что-то приятное - увидеть "давшую дуба" знаменитость, но готов вас заверить, кроме покойников, в столице есть еще на что полюбоваться.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Олег Блоцкий

Ночной патруль

Лейтенант только-только пришел в батарею, а солдат отслужил в ней два года. Он был "дембелем" и считал последние предотъездные дни, старательно вымарывая их в небольшом календарике. Может, боец и уступил бы командиру взвода, вернул молодым деньги, которые отобрал для последних закупок. Но события разворачивались на глазах всего подразделения и "обуревший" дембель не только не пятился назад, но еще больше наглел, опустив левую руку в карман, а правой лениво почесывая голую грудь.

Олег Блоцкий

Опасное соседство

В феврале 1944 года были депортированы в республики Средней Азии ингуши и чеченцы. Однако освободившиеся села не остались бесхозными. По распоряжению Сталина в них начали переселять тех, кто лишился жилищ во время немецкой оккупации, и горские народы Дагестана, перевозя последних из высокогорья на относительные равнины.

Нынешний районный центр Дагестана Новолак одно из таких мест. До 1944 года здесь обитали чеченцы. Теперь живут исключительно лакцы, во дворах, которых до сих пор сохранились саманные домишки предыдущих владельцев. После реабилитации изгнанных народов бывшие хозяева не стали возвращаться к своим очагам, а переселились вглубь Чечни. Проще было построить новый дом, не требуя окончательного восстановления справедливости. Тем более, что чеченцы тогда были рады уже тому, что им вернули родину. Таким образом вопрос о том, кто и на чьих землях живет, казалось, был окончательно закрыт.

Олег Блоцкий

Пайса

Колонна на Хайратон, который в просторечии среди советских звался Харитоном, уходила завтра. Старший прапорщик Зинченко - старшина зенитной батареи - метался с самого подъема по полку - он уходил в сопровождение колонны.

Надо было получить сухие пайки, боеприпасы, заправить машины. Да и за солдатами глаз да глаз нужен, чтобы матрасы, подушки, одеяла укладывали в кузова машин аккуратно, а не швыряли как попало.

Олег Блоцкий

Письмо из дома

1.

Обязательный сон после обеда закончился, и солдаты, вспотевшие, вялые, всклокоченные, не выспавшиеся, а лишь одуревшие от двух часов, проведенных в парилках-кубриках, медленно вползали в курилку.

Батальонные почтальоны, подгоняемые нетерпеливыми товарищами, торопились в клуб. Там киномеханик и одновременно главный почтальон полка уже раскидал по литерам письма, газеты и журналы, уложив их разноэтажными стопками на длинный деревянный стеллаж.