Непредвиденные обстоятельства

Длинные упругие весла то становились легкими, то наливались тяжестью, когда Костя Радоев погружал лопасти в воду.

Марина устроилась на корме рядом с Володькой и звонко пришлепывала ладонью расплывчатые солнечные пятна за бортом. Левка и Люда — те совсем притихли. До Кости доносился с носа их неразборчивый шепот.

Желтый пляж остался далеко за кормой. Там копошились разноцветные купальники. Одни неожиданно пропадали в прибрежной пене, другие — появлялись из нее.

Другие книги автора Алексей Семенович Белянинов

Однажды агенты иностранной разведки, прикрываясь дипломатическими паспортами, пытались вывезти из нашей страны своих шпионов в больших кожаных чемоданах. Об этом стало известно чекисту-пограничнику Павлу Ивановичу Босому. До прихода на пограничную станцию международного экспресса оставалось менее суток. Как быть? Ведь чемоданы дипломатов так просто не проверишь. А вдруг это провокация? Но П. И. Босый и его товарищи нашли выход и разоблачили матерых разведчиков. Шпионки оказались на скамье подсудимых, а чемоданы вот уже тридцать лет хранятся в Музее пограничных войск в Москве.

О непрекращающемся поединке на границе с империалистическими разведками и их агентурой, о бдительности и самоотверженности воинов в зеленых фуражках, населения приграничных районов живо и увлекательно рассказывает книга «Поединок на границе».

Книга написана писателями и журналистами, хорошо знающими пограничную службу.

Повествование ведётся от лица главного героя — мальчика-третьеклассника, приехавшего из Москвы в далёкий якутский посёлок. В школе мальчик находит новых друзей, отношения с которыми складываются очень непросто. Якутские ребята помогают герою понять и полюбить Север.

Всюду на страже границ нашей Родины стоят воины в зеленых фуражках. Они с честью несут свою почетную вахту. Об их трудной и славной службе, самоотверженности и бдительности, об их воинском мастерстве рассказывает эта книга. Она посвящается исполнившемуся в 1968 году 50-летию со дня основания пограничных войск Советского Союза. Книга рассчитана на массового читателя.

Популярные книги в жанре Современная проза

В книге представлены рассказы писателей Австралии XX века: Маркуса Кларка, Джозефа Ферфи, Вильяма Эстли, Генри Лоусона, Алана Маршалла и др.

Пенелопи Гиллиатт 47 лет. Она замужем и имеет одну дочь. Свое время она делит между Нью-Йорком (где она с 1967 г. работает кинокритиком в журнале «Нью-Йоркер») и Лондоном (где она пишет о кино и театре для различных изданий). С миром кино связаны и два написанных ею критико-биографических исследования: «Жак Тати», посвященный знаменитому французскому комическому актеру, и «Жан Ренуар», посвященный французскому режиссеру. Оба вышли в 1975 г.

Пишет Гиллиатт также романы («По одному», 1965, и «Состояние перемен», 1967) и рассказы, в которых часто использует кинематографические приемы: образы, крупный план, монтаж и перенос действия — натуралистческую манеру письма, как она сама ее называет. Высокую оценку со стороны критики получил написанный ею сценарий фильма «Этот проклятый-выходной», поставленного Джоном Шлезингером. В его основе лежит история взаимоотношений тридцатилетней женщины и двух мужчин, одного старше, другого — моложе ее, лет 25. Широкую известность принесли Гиллиатт и ее рассказы, выходившие в сборниках «Как там на улице и другие рассказы» (1968) «Это никого не касается» (1972) и «Изумительные жизни» (1977). Рассказ, на котором мы остановили свой выбор, «Отличный кусок дерева», взят из последнего сборника. В нем проявилась присущая Пенелопи Гиллиатт острая наблюдательность как в обрисовке человеческих характеров, так и социальных аспектов поведения.

Критическая проза М. Кузмина еще нуждается во внимательном рассмотрении и комментировании, включающем соотнесенность с контекстом всего творчества Кузмина и контекстом литературной жизни 1910 – 1920-х гг. В статьях еще более отчетливо, чем в поэзии, отразилось решительное намерение Кузмина стоять в стороне от литературных споров, не отдавая никакой дани групповым пристрастиям. Выдаваемый им за своего рода направление «эмоционализм» сам по себе является вызовом как по отношению к «большому стилю» символистов, так и к «формальному подходу». При общей цельности эстетических взглядов Кузмина можно заметить, что они меняются и развиваются по мере того, как те или иные явления становятся историей. Так, определенную эволюцию претерпевают взгляды Кузмина на искусство символическое, которое он в 20-е гг. осмысляет более широко и более позитивно, чем в статьях 10-х гг. Несомненно, что война 1914 г. усилила в нем его «франкофильство» и отрицание немецкой культуры как культуры «большого стиля». Более многогранно и гибко он оценивает в 20-е гг. Анатоля Франса как типичного представителя латинской культуры.

Мы предлагаем вниманию читателя несколько статей разных периодов, отчасти собранных в сборнике «Условности». Остальные статьи – из различных альманахов, журналов и сборников

Автобус жизни писательницы Марианны Гончаровой не имеет строгого расписания. Он может поехать в любом направлении, даже заблудиться. Вообще маршруты воображения Гончаровой весьма причудливы и фантастичны. Она видит из окна своего автобуса гораздо больше, а зачастую и не совсем то, что видят другие пассажиры. Но с ее помощью они оказываются в удивительных и неповторимых жизненных ситуациях, из которых тем не менее всегда есть выход и всегда можно выбраться на дорогу, ведущую к дому.

Читатели Гончаровой нередко чувствуют себя ее счастливыми спутниками, которым повезло ехать с ней вместе. И не только потому, что путешествовать с писательницей невероятно интересно, но и потому, что очень весело.

Очередная книга издательского цикла сборников, знакомящих читателей с творчеством молодых прозаиков.

Оказывается, что в жизни ни наличие серьезного достатка, ни наличие высокого мастерства в профессии не может дать человеку подлинного счастья, если ко всему этому не добавляется теплота взаимоотношений с окружающими людьми, ощущение рядом с собой надёжного плеча и понимающих глаз. Как же порой нам всем не хватает именно теплоты, надёжности и понимания! Поэтому автору захотелось написать добрую книгу о хороших и поначалу не очень счастливых людях, которым все же удалось не только встретиться, но и по-настоящему найти друг друга.

В общем, давайте вместе помечтаем о такой жизни, в которой всё сходится и все счастливы.

Стремление людей к простому человеческому счастью напоминает полет мотыльков, безрассудно устремляющихся на огонь. Они обжигаются, мечутся вокруг манящего, но такого коварного призрачного света, обессилев, падают, чтобы, набравшись сил, снова взлететь к огню. Таковы герои произведений Ольги Литавриной. Счастье – рядом, стоит только протянуть руку – и вот оно. Увы, все не так просто… И воспитательница детского сада, привязавшаяся к осиротевшему мальчику, и бесшабашный Венька Малышев, спасающий жену-поэтессу, и незадачливый бизнесмен Леха Летуев, разочаровавшийся в женщинах, – все они стремились к любви, к жизненной гармонии и все потерпели сокрушительное поражение. Действительно, отчаянные мотыльки. Или и вправду – легче протиснуться сквозь игольное ушко… Но так ли это? Может, в этом стремлении к настоящей любви, к настоящему счастью и кроется их победа? Может, утратив многое, они сохранили в себе главное – трепетную человеческую душу? Об этом размышляет автор, приглашая своих читателей разделить ее непростые и касающиеся любого из нас раздумья.

Главный герой романа Кирилл – молодой инженер авиации – вынужден постоянно задавать себе вопрос: кто он? Почти античный герой, «повелитель молний», как его уже начинают называть, молодой гений – продолжатель традиций Туполева и Королева – или лузер по меркам современной Москвы и России?.. Любящий и заботливый муж своей беременной жены – или человек без сердца и совести?.. Служитель великого дела – или бездельник из умирающей советской конторы?

Цитаты из книги:

Вглядываясь в своё отражение, бледное, непрорисованное, поверх которого шли буквы: «Не прислоняться» – и царапинами киноплёнки бежал тоннель, Кирилл подумал, что больше всего его пугает… пожалуй… неопределённость. Он терялся, когда что-то начинало идти по сценарию, будто написанному кем-то другим, и с ним начинали играть, как с мышью, которая ещё не видит кошку.

Ему было однажды как-то… неприятно, когда он заметил вдруг через стекло, как в тесной и низкой – раздолбанной «хонде» мохнатое колено оператора почти касается тонкой яниной ноги. Захотелось даже ткнуть в окно и сказать: «Э, мамонт, тарантайку пошире купи… И шорты пошире тоже». (Это ему показалось, что он разглядел даже болт, и всё это – с кромки бордюра.) Но любому, кто раньше сказал бы, что Яна может ему изменить, он рассмеялся бы в лицо.

Товарищи, основная концепция по гашению звукового удара проектируемого Ту-444, предлагаемая сегодня, никуда не годится, – хотел заявить он. Игнорируя опрокинутого Татищева. – Что это за идеи? Абсолютно «попсовые» (он не боялся так сказать!). По ним защищают диссертации китайские аспиранты, прибывшие к нам на практику… Только для этого они и годятся. (Идеи, не аспиранты, – хотел будто бы между делом пояснить он, вызвав ухмылки начальников отделов, которые хорошо знали – каков уровень китайцев). Здесь Кирилл сделал бы передышку; генеральный смотрел бы на него бессмысленно-голубыми глазами, Чпония – шептался бы с соседками, а Татищев выпрямился бы в аристократичном презрении.

Ничего же не было святого – в тотальной иронии и стёбе, вообще присущем КВНщикам. Когда украинская ракета сбила российский «Ту-154» над Чёрным морем, они даже рискнули выйти на сцену с каким-то диалогом («А разве у Украины есть ракеты?» – «Да. Три. Теперь две») – не рискнули даже, просто не сообразили – а что тут такого… Был некоторый скандал, конечно. По крайней мере, жюри покривилось и снизило баллы…

Спускался вечер. Несмотря на то, что темнело сейчас поздно, – начинала разливаться какая-то хмарь, подобие тумана скопилось в низинах, и многие встречные уже включили подфарники: галогеновые лампы в иномарках висели едва ли не на самой нижней кромке, а потому их свет бежал по асфальту, как по воде. Одна из самых сложных развязок. И сплетения дорог, эстакады – будто некто хлестнул трассой, как кнутом.

Во всяком случае, Лёша, заматеревший после университета в какой-то гоп-среде (теперь «Лёха» шло ему куда больше), притащил в жизнь Кирилла лубочно «мужицкие» радости, которые… От которых прежде тот плевался, да и сейчас принимал не очень. Поход в «сауну» можно было считать первым «пробным шаром»; к предложениям же выпить водки Кирилл и вовсе относился с содроганием (буквально: его сотрясал приступ внутренней дрожи, откуда-то от пищевода к плечам, на секунду начинавшим вести себя вполне по-цыгански).

Лёха щёлкал пультом, и вдумчиво остановился на ночном эфире РенТВ, где в якобы интригующей, а на деле – дешёвой – туманности вертелись голые тела: актёры старательно балансировали на грани порнографии; плескались груди в автозагаре; там, где участвовало белое кружевное бельё, пересвечивался кадр. Запиралось на ключ метро. Редел поток раскалённого МКАДа. Бежала жизнь, бежала жизнь.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Книга Марка Дери, известного американского публициста, "Скорость убегания: киберкультура на рубеже веков" посвящена широкому спектру явлений киберкультуры. Автор рассказывает о связи киберкультуры 90-х годов с контркультурой 60-х, о влиянии компьютерных технологий на становление целых направлений искусства - электронной музыки и роботокультуры. Отдельные главы книги посвящены компьютерному боди-арту, проблеме сексуальных отношения в Интернете и перспективе появления киборга. Анализируя отдельные книги, картины, инсталляции и практики, автор пытается разобраться с тем, какими путями современная кнберкультура приведет человечество к управлению эволюцией человеческой природы.

Сказки любят все, но больше всего любите их вы, ребята. Иначе и быть не должно, потому что сказки открывают целый мир — мир, в котором вы еще только начинаете жить. Читая и слушая сказки, вы впервые узнаете о том, какие люди живут на свете, какие звери обитают в лесах и какие бывают леса. Ведь о каких бы невероятных событиях ни рассказывалось в народных сказках, они всегда происходят на нашей земле.

А Земля наша — огромна. На пяти её материках живет множество различных народов. И у каждого народа — свои сказки, мифы, предания, легенды.

Шопоголик возвращается! Бекки, немало пережившая и вдоволь настрадавшаяся в предыдущих книгах Софи Кинселлы, вляпывается в очередную головокружительную и леденящую душу историю. На дворе свирепствует экономический кризис, рушатся банки, в магазинах гулкое безлюдье, и бедняжка Бекки вынуждена усмирить свою шопогольную зависимость. Дав любимому мужу Люку клятву не покупать ничего несколько месяцев, она тут же обнаруживает отдушину, а точнее, две. Во-первых, по магазинам можно ходить с двухлетней дочкой Минни, и уж для родной-то дочери ей ничего не жалко! Да и Минни пошла вся в мамочку. А во-вторых, у Люка скоро день рождения, обычно он его не празднует, но в этом году Бекки решила закатить грандиозную вечеринку-сюрприз. Однако организация вечеринки оказалась делом тяжким и неблагодарным. Все у Бекки идет наперекосяк, и кажется, что уж в этот раз ей никак не выпутаться из ловушки, в которую она загнала сама себя, но… Но, как всегда, Бекки оказалась не такой уж простушкой и дурочкой, так что все у нее получилось.

После затянувшегося перерыва Софи Кинселла наконец-то написала новый роман о полюбившейся очень многим героине шопогольного фронта Бекки Блумвуд – обаятельной, чуточку нелепой, очень забавной и абсолютно непредсказуемой!

Великий венецианский авантюрист и соблазнитель Джакомо Казанова (1725—1798) — один из интереснейших людей своей эпохи. Любовь была для него жизненной потребностью. Но на страницах «Истории моей жизни» Казанова предстает не только как пламенный любовник, преодолевающий любые препятствия на пути к своей цели, но и как тонкий и умный наблюдатель, с поразительной точностью рисующий портреты великих людей, а также быт и нравы своего времени. Именно поэтому его мемуары пользовались бешеной популярностью.