Непредвиденная развязка

Кейт ДЭНТОН

Непредвиденная развязка

Анонс

Молодой компьютерный магнат Уайт Макколи, свободный от семейных уз, был лакомым кусочком для страждущих невест. Однако уговорить его на брак не удавалось никому. Но так было лишь до его участия в аукционе женихов...

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Кара Бридон вошла в кабинет своей начальницы и замерла на месте.

- Как продвигаются дела с Уайтом Макколи? - был первый вопрос Брук Эббот.

Другие книги автора Кейт Дэнтон

Аликс Харпер, филолог по образованию, увлеченно занимается исследованием творчества талантливой южноамериканской писательницы Камилы Завала и переписывается с нею. Неожиданно переписка прерывается, одновременно с этим резко меняется и писательский почерк Камилы, ее книги словно бы пишет кто-то другой. Аликс решает поехать на родину писательницы, в Эквадор, чтобы встретиться с нею и выяснить, что произошло. Там она знакомится с молодым преуспевающим бизнесменом, который явно что-то знает о Камиле. Но что именно?

Как Эми подвела эта злосчастная свадьба! Ведь в ее фирме было много заявок на проведение свадебных церемоний, а теперь все полетело в тартарары! И виновата во всем капризная невеста, неожиданно отменившая венчание да еще заявившая корреспонденту, что в поместье Эми «плохое биополе»!..

Однако, если бы не эта несостоявшаяся свадьба, Эми никогда не познакомилась бы с неудачливым женихом — преуспевающим бизнесменом Максом Эвансом…

Как дальше жить? Ни семьи, ни мужа, ни работы… Прекрасная топ-модель Джей-Джей, чьи фотографии печатались во всех модных женских журналах, всерьез задумалась о своем безрадостном будущем.

И вдруг это неожиданное объявление: Грег Меррифилд ищет жену и мать для двух своих детей.

Может, это счастливый шанс, который дарит ей судьба? Надо попытаться…

Мэкки Смит — одинокая женщина и преуспевающий адвокат, специализирующийся на семейном праве. Очередное дело об опеке над ребенком доставляет ей массу переживаний. Страдающая мать вдруг оказывается бездушной и расчетливой особой, а злодей — образцовым отцом… и к тому же очень привлекательным мужчиной…

Через год после своего побега в Париж Лесли вернулась в Даллас, где ее муж по-прежнему работал, работал и работал… Вернулась, чтобы оформить развод и продать дом.

Подарит ли ей судьба шанс начать новую жизнь?

Популярные книги в жанре О любви

Маседонио Фернандес

Танталиада

Мир создан в наказание Танталам.

Сцена первая. Забота о травинке

Убедившись, что способность любить, малейшее теплое чувство, как ни пытался он их вернуть, покинули его окончательно, и мучась этим своим открытием, Он долго ломал голову и в конце концов решил: пусть новое воспитание чувств начнется для него с заботы о беспомощной былинке, хлопот о жизни почти ничтожной, последних крох ласки, в которых не отказывают никому.

Попов Андрей

Как хорошо...

Он лежал на диване и страдал. Hет, у него ничего не болело, вернее уже ничего не болело. Лекарства сработали как положено, и теперь Он чувствовал себя здоровым, но пустым. Он был не из тех людей, которые вот так проводят выходные на диване. Это, были первые выходные за много лет, которые Он провел в полном безделье. По телевизору показывали какой-то смешной фильм, Он много раз пытался сосредоточиться на сюжете, но всякий раз быстро терял ниточку сценария, картина казалась невероятно скучной. В который раз Он подумал, вот американцы, дефективная нация, смеются там, где не смешно. Hо дело было вовсе не в американском кинематографе... Он приметил ее в первый же день установочной сессии. Тихая, хрупкая, красивая и с прыщами. Он так и не понял до сих пор, почему обратил на нее внимание, но то, что приметил, это точно. А потом Он, как самый старший в группе, сговорил народ обмыть окончание сессии. Сам купил на всех пива, орешков. Они тогда толпой человек в десять долго сидели в чужом дворе на лавочке. Как всегда Он был центром компании. Она сидела на краю и часто вставала, много говорила и, явно гордилась, своей принадлежностью к журналистике. Он же, как журналист со стажем, смотрел на это свысока. Когда расходились, Он записал телефоны всех. Она своей рукой вывела в его ежедневнике имя, телефон и фидошный адрес, что само по себе уже необычно. В субботу Он просидел весь день дома и ждал ее звонка. Hакануне Она впервые пообещала, что сходит с ним на прогулку. Пусть даже в безлюдный парк. И встретится, договорились в укромном месте. Hо Он необычайно был рад. В их бурных отношениях явно назревал упадок, а этого Он боялся больше всего. И вот такой поворот, о котором так мечтал. Он уже представлял, как они вдвоем, держась за руку, бродят по тихим аллеям зимнего леса, как расскажет ей что-то интересное, а Она, обычно молчаливая, разговорится и тоже станет говорить, говорить, говорить всякую чушь, которую ему так приятно слушать. Он сам не найдет достойной темы и поддержит ее бессмысленный рассказ. Они будут долго ходить, пока не заблудятся. Он, как настоящий мужчина, выберет единственно верную тропу, и они заблудятся еще больше. О, как Он мечтал заблудиться с ней в лесу. Конечно, они найдут дорогу. По пути забредут карьеры. Когда-то много-много лет назад здесь добывали гранит, а сегодня - это любимое место отдыха всех горожан. Ребенком, Он очень часто приходил сюда на лыжах. Hа самом деле Он знает этот лес как свой дом, но специально заведет ее в такую глушь, что покажется, что они заблудились. А еще Он подшутит над ней, а Она, сделает вид, что обиделась, легонько толкнет его, от чего Он рухнет плашмя в самый глубокий сугроб. О, нет! Такого ни один мужчина не простит! Он догонит ее и закопает в снегу. Они будут валяться как маленькие дети, смеяться и визжать от восторга. А потом Он ей скажет: "Малыш, я люблю тебя". Она преданно посмотрит ему в глаза, но, как всегда, ничего не ответит... Сто раз Он подходил к телефону, чтобы проверить, работает ли. Тот работал. Скучно и спокойно гудел. Весь день Он не находил себе места. Если до обеда еще на что-то надеялся, то после все понял, но все равно ждал. И опять подходил к телефону, проверял его. Телефон работал исправно, но никто не звонил. И судя по всему, не собирался звонить. Вечером, часов в семь Он пошел прогуляться, пешком побродить по улицам, покурить. Дома Он никогда не курил, хотя дело вовсе не в этом. Hе смог больше ждать, не смог больше терпеть. Забрел в маленький магазинчик, в котором работал когда-то, а там "Праздник урожая", или попросту, народ обмывал премию. Оставайся, говорят, выпей и вообще у нас, мол, весело. Там действительно было весело. Компания интересная, все свои. Первая мысль, которая пришла к нему, что если останусь, а вдруг звонок, и то, что я жду, произойдет без меня? Просто ужас объял. Hо Он сдержался и остался. Пили водочку, наливая в баночки из-под фотопленки. Потом ходили за водкой и продуктам еще раз и опять пили. Hо каждые пять минут, Он звонил домой и проверял автоответчик. Бездушный аппарат всякий раз отвечал, что сообщений нет:

Настя Разумова

Вьюрок

Есть такая девочка. Маленькая, яркая, юркая. Hи то белочка, ни то лисенок. Улыбка до ушей и нос-картошкой. С тонкими ногами и руками. С большими коленками. Вьюрок. Угловатая. Добрая. Яркая. Ее увидел художник. Он понял, что она - одна такая. Она не просто так, а живет. Он сказал: - Вьюрок, пойдем гулять по рельсам. Она пошла. Он большой и неуклюжий. Он давно разочаровался в жизни. Он понял людей, и теперь ему скучно. Перестал рисовать. Закнул свой плащ и мольберт. Для него все просто: есть Человеки, а есть человечки. Вторых больше. Первые встречаются редко. Он был стар, мудр и безнадежен. Он уже очень давно не рисовал. Hо все еще считал себя художником. Он увидел ее.

Полина ШАХОВСКАЯ

Чувство древнее, как мир

Уже само название книги Полины Шаховской предваряет ее основной сюжет - это книга о любви. Имена знаменитых возлюбленных звучат как музыка: Нефертити и Эхнатон, Аспазия и Перикл, Клеопатра и Цезарь, Мария Валевская и Наполеон Бонапарт... В жестоком мужском мире жили и осмеливались любить, поплатившись за свою любовь, Мария Стюарт, Мария-Антуанетта, Елизавета Тараканова, Анна Павлова... Это книга о тех, кто, несмотря ни на что, сохранил в себе это чувство - древнее, как мир.

Елена Шерман

Новые рассказы о любви

ИЮЛЬСКИЕ РОСЫ

Отгорел жаркий, бесконечно долгий июльский день, и на изнуренную зноем землю упала долгожданная прохлада. Вечер окутал синевой спеющую ниву и скошенные зеленые луга; в зеркальной глади медленных речных вод отразились первые звезды. На пыльных сельских улочках постепенно стихали дневные звуки. Разбежались по хатам заигравшиеся загорелые ребятишки, хозяйки, позвякивая ведрами, вернулись в дома после вечерней дойки; скрипнула калитка за тяжело ступающим запоздалым хозяином, усталым после дневных трудов. Минул час, и в хатах стали гаснуть огни: после ужина пришло время сна. Лишь одна юная парочка у плетня все не хотела расстаться, шепчась о своем заветном, милом, зеленом, да деревенский пьянчужка, возвращаясь спотыкающимся шагом домой, к гневу женушки, бормотал вполголоса какую-то песню, путая и мотив, и слова; но вскоре смолкли и эти голоса, и наступила тишина.

Елена Шерман

Тысяча рублей

История из интеллигентской жизни

Время действия: середина 1980-х гг.

Действующие лица:

- кредитор, Иван Сергеевич, доцент;

- должник, Михаил Андреевич, профессор;

- Татьяна Петровна, жена Ивана Сергеевича

- Любовь Георгиевна, жена Михаила Андреевича.

Иван Сергеевич

Возможно, я не прав, а права Таня, но чем больше я думал обо всем этом, тем сильнее мое убеждение, что в этом деле виноватых нет. Я не мог не занять деньги лучшему другу, он был вполне прав в своем нежелании никому (в том числе своей благоверной) говорить о крупном займе у подчиненного, а Люба, несчастная женщина, всегда была чуть жадновата и... Впрочем, наверно, надо все-таки изложить обстоятельства дела в хронологическом порядке.

Татьяна Сибара

Hочь. (Одиночество)

По темной улице, цокая каблучками, медленно шла девушка. Одинокая девушка.

Ее взгляд был обращен куда-то в саму себя. Она шла медленно, чуть наклонив голову.

Она остановилась лишь на мгновение, для того, чтобы снять резинку, туго связывающую ее волосы. Свободные, они упали на ее плечи. Она взъерошила волосы руками и улыбнулась, почувствовав радостную легкость. Только глаза...

Ее глаза все равно остались грустными. Черные, глубокие - они удивляли и привлекали, но в них всегда светилась такая тихая, щемящая тоска.

Поднимаясь по лестнице, Алиса нащупывала зажатый в руке ключ. «Тот самый ключ… У него было все то же погнутое кольцо, они его не заменили». Только она закрыла за собой дверь и отбросила назад маленькую креповую вуаль, то сразу почувствовала знакомый запах квартиры. Тридцать — сорок сигарет, выкуривавшихся ежедневно в течение многих лет, окрашивали, пропитывали всю мастерскую, прокоптили ее стеклянную наклонную крышу.

Тридцать — сорок окурков, раздавленных в бокале из черного стекла, свидетельствовали, сколь упорна была привычка. И бокал из черного стекла все еще был здесь! За тридцать лет кое-где побитый, потертый, пришедший в негодность. Но все же черный бокал цел. Кто же здесь сменил духи? Коломба или Эрмина? Не задумываясь больше над этим, она машинально «втянула в себя живот», чтобы протиснуться между кабинетным роялем и стеной, затем по привычке оригинальным способом, то есть амазонкой, села на обитую кожей спинку дивана, опрокинулась и скатилась на сиденье. Но маленький флажок из крепа, который украшал ее траурную шляпку, зацепился за край партитуры и повис на полпути. Алиса с усталым видом наморщила нос и лоб и поднялась. В стенном платяном шкафу, устроенном в скошенной части мансарды мастерской, она сразу же нашла то, что искала: горчичного цвета костюм: однотонную юбку и трикотажную блузу с зеленым рисунком, которую она тоже понюхала. «Чья? Эрмины или Коломбы?..» Она проворно сбросила свой черный жакет и юбку, спокойно надела платье из джерси, затянула молнию и завязала на шее шарф блузы. Сестры Эд не были близнецами, но были одинаковыми и похожими друг на друга своими прекрасными крупными фигурами, для которых когда-то были впору костюм на двоих, шляпка на троих, одна пара перчаток на четверых. «Противный черный цвет!» Алиса собрала свою одежду, спрятала ее в шкаф и тщетно стала искать сигареты. «Из всех троих никто не догадался оставить мне хотя бы одну!» Она вспомнила, что из троих осталось только две. Бизута, младшая, неудачно вышедшая замуж, вела съемки слегка романтических документальных фильмов у берегов Маркизских островов. Ее муж снимал, Бизута ставила сценки с аборигенами. Полуголодные, так как денег заказчика, которого преследовали неудачи, едва хватало, они влачили освещенную солнцем нищенскую жизнь, переезжали на торговой шхуне от «океанского рая» «на остров мечты». Об этом свидетельствовал лист картона, прислоненный к трубе холодной плиты и весь увешанный моментальными фотографиями: Бизута на коралловом острове, Бизута в короткой пляжной юбке, с развевающимися волосами и увенченная тиарой из цветов, Бизута, размахивающая рыбой… «Она очень худа, естественно. Все это бесконечно грустно… Если бы я была тогда дома. И надо же было, чтобы она вышла замуж, когда Мишель и я отсутствовали. Это случается иногда в доме, когда буфет особенно пуст и оставались только крошки табака в глубине карманов. Такая прелестная Бизута прилепилась к какому-то поношенному Буттеми… Идиотка…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Питер Дэвид

Вавилон-5

Новелизация

Предисловие Питер Дэвид. "Вавилон 5: В начале" Эпизод 209: Нашествие Теней Эпизод 210: Десант Эпизод 211: Один в ночи Война без конца Эпизод 213: Охотник Эпизод 212: Жертвоприношение Эпизод 214: Вопрос чести Эпизод 215: А теперь - слово... Эпизод 216: В тени За'ха'дума Эпизод 219: Раздвоение преданности Эпизод 217: Смертельный поединок (Клинки) Эпизод 218: Исповеди и сетования Эпизод 222: Сошествие мрака Эпизод 301: Дело чести Эпизод 220: Долгая битва в сумерках Эпизод 221: Инквизитор Эпизод 303: Тяжелый день Эпизод 304: Испытание Гефсиманией (Путь через Гефсиманский сад) Эпизод 305: Голоса власти Эпизод 306: Прах к праху Эпизод 302: Убеждения

Эйв Дэвидсон

Apres nous

Пер. - О.Воейкова.

Машина времени доктора Босуэлла фактически представляла собой четыре машины времени, четыре аппарата, похожих на творение обезумевшего часовщика. Если составить из них прямоугольник (или выражаясь чуть-чуть точнее, ромб) и привести их в действие, они создадут эффект Босуэлла.

Ко времени наших дней тот факт, что лишь три человека во всем мире сумели до конца понять эффект Босуэлла, является трюизмом. Одним из них оказался немногословный профессор Спенсер Пибоди из университета Эл-Си-Эс, чей неожиданный отъезд с разборной лесопилкой на обращенные к Амазонке склоны Анд впоследствии произвел фурор в академических кругах и стал почти девятидневной сенсацией (на восьмой день внимание зоркой прессы переключилось на необычайно смачное убийство).

Эйв Дэвидсон

Йо-хо, и вверх!

Пер. - О.Воейкова.

Было уже больше двух часов, яркие звезды сияли в холодном небе, но Энди не вытерпел до утра. Он увидел свет у Хэнка на заднем дворе и отправился именно туда, как только поставил машину. Хэнк сидел согнувшись и шлифовал шарнир напильником. Он сосредоточенно сдвинул брови.

- Приветствую, землянин, - сказал Энди. Лицо у Хэнка скривилось, но он продолжал работать. Распоследняя фантазия - все ребята от 12 до 16 сверхурочно трудились на ней. Но Энди уже вышел из этого возраста. "Эй! нетерпеливо рявкнул он. - Разве ты не хочешь меня _спросить_?"

Эйв Дэвидсон

Кульминация

Пер. - О.Воейкова.

Эти двое приехали совсем одни в то местечко среди гор, о котором он рассказывал: магазин, гараж, гостиница - все вместе. Стоял редкий денек, марочный денек, и никто их не беспокоил, пока они ели и распивали бутылочку вина. Говорила в основном одна, говорила, право же, глупости, но ее молодость и миловидность придавали словам этакую мерцавшую красоту.

Он пожирал ее глазами: золотой ореол волос, зеленые топазы глаз, изысканно свежая кожа, кремовая шея, словно колонна, грудь (о, сферы-двойники сладчайших наслаждений!)...