Непонятный зверь

ВИТАЛИЙ БИАНКИ

НЕПОНЯТНЫЙ ЗВЕРЬ

У нас в колхозе картошку с осени закапывают в сосняке. Там песок, картошка лежит всю зиму и не портится. Весной ее вырывают из песка и садят. А в сосняке остаются глубокие ямы. Вот раз шел один наш колхозник по этому сосняку и бслышит: будто скребется кто в яме? Подошел к яме, а там на дне - совсем незнакомый зверь. Ростом с собачку, толстый, сам весь в белой и черной шерсти. У колхозника был с собой топор. Долго не раздумывая, колхозник наклонился над ямой да стукнул зверя обухом по голове. Зверь упал. Колхозник вытащил его из ямы, перекинул через плечо и пошел домой. Дома скинул зверя на пол и говорит своим сыносьям: - Глядите, какого я зверя пристукнул в сосняке. Совсем непонятный зверь. Даже и прозванья его незнаю. Старший сынишка поглядел на зверя, - а зверь толстый, ноги короткие, рыло свинячье, - говорит: - Это лесной поросенок. Средний сынишка поглядел зверю на когти, - а когти у зверя длинные, страшные, - и говорит: - Это волчонок. А младший сынишка поднял зверю верхнюю губу, поглядел на его зубы, - а зубы у зверя хищные, клыкастые, - и говорит: - Медвезенок. - нет, - сказал колхозник, - не поросенок, не волчонок и не медвежонок. Совсем непонятный зверь. Пойду за лесником. Лесник должен знать. Взял шапку, вышел и дверь за собой захлопнул. Через малое время вернулся с лесником, открывает дверь, - а ребята его все тьрое - на печке сидят, ноги поджали и кричат ему: - Тятя, не входи! - Тятя, он живой! - Кусачий! Колхозник остановился на пороге, а зверь шасть у него между ног, да с крыльца, да в калитку. Хрюкнул и пропал в кустах. А лесник, что стоял позади колхозника, и говорит: - Плохо ты его стукнул. Это зверь лесной, живучий. По-нашему - язвук, по-ученому - барсук. В норах живет. Ест коренья, да лягушек, да слизняков. Ребята спрашивают с печки: - А людей он не есть? - Людей не трогает.; - А мы-то страху натерпелись! И полезли с печки. - Эх, знатье бы! Мы печеной картошки ему дали б. Вкусной!

Другие книги автора Виталий Валентинович Бианки

В книгу замечательного писателя-натуралиста Виталия Валентиновича Бианки вошли: «Лесная газета» (в сокращении), сказки и рассказы.

«Зинька была молодая синичка, и своего гнезда у неё не было. Целый день она перелетала с места на место, прыгала по заборам, по ветвям, по крышам, – синицы народ бойкий. А к вечеру присмотрит себе пустое дупло или щёлку какую под крышей, забьётся туда, распушит свои пёрышки, – кое-как и переспит ночку…»

Слышишь, какая музыка гремит в лесу?

Слушая её, можно подумать, что все звери, птицы и насекомые родились на свет певцами и музыкантами.

Может быть, так оно и есть: музыку ведь все любят, и петь всем хочется. Только не у каждого голос есть.

Вот послушай, чем и как поют безголосые.

Лягушки на озере начали ещё с ночи.

Надули пузыри за ушами, высунули головы из воды, рты приоткрыли.

«Ква-а-а-а-а!..» — одним духом пошёл из них воздух.

Виталий Валентинович Бианки

Мышонок Пик

Как мышонок попал в мореплаватели

Ребята пускали по реке кораблики. Брат вырезал их ножиком из толстых кусков сосновой коры. Сестрёнка прилаживала паруса из тряпочек.

На самый большой кораблик понадобилась длинная мачта.

- Надо из прямого сучка, - сказал брат, взял ножик и пошёл в кусты.

Вдруг он закричал оттуда:

- Мыши, мыши!

Сестрёнка бросилась к нему.

«Старый медвежатник сидел на завалинке и пиликал на скрипке. Он очень любил музыку и старался сам научиться играть. Плохо у него выходило, но старик и тем был доволен, что у него своя музыка. Мимо проходил знакомый колхозник и говорит старику…»

Сборник сказок о животных Виталия Бианки откроет перед малышом мир природы и научит любить и понимать братьев наших меньших, а через природу понимать и людей вокруг. Сказки из этой книги входят в программу обязательного чтения в детском саду. Малыши с удовольствием подружатся с Лисом и Мышонком, Совой, Муравьишкой и другими героями этих знаменитых «лесных» сказок.

В книге, которую вы держите в руках, всемирно известная, неизменно актуальная и популярная «Лесная газета» Виталия Бианки объединена с его лучшими рассказами и повестями, созданными писателем для детей и взрослых, «сохранивших в душе себя-ребенка». Правдивые и занимательные истории о лесных жителях и охоте трогательны и поучительны. Что значат следы на снегу, почему белые куропатки собираются ночью у костра и откуда появилась золотая чайка — эти и многие другие тайны природы поможет вам разгадать Виталий Бианки.

В книгу известного детского писателя входят рассказы и сказки о природе и животных. Они учат детей быть наблюдательными, по-доброму относиться ко всему живому на земле.

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Саша Чёрный

Бестелесная команда

Шел солдатик на станцию, с побывки на позицию возвращался. У опушки поселок вилами раздвоился: ни столба, ни надписи, - мужичкам это без надобности. Куда, однако, направление держать? Вправо, аль влево? Видит, под сосной избушка притулилась, сруб обомшелый, соломенный козырек набекрень, в оконце, словно бельмо, дерюга торчит. Ступил солдат на крыльцо, кольцом брякнул: ни человек не откликнулся, ни собака не взлаяла.

Лиана Даскалова

Ключ от отчего дома

Семь раз примерь, один раз отрежь, - говорит народная мудрость, окоротишь, так не воротишь! Это значит: надо всё хорошо продумать и уж потом, убедившись в своей правоте, действовать... А мальчики? Так ли поступают маленькие нетерпеливые мальчики?

Однажды Петерчо взбрело в голову убежать из дома и отправиться путешествовать. Куда и как, он не знал... Он даже не взял с собой верного пса Шарко, потому что Шарко то и дело спрашивал: "Куда ты идёшь, Петерчо? Когда вернёшься? Что у тебя в кармане?" А именно этого Петерчо терпеть не мог: отчитываться, куда идёт, что делает и когда вернётся. Он не взял с собой и кота, потому что кот спрашивал тоже: "Ты умылся? Не пора ли спать? А в школу?.." - и так далее.

Лиана Даскалова

Пуховая подушка

Дочка моя Светлана спит на белой пуховой подушке. В подушке оперение трёх петушков и четырёх курочек.

У Светланы привычка: каждый вечер проковыривать мизинцем дырочку в уголке у подушки, пока не вылезет пёрышко наружу.

Пёрышко щекочет ей щёку. Светлана улыбается и засыпает.

Так и провертела дырочки со всех четырёх сторон. И подушка заважничала:

- Сколько у меня пуха и пера! Больше чем у того голубя, что вспорхнул на соседнюю трубу! Почему бы и мне не вспорхнуть? Светлана вертится по ночам и мнёт мои пёрышки. К утру я всегда мятая. Да, надо улетать! Вот откроют окно, взмахну перьями и улечу далеко-далеко. Мы, пуховые подушки, почти что птицы!

Это был худший день в жизни двенадцатилетнего Максвелла. Испорченный школьный праздник, ссора с другом, разбитый фламинго на соседской лужайке. Родители опять поругались из-за него. Вот если бы можно было себя стереть… И Максвелл оказывается в мире, в котором он никогда не рождался. Однако без него там всё идёт совсем не так хорошо, как он думал.

Для детей среднего школьного возраста.

София Лафламм чувствует себя не на своём месте. Подростковая жизнь оказалась слишком тяжёлой, отношение матери – невыносимым, а лучшая подружка влюбилась и, кажется, стала в сто раз глупее. София чувствует себя самой неуклюжей девочкой на свете. Может быть, она вообще не с этой планеты? «Почти инопланетянка» – первая книга серии «Истории Софии».

Для среднего школьного возраста.

8 декабря 1980 года. В Нью-Йорке убит Джон Леннон. Для пятнадцатилетнего Андерса это трагедия, ведь он единственный в своей школе фанат «Битлз». Сверстники пытаются травить Андерса, но есть у него и друзья – Фруде и Бригт. А учитель математики по прозвищу Сосиска – тоже фанат битлов. Это книга о дружбе и музыке, о первой влюбленности и безумных поступках, о потери и горе. В общем, о том, каково это – быть подростком.

Сюзанне одиннадцать, и ей не хватает любви. «Ты меня любишь?» – спрашивает она маму, но ее ответ кажется Сюзанне недостаточно убедительным. А папу она видит редко, потому что он либо работает, либо прыгает с парашютом. И тут в семье появляется девятнадцатилетний Тим, репетитор по английскому языку, который станет ее единственным другом и который поможет ей чуть лучше понять, что же это за чувство – любовь.

В свои почти тридцать Клементина Бове, знакомая российскому читателю романом в стихах «Ужель та самая Татьяна?», написала дюжину книг и стала лауреатом десятка премий. Книга «Королевишны #3колбаски» получила во Франции целых пять престижных литературных премий и разошлась тиражом более 80 000 экземпляров! Она уже переведена на 11 языков и вышла в 9 странах! Из-за непривлекательной внешности Мирей, Астрид и Хакима стали «Колбасами года» в лицее, в городке Бурк-ан-Брес. Три девушки случайно выяснили, что каждой из них необходимо оказаться в одно время в одном месте: 14 июля, Париж, Елисейский дворец. Отличный план на лето! А раз ехать, почему бы не на великах? А по дороге можно торговать… злосчастной колбасой! Только никто не предполагал, что эта эпопея привлечёт внимание СМИ и превратит трёх подруг в знаменитостей. В поту, ссорах, сомнениях и стёбе колбаски совершают свою одиссею по Франции, дегустируя сыры, ночуя в замках и попадая на балы. «“Королевишны #3колбаски” – шедевр юмора с кислинкой, уморительная комедия, острая, вдохновенная, полная сдержанных чувств. Из тех книг, от которых вырастают крылья». (Телерама)

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Виталий Валентинович Бианки

Оранжевое Горлышко

Что увидел Жаворонок,

когда вернулся на родину

Между небом и землёй

Песня раздаётся,

Неисходною струёй

Громче, громче льётся.

Кукольник

Уж Волк умылся, а Кочеток спел. Начинало светать.

В поле между комьями холодной земли проснулся Жаворонок. Он вскочил на ножки, встряхнулся, огляделся и полетел вверх.

Полетел и запел. И чем выше он поднимался в небо, тем радостнее и звонче лилась и переливалась его песня.

ВИТАЛИЙ БИАНКИ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ МУРАВЬИШКИ

Залез Муравей на березу. Долез до вершины, посмотрел вниз, - а там, на земле, его родной муравейник чуть виден. Муравьишка сел на листок и думает: "Отдохну немножко - и вниз". У марвьев ведь строго: только солнышко на закат - все домой бегут. Сядет солнце, - муравьи все ходы и выходы закроют - и спать. А кто опоздал, тот хоть на улице ночуй. Солнце уже к лесу спускалось. Муравей сидит на листке и думает: "Ничего, поспею: вниз ведь скорей". А листок был плохой: желтый, сухой. Дунул ветер и сорвал его с ветки. Несется листок через лес, через реку, через деревню. Летит Муравьишка на листке, качается - чуть жив от страха. Занес ветер листок на луг за дедервней, да там и бросил. Листок упал на камень, Муравьишка себе ноги отшиб. Лежит и думает: "Пропала моя головушка! Не добраться мне теперь до дому. Место кругом ровное. Был бы здоров - сразу бы добежал, да вот беда: ноги болят. Обидно, - хоть землю кусай". Смотрит Муравей: рядом Гусеница - Землемер лежит. Червяк червяком, только спериди - ножки и сзади - ножки. Муравьишка говорит Землемеру: - Землемер, Землемер, снеси меня домой! У меня ножки болят. - А кусаться не будешь? - Кусаться не буду. - Ну садись, подвезу. Муравьишка вскарабкался на спину к Землемеру. Тот изогнулся дугой, задние ноги к мередним приставил, хвост - к голове. потом вдруг встал во весь рост, да так и лег на землю палкой. Отмерил на земле, сколько в нем росту, и опять в дугу скрючился. так и пошел, так и пошел землю мерить. Муравьишка то к земле летит, то к небу, то вниз головой, то вверх. - не могу больше! - кричит. - Стой! А то укушу! Остановился Землемер, вытянулся по земле. Муравьишка слез, еле отдышался. Огляделся, видит: луг впереди, на лугу трава скошенная лежит. А по лугу Паук-Сенокосец шагает: ноги как ходули, между ног голова качается. - Паук, а Паук, снеси меня домой! У меня ножки болят. - Ну что ж, садись, подвезу. Пришлось Муравьишке по паучьей ноге вверх лезать до коленки, а с коленки вниз спускаться Паууку на спину: коленки у Сенокосца торчат выше спины. Начал Паук свои ходули переставлять, одна нога тут, другая там: все восемь ног, будто спицы, в глазах у Муравьишки замелькали. А идет Паук не быстро, брюхом по земле чиркает. Надоела Муравьишке такая езда. Чуть было не укусил он Паука, да тут, на счастье, вышли они на гладкую дорожку. Остановился Паук. - Слезай, - говорит. - Вот Жужелица бежит, она резвей меня. Слез Муравьишка. - Жужелка, Жужелка, снеси меня домой! У меня ножки болят. - Садись, прокачу. Только успел Муравьишка вскарабкаться Жужелице на спину, она как пустится бежать! Ноги у нее ровные, как у коня. Бежит шестиногий конь, бежит не трясет, будто по воздуху летит. Вмиг домчались до картофельного поля. - А теперь слезай, - говорит Жужелица. - Не с моими ногами по картофельным грядам прыгать. Другого коня бери. Пришлось слезть. Картофельная ботва для Муравьишки - лес густой. тут и со здоровыми ногами - целый день бежать. А солнце уж низко. Вдруг слышит Муравьишка, пищит кто-то: - А ну, Муравей, полезай ко мне на спину. Поскачем. Обернулся Муравьишка - стоит рядом Жучок-Блошачок, чуть от земли видно. - Да ты маленький! Тебе меня и не поднять. - Ты-то большой! Лезь, говорю! Кое-как уместился Муравей на спине у Блошачка. Только-только ножки поставил. - Влез? - Ну влез. - А влез, так держись. Блошачок подобрал под себя толстые задние ножки, - а они у него - как пружинки складные, - да щелк! - распрямил их. Глядь, уж он на грядке сидит. Щелк! - на другой. Щелк! - на третьей. Так весь огород и отщелкал до самого забора. Муравьишка спрашивает: - А через забор можешь? - Через забор не могу: высок очень. Ты Кузнечика попроси: он может. - Кузнечик, Кузнечик, снеси меня домой! У меня ножки болят. - Садись на загривок. Сел Муравьишка Кузнечику на загривок. Кузнечик сложил свои длинные задние ноги пополам, потом разом выпрямил их и подскочил высоко в воздух, как Блошачок. Но тут с треском развернулись в него за спиной крылья, перенесли Кузнечика через забор и тихонько опустили на землю. - Стоп! - сказал Кузнечик. - Приехали. Муравьишка глядит вперед, а там широкая река: год по ней плвыи - не переплывешь. А солнце еще ниже. Кузнечик говорит: - Через реку и мне не перескочить: очень уж широкая. Стой-ка, я Водомерку кликну: будет тебе перевозчик. Затрещал во-своему, глядь - бежит по воде лодочка на ножках. Подбежала. Нет, не лодочка, а Вдомерка-клоп. - Водомер, Водомер, снеси меня домой! У меня ножки болят. - Ладно, садись, - перевезу. Сел Муравьишка. Водомер подпрыгнул и зашагал по воде, как посуху, А солнце уж совсем низко. - Миленький, шибче! - просит Муравьишка. - Меня домой не пустят. - Можно и пошибче, - говорит Водомер. Да как припустит! Оттолкнется, оттолкнется ножками и катит-скользит по воде, как по льду. Живо на том берегу очутился. - А по земле не можешь? - спрашивает Муравьишка. - По земле мне трудно, ноги не скользят. Да и, гляди-ка, впереди-то лес. Ищи себе другого коня. Посмотрел Муравьишка вперед и видит: стоит нащд рекой лес высокий, до самого неба. И солнце за ним уже скрылось. Нет, не попасть Муравьишке домой! - Гляди, - говорит Водомер, - вот тебе и конь ползет. Видит Муравьишка: ползет мимо Майский Хрущ - тяжелый жук, неуклежий жук. Разве на таком коне далеко усачешь? Все-таки послушался Водомера: - Хрущ, Хрущ, снеси меня домой! У меня ножки болят. - А ты где живешь? - В муравейнике за лесом. - Далеконько... Ну что с тобой делать? Садись, довезу. Полез Муравьишка по жесткому жучьему боку. - Сел, что ли? - Сел. - А куда сел? - На спину. - Эх, глупый! Полезай на голову. Влез Муравьишка Жуку на голову. И хорошо, что не остался на спине: разломил Жук спину надвое, два жестких крыла приподнял. Крылья у Жука точно два перевернутые корыта, а из-под них другие крылышки лезут, разворачиваются: тоненькие, прозрачные, шире и длиннее верхних. Стал Жук пыхтеть, надуваться: "Уф, уф, уф!" Будто мотор заводит. - Дяденька, - просит Муравьишка, - поскорей! Миленький, поживей! Не отвечает Жук, только пыхтит: - Уф, уф, уф! Вдруг затрепетали тонкие крылышки, заработали. - Жжж! Тук-тук-тук!.. - поднялся Хрущ на воздух. Как пробку, выкинуло его ветром вверх - выше леса. Муравьишка сверху видит: солнышко уже краем землю зацепило. Как помчал Хрущ - у Муравьишки даже дух захватило. - Жжж! Тук-тук-тук! - несется Жук, буравит воздух, как пуля. Мелькнул под ним лес - и пропал. А вот и береза знакомая, и муравейник под ней. А над самой вершиной березы выключил Жук мотор и - шлеп! - сел на сук. - Дяденька, миленький! - взмолился Муравьишка. - А вниз-то мне как? У меня ведь ножки болят, я себе шею сломаю. Сложил Жук тонкие крылышки вдоль спины. Сверху жесткими корытцами прикрыл. Кончики тонких крыльев аккуратно под корытца убрал. Подумал и говорит: - А уж как тебе вниз спуститься - не знаю. Я на муравейник не полечу: уж очень больно вы, муравьи, кусаетесь. Добирайся сам, как знаешь. Глянул Муравьишка вниз: а там под самой бероезой его дом родной. Глянул на солнышко: солнышко уже по пояс в землю ушло. Глянул вокруг себя: сучья да листья, листья да сучья. Не попасть Муравьишке домой, хоть вниз головой бросайся! Вдруг видит: рядом на листке Гусеница-Листовертка сидит, шелковую нитку из себя тянет, тянет и на сучок мотает. - Гусеница, Гусеница, спусти меня домой! Последняя мне минуточка осталась, - не пустят меня домой ночевать. - Отстань! Видишь, дело делаю: пряжу пряду. - Все меня желели, никто не гнал, - ты первая! Не удержался Муравьишка, кинулся на нее да как куснет! С перепугу гусеница лапки поджала, да кувырк с листа - и полетела вниз. А Муравьишка на ней висит - крепко вцепился. Только недолго они падали: что-то их сверху - дерг! И закачались они оба на шелковой ничтоке: ничточка-то на сучок была намотана. Качается Муравьишка на Листовертке, как на качелях. А ниточка все длинней, длинней делается: выматывается у Листовертки из брюшка, тянется, не рвется. Муравьишка с Листоверткой все ниже, ниже, ниже опускаются. А внизу, в муравейнике, муравьи хлопочут, спешат, входы-выходы закрывают. Все закрыли - один, последний вход остался. Муравьишка с гусеницы кувырк - и домой! Тут и солнышко зашло.

ВИТАЛИЙ БИАНКИ

ПРО ОДНОГО МАЛЬЧИКА

ДРОБИНКА

Отец подарил мальчику маленькое дробовое ружье. Мальчик устроил себе на берегу пруда шалашик - и стал ждать уток. Наконец прилетели два чирка. Селезень был очень красив: весь пестрый и на ржавой голове две ярко-зеленые полосы. А уточка была серенькая, скромная, только на крыльях у нее блестели зеленые перышки. Когда чирки подплыли к шалашу, мальчик выстрелил. И случилось так, что целился он в красивого селезня, а попал в уточку. Тогда селезень взвился в небо, дал в воздухе один круг, другой круг, потом вдруг сложил крылья - и камнем полетел вниз. Он упал на берег и, конечно, разбился насмерть. Мальчик подумал: "Ах, зачем я убил уточку! Вот и селезень не захотел жить без нее". Мальчик прибежал домой в слезах и стал рассказывать отцу, как он попал в уточку и как селезень тогда нарочно взвился в облака и оттуда камнем упал на землю. Отец хорошенько рассмотрел птиц и показал мальчику, что у селезня в голове маленькая ранка. Значит, селезень не потому упал, что не хотел без подруги жить, а оттого, что ему в голову тоже попала одна дробинка - смертельная.

Виталий Валентинович Бианки

Росянка - Комариная Смерть

Летел Комар над прудом и трубил:

- Я - Комарище!

Жигать мастерище.

Носом востёр,

Зол и хитёр.

Все меня боятся:

За всех умею взяться.

Зверя и птицы

Крови напиться.

Недруги ищут

Меня, Комарищу,

А я удал:

Жиг! - и умчал.

Никому меня, Комара, не словить!

Услыхала его Стрекоза и говорит: