Неферт

«Велика добродетель богов Тьмы. Почитаю, но сторонюсь», воскликнул некогда благоразумный обитатель Древности.

«Неферт» несомненно написана человеком не посторонившимся.

«И какая бешеная сила — в такой небольшой повести! Страшно сконцентрированная и бьет здорово — пожалуй, даже не чтобы разбудить, а — пробить скорлупу». Это слова читателя, не литературоведа. Литературовед скажет — «фэнтези», и тоже, со своей колокольни, будет прав.

Читать «Неферт» весело, как всякую по-настояшему жуткую книгу.

Мистика, магия, культ полнолунной богини Бастет... Все это сводится к одному короткому, но все исчерпывающему слову: Египет.

Отрывок из произведения:

В этот день Нeферт была глубоко несчастна с самого утра.

Всю ночь ей снилась любимая кошка Миура — с черно-рыжей короткой шерстью, длинной шеей и маленькой головой. Увидеть во сне священное животное, несомненно, было хорошей приметой, но, к сожалению, сон улетучился из памяти, едва Неферт проснулась. Кажется, в нем было что-то страшное. Некоторое время Неферт пыталась вспомнить хоть что-нибудь, лежа с закрытыми глазами. Но только когда луч солнца вынудил ее прикрыть веки ладонью, она поняла, что проспала сверкающий час.

Другие книги автора Елена Петровна Чудинова

Новый роман известной писательницы Е.Чудиновой, написанный в жанре антиутопии, на этот раз повествует о нашем возможном будущем. Евросоюз в одно прекрасное утро объявляет ислам государственной религией. Собор Парижской Богоматери превращается в кафедральную мечеть, как некогда это случилось со Св. Софией в Константинополе. О терроризме и сопротивлении, о гетто и катакомбной католической Церкви повествует роман, который может стать грозным пророчеством, подобно знаменитым «О, этот дивный новый мир» Хаксли, или «1984» Оруэлла.

«Старые» европейцы сосланы в гетто, их дочери растасканы по гаремам и публичным домам. Католическая церковь уходит в катакомбы, как во времена гонений на первых христиан. Лишь горстка подпольщиков еще ведет борьбу. Покориться или сражаться, пусть и без надежды победить, – такой выбор стоит перед всеми, кто еще помнит о своих славных предках. За приключениями героев книги скрывается нелегкий выбор, который мы должны осознать.

Роман «Лилея» — продолжение романа «Ларец» и вторая книга историко-фэнтезийной трилогии известной писательницы Елены Чудиновой.

Герои повзрослели, их приключения становятся более опасными, так как против них теперь не только демонические силы, но и целое государство, охваченное кровавым безумием, — революционная Франция. Ужасные события вынуждают Нелли покинуть умирающего мужа и устремиться на почти безнадежные поиски похищенного брата Романа…

Какой урок должны вынести читатели из трагических событий французской революции, о чем так настойчиво предупреждает автор, чем грозят нам далекие события?

Елена Чудинова, «История Англии для детей», книга I: С древенйших времен по 1558 год, издательство «Центр творческого развития», Москва, 1996. - 228 с., формат 84Х108/32, тираж 10000 экз., твердый переплет

Елена Чудинова, «История Англии для детей», книга II: От Елизаветы до Виктории (1558-1901), издательство «Центр творческого развития», Москва, 1996. - 276 с., формат 84Х108/32, тираж 10000 экз., тв. переплет

Фрагменты произведения:

Россия XVIII столетия. Три девочки-подростка: дворянка, цыганка, крестьянка. Три подруги, три магии — деревенская, цыганская, дворянская (магия драгоценных камней). Обстоятельства вынуждают девочек-волшебниц сразиться с сатаною по имени Венедиктов, проживающим в блистательном Санкт-Петербурге. Враг, разумеется, будет разбит, но какие приключения произойдут с подругами прежде! Им помогут загадочный молодой священник, французский фехтовальщик, по неизвестной для него самого причине покинувший родину, новгородские купцы и бродячие цыганы.

Подругам откроются тайны страшного XVI века, времен Ивана Грозного. События этого жуткого времени тайно продолжаются в просвещенном XVIII столетии!

Действие развивается в дворянских усадьбах и монастырях, на большой дороге и на постоялых дворах, в маленьких городах и в Санкт-Петербурге, в последнем — во время большого наводнения.

Есть герои, в которых дети будут играть всегда, персонажи, населяющие общую память человеческого детства. Их имена — символический пароль, отзыв на него — игра. Из этих паролей — имя Робин Гуда.

Все мы выросли на народных балладах, блистательно и весьма авторски переведенных С.Я. Маршаком. Довольно блеклой тенью проходит знаменитый разбойник по страницам романа Вальтера Скотта «Айвенго». А что еще найдется о Робин Гуде на русском языке — в прозе да побольше?

Может показаться странным, но из прозаических версий «Робин Гуда» для детей по сю пору переиздается та, что написана в 30-е годы. Сплошная классовая борьба, господа налево, мужики направо… Уголовники вместо благородных разбойников…

В представляемой версии Робин Гуд предстает в бесклассовом виде. Защитник, рожденный народной душой в эпоху иноземного завоевания, владетель Локсли, чью усадьбу сожгли враги, сакс, поднявший меч против произвола норманнов — это Робин Гуд. Робин Гуд Игры и Истории, первые представления о которой дает книга.

Наступил грозный и трагический 1825 год. Роман Сабуров и Платон Роскоф, каждый по-своему, верно служат Империи и Государю. Александр Первый собирается в тайный вояж на юг, но уже сжимается вокруг невидимое кольцо заговора. Император обречен. Он умирает в Таганроге, и теперь у Сабурова и Роскофа только одна цель: уберечь царскую семью от уничтожения, не дать заговорщикам осуществить свои дьявольские планы по разрушению величайшей Империи в истории!

Роман завершает сагу-трилогию о роде Сабуровых, начатую в романах «Ларец» и «Лилея».

Елена Чудинова на сей раз предстает перед читателями не грозной Кассандрой, но – художником, рисующим совсем иной мир, где история России, стран Европы и США развивается в XX веке совершенно иначе. Ведь в годы Гражданской войны победили не красные, а белые, в России была восстановлена могучая монархия, а Второй мировой войны вообще не было. Но кто бы мог подумать, что зловещие тени кровавых событий начала ХХ века омрачат благополучный 1984 год процветающей Российской Империи?

«В результате „строительства капитализма“ Россия обесценилась практически до ноля. Из него, кстати, следует, что никакого капитализма (в отличие от „рынка“) у нас не строилось. Потому что капитал есть самовозрастающая собственность, а не самоубывающая».

Они считают себя «солью земли».

Они говорят, что «никому ничего не должны».

Они присягнули на верность людоедскому «либерализму» и мародерским «реформам».

Они презирают собственное Отечество, которое для них не Родина, а «эта страна».

Они называют себя «элитой».

Но они — болезнь. Морок, наведенный на Россию. Порча, разъедающая страну. Внутренний враг, который порой куда опаснее врага внешнего.

Как устранить от власти эту предательскую лже-«элиту»? Где взять элиту подлинную — здоровую и неподкупную? Как воспитать в ней ответственность и патриотизм?

Знаменитый журналист и телеведущий, «лицо Первого канала», представляет новую книгу самой острой политической публицистики на самую главную тему.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Вал-Накин. - Очень крупный мир, созданный Творцом Вассианом в 1379 году. Диаметр - около 1025 миль. Местность в основном равнинная, но почти в самом центре мира находится небольшой горный островок во главе с Горой Величия - пиком 4,3 мили высотой. Окружающая мир цепь Ограждающих Гор отличается неким своеобразием и фактически представляет собой почти идеально гладкие отвесные утесы...

Огромное население примерно в 40-50 миллионов человек сосредоточенно главным образом в крупных городах. Центральный город - Неалентос, с населением в 3 миллиона человек, является самым крупным городом во всех мирах, исключая Таулус.

Слегка запоздавший новогодний подарок: то ли костюмированный бал, то ли фарс-маскарад, то ли литературная игра на классическую тему: говорящий меч, другой мир, наивная барышня — и так далее.

Все люди любят развлекаться в меру своего разума. Но что будет, если станет скучно кому-то повыше?

Тёмные, хмурые облака зависли над Кавиторией, святым городом. С неба падали редкие капля холодной воды, грозя со временем превратиться в бурный ливень. Дул пробирающий до костей ветер. Несмотря на то, что осень едва началась, погода стояла под стать началу зимы.

В неприметном здании, неподалёку от главного храма Ивианера в комнате без окон за столом собрались четверо. Отсутствие света совершенно не мешало их беседе.

– Мы одни, – сказал самый молодой из них, после того, как долго к чему-то прислушивался.

Почему, рассказывая историю Гаммельнского крысолова, никогда не спрашивают: а откуда он пришел? Где его дом? Были ли у него самого дети? Куда он ушел? И почему матери в германских городках до сих пор с подозрением глядят вслед незнакомым музыкантам?

Учитель литературы и мать-одиночка попадают под действие неведомой силы, которая заставляет их совершать странные и необъяснимые поступки. Сопротивление наказывается сильнейшей головной болью. Но Тарасу и Галине удается найти выход из ловушки… и друг друга.

«Дегги Фугун шагал намеренно широко и вразвалку – так, что взрослые гномы провожали его взглядами, кто недоуменно, а кто тихо посмеиваясь в бороду. Цель его была понятна всем – крепкий бревенчатый домик Скади, где крепкий эль лился рекой, так же, как и бахвальства завсегдатаев. Простенький потрепанный боевой топор болтался на поясе, веселая песенка пелась в пробившиеся усы – настроение у юноши хорошело…»

«Мереи помнила всю жизнь до обращения. Но ее память хранила только факты, как летопись – даты и имена. Мереи была безразлична ее жизнь до обращения: она помнила, что бегала и веселилась, когда была маленькой, что была безудержно влюблена в выдающегося воздушного мага, став юной и перспективной, – но теперь эти события стали для лича чередой не имеющих смысла картинок…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Феликс ЧУЕВ

Генерал Кинжал

Был в советский истории Полководец с большой буквы, которого можно было и нужно показать куда ярче и благороднее, чем это сделано на Поклонной горе. Я много слышал о нем от разных высоких военных, в том числе от маршала Александра Евгеньевича Голованова. "Полководцем номер один я все-таки считаю Рокоссовского, - не раз говорил мне Голованов. Ему принадлежит Белорусская операция, которую я считаю образцом, жемчужиной военного искусства. Она сильнее Сталинграда. А ведь с идеей Рокоссовского ни Жуков, ни Василевский не соглашались, один Сталин поддержал"...

Р.ЧУХИH

HАСТОЯЩИЙ СКАЗОЧHЫЙ

"Во что веришь по-настоящему, это и существует"

("Улисс" Джеймс Джойс)

Чародейкою Зимою, Околдован, лес стоит, И под снежной бахромою, Hеподвижною, немою, Чудной жизнью он блестит.

Ф. Тютчев

Дядя Шура снял запотевшие очки, протёр их.

- Спасибо за вкусный чай., Виктор. Такого чая, как делаешь ты, я уж давно не пил. Ароматный, в меру сладкий. Он напоминает о чёмто вечном и далёком, навевает какие-то воспоминания, как всегда тревожащие душу: Ты не против, если я закурю?

Григорий Чухрай, В. Ежов.

Мое кино

Баллада о солдате

Сценарий фильма

Современное село. Теплый праздничный вечер. Еще только начинаются сумерки, а окна домов уже весело светятся. Вдали, у колхозного клуба,толпа молодежи. Там горят фонари, оттуда доносится музыка. А в других уголках села пустынно и тихо. В такие часы немного встретишь людей на улице. Разве что появится молодая пара с ребенком на руках, идущая в гости; либо молча пройдут влюбленные. Либо стайкой пробегут девушки, спешащие к клубу...

Иштван Чукаш

История одного ослика

Кот Мирр-Мурр #1

Перевод А. Старостина

Ослик знакомится

В углу комнаты, на цветочном столике, жил-был ослик. Его звали Шаму, шерсть у него была серая, копыта - лакированные, а уши, как и полагается настоящему ослику, длинные. Это был подарок. Его вынули из шелковой бумаги, расцеловали - "Ой, какой милый ослик!" - а потом поставили на столик с цветами и забыли о нем.

Он скромно стоял на своем месте, улыбался людям в ответ и рассматривал комнату, выглядывал в окно, изучал картинки на стене. Особенно ему нравилась люстра, которая загоралась и гасла каждый вечер. "Если бы я был птицей, - думал ослик, - или хотя бы мухой, в общем, если бы у меня были крылья, я подлетел бы к ней и посмотрел бы, что там внутри". А однажды утром ослик подумал, что неплохо было бы прогуляться и заодно познакомиться со всеми в комнате. Он осторожно спустился с цветочного столика и отправился на прогулку. Ближе всех стоял шкаф, ослик остановился перед ним и сказал: - Меня зовут ослик Шаму. А тебя? - Меня зовут Шкаф! Голос у шкафа был не очень приятный, скорее, его можно было назвать несколько скрипучим. "Ладно", - подумал ослик, учтиво поклонился и пошел дальше. Подойдя к кровати, он остановился и сказал: - Меня зовут ослик Шаму. А тебя? - Ой, ослик! Какой милый ослик! Меня зовут Кровать! Голос у кровати был шелковый, и чувствовалось, что она любит поговорить. "Ладно", - подумал ослик, поклонился и пошел дальше. У стены стоял стул. Ослик подошел к нему. - Меня зовут ослик Шаму. А тебя? Но стул молчал. "Он, наверное, не расслышал," - подумал ослик и повторил всё сначала. Но стул и на этот раз ничего не ответил. "А, он спит!" догадался ослик и на цыпочках пошел дальше. Вдруг он застыл на месте: от удивления не мог вымолвить ни слова. Перед ним стоял точно такой же ослик, как он сам! Шерсть у того ослика была тоже серая, копыта - лакированные. Наконец ослик набрался храбрости и сделал шаг вперед. Ему показалось, что другой ослик тоже шагнул ему навстречу. "Как странно", - подумал наш ослик и сказал: - Меня зовут ослик Шаму. А тебя? Но другой ослик молчал, правда, взгляд у него был приветливый. Ослик постоял еще немного. Ему хотелось поговорить, но другой ослик, похоже, был не слишком разговорчив. Он стоял молча и смотрел с любопытством. - А меня подарили! - нарушил наконец молчание ослик. Но другой ослик и на этот раз ничего не ответил. "Ладно, - подумал ослик, - но все же хорошо, что я здесь не один!" Он поклонился и пошел обратно. Другой ослик тоже поклонился и куда-то пошел. Ослику стало любопытно, куда тот идет, и он обернулся. Но и другой тут же повернулся к нему. Ослику стало неловко за свое любопытство, и он поспешил поклониться еще раз. Другой ослик вежливо кивнул и пошел дальше. "Неважно, - подумал ослик, - мы еще подружимся и будем подолгу разговаривать". Он обошел всю комнату, посмотрел картинки, книги, повалялся немного на ковре, а потом забрался обратно на цветочный столик. Устроившись поудобней, он стал по очереди рассматривать своих новых знакомых. "Это шкаф, он немного угрюм, но, в общем-то, нельзя назвать его недружелюбным. Это кровать, голос у нее красивый, шелковый. Она любит поговорить. Это стул. Правда, он спит. А это люстра. Ее еще не зажгли". Он привстал на цыпочки, разыскивая взглядом другого ослика. Но того нигде не было. "Спрятался, наверное, - подумал ослик. - Ничего, завтра я его найду". Он улыбнулся и, слегка прислонившись к вазе с цветами, уснул.