Нечаянная мелодия ночи

Повесть.

Отрывок из произведения:

Я могла часами смотреть на этот портрет. Возможно, он не отличался изысканностью письма. Возможно, он был слишком прост. Но мне он очень нравился. Как очень нравился человек, изображенный на грубом холсте. Лохматые светлые волосы, широкая обаятельная улыбка. В светлых глазах – нескрываемое жизнелюбие и глубоко скрытая грусть. Хотя эту грусть угадывала только я. Не зная ее происхождения и не пытаясь узнать. Мне легче было списать ее на имидж, позерство, игру. Этакий лукавый задор, разбавленный легкой небрежной печалью. Ну разве это не красиво?

Другие книги автора Елена Сазанович

Впервые опубликованав авторском сборнике «Улица Вечерних услад», 1998 г ., «ЭКСМО Пресс»

В 1990 году журнал «Юность» опубликовал повесть Елены Сазанович «Прекрасная мельничиха», сразу ставшую лауреатом ежегодной литературной премии имени Бориса Полевого. Повесть перелицовывает известный фаустовский сюжет так, что за познание истины героине доводится расплачиваться не душой, а телом – молодостью, красотой, сексуальной свободой. Молодую женщину, не удовлетворенную своей жизнью, поиски ответов на «вечные вопросы» приводят к ворожее. Та, обещая просительнице желаемую свободу, счастье, любовь, помещает женщину в абсурдный мир, постепенно «избавляющий» ее от свободы, любви и жизни.

Каждый человек хоть раз в жизни да пожелал забыть ЭТО. Неприятный эпизод, обиду, плохого человека, неблаговидный поступок и многое-многое другое. Чтобы в сухом остатке оказалось так, как у героя знаменитой кинокомедии: «тут – помню, а тут – не помню»… Вот и роман Елены Сазанович «Всё хоккей!», журнальный вариант которого увидел свет в недавнем номере литературного альманаха «Подвиг», посвящён не только хоккею. Вернее, не столько хоккею, сколько некоторым особенностям миропонимания, стимулирующим желания/способности забывать всё неприятное.

Именно так и живёт главный герой (и антигерой одновременно) Талик – удачливый и даже талантливый хоккеист, имеющий всё и живущий как бог. Или как полубог, что практически одно и то же. Он идёт по жизни играючи, не совершая ошибок в своём понимании этой жизни. А если и совершая, то нисколько не раскаиваясь из-за таких «пустяков»: «Не я для мира, а мир для меня». Подобной житейской философии его учила мать, ещё с детства: «Жалость… тянет назад. Человек совершеннее растений и животных. И поэтому не должен обращать на них внимания, чтобы не уподобляться им. Но, если человек хочет стать великим, он не должен обращать внимания и на людей». Поэтому сызмальства мать не только учила его индифферентному уму-разуму, но и всячески охраняла от невзгод и неприятностей.

Финал, как и во всех произведениях Елены Сазанович, неожиданный и стремительный. И также традиционно для автора, роман выписан с тонкими, импрессионистскими прорисовками деталей на экспрессивном брейгелевском фоне, где психологизм соседствует с детективными загадками, а герои то и дело меняются местами, характерами, поступками.

Отдельной книгой опубликован в 2002 г. издательством «Вече»

Я посмотрел в окно и подумал, что терпеть не могу осень. Хотя на сей раз она ни чем не отличалась от всех других вместе взятых. Те же грязные лужи. Те же почерневшие листья. Та же туманная завеса из мелкого дождя… Я терпеть не мог осень. Если бы я был поэт, или художник, или, на крайний случай, оставался артистом. Тогда, возможно, к осени я относился бы по-другому. Но от профессии у меня сохранилась разве что внешность — черные жгучие глаза и элпачиновская улыбка. Вот, пожалуй, и все.

Название в некотором смысле говорит само за себя. Мистика и реальность. «Мастер» и «Маргарита». И между ними – любовь. А за ними – необъяснимые силы, жаждущие погубить эту любовь… «В жизни своих героев Елена Сазанович соединяет несоединимое: слезы и радость, любовь и ненависть, грех и святость, ангела и черта, а дымка загадочности придает ее повестям терпкий, горьковатый привкус. Разгадывать эти загадки жизни поистине увлекательно», – написала как-то Виктория Токарева в предисловии к сборнику прозы Елены Сазанович.

Впервые опубликован в 1997 г. в журнальном варианте в литературном журнале «Юность» (№ 6). Вышел в авторском сборнике «Предпоследний день грусти» (1998, издательство «ЭКСМО Пресс», Москва).

Впервые напечатана в 1997 г . в литературном журнале «Брызги шампанского». Вышла в авторском сборнике: «Улица вечерних услад», серия «Очарованная душа», издательство «ЭКСМО-Пресс», 1998, Москва

Впервые опубликован в литературном журнале "Юность" ( 1996 г ., № 4, 5, 6) под названием «Все дурное в ночи». В этом же году вышел отдельной книгой «Смертоносная чаша» (серия "Современный российский детектив") в издательстве "Локид", Москва.

«…– Жаль, что все так трагично, столько напрасных жертв на той войне. Все так нелепо, – сказал дворник. – Хотя что с нашего человека возьмешь. Ни разума, ни терпения. А ведь все наша темнота, забитость. А все – наше невежество. Все бы бунт сотворить, «бессмысленный и беспощадный». Все нам кровушки подавай… Плохо мы людей знаем, ох, плохо. Да, с денег все начинается. Ими все и заканчивается. На всей земле так. И наша родина – не исключение.

– У нас с вами, господин Колян, разные родины. Наша пишется с большой буквы, – Петька пристально посмотрел на дворника, и тот поежился под жестким взглядом…»

Популярные книги в жанре Современная проза

Рассказ почти ни о чем...

Я смотpю в окно. Я смотpю в окно, в самое настоящее окно, со стеклами. Вот оно пеpедо мной, ты видела, где у меня компьютеp стоит? И вижу на небе, на самом настоящем чеpном небе звезды. А еще вижу дом. В его окнах гоpят последние огни. Люди ложатся спать. Они не смотpят на звезды и даже не подозpевают, что это кpасиво. Они заняты своими повседневными делами, готовясь к тpудовым будням. Им не до звезд, и я их понимаю.

Рассказы о любви неизвестных авторов

Гошку Чего такого в Машке? Баба как баба. А подошел поближе - цветы из головы растут. "Ты что,- спрашиваешь,ohuela?" Смотрит, не врубитца. А из-за жопы у нее павлин выглядывает. Павлин-мавлин! Машка живет в Машкиногорье. А оттуда - все видать. А туда - только в телескопы. Задрала юбку, хвостом во все стороны, а как ни метишь, хрен ей до жопы стрельнешь. А жопа у Машки с пол машкиной горы. Горы трещат - Машка шевельнулась. А почешется - искры. А что цветы из головы растут, так хорошо, что не из жопы.

Сказание о любви

Однажды февральским утром в кубической комнате на скамье

сидела одна женщина. а ней была потертая юбка цвета несвежего

пластилина и кофта с разноцветными пуговицами, пришитыми в разных

местах и заменявшими собой украшения, на которые у женщины не

хватало средств. Волосы она носила на голове зачесанными от

макушки к краям. огти у женщины были аккуратно обкусаны и

кровоточили. Ботинки на высоких каблуках невольно отбивали такт,

Телефонные разговоры

"...В окне погас рассвет,

И я в душе погас,

А телефона нет..."

("Странные игры")

Иногда бывает так, что просто сидишь и ждешь телефонного звонка. И даже неважно от кого. Случается даже, что новый день не начать не поговорив по телефону. А вот обсудив вчерашние "600 секунд" или объяснив, что абонент не туда попал, уже можно что-то делать (или опять ничего не делать). Так вот, если ждешь звонка, то вздрогнешь, когда он раздастся. А если не ждешь, то спокойно так, нехотя: "Алло, кинотеатр "Фестиваль". Некоторые пугаются и трубку быстренько вешают.

Посреди песенно-голубого Дуная, превратившегося ныне в «сточную канаву Европы», сел на мель теплоход с советскими туристами. И прежде чем ему снова удалось тронуться в путь, на борту разыгралось действие, которое в одинаковой степени можно назвать и драмой, и комедией. Об этом повесть «Немного смешно и довольно грустно». В другой повести — «Грация, или Период полураспада» автор обращается к жаркому лету 1986 года, когда еще не осознанная до конца чернобыльская трагедия уже влилась в судьбы людей. Кроме этих двух повестей, в сборник вошли рассказы, которые «смотрят» в наше, время с тревогой и улыбкой, иногда с вопросом и часто — с надеждой.

Сборник представляет разные грани творчества знаменитого «черного юмориста». Американец ирландского происхождения, Данливи прославился в равной степени откровенностью интимного содержания и проникновенностью, психологической достоверностью даже самых экзотических ситуаций и персоналий. Это вакханалия юмора, подчас черного, эроса, подчас шокирующего, остроумия, подчас феерического, и лирики, подчас самой пронзительной. Вошедшие в сборник произведения публикуются на русском языке впервые или в новой редакции.

Впервые в Российской фантастике РПГ вселенского масштаба! Технически и кибернетически круто продвинутый Сатана, искусно выдающий себя за всемогущего Творца мирозданий хитер и коварен! Дьявол, перебросил интеллект и сознание инженера-полковника СС Вольфа Шульца в тело Гитлера на Новогоднюю дату - 1 января 1945 года. Коварно поручив ему, используя знания грядущего и сверхчеловеческие способности совершить величайшее зло - выиграть за фашистов вторую мировую войну. Если у попаданца шансы в безнадежном на первый взгляд деле? Не станет ли Вольф Шульц тривиальной гамбитной пешкой?

Рассказ из журнала "Аврора" № 9 (1984)

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Бедный Йорик!.. Где твои шутки? Где твои остроты?» — воскликнул Шекспир, поминая искрометный юмор Соммерса и Тарлтона, шутов Генриха VIII и Елизаветы Тюдор. Можно ли сделать глупость своим ремеслом? Конечно да, уже с XII века появился Праздник дураков: несмотря на строгие церковные запреты, ежегодно 1 января люди ходили на головах, жгли в кадилах старые подошвы, играли на алтаре в кости, вытворяли всякие безумства и напивались вечером до беспамятства. Одни дурачились на городских улицах, другие забавлялись прямо на полях сражений, третьи заставляли стены крепостей и замков сотрясаться от смеха. Шутов корили монахи и епископы, осмеянные рыцари пускали в ход оружие, а пажи — прибивали за ухо к столбу, но при королевском дворе ремесленники-острословы чувствовали вседозволенность и безнаказанность — такой была средневековая «гласность»: дураку доверяли больше, чем первому из министров. Хочешь узнать, над чем по-настоящему смеялся человек Средневековья, загляни в эту книгу и обнаружишь, как шутки и проказы Маркольфа оставили в дураках царя Соломона, а Джек из Дувра отправился по всей Англии искать самого выдающегося глупца.

Книга объединяет лучшие рассказы о шутах эпохи Средневековья, начиная от легендарного Маркольфа, дерзнувшего выставить на посмешище царя Соломона, до Уильяма Соммерса, донимавшего своими остротами Генриха VII, Синюю Бороду на английском престоле. Как многолика глупость, так разнообразны и оказавшиеся под одной обложкой произведения: развлекательная повесть времен крестовых походов, образчики придворных анекдотов XV — XVII веков, сборник новелл, рассказывающий о поисках самого тупого человека во всей Англии, бестолковый устав сборища нищих поэтов, разоблачительный трактат о шулерах, играющих в кости, и, наконец, пародия на астрологический альманах — истинный паноптикум масок и персонажей.

В этом выпуске 70 вкусных и полезных кулинарных рецептов на все случаи жизни

А также: Кто не любит шашлыка?

Немного о шашлыке

Советы от газеты «Хозяюшка»

Пригодятся в каждом доме

Питательные макароны

Немного о макаронах

Ни одно праздничное застолье не обходится без салата оливье, ставшего символом и гордостью русской национальной кухни. Французы даже называют салат русским, и это не случайно. Француз Франсуа Оливье в бытность свою шеф-поваром одного из московских ресторанов изобрёл эту божественную кулинарную симфонию и увековечил имя своих предков.

С тех пор прошло много лет, но рецепт не затерялся. Правда, время и люди изменили его до неузнаваемости, перманентным осталось только название и, пожалуй, ещё вкус — вкус истинного оливье.

Мы сделали робкую попытку собрать и объединить в одной книге, если не все рецепты этого многоликого салата, то хотя бы большинство самых избранных, и думаем, что нам это удалось. За пределами книги, по понятным причинам, остались «фирменные» салаты, эксклюзивным правом на которые обладают почитательницы и последовательницы кулинарного таланта Оливье — наши милые и изобретательные хозяюшки.

Выбирайте, пробуйте, ищите свой вкус, как ищут имидж; ибо оливье — благодатная почва для самых смелых и неожиданных поисков, экспериментов и открытий. И да помогут Вам на этом пути наши знания. Ваша фантазия и — оливье!