Небесные творцы

Странные визиторы вторглись на Землю тысячи лет назад. Они были бессмертными существами, которые создавали сенсорные кинофильмы войн, стихийных бедствий, ужасов человеческих, чтобы разогнать бесконечную скуку. Столкновение с уроженцами Земли было нарушением инструкций властей. Когда Исследователь времени Келексэль прибыл на место происшествия, неприятности продолжились ещё долгое время, и положение даже ухудшилось.

Отрывок из произведения:

На всем протяжении спуска на затерянный в океанских глубинах Корабль историй Следователь Келексел не мог избавиться от тревоги и напряжения. Подобных чувств взрослые Чемы никогда не испытывали.

Он провёл свой лёгкий катер через барьер, проступавший в зелёном сумраке, словно конечности огромного насекомого, и высадился на длинную площадку причала.

Вокруг во всех направлениях сновали жёлтые мерцающие диски и сферы прибывающих и стартующих аппаратов. Новый день начинался на палубе корабля, где Директор Фраффин работал над сюжетом своих историй.

Другие книги автора Фрэнк Херберт

Эта книга, получившая премии Hugo и Nebula, рассказывает эпическую историю о пустынной планете Арракис. В Дюне мы попадаем во время, когда мыслящие машины уже в далёком прошлом, а Великие Дома управляют целыми планетами, миллионы световых лет можно преодолеть за считанные минуты и наиболее драгоценным веществом в известной вселенной является Пряность Меланжа. Меланжа или пряность известно своими гериатрическими свойствами (то есть предохраняет от старения).

Планета Арракис, также называемая Дюной, является единственным источником меланжи. Меланжа нужна для межзвёздных перелетов, так как ее используют Гильд-навигаторы, чтобы вести корабли сквозь свернутое пространство. Дюна также знаменита своими гигантскими песчанными червями, обитащие в пустыне, которые как-то связаны с пряностью на этой планете.

Проблемы начинаются, когда управление Арракисом по воле Императора переходит от злого Дома Харконнен к благородному Дому Атрейдес. Харноннены не хотят отказываться от привилегий, которые даёт управление Дюной, и с помощью саботажа и вероломства ( и секретной поддержкой императора) уничтожают Дом Атрейдес, с которыми они враждуют уже в течении многих поколений. Убив герцога Лето Атрейдеса, Харконнены бросили сына герцога Лето Пауля Атрейдеса и его мать, леди Джессику, наложницу герцога Лето, умирать в пустыне. Но они попадает к фрименам, жителям пустыни, которые становятся главным оружием молодого герцога в его борьбе. Пауль Атрейдес является Квисац Хадерахом, конечным продуктом долгого генетического эксперимента Ордена Бене Гессерит по созданию супер человека.

«Мессия Дюны» продолжает историю песчанной планеты Арракис. Прошло 12 лет после того, как Муад'Диб победил Харконненов и Императора, 12 лет, которые вошли в историю как Джихад Муад'Диба. Недовольные правлением Атрейдесов затевают новый заговор, цель которого свергнуть Муад'Диба.

Спустя 24 тысячелетия человечество не изменилось: все те же войны и интриги. В далекой мультигалактической империи враждуют два великих дома – Атрейдесы и Харконнены. Последним удается склонить Императора на свою сторону, и юного наследника дома Атрейдесов – Пола – вместе с семьей высылают на далекую и пустынную планету Арракис, называемую также Дюной. Ужасные бури, гигантские черви, жестокие фанатики, фримены, и единственный во всей Вселенной источник Пряности, важнейшей субстанции в Империи, – таков новый дом Пола. Впереди его ждет сражение не только за Арракис, для чего ему придется стать лидером фрименов под именем Муад'Диб, но и за будущее существование своего Дома. В 1984 году роман «Дюна» был экранизирован культовым режиссером Дэвидом Линчем, а в начале XXI века по нему было снято несколько мини-сериалов. Первая трилогия культового цикла под одной обложкой!

Прошло девять лет после рождения детей Пауля — близнецов Лето II и Ганимы Атрейдес. Империей фактически правит сестра Муад'Диба — Алия. Коррино мечтают о возвращении Императорского Трона. Леди Джессика, мать Пауля, опасается, что близнецы, как и Алия, с рождения обладающие памятью о жизнях своих предков, могут потерять контроль над внутренними жизнями и стать одержимыми.

Множество опасностей — внутренних и внешних — окружает каждого участника этой политической игры. А когда речь заходит о человеческой жизни, когда смерть грозит твоим близким и тебе самому, трудно удержаться от использования мистических сверхспособностей, сил высшего порядка, доступных только тебе. Когда в руках — судьба человечества, приходится жертвовать своей судьбой и выбирать Путь, который позволит исправить ошибки других. Золотой Путь.

* * *

Перевод Александра Анваера.

Фрэнк Герберт успел написать много, но в истории остался прежде всего как автор эпопеи "Хроники Дюны", - возможно, самой прославленной фантастической саги нашего столетия, саги, переведенной на десятки языков и завоевавшей сердца миллионов читателей по всему миру. Авторитетный журнал научной фантастики "Локус" признал "Дюну", - первый роман эпопеи о "песчаной планете", - лучшим научно-фантастическим романом всех времен и народов. В "Дюне" Фрэнку Герберту удалось невозможное - создать своеобразную хронику далекого будущего. И не было за всю историю мировой фантастики картины грядущего более яркой, более зримой, более мощной и оригинальной. Цикл "Хроники Дюны" был и остается уникальным явлением - самым грандиозным, самым дерзким, самым масштабным творением за всю историю мировой фантастики. Но что обеспечило ему такую громкую славу и такую беспрецедентную популярность? Прочитайте - узнаете сами!

Все шесть романов классического цикла о Дюне.

Бене Тлейлаксу, планета Ракис и еще множество других планет, организаций и людей уничтожены Досточтимыми Матронами.

Бене Гессерит удается воспроизвести гхола погибшего военачальника Тега, Шиана становится самой молодой Преподобной Матерью в истории, а Мурбелла проходит обучение, чтобы также стать Преподобной Матерью. Все это — составные части плана Верховной Матери Дарви Одраде. Плана, который является единственной возможностью уцелеть под беспощадным натиском Досточтимых Матрон. Но в дело вмешиваются новые факторы — таинственные Дрессировщики, футары, биологическое оружие, Сеть и кто-то еще.

Говорят, что за достижением вершины неизбежно следует падение с нее. Пауль Атрейдес, известный также как Муад'Диб, лидер фрименов, их мессия, конечный продукт евгенической программы ордена Бене Гессерит — Квисатц Хадерах, Император всей известной Вселенной, обладающий пророческим даром, достиг своей вершины. Он возглавил Джихад — ужасную войну, которая должна была истребить всех, кто желал повернуть время вспять — низвергнуть Атрейдесов и восстановить старый порядок, разделив огромные богатства между отдельными группировками. Но Джихад и массовые репрессии вызывают недовольство, да что там недовольство — ненависть к новой власти.

Многие могущественные силы объединяются в заговоре, направленном против Императора. Для многих фрименов этот Джихад начинает терять смысл. В тоже время пророческой силе Пауля начинают угрожать опасности. Заговорщики прекрасно понимают, что предвидение ограничивает действия Императора некоторыми неизменными схемами, от которых он не способен отступить, не породив еще большего хаоса в картине будущего. Его слабые места очевидны, хоть ими и сложно воспользоваться. Пауль, Чани, Алия становятся объектами изощренной атаки. Устоят ли они? Смогут спасти себя и других? Чьи цели справедливее? Ищите ответы во второй книге гексалогии.

* * *

Перевод Ю. Р. Соколова под редакцией Павла Вязникова.

Великий Голод последовал за смертью Лето II. Миллиарды людей вынуждены были покинуть миры Старой Империи в поисках нового счастья. Эта эпоха вошла в историю под названием «Рассеяние». Никто не знает, где теперь границы обитаемой Вселенной. Никто не знает, какие новые угрозы таит в себе эта пугающая бесконечность холодного космоса. Но становится известно, что спустя полторы тысячи лет после своего ухода некоторые люди начинают возвращаться. И отнюдь не с благими намерениями нести мир и просвещение.

Новые виды оружия, новые способности человеческого организма — вот что видят перед смертью жертвы тех, кто возвращается из Рассеяния. Но есть и те, кто не хочет становиться жертвой. Они противопоставляют свое оружие, среди которого есть и очередной гхола Дункана Айдахо, и величайший военный стратег Майлс Тег, и маленькая девочка Шиана с пустынной планеты Ракис — девочка, которой подчиняются песчаные черви, несущие, согласно легенде, осколки сознания Лето II.

* * *

Перевод Алексея Биргера.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Дмитрий ТАРАБАНОВ

ТАНГОЛЬСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

рассказ (из цикла "Космоторговля по-русски")

Максим Остопов, техник "Непоколебимого неболюбца" и лингвист в одном лице, почесал тщательно выбритый подбородок. Он оказался в затруднительном положении. - Твой ход, - напомнил пилот Резник, с победным видом крутясь в своем великолепном пилотском кресле. - Угу, - промычал в ответ Остопов. Компаньоны сидели в крохотной кают-компании, стены которой были завешаны многочисленными трофеями инопланетных животных и предметами тотемного поклонения политеистичных туземных культов. Среди них были неотъемлемый балахон амитийских матюгальников, и копье черного дьявола, и серьезно насолившая обоим муха хоть-хны, которую удалось изловить только при сжатии гравитационного поля внутри корабля до предельного уровня. При этом остальные экспонаты коллекции русских торговцев приняли "по необъяснимым причинам" плоскую форму. "Зато их удобно будет сложить в ящик во время переезда, если мы хоть когда-нибудь найдем средства для покупки хорошей иномарки", - с видом настоящего стоика описал Резник положительную сторону метаморфозы. - Надо же, - медленно проговорил Максим. Его рука замерла над тангольской игровой пирамидкой, не в силах опустить последнюю фигурку в ячейку. - Эти проклятые долговязые подпространственные мыслители пресекли все пути к развитию человеческой инициативы. - Ты о чем? - не понял лекционного тона Резник. - Хочешь сказать, что ты сдаешься? - Нет, я хочу сказать, что применение к развлекательной игре системы самообучающейся программы, которая исключает все варианты, уже проработанные... вернее, проигранные любым из соперников, количество которых, кстати, неограниченно... существенно снижает спрос данной игры на рынке. Тангольские сийанции намного уступают пасьянсу по части возможных комбинаций первоначальной раскладки, шахматам по количеству вариантов атаки на противника и бильярду по части азарта. Переводня какая-то. Просто чтобы убить время. - В общем, ты сдаешься. - Нет, я просто могу просчитать, что в этот раз я опущу свою последнюю фигурку в ячейку пятого яруса третьего столбца на северной грани, и у меня, как и у тебя больше не будет возможности продолжать игру, - Остопов разжал пальцы, и фигурка юркнула в паз на грани пирамиды. - Ой, - опустошенно сказал Резник. Грани тангольской пирамиды засверкали, и из нее полились плавные звуки, которые, равно как и любые другие слова, сказанные уроженцами Танголии III, накладывались друг на друга и звучали в унисон. Лингвафон, лежащий на столе в режиме устной трансляции, гнусаво перевел сказанное: - Варианты исчерпаны. Игра автоматически переходит в неигровое состояние. Мои поздравления ахну Максиму Остопову. После чего пирамидка рассыпалась, превратившись в кучку серого порошка. - Это мне напомнило демонстративную версию вакуумного шлюза, которую мы установили, возвращаясь с метрополисского конгресса вольных торговцев. Ностальгически проговорил техник, грустно обводя пальцем крошечный террикон. - Помнишь, когда к нам хотел вломиться тот четырехрукий гуманоид? Шлюз ведь растворился прямо в открытом космосе, как только истекло время пользования. Ты тогда еле успел скафандр натянуть. Вадим Резник вскипал. Он сдерживался, сколько мог, потом зарычал и резким движением сбросил лингвафон со стола. Тот полетел в угол и, брызнув искрами, пустил дымок. Остопов пожал плечами. - Ну вот, теперь мы остались без лингвафона. - Я не отдам свой стул! - отчаянно затряс головой пилот. - Ты его проиграл. Ты и стул отдашь, и лингвафон купишь за деньги из своей доли. - Да хоть болькинийца на четверть ставки! - выкрикнул Резник. - Но стул не отдам. - Он закинул руки за спину, что силы обнимая спинку своего эргономического антигравостатического пилотского кресла. Остопов аккуратно собрал прах игры в пакет, закупорил его и кинул в мусоросборник, где он должен был лежать несколько часов, дожидаясь выхода в адекватное трехмерное пространство. - Ладно, - сказал он. - Тогда ты заявишься к тангольцам, купишь у них комплект плантационных яиц и яйцерезку. Я автоматически забуду твою повинность в передаче мне стула. - Будет сделано, - отчеканил Вадим Резник. - Только сделаешь ты это за свои деньги, - напомнил проигравшему компаньону Остопов. Не долго думая, Резник согласился во второй раз.

В. ТИН

Об эволюции нежити

Ученые досуги

Ничто не принесло диалектическому материализму большего вреда, чем превращение учения о вечном развитии в набор застывших догм. Окостенение диамата пагубно сказалось на развитии естественных наук, в том числе биологии. Из круга интересов ученых в нашем отечестве выпал обширный класс существ, располагающихся между созданиями идеальными, существующими только в воображении, и теми, что известны нам из повседневной жизни.

Сергей ТИЩЕНКО

СУМКА

Плачет маленький мальчик. Мать его утешает - обычная сценка.

Прохожий:

- Не плачь, а то в сумку заберу! - и показывает большую сумку.

Через 20 лет.

"И зачем только я сказал, что заберу его в сумку?" - думает Иван Иванович, надрываясь.

А из сумки несутся негодующие вопли:

- Сказал "заберу", теперь корми! И пива побольше!

Владимир Михаилович Титов

У НАС, В XXI ВЕКЕ

(Странички из дневника руководителя молодежной организации)

Ну вот и изобрели где то там, в XXI веке, машину времени. Пока экспериментальную. Вчера явился ко мне из будущего на Пять минут мой прапрапрародственник.

По странному совпадению тоже Титов, и тоже Владимир.

Я, само собой, попросил его рассказать о делах и заботах молодежи будущего, поскольку сам секретарь комсомольской организации. Да много ли расскажешь за пять минут?

Александр Тюрин

ВЛАСТЕЛИН ПАМЯТИ

цикл "НФ-хокку"

Творец, в знак того, что тварь может быть лишь подобной, но не равной ему, внес немалые изьяны в нашу природу.

Смирение, о мои любезные ученики, вот единственный щит, которым мы можем прикрыть свои несовершенства. Увы, мы столь часто пренебрегаем этим тяжелым вооружением.

К числу наших несовершенств относится и память. Как знаки на песке стирается то, что укрыто в ней. Имена, облики, побуждения . В отличие от сосуда с вином, который сохраняет как сладкую жидкость, так и горький осадок на дне, в сосуде нашей памяти со временем пропадает горечь тех ошибок, которые мы совершили в силу гордыни или малодушия.

Леонид ТКАЧУК

КОНЕЦ ПУТИ

Волны накатывались на берег, стремясь снести его со своего пути. Но шумно взлетев на гальку, они теряли порыв и бессильно просачивались обратно в море.

Одинокий человек двигался вдоль берега, останавливался, снова пускался в путь, и останавливался опять. Красноватые, подернутые дымкой солнечные лучи пробивались над горизонтом, окрашивая окружающее нереальными, мерцающими при каждом движении, бликами. Феерическим пламенем сверкал камень, выраставший из волнующихся вод. Он был неотделим от стихии волн - неровный, шероховатый, со множеством выступающих граней.

Александр Торин

Ночь в Цветущих садах Бомбея

Все в жизни Лени Цыплова в течение последних трех недель складывалось на редкость неудачно. А началась полоса невезения ровно девятнадцать дней назад, когда он летел в самолете, совершающим рейс Москва-Сан-Франциско. И черт его дернул взять с собой эту проклятую книжку.

Дело в том, что бывший аспирант кафедры вычислительной математики Цыплов всегда славился среди друзей своим обстоятельным подходом к жизни, зачастую граничившим с занудством. Неудивительно, что получив приглашение на работу в Америке, Леня решил всесторонне подготовиться к жизни в новых условиях, и отправился в районную библиотеку. Там на интересующую Леню тему обнаружилась толстая, зачитанная до дыр книжка с интригующим названием: "Кремниевая Долина. Краткий очерк нравов и экономической географии". Но тут навалились дела, книжка пылилась на столе, а Цыплов получал визы и подписывал бесконечные обходные листы. Пришлось пойти на преступление против совести: книжка была временно похищена, а Леня твердо решил, что проштудирует книжку в самолете и вышлет ее обратно по почте.

Евгений Торопов

Киберужас

(футуристическая зарисовка)

Когда Петр засыпал, ему снились чудовищные сны о беспробудно диком прошлом его родины.

Во снах Петр представал то как полунищий гражданин страны, с которого милое государство сдирает непомерно высокие налоги; то на родненьком заводе до полугода не выдают зарплату; а то вдруг представлялось, попал он в "горячую точку" планеты - в неизвестную доселе страну защищать никому неизвестное правительство против жестокой оппозиции под грифом: "пушечное мясо". Во сне он подрывался на минах и прах тысяч кусочков его тела горько оплакивали многочисленные родственники и мал мала меньше горемычные дети.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Канада начала XX века… Позади студенческие годы, и «Аня с острова Принца Эдуарда» становится «Аней из Шумящих Тополей», директрисой средней школы в маленьком городке. С тех пор как ее руку украшает скромное «колечко невесты», она очень интересуется сердечными делами других люден и радуется тому, что так много счастья на свете. И снова поворот на дороге, а за ним — свадьба и свой «Дом Мечты». Всем грустно, что она уезжает. Но разве не было бы ужасно знать, что их радует ее отъезд или что им не будет чуточку не хватать ее, когда она уедет?

Это был, возможно, самый уникальный артефакт, найденный вышедшими наконец-то в космос землянами. Брошенная близ Венеры пересадочная станция, давным-давно забытая хозяевами – Чужими. Станция, где люди обнаружили многое. Но прежде всего – КОРАБЛИ. Чужие корабли, созданные по неизвестным нам, «чужим» технологиям.

Корабли, на которых можно было лететь ОЧЕНЬ ДАЛЕКО. А если случайно «нажмешь на нужную кнопку» – даже можно вернуться…

И люди, одержимые зовом далеких звезд, стали учиться летать. И – улетали. И – ВОЗВРАЩАЛИСЬ…

Читайте «звездную сагу» Ф. Пола, первый роман, который был удостоен двух высших премий НФ – «Хьюго» и «Небьюла»!

Канада конца XIX века… Восемнадцатилетняя сельская учительница, «Аня из Авонлеи», становится «Аней с острова Принца Эдуарда», студенткой университета. Увлекательное соперничество в учебе, дружба, веселые развлечения, все раздвигающиеся горизонты и новые интересы — как много в мире всего, чем можно восхищаться и чему радоваться! Университетский опыт учит смотреть на каждое препятствие как на предзнаменование победы и считать юмор самой пикантной приправой на пиру существования. Но девичьим мечтам о тайне любви предстоит испытание реальностью: встреча с «темноглазым идеалом» едва не приводит к тому, что Аня принимает за любовь свое приукрашенное воображением поверхностное увлечение. И вес же ей удастся избежать ошибки. Слова признания прозвучали, и хотя влюбленным предстоит трехлетнее ожидание, они будут счастливы, ожидая, трудясь и мечтая.

Канада начала XX века… Инглсайд — большой, удобный, уютный, всегда веселый дом — самый замечательный дом в мире, по мнению его хозяйки, счастливой матери шестерых детей. Приятно вспомнить прошлое и на неделю снова стать «Аней из Зеленых Мезонинов», но в сто раз лучше вернуться домой и быть «Аней из Инглсайда». Она стала старше, но она все та же — неотразимая, непредсказуемая, полная внутреннего огня, пленяющая своим легким юмором и нежным смехом. Жизнь — это радость и боль, надежды, страхи и перемены — неизбежные перемены. Даже счастье никогда не остается одним и тем же.