Не плачь

«Я тебя знаю. Я видел твое лицо. Это же ты ведешь ту страницу?» Слова соседа стали для Влада полной неожиданностью. Он увлекается видеосъемкой, отлично готовит, но никаких страниц не ведет. Набрал хештег #не_плачь – и правда: кто-то, с его фоткой на аватаре, администрирует группу в соцсети – на тему, порядком доставшую за последнее время. А пару дней спустя он получил письмо с темой «Тебе надо знать». В письме – скан его детской фотографии, и на ней… два Влада. И подпись: «Костик и Владик».

В повести «Не плачь» нет одного рассказчика: в ней звучат голоса разных персонажей. Костя рассказывает о подготовке праздника для тех, кто грустит в больнице. Его бабушка просит у высших сил счастья для лучшего в мире внука. Одноклассница Юля совершает подвиги во имя первой любви. Петя делится отчаянием, в которое погрузился из-за внезапно настигшей его болезни. Влад тщетно пытается вспомнить свое раннее детство… Все они честно говорят на темы, которые их волнуют, проговаривая, в числе прочего, и то, что хотели бы скрыть друг от друга.

Наталья Вишнякова (родилась в 1973 году) – талантливый журналист и педагог, автор нескольких книг, киносценариев и пьес для детского кукольного театра. Ее повесть «Не плачь» станет для читателей еще одной возможностью увидеть современных тинейджеров в их поиске, сомнениях и открытиях.

Герои серии «Подросток N» близки читателям от 13 лет. Персонажи этих книг когда с интересом, когда с радостью, а когда и с ужасом осознают: мир намного сложнее, чем казалось в детстве. А в сложности этой – новые возможности.

Отрывок из произведения:

Да, у меня есть мечта. Я и не отпираюсь. Конечно, не хочется сообщать о ней всем и каждому, как это делал мой брат-близнец Владик, когда ему было года четыре или даже пять. Он, как только кто-нибудь ему «привет» говорил, сразу слабел духом и раскалывался: «А вы знаете, о чем я мечтаю?» И, не успевали ему ответить, что не знают, сразу продолжал: «Я мечтаю о розовом синем попугае». Тут все принимались смеяться, спрашивать, так о розовом или о синем, а может, о розово-синем, и разве такие попугаи бывают, а Владику становилось обидно, и он сразу убегал в другую комнату вместе со своей мечтой.

Популярные книги в жанре Детская проза

Антон Шутов

ЖЕЛТОВ, ТЫ ВСЕХ УМОРИЛ

Hаписать сочинение, это вам не хухры-мухры. Так просто взять, думаете, и написать? Hет. Это может быть кому-то очень просто что-то придумать, а потом взять и всё выложить на бумагу слово за слово. Это хорошо, если слов много знаешь учёных, тогда действительно просто. А когда ты учишься в пятом классе и тебе первый раз в жизни учительница говорит "дома напишите сочинение", то тут сразу понимаешь, насколько всё сложно.

Как только солнце начинало клониться к закату, он появлялся на пляже, бросался в воду и плыл вслед за уходящим светилом, теряясь в морской дали. Никто не замечал, как он возвращается на берег. Это была его тайна. Тайна необыкновенно красивого юноши, которого курортники прозвали Тарзаном. Все девушки в округе мечтали о нем, а парни – завидовали. И скоро эта зависть превратилась в ненависть. Над Тарзаном нависла реальная угроза. Кто поможет ему – влюбленные поклонницы или друзья? Девчонке по имени Маргаритка очень хотелось помочь. Но сначала нужно определиться, кто она Тарзану – любимая девушка или верный друг?..

В своей новой книжке журналистка Ирина Бабич рассказывает детям о дружбе между людьми и животными, об артистах советского цирка, о работниках зоопарка, об известном враче, который привил своим детям любовь и уважение ко всему живому. И, конечно же, о львах, обезьянах и бегемотах, которые, доверившись человеку, стали его помощниками.

А было дело – поймал я черепаху! Смешно, конечно. Все равно, что поймал табуретку. Черепаха просто лежала у ручья, прикинувшись зеленоватым булыжником.

Довольно глупая уловка – когти-то. Когти торчат! И на песке след. Видно, только приползла. Пришла на толстых чешуйчатых лапах.

– Чего прячешься? – говорю. – Вот она – ты!

Но черепаха и не шевельнулась – вроде тут и вроде нету. Так, булыжник с когтями.

Поднял я черепаху и потряс обеими руками, как сломавшийся будильник. Поднес к уху. Панцирь сухой, холодный, беззвучный, будто и впрямь камень слушаешь.

Уж не знаю, кого как, а меня всегда, с малолетства, притягивал именно этот шкаф. Хотя имелся и буфет с вареньем. К нему, честно говоря, тоже тянуло, но все же иначе.

Совсем другое дело этот шкаф. Нет, он не был запретен, как ближайший пруд с омутами, но влекло к нему с неменьшей силой.

Сквозь затуманенные стекла, будто тронутые инеем, угадывалось нечто. Дверцы – когда как – отворялись то безмятежно, то с поскрипыванием, какое можно услыхать в подветренном яблоневом саду, и туман распахивался, унося смутные тени и обнажая сухой горьковатый запах осенних листьев, будто домашнего любовно собранного гербария.

Это сейчас я хорошо играю на трубе. Могу зорю протрубить, тревогу, отбой или, к примеру, сонатину Клементи. Кажется, с трубой родился. Но это, конечно, не совсем так.

Впервые труба попалась мне под Новый год, когда я учился в пятом классе. В белом комбинезоне и заячьей маске должен был я вбежать в спортзал – затрубить, разбросать серпантин и конфетти.

Репетировал со мной старшеклассник Николай Подкорытин. На нем была красная шуба деда Мороза, а из карманов торчали две трубы – золотая и серебряная.

Нам не повезло с нормальными безобидными городскими сумасшедшими, за которыми можно бегать по улице, всячески задирать, дразнить и приставать, слушая невнятную, пузырчатую болтовню.

Зато имелся почти одомашненный снежный человек. Водовоз Колодезников. Конечно, не трехметровый великан, какие встречаются в особенно глухих местах, в горных и лесных. Ростом наш не вышел, – метр с кепкой, эдакий снежный лилипут. Однако по другим приметам – хоть куда!

Настроение у Фреда совсем не рождественское. Девочка Эльза, от которой его бросает в жар, сердится на него – и за дело. Мама все время усталая и сердитая, еду выдают по талонам, а самое грустное – папа где-то далеко и вряд ли приедет домой на праздник. А все из-за одного дурака с черными усиками, которому вздумалось повоевать.

Но Рождество на то и Рождество, чтобы случались разные чудеса…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

8 декабря 1980 года. В Нью-Йорке убит Джон Леннон. Для пятнадцатилетнего Андерса это трагедия, ведь он единственный в своей школе фанат «Битлз». Сверстники пытаются травить Андерса, но есть у него и друзья – Фруде и Бригт. А учитель математики по прозвищу Сосиска – тоже фанат битлов. Это книга о дружбе и музыке, о первой влюбленности и безумных поступках, о потери и горе. В общем, о том, каково это – быть подростком.

Сюзанне одиннадцать, и ей не хватает любви. «Ты меня любишь?» – спрашивает она маму, но ее ответ кажется Сюзанне недостаточно убедительным. А папу она видит редко, потому что он либо работает, либо прыгает с парашютом. И тут в семье появляется девятнадцатилетний Тим, репетитор по английскому языку, который станет ее единственным другом и который поможет ей чуть лучше понять, что же это за чувство – любовь.

Петре двенадцать. Она считает, что все вокруг должно быть в абсолютном порядке. Если бутерброды – то по одному в руку, если голы – только четное количество, если ботинки в коридоре – то выстроенные в ряд. Но однажды в эту упорядоченную жизнь врывается… число пи! Бесконечное, неподвластное контролю и потому невыносимое, считает Петра. Она еще не знает, что столкновение с «несовершенством» мира – лишь первое из лавины счастливых, трагичных и захватывающих событий.

София Лафламм чувствует себя не на своём месте. Подростковая жизнь оказалась слишком тяжёлой, отношение матери – невыносимым, а лучшая подружка влюбилась и, кажется, стала в сто раз глупее. София чувствует себя самой неуклюжей девочкой на свете. Может быть, она вообще не с этой планеты? «Почти инопланетянка» – первая книга серии «Истории Софии».

Для среднего школьного возраста.