Не пером, но пулеметом

Брейтен Брейтенбах

(род.1939)

Не пером, но пулеметом

Перевод с африкаанс

Е. Витковского

ИКОНА

глубже темнее проще под плоским слоем

масляной краски на деревянной доске

пылает законсервированный мир

хранящийся в своей крови как персик в сиропе

и поскольку все свершения и деяния остановились

действо ясно и грубо доведено

до бессмыслицы (часы с кукушкой в космическом корабле)

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского П. Грушко, 1977

© Перевод с испанского П. Грушко, 19??

© Перевод с испанского П. Грушко, 19??

© Перевод с испанского П. Грушко, 19??

© Перевод с испанского П. Грушко, 19??

© Перевод с испанского П. Грушко, 19??

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Через бездны между планетами, из конца в конец Солнечной Системы поползли слухи. Кто-то совершил Большой Прыжок. Кто-то вернулся.

Об этом болтали космонавты в барах тысяч портов. Об этом говорили люди на улицах бесчисленных городов. КТО-ТО СОВЕРШИЛ БОЛЬШОЙ ПРЫЖОК — СОВЕРШИЛ И ВЕРНУЛСЯ. ЭТО ПОСЛЕДНЯЯ ГРУППА — ЭКИПАЖ БАЛЛАНТАЙНА. ГОВОРЯТ…

Говорили много противоречивого, фантастического, невозможного, мрачного. Но за словами были только слухи, а за слухами — молчание. Молчание было сфинксоподобным, как беззвучные пустыни в ночи. Это молчание слушал Арч Комин после того, как заканчивались слова. Слухи, казалось, бежали по крепкой струне, натянутой от орбиты Плутона до Марса, и возле Марса молчание было глубже всего.

Ли Брекетт

Шеннеч - Последний

Сборник произведений блистательной американской писательницы. Захватывающие приключения на чужих планетах, необыкновенные и загадочные существа, глубокое проникновение во внутренний мир героев, поэтическая аура прозы ожидают читателей этой книги.

ГЛАВА 1

В пещерах Меркурия было темно, жарко и не было ни звука, кроме тяжелых шагов Тревера.

Тревер уже давно блуждал в этом лабиринте, где еще не бывало ни одно человеческое существо. И Тревер был зол. Не по своей вине и не по собственному желанию он приближался к смерти, и он не был готов к ней. Больше того, ему казалось отвратительным подойти к этому финальному моменту здесь, в давящем мраке, под чужими, высокими как Эверест горами. Он хотел бы остаться в долине. Голод и жажда привели бы его к такому концу, но по крайней мере он умер бы на открытом месте, как человек, а не как крыса в канализации.

Веня О'Хара, землянин ирландского происхождения, забрел на Овощной рынок Ганимеда в поисках куда-то запропастившегося Игроцкого переулка. Переулков здесь было, как собак нерезаных, и О'Хара никак не мог вспомнить — который из них Игроцкий? Тот — Воровской, этот — Аптекарский, следующий — вообще без названия…

Венин мочевой пузырь был переполнен кислым дрянным винцом, не в пример пустым и дырявым карманам. Собственно, Веня родился не на Земле, а в земной колонии на Марсе от русской колонистки и отца-ирландца. На Земле он, конечно, бывал, и не раз… Посещал. Пролетал, как фанера над Парижем, над своей голубой прародиной. А среда его постоянного обитания простиралась от Системы Юпитера до Колец Сатурна — дальше, к Плутону, лень было забираться.

Ли Брэкетт

Тени

Бесчисленное множество лет в мире маленькой голубой звезды не появлялось ни малейшего признака, звука или ощущения человека. И вот теперь, без всякого предупреждения, в воздухе снова возникло нечто знакомое - колебания, тонкая пульсация, которые могли означать только один вид жизни. Тени почувствовали его. Тени, которые ждали так долго и терпеливо. Они зашевелились среди разрушенных стен. Они выпрямились и встряхнулись, и между ними пробежал беззвучный шепот, жаждущий шепот, неистовый и нетерпеливый: "Человек! Человек! Вернулся Человек!"