Наш Современник, 2004 № 08

Александр МЕЛЬНИКОВ

Олегу Куваеву — 70

 

Двенадцатого августа 2004 года писателю Олегу Михайловичу Куваеву испол­нилось бы 70 лет. В это трудно поверить, трудно представить его семидесятилетним. Каким был бы он?

 

...Роман Олега Куваева “Территория” я прочитал за одну ночь, а потом кто-то принес мне старый номер “Юности” без облож­ки с двумя его рассказами и сказал: “Ты знаешь, ка­жет­ся, он давно умер”.

Рекомендуем почитать

ЮРИЙ КУЗНЕЦОВ

ПОД ЗНАКОМ СОВЕСТИ [*] 1

 

 

ПОЭТ и МОНАХ

То не сыра земля горит,

Не гул расходится залесьем, —

Поэт с монахом говорит.

А враг качает поднебесьем.

Монах недавно опочил.

Но сумрак, смешанный со светом,

Его в дороге облачил,

И он возник перед поэтом.

Его приветствовал поэт:

— Как свят, монах? Как живы черти?

 

“Вы нужны русскому народу”

 

Милость Божия буди с Вами!

 

Уважаемый Станислав Юрьевич!

Сердечно благодарим Вас за то, что не оставляете своим вниманием нашу скромную обитель. Храни Вас Господь.

Покинул нашу обитель, по здоровью, игумен Аристарх, и нас осталось трое иеромонахов. Но милостью Божией литургическая жизнь не прерывается, каждодневно справляется полный круг суточного Богослужения... Нам, оставшимся здесь, уходить некуда. Это наша малая Родина, наш единственный на Кольском севере монастырь. И для нас большая честь участвовать в возрождении некогда большого и славного монастыря, известного далеко за пределами Кольского края. Вот почему мы так признательны Вам за Вашу поддержку в деле восстановления нашего монастыря и возрождения Православия в наших краях.

 

“ПСКОВ  ПРЕДЛАГАЛ  ДРУГОЙ  ПУТЬ…”

Беседа Александра КАЗИНЦЕВА

с главой администрации Псковской области Евгением МИХАЙЛОВЫМ

 

Александр КАЗИНЦЕВ : Евгений Эдуардович, мы встречаемся с Вами на праздновании 60-летия освобождения Пскова от германской оккупации. А через два дня ещё один праздник — равноапостольной княгини Ольги. Просветительница Руси, как известно, была родом из этих мест. Псков — рай для историка. А Вы по образованию историк.

Вячеслав Морозов

АДМИРАЛ ФСБ

Документальный роман

 

Посвящается молодым, выбирающим путь.

У К А З

Президента Российской Федерации

 

О присвоении звания ГЕРОЯ Российской Федерации вице-адми­ралу Угрюмову Г. А.

За мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга, присвоить звание

Героя Российской Федерации вице-адмиралу Угрюмову Герману Алек­сее­­вичу.

Владимир КРУПИН

Выбранные места

из дневников 70- х годов

1971 год

 

8/IX. Вчера вечером Бог привел выпить. Была глупая ссора с женой, звонок от Фиганова, и я поехал. Сидели в “Мочалке” (кафе у Сандунов), вспоминали TV. Вспоминали хорошо: странное было время, много сидели в “историчке”, много писали, почти все шло, шли деньги, ходили в баню. Три года я угробил на сценарии. Не зря ли? Нет, видно.

Владимир КРУПИН

Выбранные места

из дневников 70- х годов

1976 год

 

6 сентября. Три возврата, даже четыре, если учесть, что рассказы из “Юности” вернули после возврата из “Знамени”. Просьба присылать “более позитивные вещи”.

Возврат из Минкультуры. Пьесу вернули хамски (какая-то Агапова), без письма, продержав перед этим больше полугода. Но самый чувствительный возврат — из “Сибирских огней”. В задержке я же и виноват: “задержка была вызвана неординарностью Вашей повести”. Стыдно, автор, пишите ординарно, и Вам ответят в срок. Рецензия — страничка глупости. Кто-то Баландин. Зарастете вы, ребята, крапивой.

Сергей Сергеев

ГРАЖДАНИН СУВОРИН

К 170-летию со дня рождения

 

Да не сочтут читатели мою мысль за обычное юбилейное “красное словцо”, но мне кажется, что Алексей Сергеевич Суворин, чью очередную круглую дату Россия в очередной раз никак не отметила, — не просто выдающееся лицо отечественной истории, но лицо-символ, лицо-миф, показательно и полномочно (или, говоря научным жаргоном, “репрезентативно”) представляющее русскую цивилизацию в той сфере жизни, в коей он подвизался — журналистике и издательском деле. В своей области он то же, что Достоевский и Толстой в литературе, Мусоргский и Рахманинов в музыке, Александр Иванов и Суриков в живописи, Ломоносов и Менделеев в науке... Значение суворинской деятельности с замечательной точностью определили ближайшие сподвижники хозяина “Нового времени”. В. В. Розанов называл его “Ломоносовым русской ежедневной прессы”, а М. О. Меньшиков утверждал, что “Суворин был одним из немногих, что создали новый тип гражданственности — общественную и государственную публицистику. Вместе с Щедриным и Михайловским, с одной стороны, и Катковым и [Иваном] Аксаковым, с другой, Суворин в большей степени, чем они, создал новое политическое учреждение — печать”. Но, коль скоро мы говорим о “репрезентативности”, то дело не только в масштабе совершённого, но и в его стиле. Так вот, жизненный, творческий, деловой стиль Алексея Сергеевича — органически и беспримесно национален, и не потому, что он был “националистом” (это для русского человека как раз редкость), а потому, что он был стопроцентным русским — и по крови, и, главное, по духу.

Станислав Куняев

ПОЭЗИЯ. СУДЬБА. РОССИЯ*

“Змея, укусившая собственный хвост…”

I

Славный город Марбург, в котором в разные времена побывали Мартин Лютер, Михаил Ломоносов, Борис Пастернак и Булат Окуджава, встретил меня и моего коллегу по “Новому миру” Андрея Василевского весьма радушно. Его кривые улочки, вымощенные брусчаткой, тянулись к вершине холма, увенчанного темным средневековым замком некоего Ландграфа. На улочках — куда ни глянь — стояли разноцветные пластмассовые столики, выползшие из пивных баров, пиццерий и разнообразных кафешек. Марбургская университет­ская молодежь вкупе с туристами поглощала пиво, кофе, пиццу, салаты, курила травку, слушала музыку, хохотала — словом, жила беспечной потребительской жизнью, о которой Европа с её религиозными войнами и священными камнями мечтала целое тысячелетие…

Другие книги автора Андрей Венедиктович Воронцов

"Как хорошо, что есть такой друг - «Наш современник»!"

Здравствуйте, уважаемый Станислав Юрьевич Куняев!

Журнал "Наш современник" я выписываю много лет и прочитываю от корки до корки. Он для меня стал хлебом духовным.

Дай Вам Бог и всем членам общественного совета журнала доброго здоровья и большое спасибо за ваше мужество, ваш патриотизм и нелегкий труд. И впредь не сдавайте своих передовых позиций, ибо такие люди, как вы, все вместе, - наша надежда и опора в жизни.

Так получилось, что волею судьбы я, будучи курносой школьницей, а затем повзрослевшей студенткой, жила на одной лестничной площадке с Раисой Васильевной Кузнецовой, Матерью известного Поэта Юрия Поликарповича Кузнецова. Именно с Матерью с большой буквы, как того и заслуживает эта замечательная женщина. Жили мы по соседству в 70-е годы прошлого века в городе Тихорецке Краснодарского края, в доме 187 по улице Московской. Квартиру под номером 72 наша семья получила из-за сноса стоящего рядом частного дома. Для Раисы Васильевны соседняя 73-я квартира была долгожданным и очень желанным жильем. До этого она с двумя детьми ютилась в одной комнате муниципального частного дома по улице Меньшиковой. И вот, подняв детей и выпустив их во взрослую жизнь, Мать Поэта получила однокомнатную квартиру, в центре города, на третьем этаже.

Александр КАЗИНЦЕВ

СИМУЛЯКР,

или СТЕКОЛЬНОЕ ЦАРСТВО

 

Богатство как симулякр:

крах фондового рынка США

 

“Большое веселье сейчас неуместно. Оно не соответствует настроению”, — так Клаус Шваб, основатель Всемирного экономического форума в Давосе, объяс­­нил отмену традиционного субботнего бала (“Независимая газета”. 29. 01.2003).

Действительно, для западной экономики 2002-й был чередой кошмаров. Корпоративные скандалы, громкие отставки, аресты миллионеров и министров (под судом побывал небезызвестный Джордж Сорос — отделался крупным штрафом). Самоубийства топ-менеджеров разорившихся гигантов.

С какого времени следует вести отсчет истории Крещения Руси? С того дня, когда апостол Андрей Первозванный, по преданию, установил крест на Киевских горах? Или с Аскольдова Крещения Руси? Или, наконец, с признанного официально нашей Церковью и светской историографией Владимирова Крещения? Но что предшествовало установлению апостолом креста на Киевских горах? Ведь святой Андрей воздвигал крест не только во Славу Божию, но и для просвещения светом Христовой Истины прародителей восточных славян. Каков же был путь наших далеких предков ко Крещению в Днепре – путь к истинной вере?

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Анна Васильевна Когинова жила перед войной в городе Кронштадте — крепости Балтийского флота. Война заставила её, тогда совсем молодую девушку, стать медицинской сестрой и работать в военно-морском, по сути фронтовом госпитале всю войну. После войны Анна Васильевна окончила Ленинградский университет и занималась преподавательской работой. Писала рассказы, сейчас в основном занята переводами с польского и английского языков. Прошло много лет, но и сейчас Анна Васильевна помнит многое из тех давних трагических времён, вспоминает своих друзей, с которыми ей приходилось работать, которые погибали у неё на глазах…

Наш современник 2007 N7

ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ И ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ЖУРНАЛ

У Ч Р Е Д И Т Е Л И:

Союз писателей России ООО "ИПО писателей"

Международный фонд славянской письменности и культуры

Издается с 1956 года

Главный редактор Станислав КУНЯЕВ

О б щ е с т в е н н ы й с о в е т:

В. И. БЕЛОВ,

Ю. В. БОНДАРЕВ,

В. Г. БОНДАРЕНКО,

B. Н. ГАНИЧЕВ,

Г. Я. ГОРБОВСКИЙ,

Помню, мы шли по твёрдой грунтовой дороге. Начинало темнеть. Временами порывы ветра подбрасывали снежную пыль. Вдруг навалились густые хлопья, и нас стал сечь снежный вихрь. Буря словно предупреждала о грядущих тяготах и испытаниях. Потом вихрь стих, и снова в лицо подул свежий прохладный ветер… Так шли мы втроем — я, Володя Сидоренко и Володя Крипа, бывшие курсанты, только что окончившие военно-техническое училище и получившие распределение в действующую армию, в часть, стоящую в городе Видине, в Болгарии. Война уже ушла далеко от рубежей нашей страны и, казалось, близилась к концу. Наши войска наступали по всему фронту, и особенно это быстрое и безостановочное наступление ощущалось на юге, на Балканах.

Популярные книги в жанре Современная проза

Чем старше становилась Аделаида, тем жизнь ей казалась всё менее безоблачной и всё менее понятной. В самом Городе, где она жила, оказывается, нормы союзного законодательства практически не учитывались, Уголовный кодекс, так сказать, был не в почёте. Скорее всего, большая часть населения о его существовании вовсе не подозревала. Зато были свои законы, обычаи, правила, оставленные, видимо, ещё Тамерланом в качестве бартера за городские руины…

Это уже третья книга известного прозаика и эссеиста Игоря Клеха (1952 г. р.), выходящая в издательстве НЛО. «Хроники 1999 года» своего рода «опус магнум» писателя – его главная книга. В ней представлена история жизненных перипетий сотен персонажей на пространстве от Владивостока до Карпат в год очередного «великого перелома» в России в преддверии миллениума – год войн в Сербии и на Кавказе, взрывов жилых домов в Москве, отречения «царя Бориса» и начала собирания камней после их разбрасывания в счастливые и проклятые девяностые. Главный герой здесь – время. Монотонное, нейтрально окрашенное и взрывчатое. Предельно разрозненный материал скрепляет полуанонимная биографическая повесть об утрате детей и родителей и попытке если не завоевать столицу, то обрести самостояние в новой жизни.

Что мешает нам быть счастливыми? Этот вопрос задает каждый человек на земле. Книга повествует о главной причине всех наших неудач. Это кривые зеркала, ломающие наши надежды и мечты, и которые не дают человеку развиваться. Найти себя в чистом отражении, увидеть себя таким, какой ты есть на самом деле, рассказывает книга «Тайна кривых зеркал». Только узнав эти секреты, каждый может открыть для себя всю мощь собственного Я и найти то, что так долго мы ищем в самих себе.

«…Эл пыталась вспомнить, когда в ее жизни началось это падение?

Наверное, это произошло летом. Последним летом детства, ей было семнадцать лет…

Эл с матерью отдыхала вгорах, на побережье водохранилища Чарвак, недалеко от поселка Бричмулла, воспетой когда-то в песне. День только начинался, но воздух уже накалялся, как масляная батарея. Июль в Средней Азии, время, которое местные называют «чилля», в переводе с фарси «сорок дней». Это период изнуряющего сорокадневного, безветренного, летнего зноя. Эл родом из этих мест. Она была счастлива и беззаботна, как это бывает в юности. Эл любила лето, зной, бескрайнее голубое небо и такое слепящее солнце, какого она потом не встречала нигде…»

Краткий путеводитель по городу Лондону, с описанием его истории и окрестностей, а также с некоторыми отступлениями, небесполезными для путешественника.

«– Риск – дело благородное. Он украшает жизнь, она становится как-то ярче… Насыщеннее, что ли.

– Обожаю риск! – с воодушевлением отозвалась Саша и преданно посмотрела в глаза инструктора-парашютиста, который давал ей интервью. Несет полную пургу. Банальность на банальности. Пятая минута «синхрона», а взять нечего! Хотя хорош, как бог. Карие глаза, отличная фигура под черным летным комбинезоном и ореол авантюризма, приправленный хорошим парфюмом. Что еще нужно для счастья? Правда, на безымянном пальце кольцо, но не замуж же за него выходить? Так, пороманиться…»

Никого не желая обидеть.

Бессмертие – естественное состояние жизни. Наши поступки – это причины каких-то будущих следствий. Скверные поступки – скверные следствия. Люди не верят в своё бессмертие и потому творят мыслимые и немыслимые безобразия, уповая на то, что смерть всё спишет. Но смерти нет. Верующие знают суровое предупреждение Евангелия: «Не обольщайтесь. Бог поругаем не бывает».

Книга представляет собой размышления на эту тему.

Жизни Надежды и Аристарха наконец-то страстно и мгновенно срослись в единое целое, запылали огненным швом – словно и не было двадцатипятилетней горькой – шекспировской – разлуки, будто не имелась за спиной у каждого огромная ноша тяжкого и порою страшного опыта. Нет, была, конечно: Надежда в лихие девяностые пыталась строить свой издательский бизнес, Аристарх сам себя заточил на докторскую службу в израильскую тюрьму. Орфей и Эвридика встретились, чтобы… вновь разлучиться: давняя семейная история, связанная с наследством наполеоновского офицера Ариcтарха Бугеро, обернулась поистине монте-кристовской – трагической – развязкой.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Новый роман автора «Марка Шейдера» Дмитрия Савочкина – пожалуй, самый психологически точно выверенный конспирологический триллер в отечественной литературе за последние несколько лет. Лихо закрученный сюжет – лишь начало. Чем глубже в него погружаешься, тем лучше понимаешь, что перед тобой – приключенческая и одновременно очень философская книга, очень необычное и оригинальное размышление о множественности миров нашей вселенной и о роли человеческой инициативы в глобальной предопределенности.

Герой романа – «черный» археолог, специализирующийся на армейских жетонах Третьего рейха. Однажды – за баснословное вознаграждение – он берется выполнить странную работу: найти покончившую самоубийством девушку. Найти ее живой. И на пути у него встанут не только люди…

Поклонники знаменитых сериалов с многомиллионной аудиторией по всему миру – «Секретные материалы», «Скользящие» и «Грань», – несомненно, полюбят этот роман и найдут в нем много интересных идей и соображений. Роман держит в напряжении до последней страницы, но и после не отпускает, раз и навсегда меняя традиционный взгляд на привычные вещи и явления.

Сергей Львович Толстой (1863–1947) — русский советский мемуарист, композитор, сын великого русского писателя Л. Н. Толстого.

Книга посвящена Федору Ивановичу Толстому (1782–1846), по словам его двоюродного племянника Льва Толстого, «человеку преступному и привлекательному», прожившему бурную, полную приключений жизнь. Он дважды был разжалован в, солдаты, известен своими похождениями па Камчатке и Алеутских островах, за что и получил прозвище «Американец». Дружил с П. А. Вяземским, Д. В. Давыдовым, К. Н. Батюшковым, был в приятельских отношениях с А. С. Пушкиным. Авантюрист, бретер и карточный игрок, Ф. И. Толстой послужил литературным прототипом А. С. Грибоедову, А. С. Пушкину, Л. Н. Толстому, И. С Тургеневу.

Автор книги — известный журналист-международник, лауреат премии имени Воровского, присутствовал в качестве переводчика советских руководителей на многих международных встречах и переговорах военных лет. Воссоздает атмосферу непосредственно перед войной и в ходе нее, прослеживает связь событий прошлого с сегодняшним днем, делится личными впечатлениями о встречах с советскими и иностранными деятелями, такими как Сталин, Молотов, Черчилль, Рузвельт и др.

«В этой книге значительное место отводится Сталину как одному из главных участников Большой тройки, руководителю советской делегации на Тегеранской конференции. Но пусть читатели не усматривают в этом попытку дать какую-то оценку роли Сталина вообще. Ничего похожего автор не имел, да и не мог иметь в виду, тем более, что рассматривается весьма ограниченный отрезок времени — Тегеранская конференция продолжалась всего 4 дня. Не имел автор в виду и давать всестороннюю характеристику участников этой встречи или рисовать их политические портреты. Эта книга — не историческое исследование. Она не претендует и на то, чтобы дать исчерпывающий анализ Тегеранской конференции и вопросов, на ней обсуждавшихся. Скорее ее следует рассматривать как воспоминания очевидца тех знаменательных событий, выполнявшего к тому же весьма скромную работу переводчика».

В.Бережков