Национальная история как общественный договор

Национальная история как общественный договор

Главный сюжет нашего времени диктуется ходом мирового кризиса. «Национальная история как общественный договор» – собрание небольших глав, подчиненных основной проблеме нашего времени. «Конец истории» не состоялся, история возвращается. Однополярный мир, мир глобальной экономики, ссудного процента и культурной гегемонии распадается на части. Либеральное общество на пороге утраты идеологии. Смысл понятий «демократия», «право», «мораль», «европейские ценности» вскоре каждый будет определять сам. Какой консенсус объединит мир в новую эпоху? Какую роль в этом консенсусе сыграют христианские ценности и социальная справедливость? В книге рассмотрены политические и идеологические «развилки», которые определят будущее России и мирового сообщества.

Отрывок из произведения:

Рецензенты:

доктор исторических наук, профессор С. В. Перевезенцев, (факультет политологии МГУ им. М. В. Ломоносова)

доктор философских наук, профессор Л. В. Поляков (департамент политической науки НИУ Высшая школа экономики)

Shchipkov А.

National history as a social contract: from economic hegemonism to an agreement between traditions. – Saint-Petersburg: Aletheia, 2015. – 88 p.

Другие книги автора Александр Владимирович Щипков

Книга «Бронзовый век России. Взгляд из Тарусы» посвящена трудному процессу преодоления социального кризиса. Картина культурного и политического ландшафта страны дана как взгляд из маленького русского города Тарусы, в котором живет автор, и где сплелись воедино судьбы военных, ученых, писателей, диссидентов. Идейно-смысловая ось книги – исследование такого уникального явления русской культуры как Бронзовый век, феномен которого выходит далеко за рамки литературы, наполняясь историческим и социальным содержанием. Каждая глава этой искренней книги открывает читателю малоизвестные, но от того не менее значительные явления русской жизни. Читатель узнает, сколько в России верующих и почему всегда, во все времена их насчитывается 85 %, в чем состояли ошибки постсоветской интеллигенции, каковы истоки современного нацизма и почему происходит синтез левой и консервативной идей. Это сборник текстов о русской культуре, религии и политике. Все они, за исключением вводного, написаны в форме интервью, что облегчает восприятие подчас сложных идей и делает их доступными самому широкому кругу читателей.

Книга издана по инициативе и при поддержке Всемирного русского народного собора.

Борьба за историю, переписывание истории, «нормализация» истории – тренд последних лет, активно меняющий состояние общественно-политического пространства. Одна из важных болевых точек, которых приходится сегодня касаться в рамках новых оценок исторических концепций и актуальной политики – это тема фашизма и неофашизма. Ещё недавно феномен фашизма считался предметом только лишь исторических штудий. Но мировые события десятых годов XXI века дают понять, что предмет разговора отнюдь не превратился в исторический реликт. Мифология неофашистов, а также формы и методы их действия в чём-то остаются прежними, а в чём-то заметно меняются. Анализу неофашизма как современного явления посвящена эта книга.

Александр Щипков

Во что верит Россия. Религиозные процессы в постперестроечной России

Об авторе. Александр Владимирович Щипков (1957), социолог религии, к.ф.н., автор книг "Во что верит Россия" (1998) и "Соборный двор" (2002). Главный редактор интернет-портала "Религия и СМИ" www.religare.ru

Курс лекций //Изд-во РХГИ. Санкт-Петербург. 1998.

Содержание:

Вступление

Лекция первая. Обзорная

Лекция вторая. Религиозно-правовая ситуация в России

Собранные в книге статьи о церкви, вере, религии и их пересечения с политикой не укладываются в какой-либо единый ряд – перед нами жанровая и стилистическая мозаика: статьи, в которых поднимаются вопросы теории, этнографические отчеты, интервью, эссе, жанровые зарисовки, назидательные сказки, в которых рассказчик как бы уходит в сторону и выносит на суд читателя своих героев, располагая их в некоем условном, не хронологическом времени – между стилистикой 19 века и фактологией конца 20‑го.

Не менее разнообразны и темы: религиозная ситуация в различных регионах страны, портреты примечательных людей, встретившихся автору, взаимоотношение государства и церкви, десакрализация политики и политизация религии, христианство и биоэтика, православный рок-н-ролл, комментарии к статистическим данным, суть и задачи религиозной журналистики…

Книга будет интересна всем, кто любит разбираться в нюансах религиозно-политической жизни наших современников и полезна как студентам, севшим за курсовую работу, так и специалистам, обременённым научными степенями. Потому что «Соборный двор» – это кладезь тонких наблюдений за религиозной жизнью русских людей и умных комментариев к этим наблюдениям.

Книга известного русского политического философа Александра Щипкова "Социал-традиция" — это яркий, целостный, глубокий и понятный рядовому читателю анализ жизни современного общества. Автор пишет о начавшемся в мире "повороте к традиции", о переоценке роли традиции в жизни современного человека. В основе авторского взгляда лежит системный традиционализм, в рамках которого традиция предстает не набором неких общественных институтов или идеалов прошлого, а механизмом социокультурной трансляции и преемственности. Автор утверждает, что будущее России и той части мира, которая выберет социальный, а не привычный этнокультурный традиционализм, неизбежно будет связана с построением новой модели общества, основанной одновременно на идее социальной справедливости и на приверженности традиционным ценностям. В идейном компендиуме автора можно отыскать ряд отсылок к евангельской традиции социального христианства, к наследию Иоанна Златоуста и его школы, к манифестам и деятельности русского подпольного социал-христианского движения, а также к широкому спектру идей современной философской и политической мысли — от движения "радикальной ортодоксии" до школы мир-системного анализа.

Щипков Александр Владимирович — политический философ, социолог религии, писатель, доктор политических наук, кандидат философских наук, один из ведущих российских специалистов по религиозно-политической ситуации в стране и мире.

Книга Александра Щипкова «До и после политики» написана на стыке жанров. Политические эссе перемежаются в ней с короткими случаями из жизни, которые тяготеют то к рассказу, то к стихотворению в прозе, то к религиозной притче. Читатель вместе с автором проедет в поезде «Мариуполь – Ленинград», встретит Яблочный Спас в Тарусе, заглянет в бездны современного нацизма, обратится к наследию поэтов русского Бронзового века – Николая Заболоцкого и Олега Охапкина. Шахматная, а в чем-то и мозаичная композиция книги отражает стремление автора и его единомышленников оставаться людьми в зверином мире политики. Автор стремится уберечься от двух искушений: подчинить свою душу политическим стихиям или, напротив, бежать с поля боя. И то и другое его не устраивает. Ведь, как говорил Шарль Монталамбер, «вы вольны не заниматься политикой, но в таком случае политика сама займется вами». В этой ситуации трудный разговор о политике требует особой искренности и интеллектуальной честности.

Популярные книги в жанре История

В статье голландского марксиста, представителя «коммунистов советов» Кайо Бренделя рассматривается один из самых сложных эпизодов Гражданской войны в Советской России - Кронштадтское восстание 1921 года. Даже среди левых нет единой оценки этого события. Одни видят в нем попытку коммунистической революции против большевистских бюрократов, другие - реакцию мелкой буржуазии на «военный коммунизм».

Осмысление трагедии Кронштадта выводит Кайо Бренделя на анализ характера Октябрьской революции и большевистской партии - явлений возникших в еще полуфеодальной стране. Свои выводы автор подтверждает цитатами из В.Ленина...

Къ составу броневыхъ войскъ принадлежатъ броневые поезда, бронеавтомобили и танки. Разновидности эти появились не одновременно: первыми по времени возникновенія были броневые поезда, имевшіе частичное боевое примененіе еще въ войну 1870–1871 г.г. Броневые автомобили, ввиде грузовиковъ съ бронированными бортами, впервые были использованы съ боевыми целями англичанами въ Бурскую войну. Но примененіе и техъ и другихъ носило чисто случайный, эпизодическій характеръ, и потому не оставило сколько нибудь заметнаго следа въ тактике и уставахъ.

Наконецъ танки возникли въ процессе затяжной позиціонной войны на западномъ фронте, и къ концу войны получили у союзниковъ настолько большое развитіе, что все главнейшія сраженія 1917 г., въ особенности 1918 г., происходятъ при участіи танковъ, число которыхъ постепенно увеличивается и въ сраженіяхъ 1918 г. союзники вводятъ въ бой по несколько сотъ штукъ, не считая оставшихся въ резерве.

По мере возрастающего боевого значенія, броневыя части становятся самостоятельнымъ родомъ войскъ, имеюіцимъ свою срганизацію, свои уставы.

Изъ всехъ трехъ разновидностей броневыхъ войскъ первенствующее боевое значеніе безспорно принадлежитъ танкамъ. Въ целомъ ряде сраженій Великой войны танки сыграли роль фактора, давшаго союзникамъ решительную победу. Поэтому съ нихъ и надлежитъ начать изученіе свойствъ боевого примененія броневыхъ войскъ.

Антонио Лабриола (1843—1904) — первый пропагандист марксизма в Италии, выдающийся теоретик и деятель социалистического движения времен II Интернационала. «Из всех последователей марксизма в Западной Европе,— писал орган ЦК Итальянской компартии «Ринашита» в связи с пятидесятилетием со дня смерти А. Лабриолы,— он глубже других понял обновляющее и революционное значение марксистской теории. Отсюда вытекает его ожесточенная борьба против оппортунизма и других враждебных течений». Он первый в Италии, указывал П. Тольятти на VIII съезде ИКП, «дал солидную теоретическую разработку марксистской концепции».

Впервые в истории авиации воздушный таран был применен 8 сентября 1914 года выдающимся русским летчиком П.Н.Нестеровым. В уставах в предвоенные годы таран, как прием боя, не фигурировал.

В Великую Отечественную войну, прежде всего, в 1941-1942 годах воздушный таран стал достаточно массовым явлением. 34 лётчика применили воздушный таран дважды, Герой Советского Союза А. Хлобыстов – трижды.

Причины использования тарана были разнообразны. Но иногда молодые летчики просто не обладали должными навыками пилотирования и воздушной стрельбы. Иначе, как тараном они просто не могли поразить противника. Например, в воспоминаниях Героя Советского Союза маршала авиации Г.В. Зимина раскрывается тайна советского пилота Ковзана, четырежды таранившего противника.

Существует несколько саг о древних временах записанных в Исландии, и рассказывающих о подвигах викингов в Бьярмаланде, земле финно-угров, слабо заселённой и изученной даже сейчас. Эти источники дают нам новый объём материалов о истории и религиозных воззрениях племён в IX–XI веках. Слово Bjarmaland, которым в сагах и называется Северная Русь, значит "земля Бьярмов", и с трудом поддаётся изучению, в силу недостатка материалов (1). Термин чётко разделяется с названием "Гардарики", которым называлась Русь в целом (1). Было множество попыток расшифровать значение имени "bjarm" или "beorm" угро-финского населения в Северной Руси. Мнение большинства исследователей, в том, что "корень bjarm- восходит к одному из финских диалектов, в котором словом permi обозначались странствующие карельские купцы." (1). Мне это не кажется убедительным, поскольку связи здесь нет. Выдвину и свою гипотезу. Во-первых, следует отметить, что в те времена имена народам давались не просто так, а обозначали характерную черту людей, местности, религиозные воззрения. Учитывая сообщение "Истории Норвегии" можно предположить, что термин "бьярмы" был таким же названием, обозначающим характерную черту народа, например силу, или одежду из медвежих шкур,("По направлению к Северу, по ту сторону Норвегии простираются от Востока весьма многочисленные племена, преданные, о горе! язычеству, а именно: кирьялы и квены, рогатые финны, и те и другие бьярмы" пер. А.В.Назаренко) то есть несколько племён называются одним именем. Теперь о самом термине. Самое раннее упоминание поездки в Бьярмаланд "относится к концу IX века, и содержится в рассказе норвежца Оттара, включённым королём англосаксов Альфредом Великим в его дополнение к переводу "Истории против язычников" Павла Оррозия. Оттар поплыл из Халогаланда на север… где встретил народ beormas."(1). В последующих сагах земли называются Bjarmaland, а народ Bjarmans. Как известно, финский шаманизм сохранился до сих пор, вера в Духов Леса, сильный анимизм религиозных воззрений являются отличительными чертами северных народов, в следствие их охотничего образа жизни. Вера в Духа Покровителя, в зверином облике характерна для таких племён. Главнейшими Зверями-Богами у финнов были Лоси и Медведи (2). Современной археологии известно множество сакральных изображений медведя, хозяина леса, доброго, а порой и злого духа, Бога, сильнейшего зверя лесов. До сих пор в лесах Северной России, Кольского полуострова живёт много медведей. Возможно именно за почитание Медведей, различных обрядов ряжения шамана, а может и воинов племени в Медведей получили они имя Bjarmans, или Beormas, т. е Медвежьи люди, или люди-Медведи (стар. исланд. Bjorn, Bjarn- медведь; англо-саксонск.- Bera). Так-же следует учесть то, что скандинавы, побывав в святилище Бьярмов, назвали главного бога Тором (Сага о Стурлауге Трудолюбивом). Это очень важно, потому как мы знаем священным зверем громовника Тора был Медведь.

Москва конца XVI — начала XVII века. Вид на центр города с севера, по долине реки Неглинной, от Кузнецкого моста. Реконструкция М. Кудрявцева.

В жизни нашей страны случались времена, когда, казалось, ей неминуемо грозило уничтожение. И только объединив усилия, «всем миром» удавалось противостоять врагу. Неважно, к какому сословию, к какой национальности относился человек, какое имел образование и где жил, — беда для всех была одна. Спасая Родину, люди отдавали накопленное в помощь армии, создавали военные отряды. Такие добровольные военные формирования получили название «ополчение». В истории России их было несколько. Первое ополчение 1611 года. Второе ополчение 1611—1612 годов. Народное ополчение 1812 года. И, наконец, народное ополчение в Отечественной войне 1941—1945 годов.

Книга о ранней античной философии, о ее роли в исторических судьбах научного познания, о нетленном значении многих идей, высказанных древнегреческими мыслителями.

Это попытка взглянуть на античность глазами современной науки, понять и оценить ее место в сокровищнице современных научных знаний. Книга обращена прежде всего к молодежи. Поэтому немалое место в ней отводится разговору о воспитании философской культуры мышления.

Вл. Степанов (Русак)

Свидетельство обвинения

Том 1: Революция и первые годы Советской власти

Декрет об отделении Церкви от государства и его выполнение.

Убийства, аресты и "просто" насилие.

Вскрытие святых мощей, разграбление, осквернение, уничтожение монастырей и храмов.

Обновленцы, их судьба.

Великому подвигу мучеников Русской Православной Церкви в Советский период посвящается эта книга.

Аннотация

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Семейная жизнь Грас и Тома выдержала испытание первым ребенком, но рухнула после рождения мертвого сына. Фанатичная борьба со старением и ревность к молодой няне-польке отняли у Грас все – любовь мужа, доверие детей, душевный покой. Отныне ей есть что скрывать.

«Грас» – это захватывающий роман с непредсказуемым сюжетом. Мораль его проста: ни у одной тайны нет срока давности. И как бы надежно скелеты ни прятались в своих тайниках, рано или поздно они оттуда выберутся. Даже если вместо шкафов они замурованы в стенах семейного особняка.

Как и в предыдущей своей книге, «Грас», Дельфина Бертолон показывает сложные отношения в семье. Большая и Маленькая, две сестры. Младшая мечтает об одиночестве, но еще мать ей говорила: «Если есть сестра, то от нее никуда не деться». Маленькая тяготится общением с Большой, но, когда той не стало, понимает, что почти ничего не знала о сестре. Мало-помалу ей открываются тайны, о которых она предпочла бы не знать. Но, увы, «если есть сестра, то от нее никуда не деться».

Питер Бигл родился в 1939 году в Нью-Йорке. В выпускном классе он написал стихотворение, за которое удостоился стипендии в Питсбургском университете и закончил его по специальности «художественная литература». В студенческие годы Бигл опубликовал свое первое произведение. Первый роман Бигла «Тихий уголок» («А Fine and Private Place») был издан, когда писателю было 19 лет. В 1965 году вышли путевые заметки «По одежке вижу я» («I See By My Oufit»), а в 1968 году увидела свет наиболее известная его работа — классическое фэнтези «Последний единорог» («The Last Unicorn»). Среди других книг Бигла — «Воздушный народ» («The Folk of the Air»), «Песня трактирщика» («The Innkeeper's Song») и «Тамсин» («Tamsin»), а также малая проза, публицистика, кино- и телесценарии. Недавно вышли сборники «Мы никогда не говорим о моем брате» («We Never Talk about My Brother») и «Зеркальные королевства. Лучшие произведения Питера Бигла» («The Mirrored Kingdoms: the Best of Piter S. Beagle»). Писательская карьера Бигла насчитывает уже пятьдесят лет, и в последнее время он порадовал читателей замечательными рассказами и повестями, среди которых «Два сердца» («Two Hearts») — работа, получившая сразу две значимые премии, «Хьюго» и «Небьюла». Кроме того, Бигл — дважды лауреат Мифопоэтической премии, а также премии журнала «Locus», премии Вашингтонской научно-фантастической ассоциации, присваиваемой малотиражным изданиям (WSFA Small Press), и Grand Prix de I'Imaginaire.

Он был самонадеян, покоритель Ойкумены, Искандер Зулькарнейн, Искандер Двурогий, Проклинаемый людьми. Он шел от победы к победе, и никто из живущих ныне не мог остановить тяжелую поступь великого завоевателя. В неумеренной гордыне своей он назвал себя сыном Бога, не зная, что жизнь человеческая - лишь былинка в руках Всевышнего, суд же Его суров, но справедлив, и по силам каждому Он даст испытания. Не в этом времени, так в ином. Ибо нет у времени начала и конца. И тогда в битве не на жизнь, а на смерть сойдутся два величайших полководца, разделенные тысячей лет. Александр Македонский против Тутмоса III. Книга первая.