На пороге надежды

На пороге надежды
Авторы:
Перевод: Б Калинин, Борис Николаевич Хлебников, И В Розанов, Павел Львович Френкель, Марк Харитонов, Т Стеженская, Т Сергиевская, Александра И Исаева
Жанр: Детская проза
Год: 1987

Что мы знаем о детской литературе Федеративной Республики Германии? Сразу же на память приходят полные - выдумки, юмора, волшебства сказочные и фантастические произведения Эриха Кестнера, Отфрида Пройслера, Джеймса Крюса, Михаэля Энде, Пауля Маара. А вот образцы реалистической прозы - за исключением тоненькой книжицы «Бабушка» П. Хэртлинга - на русский язык пока не переводились.

Сборник «На пороге надежды» - попытка в какой-то мере восполнить этот пробел. Ведь западногерманская литература, адресованная детям, подросткам, юношеству, пережила в последние годы время бурного развития. Ее ряды пополнили молодые даровитые авторы. Вместе с литераторами среднего поколения и уже признанными мастерами они составили заметный и весьма активный творческий отряд. Конечно, им было нелегко преодолевать всевозможные преграды, и прежде всего устоявшееся предубеждение - дескать, литература для детей - это литература «второго сорта». Были и разного рода шараханья из крайности в крайность - от полного отрицания сказки до чрезмерного ее преобладания в ущерб остальным жанрам. Но, несмотря на многие проблемы и «болезни роста», детская литература стала общественно признанным явлением в культуре ФРГ.

Другие книги автора Вольфдитрих Шнурре

Вольфдитрих Шнурре

КРАСНАЯ ГВОЗДИКА

- Это вы?

- Я же сказал, что буду с красной гвоздикой. Разве вы ее не видите?

- Да, но она в стакане.

- Я не в том возрасте, фрейлейн, чтобы совать себе в петлицу всякую дребедень.

- А моя вот у меня в руке.

- Вижу.

- Можно мне присесть?

- Что ж, ничего другого не остается.

- В таком случае, я сяду.

- Ликера или водки?

- Чаю, если не возражаете.

Вольфдитрих Шнурре

ГЕРОИНЯ

- У тебя новая прическа?

- Больше ты ничего не замечаешь?

- Разве что твой тон.

- Да, он тоже новый.

- И это ужасное платье.

- Ну, наконец-то.

- Нельзя ли узнать, на какие деньги куплен этот балахон для огородного пугала?

- Можно, золотце. Я кое-что заработала.

- Будь любезна, не называй меня "золотце". И тем более с таким выражением.

- Ты отвык, любовь моя.

Вольфдитрих Шнурре

ПОВОРОТ НАЗАД

- Да говорю же: он узнал меня.

- Какой-то мужчина остановил на тебе взгляд, ну и что.

- Это был он. Иначе с какой бы стати он дважды возникал на моем пути в то дождливое утро, причем один раз - на территории завода.

- В одних сборочных цехах более трех десятков греков. Они же все на одно лицо.

- Он специально вернулся. Он чуть не задел меня. И потом этот взгляд. Даже шофер обратил внимание.

Ирене Родриан. До конца! Перевод Б. Хлебникова // На пороге надежды. — М.: Дет. лит…, 1987. — С. 234–249

Такой уж задался день, что с самого утра было ясно: сегодня непременно произойдет что-нибудь скверное.

Над полупустой автостоянкой дрожало знойное марево, гудрон в зазорах между бетонными плитами плавился от жары. Шины липли к асфальту, а когда Ута замедляла ход, шины громко чмокали. Чем ближе к поселку, тем медленнее она ехала. Здесь была всего одна дорога. Конечно, можно объехать поселок сзади через стройку, а по пустырю протащить велосипед за собой, но ведь ни суперрынка, ни спортплощадки все равно не миновать. Как раз на спортплощадке всегда и собирались ребята. Ута издалека увидела их. На солнце сияли рули мопедов, видно даже, как блестят заклепки кожаных курток. Таффи сидел на мопеде, уперевшись ногой в скамью. Луц примостился на ее спинке, ниже расположились Целла и Фридо, который, откинувшись назад, сцепил руки за спинкой, а вытянутые ноги положил на переднее колесо мопеда. Фридо придвинулся к Целле так близко, что казалось, будто они касаются друг друга.

Вольфдитрих Шнурре

Когда отцовы усы еще были рыжими

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предисловие, вероятно, не в последнюю очередь должно служить чем-то вроде камертона. Очень непросто, однако, настраивать на определенный лад читателя, берущего в руки эту книгу.

В самом деле, собрано в ней разное, по-разному написанное - и суровые, шероховато неприлизанные свидетельства о войне, и глумливые куплеты, и щемящие воспоминания детства, и бытовые зарисовки берлинских окраин, и скупые прочерки искалеченных фашизмом судеб, и саморазоблачительные диалоги обывателей искалеченных "экономическим чудом".

Вольфдитрих Шнурре

МЕЧТА, А НЕ РЕБЕНОК

- Что вам надо?

- Я из социального обеспечения. Из ведомства по делам несовершеннолетних.

- А как насчет удостоверения?

- Само собой, фрау. Вот, пожалуйста.

- Вроде бы настоящее. Сами знаете, всякие тут шляются.

- Мне ли не знать!

- Хуже всего - бродячие проповедники: от этих вообще отбою нет. Да еще торговые агенты. Мне тут недавно пытался один всучить набор игрушечных танков. С тридцатипроцентной скидкой. Стою вот так и думаю, как бы мне его половчее спровадить - вдруг опять звонят. И знаете, кто это был?

Популярные книги в жанре Детская проза

На следующее утро, за завтраком, мама спросила меня:

— Ну что, ты решил, с чем будешь выступать сегодня перед мадам Пинчуковой?..

Я вздохнул и ответил:

— Да уж… Я об этом, можно сказать, всю ночь думал!.. Даже во сне.

— И?.. — осторожно спросила мама, ставя передо мной чашку с горячим какао. Мой любимый напиток с юных лет!..

— Ну, я думал сначала, что стоило бы рискнуть и рассказать, ну и показать конечно, историю Мишель…

Лирическая повесть о дружной семье колхозников, о трудных и счастливых годах послевоенного детства.

Автор этой книги, С. Полетаев, родился и провел свое детство в деревне, на Брянщине, и большинство написанных им рассказов («Антон и Зяблик» - третья его книга) - о людях деревни, любящих землю, сельскую природу и крестьянский труд.

Подростки и юноши, герои рассказов, каждый по-своему размышляют о серьезных вопросах. Как относиться к людям и делу? Что считать в жизни главным и непреходящим? К чему в ней стремиться и что ценить? Каким должен быть человек? Совместимо ли, например, чувство любви с ложью? Или доброта с душевной грубостью?

На эти и другие вопросы отвечают рассказы, Поднимающие жизненно важные проблемы, волнующие молодежь.

Повесть о детстве мальчика в приуральском заводском поселке до революции. Маврик жадно вбирал в себя впечатления окружающего мира, сочувствовал и помогал детям рабочих, боролся как мог за справедливость. Когда пришла революция, он, уже юноша, без колебании встал в ряды восставшего народа и принял горячее участие в строительстве новой жизни. (По роману «Горбатый медведь»).

Рисунки О. Коровина.

Повесть о подростке, который становится свидетелем гибели самолета, но это не поколебало его мечты стать летчиком. И вот друг погибшего пилота берет его в учебный полет… Много внимания автор уделяет отношениям между ребятами, школьному коллективу. Действие повести происходит в начале 50-х годов в рабочем поселке.

Дорогой читатель, не известный мне друг!

В этой книге собраны рассказы о подлинных событиях в жизни людей, которых я знала в годы моей далёкой комсомольской юности. Герои её молоды: это дети, подростки, вступающие в жизнь.

Тебе, наверно, покажется, что они жили давно-давно. Но у меня такое чувство, словно всё, о чём я рассказываю, произошло чуть ли не вчера. Когда тебе будет столько лет, сколько мне сегодня, ты поймёшь меня: ни одна река не уносит свои воды с такой стремительностью, как река Жизни.

Героиня повести «Ясновидящая, или Эта ужасная улица» своей безудержной фантазией превратила нормальных ребят в отъявленных хулиганов. Самое интересное, что ее фантазии начали сбываться.

Увлекательно побывать на большом заводе! Увидеть, как строятся новые, порой еще невиданные в мире машины! Здесь не только куется и обрабатывается на станках металл, чтобы деталями войти в будущую машину. Здесь и сами люди переделываются – приобретают, работая, новые знания; в преодолении препятствий закаляют волю. Здесь люди находят подлинное счастье в жизни. Обо всем этом и рассказывается в книге

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Имя Клеопатры до сих пор звучит захватывающе и волнующе. Легендарная египетская царица, вершившая историю, образованная и смелая, великодушная и расчетливая, — она не утратила своего очарования и по сей день.

Под пером Зигфрида Обермайера история оживает. Автор ведет повествование от лица личного врача Клеопатры, и благодаря этому сквозь великие события проступает драма женщины, обожествляемой современниками, которая со всеми ее чувствами и страстями была всего лишь смертным человеком.

Рассказ из книги «Горькие воды».

Рассказ из книги «Горькие воды».

Участник трех войн, боец «Антитеррора» Антон Филиппов и на «гражданке» продолжает суровую борьбу против врагов. Только теперь в этой войне без правил его противники – русские бандиты. Их главарь – директор нефтяной компании «Нефптон» Бобров занял это кресло, зверски уничтожив своего предшественника Пешехонова. Его руки обагрены кровью и других людей. Вместе со старым приятелем Навродским, с которым он проходил огненными дорогами Чечни, Филиппов берется распутать этот клубок преступлений. Ему приходится действовать порой за гранью не только закона, но и морали. Другого выхода нет, когда почти в одиночку идешь против целой бандитской армии…