На каком-то витке бесконечной спирали

Предисловие к сборнику «Порох в пороховницах».

Отрывок из произведения:

Золотым веком советской фантастики принято считать шестидесятые годы прошлого века. Два события стали причиной наступления этой эпохи: XX съезд партии, породивший так называемую «оттепель», и выход в свет «Туманности Андромеды» Ивана Ефремова — романа разительно не похожего на все написанное ранее. Романа о будущем, совместившего в себе философию, социологию, футурологию и при этом впервые нарисовавшего контуры непротиворечивой утопии.

«Туманность Андромеды» вдохновила целую плеяду авторов. Именно тогда в фантастику пришли братья Стругацкие, Генрих Альтов и Валентина Журавлева, Анатолий Днепров, Евгений Войскунский и Исай Лукодьянов, Владимир Михайлов, Ариадна Громова, Владимир Савченко, Михаил Емцев и Еремей Парнов, Владислав Крапивин, Илья Варшавский, Север Гансовский. Чуть позже к ним присоединились Кир Булычев, Ольга Ларионова, Дмитрий Биленкин, Зиновий Юрьев, Виктор Колупаев, Андрей Балабуха, Геннадий Прашкевич. Это было время больших надежд и великих свершений. Новое здание фантастики строилось изящным, как сказочный замок, и прочным, как фотонный звездолёт.

Другие книги автора Андрей Тимофеевич Синицын

Тонкая грань отделяет Светлые и Темные силы нашего мира. Маги и волшебницы сотни лет противостоят друг другу в защите права людей на выбор своей судьбы. Тайные боевые операции, жестокие интриги и высокая политика, белое пламя любви и ненависти, где плавятся судьбы людей и Иных, отстаивающих свою истину…

Графическая новелла по мотивам легендарной книги Сергея Лукьяненко «Ночной дозор»

Авторы сценария: Дмитрий Байкалов, Андрей Синицин, Александра Ютанова

Постановка: Яна Ашмарина, Евгений Гусев, Николай Ютанов

Художник: Евгений Гусев

Дмитрий БАЙКАЛОВ, Андрей СИНИЦЫН

НЕ ТАК СТРАШЕН ЧЕРТ...

Точка зрения обозревателей, анализирующих состояние фантастического рынка за первое полугодие, может показаться чрезмерно оптимистичной. Однако нам кажется, что после сумеречного ландшафта, нарисованного критиками, обозревателями и писателями, подобный пейзаж в розовых тонах скрасит существование поклонников фантастики.

В последнее время стало модным, если не сказать ритуальным, рассуждать о кризисе российской фантастики. Писатели якобы не имеют сил и возможности вырваться из порочного круга навязываемых издателями стереотипов, а читатели устали от россыпи ярких обложек на лотках и в магазинах. Между тем любители фантастики на окраинах бывшей "великой и могучей" не видят и десятой части того, что печатается в центре. Об этом свидетельствуют отклики читателей с периферии в компьютерных сетях. Оптовики же, от которых зависит распространение книг на юг и восток России, в большинстве своем, в фантастике не разбираются. Посему, предпочитая не рисковать, везут в глубинку "проверенные" детективы и дамские романы. Так что вполне можно согласиться с утверждением, что если кризис действительно имеет место, то есть смысл говорить не о кризисе фантастики вообще, а о кризисе распространения фантастики.

 Сергей Васильевич Лукьяненко родился 11 апреля 1968 года в казахском городке Каратау, чье название переводится как Черные Горы, в семье потомственных врачей. Отец Сергея — известный в республике психиатр, мама — нарколог. Когда Сергею исполнилось пять лет, семья перебралась в Джамбул. Примерно тогда же мальчик научился читать. Первой прочитанной книгой стала, конечно же, книга фантастическая — подаренный старшим братом зеленый томик «Незнайка на Луне». Вскоре будущий писатель пошел в первый класс местной школы с математическим уклоном, которую благополучно и закончил через десять лет. Дальнейшая дорога во исполнение семейных традиций, естественно, вела в медицину, и в 1985 году Сергей поступил в Алма-Атинский Государственный медицинский институт (АГМИ). К тому моменту он уже был настоящим фанатом фантастики, читал все подряд. Но с новыми книжками было тяжело, и однажды на первом курсе на почве бескнижия захотелось написать что-то самому. Чтобы самому же потом и прочитать. В дальнейшем фантаст Сергей Лукьяненко всегда поступал и поступает так — писать надо то, что потом самому будет интересно прочитать. А тогда было написано несколько коротких рассказов, которые молодой человек радостно начал рассылать по редакциям. Это возымело успех — в 1988 году журнал «Заря», незадолго до этого созданный и выходивший параллельно на русском и казахском языках, напечатал в разных номерах три рассказа «Нарушение», «Чужая боль» и «Спираль времени». А в конце 1988 года пришел и всесоюзный успех — миниатюру «За лесом, где подлый враг» опубликовал «Уральский следопыт». Легендарный редактор «Уральского следопыта» Виталий Иванович Бугров, выловивший рассказ из огромного «самотека», фактически стал «крестным отцом» молодого автора. Бугров прислал Сергею приглашение на литературный семинар «Аэлиты-89», а затем и организовал командировку от журнала на всесоюзный семинар в латвийских Дубултах.

Первое января 1901 года. Икра и шампанское. Под звон бокалов в зал вносят розовощекого ровесника века.

Двадцать пятое октября 1917 года. Сало, лук и самогон. Под выстрел «Авроры» испуганному отцу семейства выдают ровесника революции.

Ровесники, ровесницы… Кто мы? Родившиеся в начале шестидесятых под судьбоносный слоган «Поехали!», и одновременно с выходом в издательстве ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия» первого ежегодного сборника научно-фантастических повестей, рассказов и очерков — «Фантастика». Кто?.. Ну конечно же, ровесники фантастики, а может быть… ее жертвы? И кому, как не нам, поразмышлять о судьбе любимого сборника, в частности и любимого жанра, вообще.

Фантастика живет в окружении фэндома, и фэндом проникает в фантастику. Хорошо ли это с чисто литературной точки зрения — большой вопрос, но факт остается фактом: именно в фантастической прозе необыкновенно сильны «тусовочные» моменты.

Уже в первой половине ХХ века было очевидно, что читатели фантастики представляют собой совершенно уникальное явление, отличаясь от любителей, скажем, детективов или женских романов. Несмотря на каждодневный мощный прессинг со стороны общества, пытающегося растворить человека в обезличенной толпе, превратить его в лишенный индивидуальности автомат, эти люди умудряются в течение вот уже многих десятилетий оставаться самими собой. Они подсознательно ощущают себя некоей духовной аристократией, объединенной единственными в своем роде переживаниями, связанными с фантастической литературой. Именно это сообщество и получило название «фэндом».

Любовь, как известно, очень тонкое и неоднозначное чувство. И очень многое порой зависит не столько от предмета любви, сколько от самого воздыхателя. Его характера, представления об окружающей реальности и месте, которое занимает его личность в этой реальности.

Безумные персонажи пьесы «В ожидании его» А. и Б., известные своей патологической любовью к фантастике, так никого и не дождавшись, решили сопоставить свои внутренние ощущения с мнением различных жителей Континента.[1]

Популярные книги в жанре Публицистика

«После статьи, напечатанной в „Молве“, об испытании в искусствах воспитанников и воспитанниц Московской театральной школы, я дал тебе слово описывать школьные спектакли. На сих днях, к большому моему удовольствию, удалось мне видеть один из них, и я исполняю мое обещание. В школе играли два водевиля: „Теобальд, или Возвращение из России“, и „Два учителя, или Осел осла дурачит“…»

«…Нет, нет! будем несчастливы, когда угодно Провидению отнимать у нас радости, но останемся на сцене до последнего акта – останемся в училище горестей до той минуты, как таинственный звонок перезовет нас в другое место! – А вы, молодые люди, в несчастиях и в потерях своих не обманывайте себя мыслию, что рана ваша неисцелима: нет! юное сердце, пылая жизнию, излечается от горестей собственною внутреннею силою – и сие выздоровление обновляет его чувствительность к удовольствиям жизни…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«…1802 Год был мирный для Европы, но важный своими великими государственными феноменами. <…> Главный исторический характер нашего времени, Наполеон Бонапарте, в течение сего года вышел из сомнительных теней надежды и страха и явился в полном свете истины, к стыду романических голов, которые в наше время мечтали о Тимолеонах. Наполеон лучше их знает дым славы…»

Последнее обращение к читателям «Московского журнала», напечатано в декабрьской книжке за 1792 год. Обещание издавать альманах «Аглая» Карамзин выполнил, правда, с запозданием – вместо весны 1793 года («может быть, с букетом первых весенних цветов положу я первую книжку «Аглаи» на олтарь граций») первая часть «Аглаи» вышла в апреле 1794 года.

«Было часов 7 вечера, когда мы выехали за Серпуховскую заставу. Мы ехали на автомобиле, я и Ив. Ив. Попов, как делегаты московского Литературно-художественного кружка; с нами ехал сын И. И. Попова, студент.

За заставой сначала – предместье с низенькими домами, потом черная, ночная даль с квадратными силуэтами фабрик на горизонте, похожих на шахматные доски, разрисованные огнями…»

«Пушкин, когда прочитал стихи Державина „За слова меня пусть гложет, за дела сатирик чтит“, сказал так: „Державин не совсем прав: слова поэта суть уже дела его“. Это рассказывает Гоголь, прибавляя: „Пушкин прав“. Во времена Державина „слова“ поэта, его творчество казались воспеванием дел, чем-то сопутствующим жизни, украшающим ее. „Ты славою, твоим я эхом буду жить“, говорит Державин Фелице. Пушкин поставил „слова“ поэта не только наравне с „делом“, но даже выше: поэт должен благоговейно приносить свою „священную жертву“, а в другие часы он может быть „всех ничтожней“, не унижая своего высокого призвания…»

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Новая книга известного российского писателя‑мариниста Владимира Шигина посвящена офицерам и адмиралам эпохи парового и броненосного флота России второй половины XIX века. Эти люди совершили немало подвигов во имя России, но ныне незаслуженно забыты потомками. Среди героев книги: командир «спецназа» Первой Севастопольской обороны 1854–1855 годов лейтенант Н. Бирилев, впоследствии поднявший Андреевский флаг над островом Цусима. Адмирал С. Лесовский, который, не сделав ни одного выстрела, выиграл для России две войны. Герой Крымской войны и основатель новой броненосной тактики адмирал Г. Бутаков. Командир катеров с шестовыми минами в годы Русско‑турецкой войны 1877–1878 годов лейтенант И. Зацаренный, первым в истории потопивший торпедой неприятельский корабль, и другие.

Все сущее представляет собой информацию. Герой рассказа Владимира Михановского убедился в этом на собственном опыте.

Рассказ входит в сборник «Порох в пороховницах».

Это книга того самого Роберта Луиса Стивенсона, что известен всему миру романом «Остров сокровищ», который он написал по просьбе своего пятнадцатилетнего приемного сына Ллойда Осборна. Героев повести «Несусветный багаж» тоже ждут приключения, но совсем другого рода — скорее забавные, чем опасные. Впрочем, сами герои считают иначе…

На русском языке публикуется впервые.

Перевели с английского и пересказали для детей Д. Дар и В. Паперно.

Рисунки С. Острова.