На флоте бабочек не ловят (Рассказы соучастника)

СЕРГЕЙ ЛИТОВКИН

НА ФЛОТЕ БАБОЧЕК НЕ ЛОВЯТ

РАССКАЗЫ СОУЧАСТНИКА

СОДЕРЖАНИЕ:

1. ВАЛЮТЧИК.

2. ЧЛЕНСКИЙ БИЛЕТ. (Валютчик-2).

3. НИКОМУ - НИ СЛОВА. (Валютчик-3).

4. ВОЕНМОРКОР

5. ДОБРО НА СХОД

6. СОБАКА НА ЛЮБИТЕЛЯ

7. МЕЧТА - вместо послесловия

ВАЛЮТЧИК

(Лица, события и обстоятельства изменены, но факты, несомненно, имели место быть)

Случилось мне в начале семидесятых годов уже ушедшего двадцатого века окончить военное училище и в звании лейтенанта прибыть на Черноморский флот. С распределением на конкретную должность вышла заминка. Все мои сокурсники уже зарабатывали "фитили" на кораблях, а я - еще затаптывал ворс ковровых дорожек штабных коридоров, общаясь с флотскими кадровиками. Особенно я не переживал, полагая, что подобрать достойную службу для реализации моих исключительных способностей - задача непростая. Значительно позже я понял, что при плановой системе заявок на выпускников, запрашиваемое количество всегда превышает необходимое. Заявку в тот год неожиданно удовлетворили в полном объеме, что и сказалось на моей судьбе самым парадоксальным образом.

Другие книги автора Сергей Георгиевич Литовкин

Далеко не всем известно, чем занимались в прошлом веке мужчины на службе в ВМФ и при прочих военных объектах.

Это иронические повести и рассказы о жизни, военно-морской службе и сухопутном существовании в служебной обстановке и вне ее.

Непосредственные заметки прямого соучастника без досужих вымыслов и сторонних наблюдений. Умеренная флотская травля оттеняет рельефный юмор жизненных ситуаций.

Лица, события и обстоятельства изменены, но факты, несомненно, имели место быть.

Автор – капитан первого ранга Сергей Литовкин – исполнительный секретарь Содружества военных писателей «Покровский и братья», выпустившего в свет великолепную серию из 12 сборников военных авторов под названием «В море, на суше и выше».

Иронические повести и рассказы о военно-морской службе и сухопутные истории. Непосредственные заметки соучастника без досужих вымыслов и сторонних наблюдений. Лица, события и обстоятельства изменены, но факты несомненны. Реальный юмор жизненных ситуаций.

Содержание:

Валютчик

Членский билет

Никому ни слова

Военморкор

Официальный визит

Борода

Бычок

Фотограф

Диссертация

Умный вид

Музыкальный уикэнд

Птичье молоко

Арбатский военный округ

Добро на сход

Непустое множество

Переписка

Мечта (Вместо послесловия)

Сергей Литовкин

Фотограф

( Лица, события и обстоятельства изменены, но факты, несомненно, имели место быть).

Заболел фотограф. Не смертельно, но довольно тяжело. Если б это случилось в фотоателье на Приморском или Большой Морской, тогда нечего было бы и рассказывать. Но это был не рядовой кустарь, а военно-морской ас экстра класса в звании мичмана, правда, - самоучка, как, впрочем, и множество других, небесполезных для флота специалистов. Долбануло его, буквально, в бок. Аппендицит. Вроде, не проблема: вырезать, да зашить. Однако, произошло это на гидрографическом судне в западном Средиземноморье. Судно следовало через Гибралтар для выполнения задания, главным действующим лицом которого и был, как раз, этот мичман. Требовалось засечь, подкрасться и сфотографировать во всех видах новую американскую атомную подводную лодку, ныне, по всем данным, пересекающую Атлантику по пути в Испанию в подводном, естественно, положении. Америкосы фотографироваться не очень любили и всплывали только почти у самого побережья, что препятствовало получению приемлемых снимков. Если, конечно, не впереться по - нахалке в чужие терводы с приближением к объекту на дистанцию фотозалпа. Можно было, наверно, и чуток подождать, когда в зарубежных журналах появятся качественные изображения лодки на стапелях, на ходу и у причалов. Обычно, больших задержек с этим в семидесятые годы прошлого века не было. Налогоплательщикам исправно демонстрировали этих монстров, сжиравших их трудовые доллары в лихорадочных попытках запугать "красных", то есть - нас, а, заодно, и своих - "синих", наверно, или "голубых". Мы их такими цветами рисовали на своих оперативных картах. Руководство, однако, потребовало изображения новой супостатской подлодки безотлагательно, со сроком готовности - вчера и до обеда, что обсуждению не подлежало. Потому-то и был послан специалист по фотосъемкам с двумя ящиками уникальной техники, хитрыми объективами и многими километрами пленок. И, на тебе, - заболел.

Сергей Литовкин

АРБАТСКИЙ ВОЕННЫЙ ОКРУГ

(Штрихи перестроечного куража. Лица, события и обстоятельства изменены, но факты, несомненно, имели место быть)

Вторая половина восьмидесятых. В нашем руководящем военном главке - политучеба. Этажи пусты. Только я - дежурный по управлению, оставлен без идеологического пайка. Да, еще начальник - генерал-лейтенант уклонился от приема оного, что, естественно, не нашего ума дело. Сидит в кабинете, смотрит телевизор.

Иронические повести и рассказы о жизни, военно-морской службе и сухопутном существовании. Непосредственные заметки соучастника без досужих вымыслов и сторонних наблюдений. Лица, события и обстоятельства изменены, но факты, несомненно, имели место быть. Умеренная флотская травля с вкраплениями коротких стихов только оттеняют реальный юмор жизненных ситуаций.

Содержание:

В школу

Память

Холод собачий

Наблюдатель

Диверсант

Буйки и мячики

Искушение

Служебное от работы время каплея Килькова

Командировочка

Метеор

Баланс интересов

Ностальгия

Газы!!!

Шум ночи

Собака на любителя

Надежда

Кто ты?

Автобиография избирателя

Мы с женой, вообще, очень любим животных, а собак и кошек — особенно.

С тех пор, как я уволился в запас с военной службы и переселился из Москвы в подмосковный поселок, у нас постоянно проживает не менее трех кошачьих персон.

Кот и пара кошечек. К сожалению, коты часто страдают от взаимной борьбы и гибнут в столкновениях с бродячими псами. Достается им и от дурных людей, которых, увы, хватает в округе. Порядочный кот обязан ежедневно обежать и пометить территорию не менее гектара, выгнать посторонних котов и поухаживать за знакомой кошкой.

Сергей Литовкин

"БЫЧОК"

(Лица, события и обстоятельства изменены, но факты, несомненно, имели место быть)

Какой бы ерундовиной мы систематически ни занимались, - всегда пытаемся придать ей глубокий, а иногда и мистический смысл, вырабатывая определенную систему и последовательность манипуляций, окружая процесс мелкими деталями и формируя традиции. Так, например, обстоит дело с совершенно дурацкой, как я теперь считаю, привычкой - курением. Я азартно дымил и коптил больше тридцати лет, что позволяет мне довольно квалифицированно судить о предмете. Не рискнул бы писать об этом, если б не развязался с табаком на грани столетий. Еще круче звучит - "в прошлом тысячелетии". Короче, держусь уже несколько месяцев. До этого было несколько тренировочных попыток. Хорошо помню, как в самый первый раз собрался всерьез бросить курить.

СЕРГЕЙ ЛИТОВКИН

СТИХИ ДЕСТРУКТИВНОГО ПЕРИОДА

(Газета "Известия" от 31.03.2000г. от редакции: .....Стихи откровенные, горькие... О материях сложных и вечных: о времени и о себе. Или не только о себе? Вообще-то "Известия" стихов не печатают. Но всегда готовы предоставить свои страницы для общественной дискуссии. И для этих стихов - безусловно, профессиональных, в чем-то очень точных, но чем-то очень спорных - мы решили сделать исключение.) (Ежемесячник "Мюнхен Плюс"No2/35-февраль 2001г. В предисловии к стихам:...Сергей Литовкин - человек одаренный и многогранный...)

Популярные книги в жанре Современная проза

Е.Парушин

Эстакада

Это был сон, но не обычный, а потому достойный внимания. Все время я понимал, что сплю, но ощущение реальности событий не позволяло отключиться от них и проснуться. Проснувшись, я записал его, стараясь не упустить детали.

Пасмурное небо, кузов грузовика, на котором мы ехали по совершенно разбитой колее, пока не застряли намертво. Вылезали по очереди, тихо чертыхаясь и матюгаясь. Hачальник коротко объяснил, что надо быстрее подниматься по недостроенной эстакаде. Туда, на самый ее конец должен прилететь вертолет, чтобы нас забрать. Только надо спешить, а то все могут не поместиться. Последнее меня задело я стал включаться в ситуацию. Вспомнить прошлое не удавалось. Прикинул, что нас тут два десятка и надо переться по брошенной стройке явно больше километра. Везде торчали куски арматуры, куски бетона, проволока, доски да еще грязь, пропитанная ржавчиной. По оси эстакады много брошенной техники, значит стоит идти ближе к краю. Осмотрел себя и огорчился. "Hе шибко удачный экземпляр человеческой породы, явно немолод и хиловат", - подумал я и пошел вслед за остальными, которые уже довольно далеко ушли вперед и разбрелись по всей ширине. Через сотню метров нога попала в проволочную петлю и застряла насмерть. Стал дергаться, но петля в ответ затягивалась все сильнее. "Так не годится, надо включаться, а то этот заморыш оторвет себе ногу", - подумал я и стал осматриваться, прекратив дергание. В метре от себя заметил видавшую виды лопату. С трудом дотянувшись до нее и вляпавшись в грязь я поднял ее и рассмотрел поближе. "Лопата, как лопата", - подумал я и с ее помощью освободил ногу от проволоки. Hога была помятой, но не поврежденной, кроссовка выглядела просто ужасно от ржавчины, которая была похожа на кровь. Опираясь на лопату, побрел снова к заветному концу эстакады, совершенно не рассчитывая на успех. Внимание опять притупилось.

Е.Парушин

Потерянные сутки

Дело было в то время, когда солнце подолгу не садится, в институте уже закончились экзамены, а студенты еще не разъехались на летние каникулы. Игорю позвонил его давний приятель и пригласил провести вечер в хорошей компании. Hе было никаких причин отказываться, посему Игорь быстро переоделся, и в назначенное время стоял у выхода из метро. Его приятель и еще двое ребят появились вовремя и, компания, быстро познакомившись, бодро зашагала по улице. С этого момента у Игоря появилось и больше не исчезало ощущение нереальности происходящего, хотя он несколько раз ущипнул себя, и разок это сделал его приятель, причем с удовольствием.

Е. Парушин

Сказка во сне

Вечер, тихо, медленно засыпаю, и передо мной появляется благообразный старец. Он стоит около кровати и спокойно смотрит на меня. Ага, думаю, это сон или легкое помешательство, но все равно интересно. Хочешь ли ты посмотреть сказку и поучаствовать в ней, спрашивает он. Hу, думаю, похоже, все нормально, и соглашаюсь.

Плотный туман, появившийся после моего согласия рассеялся, и мы оказываемся на пустынной дороге. Вокруг все серо-желтое, ярко светит утреннее солнце. По дороге к нам идет юноша, одетый непривычно, но вполне естественно. Подожди своего времени, сказал мне старец, он нас не видит, но сейчас я появлюсь перед ним и мы узнаем, что выгнало его из лома в такую рань. Сделав шаг, старец вдруг появился перед юношей, при этом его одежда приняла вид старого халата, а сам он стал похож на дервиша. Чем-нибудь я могу тебе помочь, спросил дервиш. Изумленно оглядываясь, юноша сделал шаг к старику. Видно было, что он не знал, что сказать. Прошла минута, оба молчали, потом юноша сказал, что он в смятении, потому что хочет очень многого. Так скажи, чего ты хочешь, может я смогу помочь тебе, спросил дервиш. Я хочу, сказал юноша и испугался, я хочу, все более твердым голосом повторил он, стать богатым и свободным. Дервиш исчез и появился передо мной в своем изначальном виде. Hу и как, спросил он, подойдет? Отлично, только нашел я, что ответить ему. Hу ладно, начнем, пока только смотри, когда придет время, для тебя найдется роль.

Григорий Пасько

Человек с венком на шее

Почти голимая правда, записанная со слов матерого зека

Григорию Пасько - 42 года. Из них 20 был военным журналистом. За право писать правду о российском военном флоте дважды сидел в тюрьме и в лагере строгого режима. Автор нескольких книг, в том числе "Назначенный шпионом", "Мы поем глухим", "Цвет времени", "Не верь, не бойся, не проси". В 2000 году в "Знамени" был опубликован его рассказ "Пряник", который затем был переведен на несколько языков.

Олег Павлов

Антикритика

(полемические статьи девяностых годов)

Сборник литературно-критический статей. В состав сборника вошли полемические выступления писателя, публиковавшиеся в отечественной периодике 90-ых годов и ставшие заметным явлением в литературной жизни этого десятилетия. Публикуется в полном содержании.

Между волком и собакой

Антикритика

О Литинституте

Взгляд на современную прозу

Олег Павлов

Русская Атлантида

В теперешней Москве, то есть в новой эпохе, нет своей Хитровки, и не может никаким чудом быть, возникнуть. Но сама та Хитровка, которую знаем мы из очерков Гиляровского, была чудом. Муравейник жизни, сооруженный не трудягами, а паразитами общества, его отбросами - точно б вши нанесли соломинок, проделали ходы, быт наладили. Комнатухи, бабы, трактиры, околоточные, своя фирменная жрачка - потрошки! потрошки! "Хитровка" - имела свое право, как Царское село или Соловки. Не уродливый, что грыжа, городской притон, а своя окраина-земелюшка, вольница, с которой выдачи нет. Чудо то, что бродяги в кои-то веки стали почти народом, силой - гордыми духом "хитровцами", которых страшились обыватели, а писатели - спускались с уважением в запахшую преисподнюю их муравейника, с жаждой понять, постичь. Ходили даже не сами по себе - не смели просто так взять да пойти, а был свой Вергилий. Иначе, без Гиляровского, отмирала душа. Ходил на Хитровку сам Толстой! Гений человеческий приходил к отбросам человечества. Был там, у них. Что он искал, какой смысл? Пытался их понять, их возлюбить?

Для кого-то самым важным в жизни является власть, для кого-то – деньги, а для кого-то – дело, которому он служит. Александр Смолин, как это ни странно, так до сих пор и не определил для себя, что для него из этого списка наиболее приоритетно, но, правды ради, не сильно его это и печалит. Тем более что его жизнь такова, что иногда все три перечисленных понятия сплетаются в ней воедино, словно клубок змей перед тем, как впасть в осеннюю спячку.

И вот тогда спокойной жизни ждать не стоит, ни ему самому, ни тем, кто рядом с ним.

Унаследовав обычаи и традиции практически всех народов от седой древности до наших дней, современный этикет является всеобщим сводом правил поведения человека на службе, в общественных местах и на улице, на различного рода официальных мероприятиях – приемах, церемониях, переговорах.

В настоящей книге есть все необходимое для овладения правилами общения в той социальной среде, где вы живете и с членами которой взаимодействуете. В ней содержится большое количество приемов и рекомендаций, проверенных как отечественной, так и зарубежной практикой.

Эта книга – своеобразное учебное пособие, вводный курс для каждого, кто хочет повысить собственную культуру этикета.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Маленький городок в глухой провинции... Городок, в котором уже много лет не случалось РОВНО НИЧЕГО. Но вдруг начало происходить – НЕЧТО.

Нечто – СТРАШНОЕ, НЕЧТО – невероятное!

Гибнут – один за другим – люди, и никто не в силах разгадать тайну их смерти. Никто – кроме местного полицейского, начинающего расследование.

Однако – способен ли полицейский узреть в явных `преступлениях` руку таинственной, могущественной Тьмы?

Готов ли узнать имя Зла, понять могущество Тьмы – и встать на пути Мрака?

Готов ли неверующий заступить дорогу Идущим?..

Они – незаметные. Они безлики. Они – словно бы невидимы, и никому нет дела, живы они или нет. Они привыкли. Они – терпели.

Но однажды терпение лопнуло. И тогда они поняли: хочешь, чтобы тебя заметили, – убей. И они начали убивать...

И полилась кровь.И незаметные обрушили на города кошмар такого смертоносного ада, что невозможно даже вообразить. И беспомощные жертвы замечали своих убийц – последнее, что они вообще замечали в жизни...

Странное что-то происходит в маленьком городке, затерянном в аризонской глуши...

Исчез - точно в воздухе растворился - местный священник, и кровью написаны на церковных стенах древние, страшные, кощунственные слова...

Безумная старуха ждет ребенка, и Бог - один Бог! - знает, каким должно родиться это дитя...

Снова и снова находят в полях истерзанные, искромсанные трупы животных.

Снова и снова мечет гром и пламя с амвона неистовый, невесть откуда пришедший проповедник, пророчествующий о днях Искупления...

Читайте роман `ужасов`, самим Стивеном Кингом названный книгой, `которая действительно пугает и от которой невозможно оторваться!`

У Зла – много масок, и самые страшные из них – те, что кажутся самыми безобидными. Трудно узнать усмешку Сатаны на лице обыкновенного почтальона, но странные он приносит письма – письма тех, кто погиб давным – давно. Странные посылки – расчлененные трупы.Почта, как известно, не отвечает за то, что пересылает, но почему же тогда в маленьком городке начинается кровавая вкаханалия убийств, своей жестокостью превосходящих самые чудовищные кошмары? Почему каждый день приносит новую смерть, новы ад?..