Мысль, Хроноцентрический мир

Сергей Шилов

Мысль

Хроноцентрический мир

"Земля (Вселенная) есть лента мебиуса (солиптическая лента)". Знание есть сила, производящая мир. Знание есть также путь. Началом настоящего пути является геоцентрическая система мира. Геоцентрическая система мира есть первое знание, до этого первого знания был миф, ничто, из которого появилось первое знание. Геоцентрический мир как мир геоцентрического знания есть первое сознание. Первое человеческое сознание - это геоцентрический мир сам по себе, в чистом виде. Геоцентрический мир существует вместе с геоцентрическим знанием как его (первое) человеческое сознание. Геоцентрический мир тождественнен первому человеческому сознанию. Геоцентрическая система мира есть генезис системы как таковой. Геоцентрический мир, вопреки обычным представлениям науки, не только не "разрушился" (не "опровергнут"), но является одним из неизменных оснований сознания как человеческого сознания, присутствует как фундаментальная структура сознания, формирующая повседневность. Сущностью повседневности является геоцентрический мир сознания. Коперник не изменил тех реальных представлений, которыми образуется, удерживается повседневность как нечто одно, действительное. Эффекты, в результате которых геоцентрическая система мира постепенно, а затем одним рывком была сменена в истории познания гелиоцентрической системой (смена дня и ночи, линия горизонта, "возвращение в ту же точку при движении по прямой по поверхности Земли", доказывающие, что "земля есъм шар") - суть эффекты самоописания геоцентрического сознания, изменяющего это сознание. Гелиоцентрический мир - это геоцентрический мир, существующий во времени. В таком виде, он есть уже у Аристотеля в его учении о перводвигателе. Вышеописанные эффекты идентичны современным эффектам теории относительности, квантовой механики и астрофизики именно в качестве эффектов сознания, примыкающего к знанию, производящему мир. Иначе говоря, гелиоцентрический мир также постепенно, а скоро, очевидно, одним рывком сменится. Децентрация геоцентрического мира привела к образованию "нового центра" - "Гелиос". Децентрация есть, вообще говоря, язык. Язык есть то, чем в действительности является жизнь. Центр, децентрация, периферия есть "тик" ("течь") времени как составляющие, образующие структуры. То, как схватывается время, - есть то, как производится бытие. Геоцентрическое знание есть первое знание о времени. Геоцентричность есть первая сущность, первое явление времени. Время есть замысел мира, замысливающий, производящий мир. Гелиоцентрическое сознание есть середина пути знания, но никак не его конец. Гелиоцентрическое сознание принципиально не завершено, это сознание переходного периода - современное сознание западноевропейской цивилизации. Гелиоцентрическое сознание есть вторая сущность времени, открытое бытие, многообразие действительности времени. Децентрация гелиоцентрического мира вызывает попутно рецидивы, солипсические призраки геоцентрического мира, вытаскиваемого не на свое место и образующего "тоталитаризм", когда побочный продукт децентрации занимает место ее действительного результата. Есть, таким образом, окончательное знание, которое знает конец пути знания, после которого прекращается путь знания и открывается бытие знания как истины. Попросту говоря, время есть. Истинным результатом децентрации гелиоцентрического мира является, образуется, становится хроноцентрический мир. Собственно говоря, децентрация хроноцентрического мира есть универсальная структура акта творения - таково истинное представление мировой религии как сквозного истинного представления всех мировых религий. Человеческое представление о времени ("неискоренимая иллюзия времени", по Эйнштейну) и есть, собственно говоря, то единственное представление о времени, которое мы разбираем. Помимо этого представления есть, вероятно, еще какие-либо нечеловеческие представления о времени, не известные нам сегодня, и есть само время. Таким образом, мы выявляем истинное человеческое представление о времени, которое скрывается за делимостью времени на прошлое, настоящее и будущее. Время человеческого бытия - Сознание - делимо на геоцентрический мир, гелиоцентрический мир и хроноцентрический мир в том смысле, что оно особым (человеческим) образом неделимо и непрерывно в том, что геоцентрический мир, гелиоцентрический мир и хроноцентрический мир есть все новые сообразные имена все новых моментов времени для одного и того же солиптического мира. Делимость времени есть, собственно говоря, Вселенная. Посредством же человека, образуя самость человека, время делится на геоцентрическое время, гелиоцентрическое время и хроноцентрическое время (время собственное). Солиптический поворот, таким образом, разрушает иллюзию времени. Делимость времени на прошлое, настоящее и будущее оказывается лишь первым приближением к истинному представлению о делимости времени. Делимость сама по себе стала основой птолемеевского поворота, в котором возникла геоцентрическая система мира. Делимость как идея преодолевала иллюзию тождества делимости и разрушения (уничтожения). Первой теорией делимости была Великая теорема Пифагора. Делимость пространства стала основой коперниканского поворота, в котором возникла гелиоцентрическая система. Знание об истинной делимости пространства преодолевало иллюзию неделимости "абсолютности" пространства - "гео". Второй теорией делимости стал математический анализ. Делимость времени становится основой совершающегося посредством нас солиптического поворота, в котором возникает хроноцентрическая система мира. Знание об истинной делимости времени преодолевает представление о времени как о составе прошлого, настоящего и будущего. Теория делимости времени выражается Великой теоремой Ферма. Птолемеевский поворот, Коперниканский поворот, солиптический поворот - как один Поворот - есть всеобщая форма времени человеческой истории. Поворот показывает с необходимостью действительную форму мира, Вселенной, Земли это солиптическая лента (лента мебиуса). Довольно странно, что геометры не заметили, что лента мебиуса является не только непосредственным доказательством пятого постулата Евклида, но столь же необходимо и отменяет необходимость евклидовой геометрии (аксиоматики) не через ее дополнение искусственными идеями пространства Минковского и геометрии Лобачевского, а через открытие-введение одной простой всеобщей (безопорной) формы солиптической ленты. Впрочем, догелиоцентрические ученые также постоянно имели дело с "естественными опровержениями" геоцентрической системы, но возникновение гелиоцентрической системы все не происходило до поры до времени. Солиптическая лента должна быть интерпретирована, раскрыта как исчисление, как естественное сквозное исчисление действительного числового ряда. Децентрация геоцентрического мира, образующая существо гелиоцентрического мира, есть сущность техники, развернувшаяся в гелиоцентрическую эпоху. Децентрация гелиоцентрического мира, влекущая за собой переход к хроноцентрическому миру, есть сущность риторики (проявившаяся на завершающей фазе гелиоцентрической эпохи в виде политики, идеологии), которая, безусловно, раскроется в хроноцентрическую эпоху. Бытие (Вселенная) раскроет свои законы именно как Слово, формирующее мир из материи языка. Геоцентрический мир совершенно религиозен, гелиоцентрический мир совершенно политичен, хроноцентрический мир совершенно риторичен, это мир чистого разума. Геоцентрическое и гелиоцентрическое знания выступают, институционализированы как две критики чистого разума, таким образом присутствуют, образуют сознание.

Другие книги автора Сергей Евгеньевич Шилов

Сергей Евгеньевич Шилов

Завершение переходного периода

член президиума Академии парламентского корпуса РФ,

председатель Социально-федералистской партии России

Россия должна стать большим Западом, чем сам Запад

Нынешний год отмечен знаковыми десятилетними юбилеями. 10 лет исполнилось Институту экономических проблем переходного периода (ИЭППП), институту Гайдара. Свое десятилетие отметил недавно Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) А. Вольского. В целом первый год президентства Владимира Путина завершает ельцинское десятилетие, итоги которого, хотя и весьма субъективным образом, были подведены в коллективном труде знаменитой "семьи" Первого президента России, книге "Президентский марафон".

Сергей Евгеньевич Шилов

Статьи о федерализме

О необходимости общенациональной партии федералистов.

Реформация Российской Федерации подвергается сегодня серьезным политическим испытаниям фундаментального характера. Дальнейшее продвижение России по пути реальной социальной демократии зависит от исхода борьбы, развернувшейся вокруг модели нового российского федерализма. Идет формирование новой левоцентристской оппозиции, к которой усилиями профессиональных политических лоббистов, подменяющих собой политпартии и другие институты гражданского общества, стягиваются авторитетные российские "конфедераты" по должности и "по призванию".

Пространство есть пространство действительного числового ряда. Всякий физический процесс есть процесс, происходящий в пространстве действительного числового ряда. Число есть единый универсальный объект пространства.

2

Отношение чисел есть свойства пространства. Всякое свойство пространства есть числовое отношение. Всякое числовое отношение есть свойство пространства. Свойство пространства есть физическое явление, физический процесс, являющийся стороной универсального процесса в качестве свойства пространства.

Сергей Шилов (гончар)

Исчисление простых чисел. сущность математического

1. Феномен развития есть исчисление.

2. Универсальное исчисление в корне отлично от дифференциального, интегрального и иных аналитических исчислений.

3. Универсальное исчисление исходит из понятия (формулы) единицы.

4. Идея бесконечно малой величины, лежащая в основе современных частных исчислений, идея флюксии Ньютона-Лейбница, подлежит фундаментальной рефлексии.

Сергей Шилов

Что есть электрон? Начала электронной энергетики

1. 20-ый и 21-ый века - соответственно Атомный и Электронный века образуют две последовательные ступени, две сущности перехода от Истории Нового времени к Истории Нового бытия.

2. История, как имевшее, имеющее и будущее иметь "место", - с точки зрения Науки философии, есть тождество-различие бытия и сущего. Само место, как нечто предоставляющее возможность и действительность чему-либо существовать во времени, и есть феномен, который получается из тождества-различия бытия и сущего.

Сергей Шилов

Феномен международного терроризма.

Осмысление глобального вызова

Где Ужас, там и Спасительное.

Гельдерлин

Третья стадия терроризма. Массовый террор (система Ужаса) во всеобщей истории человечества был орудием империй-завоевателей (империя Чингис-Хана, Римская империя), орудием глобального этнического и религиозного геноцида. В новой истории человечества новую сущность получил и террор. Современный (международный) терроризм проходит сегодня третью завершающую стадию становления. В первой стадии террор был орудием революций (комплекс французских революций, октябрьская революция в России), во второй стадии орудием тоталитарных государств (Германия Гитлера, Россия Сталина, Кампучия Пол Пота и др.). В завершающей стадии террор становится орудием самого себя - формируется коллективный наднациональный субъект, отличный от субъекта государственной власти, а также от профессионального сообщества революционеров, стремящихся к захвату власти. Религиозное самоопределение террористических организаций, подчеркнутое событиями 11 сентября во всемирном масштабе, требует осмысления. Сущностью террора как вида человеческой деятельности является последовательный, рациональный, логически стройный, идеологический атеизм. Атеизм как система антирелигиозного советского агитпропа - всего лишь жалкая пародия на истинный системный атеизм - терроризм. Террор, таким образом, должен пониматься как историко-правовой институт, замыкающий ряд: революция, тоталитарное государство, террор. Подобно институту революции, институту тоталитарного государства, институт террора имеет свой, отличный от цивилизованного (и противостоящий ему) способ воспроизводства капитала (включая гуманитарный капитал), свои социально-экономические, правовые, информационные и иные отношения, административно-территориальную организацию, идеологию, собственное жизненное, геополитическое, этнонациональное пространство. Так террор не тождественнен войне: террор может вести войну, как может вести войну революция, как может вести войну тоталитарное государство. В условиях современной материалистической цивилизации именно доведенный до совершенства атеизм зачастую является наиболее возможной формой нематериалистического существования, непосредственного отношения к абсолюту (хотя и отрицательного отношения, но такого, в котором абсолют действительно демонстрирует, показывает себя, "снимая" (лишая жизни) относящегося субъекта). Технология формирования человеко-орудий как военно-политической силы института террора (феномен религиозного террориста-камикадзе) есть герменевтическая установка на встречу с абсолютом, прорыв из материалистического мира цивилизации. То есть истинный атеизм -терроризм, - не только не отрицает существование абсолюта, но формирует конкретное отношение к нему. Таким образом, закономерно, что именно ислам, которому объективно-исторически предстоит период модернизации (Эпоха Возрождения), и который является сегодня единственным живым (незавершенным) религиозным институтом цивилизации в том простом смысле, что он проходит в реальном времени исторический путь, который прошли мировые религии, существующие сегодня в устойчивом, формальном виде, - именно ислам образует круг средоточия вызовов, важнейшим из которых является международный терроризм. Как же понять, что именно истинный атеизм толкает религиозного фанатика на самоубийственный акт террора? Разгадка в понимании Террора не как информационной картинки, наводящей ужас на обывателя, но как историко-правовой системы, наследующей историко-правовым системам революции и тоталитарного государства. Радикальное несоответствие идеалов революции и тоталитарного государства их исторической действительности так же характерно и для института терроризма. С другой стороны, подобно тому, как реакцией на институт революции стало формирование социально-либерального капиталистического общества, а реакцией на попытки институционализации тоталитарных государств во всемирном масштабе (Третий рейх, Коммунистический интернационал) стало формирование международного капиталистического сообщества (от Лиги наций и ООН до Большой Семерки и НАТО), то реакцией на попытку институционализации террора (объективно-исторического наследника революции и тоталитарного государства) во всемирном масштабе, будет, в самом безусловном и необходимом историческом смысле, мировое капиталистическое государство-общество. Самое же важное при этом то обстоятельство, вытекающее из предыдущего изложения, что это будет государство с фундаментальной новорелигиозной (преодолевающей "истинный атеизм") составляющей, и сутью этой составляющей будет не что иное, как новая ("мыслительная") сущность ислама. Таким образом, в корне неверна стратегия США на разрушение не института терроризма, а института тоталитарных государств ("ось зла"), которые сегодня являются важнейшим сдерживающим фактором для институционализации международного терроризма, поскольку объективно-исторически ощущают в нем собственного могильщика (как тоталитарное государство было могильщиком революции). Эта стратегия и открывает путь институционализации терроризма во всемирном масштабе. Необходима новая стратегия, Стратегия России, по цивилизации тоталитарных государств, по преобразованию той социально-политической и экономической материи (опираясь на ее геополитический инстинкт самосохранения), из которой возникает международный терроризм, разрушая саму эту материю. В рамках той же логики и современные революционные движения (анти-глобалистские, анти-капиталистические), представляющие еще более ранний институт революции, также являются скорее союзниками в борьбе с международным терроризмом, так как видят его объективно-историческое происхождение из умерщвления института революции его собственными продуктами.

Сергей Шилов

Философские начала электронного мышления.

Новое определение материи

Не будь у глаза своей солнечности,

как могли бы мы видеть свет?

Не живи в нас самобытная сила Бога,

как могло бы восхищать нас Божественное?

Гете

Здесь подразумевается, что то, что обращается к нам,

становится воспринятым только

благодаря нашему соответствованию.

Наша способность воспринимать

Сергей Шилов

О пределе толкований Торы

Герменевтика, дело понимания, предшествует делу Науки. Наука возникает как механика пространства понимания, виды которой (механики) являются аксиоматиками отдельных наук. При этом пространство понимания есть универсальное пространство аксиоматики. Это пространство всегда скрыто от человека и дается ему только отдельными аксиоматиками, отдельными срезами этой механики. Таковая скрытость есть дело времени, как в смысле готовности человека к пониманию (историчности человека), так и в смысле смысла дела времени, как некоторого субстанционального состояния времени, субстанциональность которого дана в герменевтическом пространстве понимания. Пространство понимания, которое есть существо времени человеческого бытия, есть божественное пространство, присутствующее в присутствии человеческого. Таково тождество еврейского и греческого, феноменологически схваченное в учении Христа и образовавшее Европу христианской цивилизации. Политический провал Христа коренится же в различии еврейского и греческого, которое было неустранимо в его время его Победы над временем. Это различие - суть отсутствие ноуменологического тождества (ТОЖДЕСТВА ИМЕН, ЯЗЫКОВ) еврейского и греческого, в котором исчезают сами еврейское и греческое как фундаментально-историческо-национальные. Это ноуменологическое тождество это ПОНИМАНИЕ ИМЕНИ БОГА. Это, мысля по-гречески, понимание того, ЧТО ЕСТЬ ИМЯ БОГА. ЭТО ТЕОРИЯ БОГА КАК ИМЕНИ БОГА. Здесь и есть точка "здесь, теперь и сейчас" европейской цивилизации Всеединой Европы. Вопрос об имени Бога не был поставлен в греческой рациональности, хотя к решению этого вопроса были подготовлены все средства решения этого вопроса, вся продукция мышления была устремлена именно к удовлетворительному решению этого вопроса. Греческий вопрос о бытии не осознал себя как вопрос об имени Бога и остался открытым, несокрытым. Вся еврейская цивилизация есть одна большая гипостазированная ПОСТАНОВКА ВОПРОСА ОБ ИМЕНИ БОГА, не располагающая при этом решительно никакими рациональными средствами к решению этого вопроса, или располагающая теми средствами, которыми, говоря математическим языком, можно пренебречь. Еврейская цивилизация в великом напряжении гениальных творческих сил есть предельный субъективизм, солиптизм, который ФАКТОМ ПРИСУТСТВИЯ, экспансионистского бытия-в-мире, выказывает силу Имени Бога, как ФАКТ МАТЕРИАЛЬНОГО (СУБЪЕКТИВНОГО) МИРА, КАК ОТСУТСТВИЯ ОБЪЕКТИВНОГО МИРА, СУЩЕСТВУЮЩЕГО САМОГО ПО СЕБЕ. Еврейская цивилизация не знает объективного, но знает то, что достоинством и силой превосходит объективное, в качестве его собственного истока, начала, беспредпосылочного начала. При этом греческая, греко-христианская цивилизация разворачивает самого Бога. Греко-христианская цивилизация есть объективное само по себе, утрачивающее импульс собственного источника по мере разворачивания. Еврейская цивилизация присваивает объективное в том смысле, в каком ИМЯ ПРИСВАИВАЕТ ВЕЩЬ. ЕВРЕЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ ЕСТЬ ТАКИМ ОБРАЗОМ ЦИВИЛИЗАЦИЯ ИМЕНИ (не имен, а именно одного Имени, Имени Бога), в то время как греческая цивилизация есть ЦИВИЛИЗАЦИИ ВЕЩИ, цивилизация того Объекта, которым и есть То, что Именуется Бог. Еврейская идея Машиаха, как и греческая (немецкая классическая) идея Системы чистого разума, как и христианская идея Второго пришествия, "более удачного" в политическом смысле (в том смысле, в котором Аристотель определял человека как "политическое животное", и в том также смысле, в котором Аристотель говорил об обязательном существовании-происхождении-возникновении второй сущности у всякого сущего, как не-бытия, возвращающегося в бытие, которое (бытие), в отличие от дву-основного сущего, располагает единственной, единичной сущностью) - все это единичная идея тождества (1) представления о бытии и (2) сущности имени бога, - "тождества вещи и имени вещи", в котором раскрывается-показывается смысл имени Бога.

Популярные книги в жанре Публицистика

К завершению работы ХV-го Всемирного русского народного Собора

Собор, соборность – исконно русские понятия. Неотъемлемая часть нашего национального менталитета. Большевики стремились уничтожить, оклеветать (как и всё русское) эту особенность. Поэтому только с падением большевистской русофобской диктатуры оказалось возможным возобновить традицию.

Первый собор состоялся в 1993 году. Его тема – "Пути духовного обновления русского народа и его движения к национальному возрождению". Заседания проходили в Даниловом монастыре. И это не случайно: патриархия поддержала инициативу, предоставила собору свою резиденцию. Считаю долгом напомнить имена главных организаторов, стоявших у истоков новой общественной организации: дипломат Ю.Г. Луньков, покойный Вадим Кожинов, политолог Игорь Кольченко, Станислав Куняев, писатель Олег Волков. Помогал и тогдашний митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл (ныне патриарх). В Совет собора ввели тогда и меня.

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

Все, кого Ельцин призывает на службу, напоминают наложниц, которые прихорашиваются, напомаживаются, жеманно надевают кружавчики, брызгают под мышки дезодорантом. Торопятся в шатер к богдыхану. Некоторое время оттуда слышатся сопение, повизгивания, скрипы, а потом растрепанную, как Ястржембский, помятую, как Сатаров, обмоченную, как Костиков, защипанную, как Кириенко, раздутую, как Черномырдин, вывернутую наизнанку, как Немцов, выгнутую колесом, как Примаков, печальную, как Сысуев, мертвую, как Егоров, использованную, израсходованную наложницу выталкивают из шатра, и она в слезах, в синяках, в плывущей помаде, придерживая на плечах остатки одежды, дает интервью на "Эхе Москвы". В конце концов ее из жалости подбирает Лужков, который, как оказалось, является большим любителем подержанных вещей.

Доблестная Советская Армия в ущельях Гиндукуша, в злых песках пустыни Регистан, в степях Герата и Кандагара нанесла поражение фундаменталистам. Остановила Гогу и Магогу в чалме, под зеленым стягом. Создала крепкое военное государство Наджибулы на южных рубежах Красной империи. Но предатели Горбачев и Шеварднадзе разрушили оборону, увели из Афганистана войска под улюлюканье либеральных писак. Наджибула был повешен, армия осквернена, Советский Союз распался. Талибы, как саранча, хлынули в Среднюю Азию. И сегодня они воюют в Таджикистане, оккупировали юг Киргизии, движутся в Чечню.

Найден черновик “Тихого Дона”, драгоценная кипа, где рукою Шолохова, с тысячами помарок и зачеркиваний, вставок и изъятий, создана рукопись самого мощного и русского в ХХ веке романа, многострадального и святого. Событие не меньшее, как если бы отыскался подлинник “Слова о полку Игореве”, тот, принадлежавший Мусину-Пушкину манускрипт, что сгорел в московском пожаре 12-го года.

Найдена рукопись, и что же? Может быть, забили кремлевские колокола? Или выступил президент России? Или Академия наук собралась на внеочередную сессию? Ничуть ни бывало — две-три вялые газетные публикации, куцые телесюжеты, да Черномырдин приехал в Союз писателей потолковать о том, как половчее выкупить рукопись, а потом танцевал в ресторане то ли цыганочку, то ли “семь-сорок”.

Вы думаете, что Явлинскому жаль чеченских детишек, гибнущих под бомбами? Он, "натовец", не жалел сербских мальчиков, убитых "томагавками", русских девочек, умирающих в голодной глубинке, не жалел паренька, простреленного на баррикаде Дома Советов, не жалел несчастного Пуго, в чьей крови были вымазаны его лакированные штиблеты. Вы думаете "Отечество — Вся Россия" лишь случайно повторяет требование Запада прекратить армейскую операцию в Чечне, начать переговоры с бородачами? Безродное "Отечество", воплощение татарского, ингушского, башкирского сепаратизма, соединило свои русофобские инстинкты с московским сепаратизмом, самым лицемерным и гнусным, который, как упырь с золотым хоботком, выпил живые соки страны. Гусинский со своим НТВ, что сладостно воспевает людские пороки и вершит вечный пир содомитов,— недолго рядился в камуфлированный мундир воина-патриота, восхвалял подвиги русской рабоче-крестьян- ской армии. Снова, как и в первую чеченскую бойню, краснеют на НТВ солдатские гробы, голосят вдовы и сироты, мелькают оторванные детские руч- ки, и мужественные бородатые "борцы за свободу Чечни" грозят России гранатометом. Еще несколько дней, и мы увидим Масюк в черном саване и французской помаде, берущую интервью у Басаева. И все это в тылу у воюющей армии, ей в утомленную спину, в усталый мозг, в целящий глаз, в свежую рану.

В книге освещаются события 1939-1947 годов, относящиеся к темной стороне историографии г. Бреста, не касающейся героической обороны Брестской крепости. Представлены подробности отправления из Бреста последнего эшелона с депортированными 22 июня 1941 года. Публикуются воспоминания очевидцев об условиях жизни депортированных белорусов в г. Барнауле Алтайского края. Описывается, как встретил Брест своих граждан, возвратившихся после окончания войны. В заключение автор посчитал необходимым поделиться некоторыми рассуждениями философского характера, которые касаются белорусской ментальности и событий августа 2020 года в Беларуси.

Для читателей, интересующихся историей и философией, а также широкого круга исследователей данных событий, преподавателей, студентов и школьников.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Сергей Шилов

О Русском экономическом языке

С. Кордонский "в реальности" и "на самом деле", или о Русском экономическом языке

В 2000 году С. Кордонский выступил со статьей "В реальности" и "на самом деле"" в РЖ и ...., как написал бы дальше журналист, не ведающий теории текстовой работы, "написал много правильных слов". В этом случае, таковому журналисту осталось бы только сопоставить написанное Кордонским с итогами первого срока путинского правления, в котором Симон Гдальевич принимал самое активное участие в качестве начальника экспертного управления Администрации Президента и одного из официально объявленных авторов и нынешнего Федерального послания, - сопоставить, и, со вздохом, сделать традиционный вывод о том, что "мыслящий человек, приходящий во власть, ничего изменить не может, да, пожалуй, и не хочет".

Сергей Шилов

Путь к богатству народов

МАНИФЕСТ О ПРАВЕ НА БОГАТСТВО

Содержание:

Введение

Феномен богатства

Теория богатства

Численность

Теория денег

Закон стоимости

Право на богатство

1. Основанием действительной экономической науки является феномен богатства. Все люди от природы стремятся к богатству.

1. 1. В настоящее время действительная экономическая наука представлена всей полнотой истории экономических учений и не смогла выделиться в самостоятельную научную дисциплину, состояться как наука. Представитель экономической теории вынужден сегодня для осуществления конкретной научной деятельности обращаться не к основоположениям научной теории, как в состоявшихся естественнонаучных дисциплинах, а ко всей исторической совокупности экономических учений, в полемике которых эти основоположения схватываются непосредственно, дорефлексивным образом. Распределенность экономистов сообразно школам только консервирует настоящее состояние, так как скрывает одно фундаментальное обстоятельство, а именно - отсутствие строгих, аксиоматических и самодостаточных (беспредпосылочных) оснований экономики как науки. Нечто подобное происходило в момент зарождения математики, когда еще не было выработано понятие "числа", но те или иные донаучные коллективы и их представители уже предвидели его, называя его еще чем-то иным, нежели оно есть само по себе. Нечто подобное происходило в физике, когда для понимания взаимодействий еще приходилось пользоваться мифологическим понятием "эфира", которое подменяло необходимость рассматривать взаимодействия сами по себе, непосредственно.

Сергей Шилов

Риторика. Б.-г возвращается

1. Отношение к метафизике

Философия как наука наук, меганаука (Большая наука) - основной смысл мышления. Материалистическое Новое время превратило успехи естественных наук в фетиш, самодостаточную предметность, лишенную смыслопорождающих связей с существом мышления. Крупнейшие философские системы Нового времени ограничены безусловными пределами естественнонаучного знания и с большим трудом восстанавливают в мысли и тексте его небеспредпосылочность. Философские системы немецкой классической философии посвящены в действительности борьбе мышления с фетишизацией естественнонаучного знания, восстановлению мышления в правах, но не созданию системы мышления, рассматриваемой в качестве проекта "метафизики". "Критика чистого разума" Канта в этом смысле является усмотрением возможности системы самого мышления, способной вобрать (рас-творить, расширить) естественнонаучное знание в его собственных пределах. Система самого мышления - мыслительный идеал Канта, которым руководится его философия. Этот сокровенный момент в надлежащей степени был развернут Гегелем. "Наука Логики", однако, - это своего рода поэтическое изложение о системе мышления, это литература, мифологический эпос о системе мышления (чистого разума), который всегда будет вдохновлять почитателей мышления (философов), подобно гомеровскому эпосу. Гегель гиспостазирует современный ему университет, всю галерею фетишей естественнонаучного знания, в конце концов, становясь ректором Берлинского университета, и объявляя прусскую монархию "венцом творения". Идея о методе восстановления философии в правах, о восстановлении ее смыслопорождающей мыслительной силы была раскрыта Декартом как задача создания, экспликации мыслительной структуры богодоказательства, той самой интеллектуальной проблемы, что была логической основой символического универсума средневековой философии. Декарт, Кант и Гегель, таким образом, все еще являются скорее метафизиками, нежели мегаучеными, они все еще поклоняются физике, связаны с ней в аспекте зависимости. Все "остальное" философствование Нового времени и новой (новейшей) истории, оглушенное успехами естественных наук и технического промышленного прогресса, возведенными в революционный принцип государственности, слепо по отношению к меганаучной природе философии и является иллюстрацией (нередко, гротескной) подобного ослабления зрительного нерва философии, когда истинная природы философии воспринимается основателями "новых" систем сообразно знаменитому платоновскому мифу о пещере в виде теней, следов, сполохов, фатума, - словом, чего-то непосредственно закрытого чем-то непосредственно существующим и дающего о себе знать со временем и во времени. Фундаментальный (онтологический) отказ от "чистого разума", последовательно разработанный Марксом, Ницше и Фрейдом, есть прямое выражение падения сознания в материалистическую эпоху, и по сей день образующее оковы прошлого века, сдерживающие существо века нового. Декарт, Кант, Гегель, таким образом, наметили путь европейской цивилизации как поиск системы мышления, способной обеспечить ее устойчивое развитие, как фундаментальный поиск "естественных законов разума". Для Маркса, Ницше и Фрейда, их зеркальных протагонистов, существовали только "естественные законы природы" (явно или косвенно схватываемые как абсолютное беспредпосылочное начало естественных наук); поиски же "естественных законов разума", а тем более положение об их изначальности, тесно связанное с идеей богодоказательства, были ими попраны со всей силой материалистической страсти этой эпохи. Власть разума как некоторая конвенциальная естественноисторическая гипотеза истории была сметена "чистой аксиомой природы" - властью самой по себе, абсолютной, действительной, реальной, породившей феномен идеологических диктаторов, стремящихся к мировому господству над "физической картиной мира". Мы и сегодня живем в марксовой ("экономической") системе координат, в которой человеческое сознание формируется на неистовой ницшеанской критике чистого разума и управляется исключительно "подсознательно", вне-разумно (косвенно, по краям). Путанной, кричащей реакцией на такую действительность, но все-таки человеческим голосом, взыскующим к разуму, является экзистенциализм. Однако, концепция "естественных законов природы" (сверхчеловеческой "человеческой природы" у Ницше), казавшаяся незыблемой опорой фундаментальных "критиков чистого разума", внезапно сама стала терять силу в своих собственных основаниях. Новый импульс двойственного значения придал ей Эйнштейн: он положил начало создания концепции "неестественных законов природы", с одной стороны, и, поставил проблему гносеологии в разряд фундаментальных естественнонаучных проблем, хотя и в аспекте релятивизма, с другой стороны. Наука сегодня сама, в последовательном рациональном развитии собственных методов, знаний, экспериментальной практики, осознает небеспредпосылочность законов природы. Это осознание в виде определенного формального знания и приведет к выходу из тупика современной науки, гносеологического кризиса цивилизации, феноменологическая сущность которого выдающимся образом "схвачена" Гуссерлем. Определенные надежды в этом отношении подает история философии прошедшего века, продвигавшая классическую традицию философии разума, хотя и в неклассических формах, то и дело оступаясь в "критику чистого разума", а то и гипостазируя оную. Сквозной темой здесь стала философия языка. С одной стороны, философы языка подчинялись методу естественнонаучного знания, изучающего явление через его материальную основу, в данном случае, сознание - через язык, но, с другой стороны, философское "ремесло", по выражению Хайдеггера, как говорится, брало свое, и язык, в, конечном счете, начинал осмысливаться как нечто не вполне материально-основное, противостоящее даже в рационализме собственных определений самой предметности естественнонаучного знания. Философы всего лишь последовательно и добросовестно продумывали язык, не проявляя меганаучные амбиции. Однако, фундаментальная проблема "языка науки", поставленная лишь метафорически рядом философов и получившая поверхностное развитие в современной философии науки, так и не стала центром философских исследований. Философия была вытеснена "критиками чистого разума" в область "литературно-художественной критики чистого разума", где она, однако, сумела этот "чистый разум" найти и зафиксировать в семантико-семиотических определениях, что является важнейшим достоянием современного мышления. Но и по сей день философия воспринимает акт этого вытеснения чем-то вроде инициации, профессиональной идентификации "философского работника", системы институционализации философии в действительности. Таким образом, именно выявление, экспликация, высвечивание языка науки и раскрытие его как сущности меганауки, философии мышления (непосредственной системы мышления) есть стратегия философии, не подменяемая метафизикой, не опирающаяся на нее. Стратегия философии, завершающая становление философской мысли, отличной от средневековой философской мысли, другой по отношению к ней, той, которая не может быть только философией Нового времени, но и, в самом безусловном и необходимом смысле, должна быть философией Нового бытия. Проект Декарта-Канта-Гегеля "имеет-место-быть". Русская философия литературы как осмысление сущности литературы, активно превозмогающее границы литературы, как раскрывающая гносеологическую функцию литературы, является важным моментом, продвигающим опыт философской художественно-литературной герменевтики в качестве метода раскрытия языка науки, метода меганауки. 2. Язык науки

Сергей Шилов

Сетевидение

Тезисы

Сетевидение есть система ХХI века, прототипом которой на рубеже веков является Интернет. Интернет - это промежуточное звено между гражданским (огосударствленным) обществом и информационным (дебюрократизированным) обществом. Интернет закономерно возник как технократическая система специализированного обмена научной информацией, впоследствии его возможности неограниченного информационного обмена, поддержанные гуманитарными и рыночными закономерностями, раскрылись в более широком сообществе пользователей с претензией на общечеловеческое измерение.