Мы идём к Луне

Повесть о том, как общение с природой подводит ребёнка к пониманию сложных нравственных проблем: добра и зла, вечности жизни и необратимости времени.

Отрывок из произведения:

Первым делом — проверить, работает ли компас. Компас работал. Не простой какой-нибудь компас, а морской, со светящейся стрелкой. Пристегнув его на руку, он стал одеваться. Натянул свитер, куртку, ещё куртку с капюшоном. Пощупал, на месте ли карта. Карта была на месте: она хрустела в потайном кармане.

— Куда так рано? — удивилась мама.

Родители завтракали на кухне. Не садясь за стол — рассиживаться некогда, — выпил кефир, сунул в один карман два сухаря, в другой — коробок спичек.

Другие книги автора Владимир Константинович Сапожников

От составителя

…Стремление представить избранные рассказы, написанные на сибирском материале русскими советскими прозаиками за последние десять-пятнадцать лет, и породило замысел этой книги, призванной не только пропагандировать произведения малой формы 60-70-х годов, но и вообще рассказ во всем его внутрижанровом богатстве.

Сборник формировался таким образом, чтобы персонажи рассказов образовали своего рода «групповой портрет» нашего современника-сибиряка, человека труда во всем многообразии проявлений его личности…

Ночным городом шла, шаталась весна. На крышах истаивал последний снег, в водосточной трубе лопотало, фыркало. Артем, распахнув окно, беззвучно перебирал клавиши аккордеона, и ему казалось — это он исполняет музыку буйствующей в городе весны.

Тетка спала у соседки, и Лазарев бесконтрольно мог делать что угодно: ждать, когда вернется Женька и во втором этаже в доме напротив загорится свет. Или, забавляясь аккордеоном, размышлять о том, не пора ли и ему осесть на материке, не довольно ли скитаться по местам суровым, дальним, угрюмым.

До заповедника в первый день не доехали. Когда стемнело и майские жуки, целясь в свет фар, стали ударяться в ветровое стекло, Анатолий Ульянович скомандовал:

— Стоп, Костя! Ночевать будем.

Проселок петлял в березняке, машина распугивала вертлявые лесные тени. На не накатанном еще проселке — свежая елочка следа «Беларуси». Он убегал вперед, пропадал в лужах и снова печатался на твердом.

— Есть ночевать! — с облегчением отозвался Костя. — Вон стожок соломы.

Популярные книги в жанре Детская проза

Когда его усаживали в машину, то люди, совершенно незнакомые, чужие, почему-то очень хотели понравиться ему, хлопотали вокруг шофера и женщины, которая поедет с ним, и он слышал отрывочно: «Вот, документы на Олега Караваева, возьмите»; «Товарищ водитель, если мальчику будет необходимо по нужде, так вы уж, пожалуйста…»; «И смотрите, чтоб не укачало его, в случае чего, пусть он задремлет и дайте ему подышать свежим воздухом, это помогает». Это были одни незнакомые голоса, а другие — их было два — отвечали: «Сделаем»; «Нет, не забуду»; «Документы, да»; «Да вы не беспокойтесь»; «В целости-сохранности довезем!».

У Любы Тряпичницы был один-разъединый друг — Старый Пень. Самый настоящий пень. Кора с него давно спала, солнце его высушило и посеребрило. Жучки, червячки, паучки и муравьи проточили в нём ходы и выходы, и Люба Тряпичница не знала, какое это было дерево.

Она приходила к своему другу, когда было хорошо, но чаще, когда было плохо. Садилась боком на толстый, похожий на казачье седло корень, прижималась к пеньку щекой и замирала. Внутри Старого Пня всегда шла жизнь. Что-то шуршало, скреблось, вызвенивало, вытренькивало. Звуки были ласковые, осторожные, словно жители Старого Пня старались не помешать друг другу.

Наш отец большой и строгий. По утрам он встает не с той ноги и вечно что-нибудь теряет. У него пропадают книги, галстуки и запонки.

— Я положил их тут! — возмущается он.

Наша мама всегда встает на ту ногу, на которую нужно. Она у нас маленькая и веселая.

— Ой ли? — улыбается она. — Если ты положил их тут, то тут и возьми. Вот ведь они, твои запонки.

Отец каждый день надевает свежую рубашку с накрахмаленным воротничком и ни с кем не разговаривает, только дает указания. По именам он нас не называет.

Рассказ о девочке, имя которой — Утренька. Почему ее так зовут и еще многое другое, узнаете из этой книги.

Васька Егоров демобилизовался в декабре сорок пятого года.

Получил денежное пособие, полпуда муки вместо сахара шесть килограммов жевательной резинки в розовых фантиках. Муку продал в Бресте, жевательную резинку — в Ленинграде, на Андреевском рынке. Потом продал все материно и на то жил — раздумывал, то ли пойти учиться, то ли устроиться на работу.

Соседка Анастасия Ивановна уговаривала:

— Иди к нам, Вася. Тебя возьмут с дорогой душой, только заикнись я, что ты ученик Афонин. Вася, мы Эрмитаж ремонтируем — от желающих отбоя нет. А работаем знаешь как? Слезы к горлу — как чисто и радостно. Секретарь обкома часто к нам приезжает, Вася, и смотрит, и любуется. Наверное, сам мастер. Знает все тонкости. У нас, Вася, все беление на молоке, темпера на курином яйце. Специальная ферма есть для нашего дела, там и коровушки, и курицы. И думать нечего. Давай, Вася. Считай, что сам Афоня тебя просит.

Роман о молодом офицере-моряке, о том, как непросто стать командиром, заслужить доверие подчиненных, о героических традициях советского флота.

В 1981 году роман современного украинского писателя «Шторм и штиль» удостоен республиканской премии имени Леси Украинки.

Фредерик Хетман. Антонелла. Перевод Б. Калинина // На пороге надежды. – М.: Дет. лит…, 1987. – С.208-211

Клаусу нравятся санитарные машины. Они так быстро мчатся по улицам, они такие белые, такие красивые! На них нарисован светящийся крест. Сирену их можно услышать издалека, а на крыше у них горит голубой свет.

Санитарные машины нравятся Клаусу почти так же, как полицейские машины. Жаль только, что не видно, кто лежит в санитарной машине.

Повесть о том, сколько радости, сердечного тепла приносит людям дружба, внимание, забота о других людей — без этого человек одинок. Герои повести, разные по характеру и по возрасту, понимают, что общение с людьми, умение понять их делают сильнее и богаче духовнее их самих.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Жизнь каждого подлинного художника — подвиг. О творческом подвиге одного из великих русских живописцев, Василия Ивановича Сурикова, написала эту книгу внучка его Наталья Петровна Кончаловская.

И может быть, впервые в русской литературе жизнь и творчество живописца-деда доводится воспеть поэтессе-внучке, на этот раз воплотившей в художественной прозе как внутренний, так и внешний образ героя. Автор, как бы раскрывая читателю двери мастерской, показывает сложнейший процесс рождения картины неотрывно от жизни и быта крупнейшего русского мастера кисти.

Стивен БАКСТЕР. ЗЕМЛЯ-3

Еще один мир, обитатели которого пытаются понять, кто они, откуда и куда идут.

Андреас ЭШБАХ. КВАНТОВЫЙ МУСОР

Что-то физики в загоне… А в почете кто? Мусорщики!

Карл ФРЕДЕРИК. ЧЕТВЕРОНОГИЙ СЕЙСМОЛОГ

Обидеть сейсмолога может каждый, а вот угостить сахарной косточкой…

Пэт МАКЬЮЭН. МИЛЫЙ ДОМ

Дома бывают умные, но попадаются крайне впечатлительные и болезненные.

Алексей МОЛОКИН. ЛЫСЫЙ РОБОТ

О драматических последствиях разделения двух цивилизаций — роботов и людей.

Владимир ИЛЬИН. СЛАБОСТЬ ПРИТЯЖЕНИЯ

Простой шофер из российской глубинки углубляется в тонкости теории антигравитации.

Кристофер БЕННЕТ. ТОЧКА ВЫХОДА

Смелая разведчица Нашира Винг вновь совершает подвиг, рискуя сломать крылья о стену «государственных интересов».

Джастин СТЭНЧФИЛД. ПРИЗРАКИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ

Одни браки заключаются на небесах, другие — в генной лаборатории.

Аллен СТИЛ. ИМПЕРАТОР МАРСА

Классика НФ как средство против депрессии.

Сергей ЦВЕТКОВ. ВЫКЛЮЧЕНИЕ ЭЛЕКТРОНИКИ

В зрительском сообществе сложилось крайне неоднозначное отношение к этому блокбастеру студии Диснея.

Аркадий ШУШПАНОВ. ЧЕЛЮСТИ ПОД ЁЛКОЙ

Что это: очередная экранизация классики или постмодернистский бульон?

ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ

Как выглядит крупнобюджетная НФ в индийском исполнении? Да как и все остальное индийское кино!

Николай КАЛИНИЧЕНКО. ВАВИЛОНСКИЙ ПОДРЯД

Ну, что тут скажешь, гастарбайтеры были всегда. Это их мозолистыми руками выстроена человеческая цивилизация.

Мария ГАЛИНА. ПРАВДИВАЯ ЛОЖЬ

Дело уже привычное: новая книга московского писателя и журналиста обязательно становится объектом критических споров.

РЕЦЕНЗИИ

Как по заказу: в основном долгожданные продолжения. Радует, что рецензентов это не смущает и они дают взвешенную оценку.

КУРСОР

Ушел из жизни и второй представитель известного творческого дуэта фантастов…

Вл. ГАКОВ. АФЕРА ВЕКА

Один из самых знаменитых писателей мира, чей 100-летний юбилей пришелся на этот месяц, свою славу приобрел отнюдь не литературным трудом. Причем «приобрел» почти буквально.

ПЕРСОНАЛИИ

По большей части имена хорошо знакомы нашим читателям, но информация имеет обыкновение обновляться.

С некоторых пор в школе-интернате, находящейся в старинном рыцарском здании, происходят странные вещи — по ночам слышатся чьи-то тяжелые шаги, звуки… Ребята рассказывают друг другу легенды о таинственном Зеленом Охотнике и даже однажды столкнулись в коридоре с каким-то существом в светящемся зеленом одеянии, которое тут же исчезло…

Праздник - это всегда необычное настроение: подарки, цветы, гости, добрые пожелания. Каждый спешит чем-то порадовать виновника торжества, сделать что-нибудь особенное и приятное. Если вы хотите по-настоящему удивить своих друзей - эта книга для вас. В ней вы найдете самые теплые и искренние поздравления в стихах на все случаи жизни.