Мужчина по умолчанию

Более тупой формулировки я ещё не встречал. И, к сожалению, более точной. Мужчина, видите ли, тот, кто не женщина. И наоборот. И что ж нам теперь – определяться методом исключения?

Нездоровой сумятицы добавляет понятие «мачо» – голимый фантом, горько-сладкий сон мадам Грицацуевой. Успокойтесь, мадам. Выньте локоны из борща. Мачо в живой природе не размножаются и не существуют. Это лишь фанерный вокал и брутальный рисованный имидж некоторых «лиц, противоположных по полу». Посочувствуйте им. Их комплексы неоперабельны. У них проблемы с потенцией и самоидентификацией. Хотя для вас, мадам, они уже уготовили место – на полке между своими грамотами и спортивными кубками. Нас эти рекордсмены интересуют слабо. Нам бы слегка разобраться в мужчинах.

Рекомендуем почитать

Если на тот момент в мире ещё оставалась хоть одна утонченная дама возвышенной породы, то это, конечно, была Нина Л. Имея снисхождение к людским слабостям, Нина служила официанткой в дорогом элитном кафе, незамужняя и прекрасная.

Нельзя сказать, что люди были ответно снисходительны к Нине Л. Во всяком случае, они только и делали, что пили и жевали, истребляя то, что Нина им приносила и столь изысканно сервировала на свежих серебристых скатертях.

Место встречи – Интернет, программа ICQ, называемая в народе «аськой». Реальные диалоги в реальном времени со случайными людьми, которые постучались в «аську» в течение одного вечера.

Авторы и действующие лица:

Нэсти С. (Аризона, США);

Дженнифер Ф. (Монреаль, Канада);

Мартин Х. (Гамбург, Германия);

Игорь С. (Екатеринбург, Россия).

Нэсти. Привет!

Игорь. Здравствуйте.

Нэсти (напористо). Мужчина или женщина?

Минут за десять до моей гибели ко мне приблизился специальный агент Вадик Офицеров и сказал на ухо: «Игорь, я описялся. Только никому не говори!» Со стороны специального агента это был знак высшего доверия.

Если вам приходилось уже слышать о высадке первого человека на Венеру, об исчезновении чулок Люды Марченко и о результатах войны Алой и Белой розы, то это наших с Вадиком рук дело – мы этим занимались по-честному каждый день после «тихого часа». И в любом случае Вадик держал марку спецагента. Он, допустим, находил на земле пуговицу или окурок, смотрел в увеличительное стекло и проницательно сообщал: «Ну-ну». Мог ли я не восхищаться такой личностью?

Клавдия Григорьевна была вдовой знатного пожарника. Она любила говорить: «Я за ним жила как за каменной спиной!» Мне она тоже это сообщила. И поглядела странными глазами – не как на зятя, а как на мужчину. И этот мужчина ей точно не понравился. Да я, вообще-то, и сам в курсе. Не собирался обиженку строить. Потому что внешность у меня – как раз для контрразведки. Фиг запомнишь. То есть внешность отсутствует. Заработная плата, если конкретно, так себе. Короче, никакая не спина и не стена. Непонятно, почему Эльвира за меня замуж согласилась. Может, потому что возраст наступил критический, она считала. Двадцать девять лет. Спину мне, кстати, ещё в армии повредили. Так что, в случае новоселья, к примеру, холодильник некому тащить.

В том сентябре в горячем пыльном Крыму я был одинок и свободен как никогда. Можно даже сказать – был абсолютно счастлив, если бы этот рыжий придурок (ревнивец, маньяк или кем-то нанятый костолом – пойди угадай!) не охотился за мной по всему Югу. Наконец мне надоела роль травимой дичи, и, нарушая всякую логику, я уехал в знаменитый городок, соблазнительный и доступный, как розово-смуглый виноград на любой автобусной стоянке. В сумке у меня лежал запелёнатый в пляжное полотенце «макаров», который я купил на предпоследние деньги у подозрительного типа на мысе Фиолент и которым, честно говоря, пользоваться не умел.

Что делает мужчина, прежде чем влюбиться? Он любуется.

Собственно, этому посвящены все извивы моды, вся fashion-индустрия – любованию. Просчитанному соблазну и флёру. Тем притягательнее риск заглянуть за корсаж культурных традиций. Чтобы понять: даже не КАК во все века прельщали, а ЧЕМ?

Для начала – одно из самых шокирующих описаний женской привлекательности: «Марвин заметил, что она красива. Миниатюрная, ему едва по грудь, но сложена безукоризненно. Брюшко подобно точеному цилиндру, гордая головка наклонена к телу под углом пять градусов (от такого наклона щемило на сердце). Черты лица совершенны, начиная от милых шишечек на лбу и кончая квадратной челюстью. Два яйцеклада скромно прикрывает белый атласный шарф покроя «принцесс», обнажая лишь соблазнительную полоску зелёной кожи. Ножки в оранжевых обмотках, подчеркивающих гибкие сегменты суставов. У Марвина пересохло в горле и зачастил пульс. Он поймал себя на том, что не сводит глаз с белого атласа, скрывающего и оттеняющего высокие яйцеклады ‹…›, разглядывает сладострастное чудо – длинную членистую ногу.

Сейчас уже не разглядеть (за давностью), кто и на фига затеял эту войну – холодную, горячую, глубоко эшелонированную и якобы священную. Она была в самом разгаре ещё в эпоху Аристофана. Афинские дамы рукоплескали, когда их мужей со сцены обзывали недоумками. Еврипид заявлял открытым текстом, что «твари нет бесстыдней», чем женщина. Каких-то 120 лет назад на Конгрессе германских антропологов твёрдо порешили, что женщины – существа неполноценные и «близко стоят к нашим диким предкам». Шопенгауэр хмыкал: «Назвать прекрасным низкорослый, широкобёдрый, узкоплечий пол мог только мужчина, отуманенный половым стремлением». Ницше советовал: «Идёшь к женщине? Захвати с собой плётку!» (ты, типа, дрессировщик). Между тем в Европе вооружённые до зубов отряды феминисток уже берут командные высоты. Попробуйте сегодня где-нибудь в Англии, в культурной компании слегка пошутить над феминизмом – я пробовал, больше не хочу. Причём нынешнюю феминистку уже не прельстишь пресловутым «равенством»…

«…Тогда он берёт билет в один конец, обольщает всуе таможенную девушку и спустя нетерпеливые часы высаживается в той изумительной провинции, пригретой у Господа под мышкой, в Мариенбаде, Портсмуте, Винчестере, даже Гилдфорде – где улочки похожи на комнатки, где если торопятся, то лишь в паб к вечернему лагеру; в миниатюрном чайном магазинчике среди мерцания склянок сумасшедше печально и вкусно пахнет потерянной жизнью, а мисс Кристина Тонер примеряет кружевную викторианскую шляпку по случаю чужого бракосочетания…»

Другие книги автора Игорь Фэдович Сахновский

Героя повествования с нелепой фамилией Безукладников стукнуло электричеством, но он выжил, приобретя сумасшедшую способность получать ответы на любые вопросы, которые ему вздумается задать. Он стал человеком, который знает всё.

Безукладников знает про всё, до того как оно случится, и, морщась от скуки, позволяет суперагентам крошить друг друга, легко ускользая в свое пространство существования. Потому как осознал, что он имеет право на персональное, неподотчетное никому и полностью автономное внутреннее пространство, и поэтому может не делиться с человечеством своим даром, какую бы общую ценность он ни представлял, и не пытаться спасать мир ради собственного и личного. Вот такой современный безобидный эгоист — непроходимый ботаник Безукладников.

Изящная притча Сахновского написана неторопливо, лаконично, ёмко, интеллектуально и иронично, в ней вы найдёте всё — и сарказм, и лиризм, и философию.

Через два месяца после начала их знакомства она вдруг поинтересовалась, как он выглядит. Вместо ответа Локтев сказал: «Подожди пару минут. Курить очень хочется», – и пошёл на кухню.

Было уже за полночь. Домашние спали без задних ног. Он покурил в темноте под форточкой, принюхиваясь к дыханию оттаявшей городской реки – нечистому, как после заспанного пьянства. На обратном пути из кухни Локтев на всякий случай заглянул в зеркало в прихожей. Ничего особенного там не наблюдалось – разве что некоторая элегантная помятость.

Мои отношения с этой женщиной напоминают запёкшуюся хрестоматийную связь гребца-невольника с прикованной к нему галерой. Впрочем, кто здесь к кому прикован – спорный вопрос, тем более что еще при её жизни и впоследствии нам приходилось не раз меняться ролями. Особенно впоследствии.

Произносить вслух её имя, пышное и немного стыдное, мне непривычно, ведь я никогда, ни разу не обратился к ней по имени.

Она носила ту же фамилию, что и я, – Сидельникова, Роза Сидельникова. Этот вполне заурядный факт долгое время казался мне непостижимым совпадением.

Книга Игоря Сахновского "Счастливцы и безумцы" входила в шорт-лист премии "Национальный бестселлер" и была удостоена премии "Русский Декамерон" за лучшее произведение любовно-эротической тематики.

В его прозе соединились качества, казалось бы, несовместимые, – жестокость и зоркость авторского взгляда и сильнейший лирический напор, позволяющий читателю почувствовать себя тоже и "счастливцем", и "безумием" на этой земле...

Прозаик Игорь Сахновский – автор романов «Насущные нужды умерших», «Человек, который знал всё» (награжден премией Б. Стругацкого «Бронзовая улитка», в 2008 году экранизирован) и «Заговор ангелов», сборников рассказов «Счастливцы и безумцы» (премия «Русский Декамерон») и «Острое чувство субботы».

«Свобода по умолчанию» – роман о любви и о внутренней свободе «частного» человека, волею случая вовлечённого в политический абсурд. Тончайшая, почти невидимая грань отделяет жизнь скромного, невезучего служащего Турбанова от мира власть имущих, бедность – от огромных денег, законопослушность – от преступления, праздник – от конца света. Однажды, спасая любимую женщину, он переходит эту грань.

В книгу также вошёл роман «Насущные нужды умерших», переведённый на три европейских языка, удостоенный премии Fellowship Hawthornden International Writers Retreat (Великобритания) и опубликованный издательством «Галлимар» (Франция).

«Заговор ангелов» – новый роман Игоря Сахновского. Роман мог бы показаться мистическим, если бы не был так насыщен невыдуманными событиями.

Фамильная легенда гласит: загадочная женщина, исчезнувшая два века назад, по сей день является мужчинам и кардинально меняет их судьбы. У героев постепенно возникает ощущение: все, что однажды случилось, лишь притворяется мифом, но повторяется вновь и вновь…

Девочка Арина сидела без работы и смотрела телевизор.

До этого она служила медсестрой в ведомственной поликлинике. Но там закрыли процедурный кабинет, потом закрыли поликлинику, а немного погодя — и само ведомство.

Среди того, что показывали по телевизору, сильнее всего Арину трогала и волновала реклама красоты. «Наполнит вашу кожу сиянием и блеском на 24 часа. Увеличит на 40 процентов объем и привлекательность ресниц. Вы этого достойны. Побалуйте себя».

Игорь Сахновский — автор романа-мифа «Заговор ангелов», чувственной хроники «Насущные нужды умерших», интеллектуально-авантюрного триллера «Человек, который знал всё», сборника рассказов «Счастливцы и безумцы».

Его произведения удостоены премий «Бронзовая улитка», «Русский Декамерон», Fellowship Hawthornden International Writers Retreat; вошли в шорт-листы «Русского Букера», «Большой книги», «Национального бестселлера».

«Острое чувство субботы» — восемь историй от первого лица: трагикомические, шокирующе откровенные рассказы мужчин и женщин об их «маленьких» и неповторимых жизнях. «Так случается: в какой-нибудь тусклый, неприглядный вторник вдруг возникает острое чувство субботы. И вот этим редким, праздничным чувством все прочие безрадостные дни могут быть оправданы и спасены».

Популярные книги в жанре Современная проза

Рассказы Ханса Кристиана Браннера, посвященные взаимоотношениям между мужчиной и женщиной и между взрослыми и детьми, создали писателю заслуженную славу мастера психологической новеллы.

Рассказы Ханса Кристиана Браннера, посвященные взаимоотношениям между мужчиной и женщиной и между взрослыми и детьми, создали писателю заслуженную славу мастера психологической новеллы.

Произведения Шессе часто называют шокирующими и неоднозначными – однако в степени их таланта не сомневаются даже самые строгие из критиков.

В незаурядных и строгих по форме новеллах лауреат Гонкуровской премии (1973) исследует темы сексуальности, спасения, греха, смерти.

Произведения Шессе часто называют шокирующими и неоднозначными – однако в степени их таланта не сомневаются даже самые строгие из критиков.

В незаурядных и строгих по форме новеллах лауреат Гонкуровской премии (1973) исследует темы сексуальности, спасения, греха, смерти.

Произведения Шессе часто называют шокирующими и неоднозначными – однако в степени их таланта не сомневаются даже самые строгие из критиков.

В незаурядных и строгих по форме новеллах лауреат Гонкуровской премии (1973) исследует темы сексуальности, спасения, греха, смерти.

«Внутри» и «Снаружи» – так называются две части романа молодого немецкого писателя Георга Освальда. Внутри все те, кто преуспевает, у кого есть деньги, положение, власть. Ну а если ты оказываешься снаружи, на обочине, если ты из тех, кого успех обошел стороной?..

В день ее свадьбы погода была неустойчива.

Она спала нервно, пролупробуждаясь, и видела во сне звезды, вальсирующие под ногами, и кистеперые большие зеркала, и пламенного осьминога со стучащей коробкой яблочного сока в груди, и очень много черноты, которая светилась. Совсем проснулась около пяти; как мышка, осторожно высунула носик из одеяльной щелки – вот холодно, а мне хорошо и я сама хорошая просто до слез; и услышала звуки, редко шлепающие по железке за окном. Открыла форточку и в комнату влетели свежие утренние шепоты. Тучи порхали так стремительно, что хотелось увернуться, волочили мокрые хвосты, вытряхивали парные перины, чесали животики о торчащие предметы местности; тучи шли так низко, что труба напротив была видна лишь ниже пояса снизу, но и дело приподнимала пушистое свое платье, показывая ножку, а мускулистый тополь с короткими ветвями косился в ее сторону, покачивая куцей верхушкой; асфальт глядел на это безобразие любопытными просыхающими лужицами. "Тук-тук", – сказала уже сухая железка и поймала две мокрых звездочки, похожих на генеральские. Как хорошо быть генералом, а замужем тоже хорошо.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Авторский сборник стихов.

«Жизнь – странная штука. Наш размеренный, повседневный быт может взорваться событием в любую минуту. Так случилось и у Веры. Утром она была одинокой и свободной женщиной, а к обеду перед ней уже стоял важный выбор…»

Книга – сборник небольших занимательных рассказов о нас с вами, о курьёзных случаях, о мистике в нашей жизни, о любимых домашних питомцах.

Я вас уверяю, начав читать, вы не оставите книгу, пока не закроется последняя страница.

Когда-то этот роман (по настоянию Санкт-Петербургского издательства «Крылов»), назывался – «Седое золото». Прошли годы, права на книгу вернулись к Автору. По этому поводу роману возвращено первоначальное название, «нарисована» новая обложка и произведена дополнительная (объёмная), авторская редактура.

Итак. 1937-ой год. Приближалась война. Страна нуждалась в золоте. В настоящем и большом. Сотрудники группы «Азимут» откомандированы – для разведки перспективного золоторудного месторождения – на далёкую и загадочную Чукотку, где их ждут самые невероятные и изощрённые приключения…

Этот роман – о нищете человеческой цивилизации перед законами, коими управляется мироздание. Люди тысячелетиями развивались, веровали, строили культуру, познавали мир, но с вечной нравственной порчей внутри себя справиться так и не сумели. И вот произошло «…что-то неотвратимое ещё изначально. Будто Земля отряхнула с себя лишнее. Сняла, будто змея кожу». Неожиданная, неотвратимая смерть приходит к миллиардам. Уцелевших очень мало. Неужто эти счастливцы не научится жить в мире и гармонии? Их всего-то горсть, к чему ссориться и убивать друг друга? Ведь можно устроить свою жизнь, не толкаясь локтями! Тщетные ожидания…

Этот роман написан автором в 2001 году и его можно назвать по праву выстраданным, так как тема, которую он взял за основу романа волнует человечество уже не первое тысячелетие. Как остаться человеком в нечеловеческих условиях? Именно этот ответ на вопрос должен найти для себя читатель.