Московский душегуб

Молодая красивая женщина становится профессиональным убийцей на службе у московской мафии.

Она безжалостна к своим жертвам, но ее настигает любовь…

Отрывок из произведения:

Девушка, стоявшая на ступеньках Курского вокзала, была в джинсах и светлом плаще, в руках держала чемоданчик из кожзаменителя и спортивную сумку-рюкзачок. Она привлекла внимание угрюмого горожанина лет тридцати. Он подошел сбоку и негромко спросил:

– Куда надо? Могу подбросить.

Девушка посмотрела на него с радостной гримаской – ее первый собеседник в Москве.

– Вы именно меня хотите подбросить? Или вам все равно кого?

– Как это?

Другие книги автора Анатолий Владимирович Афанасьев

В суперсовременном московском научном центре претворяются в жизнь безумные планы массового клонирования людей. Сотни россиян превращаются в предмет торговли, дешевую рабочую силу, поставляемую за рубеж.

Казалось бы, в разрушенной, разграбленной "демократической" России нет силы, способной остановить современных работорговцев.

У элитного сотрудника спецгруппы "Варан" на этот счет другое мнение...

В романе Анатолия Афанасьева — история человека, который волей роковых обстоятельств обрел богатство и власть, попал туда, где льется кровь, торжествует обман, бушуют самые низменные страсти и выживает лишь сильнейший.

Однако жизнь устроена так, что не всё в ней можно купить за деньги…

Сюжет романа лихо закручен: торговля детьми, донорскими органами — жуткая фабрика смерти.

Но на пути зла встает прекрасная девушка Лиза Королькова, богиня спецназа.

Небольшой российский город захвачен криминальными структурами: пытки, страдания, массовое зомбирование, смерть…

Кто прервет этот ад?

На сей раз в жестокую схватку с мафией вступают не элитные силы спецназа, а "обыкновенные" местные жители…

Современный мир в романах Анатолия Афанасьева — мир криминальных отношений, которые стали нормой жизни — жизни, где размыты границы порока и добродетели, верности и предательства, любви и кровавого преступления… «Первый визит сатаны» — роман писателя о зарождении московской мафии считается одним из лучших.

Рыночная чума, обрушившаяся на некогда великую державу, пошла братве только на пользу. Представление о мире, как о большой воровской малине, являлось сокровенной сутью братвы, ее единственным духовным постулатом.

Но всей правды о братве не знал никто. Кроме нее самой.

Об этом читайте в бестселлере Анатолия Афанасьева «Реквием по братве».

«Грешная женщина» — вторая часть самого «громкого» уголовного романа прошлого (1994) года «Первый визит сатаны». Писатель в этом произведении показал одну из болевых точек нашего смутного времени — криминализацию общественного сознания. Преступность как фон даже интимных, нежных человеческих отношений — удивительный феномен перехода к «рыночному раю». Изысканный, остроироничный стиль авторского изложения, напряженный драматический сюжет безусловно принесут «Грешной женщине» популярность среди наших читателей.

Сегодня Анатолий Афанасьев — один из самых популярных современных писателей… Его книги везут почитать на отдых куда-нибудь в Ниццу или на Багамы живые персонажи его писаний. Пресыщенные «новые русские», полеживая на золотистом песке, по-мазохистски читают о своих же дьявольских деяниях… Афанасьев любит гротеск, любит бурлеск с фантасмагорическими героями… Его поразительная ирония вызывает шок у читателя.

В новом романе «Мимо денег» писатель вступает в битву с сатанинским укладом, вторгается в страшный и мерзкий мир, как в синильную кислоту, в которой невозможно уцелеть живому…

Популярные книги в жанре Боевик

Через забор школьного двора перелетела левая рука — отдельно от тела. Левая нога шлепнулась в песочницу, и кровь из огрызка бедра залила игрушечную пластмассовую лопатку — Национальный родительский совет провозгласил это изделие «безопасным для детей» за его закругленные края. Таким образом, левая половина тела Роберта Калдера частично покинула территорию начальной школы в Фэрвью, штат Оклахома.

Джимми Уилкес и Кэтрин Поффер вспомнили, что мистер Калдер нес «хлопалку» в левой руке.

Коварный замысел гения преступного мира грозит превратить Скамбию – небольшую африканскую страну – в оплот международного терроризма, рай для бандитов и убийц... Римо Уильямс готов нарушить планы барона Немерова, но случай превращает Дестроера из борца с бандитами в опаснейшего убийцу на службе преступников!

Доктор Дэниел Деммет был подлинным профессионалом. Когда настал подходящий момент для убийства, он, прежде всего, убедился, что жизненно важные органы пациента функционируют нормально. В который раз проверил показания электрокардиографа – это он делал постоянно с той самой минуты, когда пациента привезли на каталке в операционную клиники Роблера – одной из лучших в Балтиморе. Доктор Деммет сидел на высоком вращающемся табурете в изголовье больного, откуда анестезиологу удобнее контролировать ситуацию и легче помочь пациенту в борьбе со смертью. Хирург, проводящий операцию, обычно слишком занят внутренностями больного, чтобы думать о его жизни. Хирург сосредоточен на аппендиксе, анестезиолог – на пациенте.

Римо Уильямс и Чиун сталкиваются с могуществом властителей “вуду” – ужасающей Карибской магии – и коварством диктатора, угрожающего всему миру.

Непобедимый дуэт – Дестроер и Мастер Синанджу, – чтобы сохранить жизнь себе и людям Земли, превращается в трио, прибегая к помощи Руби Гонсалес – красавицы-мулатки, агента ЦРУ.

На глубине двадцати пяти футов они наткнулись на человеческие кости.

Ковш экскаватора, вгрызающийся в землю Монтаны, уже разрыхленную киркой и динамитом, вместе с комьями грязи выплюнули чьи-то останки.

Это были пробитые черепа: большие, поменьше и такие крохотные, что, казалось, они когда-то принадлежали обезьянкам; кости рук и ног, целые, сломанные, раздробленные на части. Ноги вязли по колено в груде костей.

Стоял сухой летний день 1961 года.

Андрей ЩУПОВ

ТО, ЧТО ХУЖЕ ЧУМЫ

Слоппер заявился к вечеру, когда в салун уже порядком набилось народу, и воздух, помутнев от сигарного дыма, дрожал, раскачиваемый возбужденными голосами. Подвыпивший Дуг толкался среди людей, назойливо уговаривая Римму, свою новую подружку, прогуляться наверх, к комнаткам, где шныряла ухмыляющаяся прислуга и в полумраке едва проглядывали лица собеседников. Он и не заметил появления приятеля. Бесшумно растворив двери, Слоппер шагнул в салун и, высмотрев широкоплечую фигуру Дуга, стал проталкиваться через толпу танцующих. Чахлый оркестрик из трех музыкантов как раз выдавал разухабистую "Марианетту", и за столиками оставались лишь совсем захмелевшие. Не без труда Слопперу удалось одолеть всю эту перетаптывающуюся массу людей. Это было все равно, что пересекать в брод горную бурливую реку. Дуг уже поднимал девушку на руках, намереваясь унести наверх, когда Слоппер тронул его за плечо.

Александp Моpщакин

Все действующие лица вымышлены, всякое

сходство с pеально существующими людьми

случайное совпадение - в отличие от

остальных pеалий, списанных с натуpы.

Автоp

Последний патpон

Мы не будем больше одни, доpогой. Куда

бы мы не пошли, где бы не пытались

скpыться, нас будет не двое, а тpое - ты,

я и будущая война...

Ханон Левин

Hoc fac et vinces.

Жизнь командира взвода спасателей Александра Хабарова в силу профессии насыщена экстремальными ситуациями. Оказавшись среди заложников, Хабаров меняет свою жизнь на свободу приговоренных бандитами людей. Он понимает, что жить ему только до утра…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Семен Ратайский – скульптор из Петербурга – польстился на крутые бабки и по приглашению своего студенческого друга Керима приехал в Хасавюрт ваять местных нуворишей. Однако Керим обманул Семена и продал его в рабство.

В порыве ярости к рабовладельцу Семен хватает кувалду, реальность расплывается перед ним, и он проваливается в бездну времени.

Древний Египет. Страна жрецов и воинов. Интриги, заговоры, перевороты. Царствование прекрасной Хатшепсут.

Захватывающая история нашего современника, сумевшего пройти путь от песков пустыни до нефритовых ступеней царского трона, от рабства – до любви египетской царицы.

А Н Н А

А Х М А Т О В А

ГОРОД

О "красоте" Петербурга догадались художники-мирискусники, которые, кстати сказать, открыли и мебель красного дерева. Петербург я начинаю помнить очень рано - в девяностых годах. Это в сущности Петербург Достоевского. Это Петербург дотрамвайный, лошадиный, коночный, грохочущий и скрежещущий, лодочный, завешанный с ног до головы вывесками, которые безжалостно скрывали архитектуру домов. Воспринимался он особенно свежо и остро после тихого и благоуханного Царского Села. Внутри Гостиного двора тучи голубей, в угловых нишах галерей большие иконы в золоченых окладах и неугасимые лампады. Нева - в судах. Много иностранной речи на улицах.

А Н Н А

А Х М А Т О В А

ИСКРА ПАРОВОЗА

Я ехала летом 1921 г. из Царского Села в Петербург. Бывший вагон III класса был набит, как тогда всегда, всяким нагруженным мешками людом, но я успела занять место, сидела и смотрела в окно на все - даже знакомое. И вдруг, как всегда неожиданно, я почувствовала приближение каких-то строчек (рифм). Мне нестерпимо захотелось курить. Я понимала, что без папиросы я ничего сделать не могу. Пошарила в сумке, нашла какую-то дохлую Сафо. но... спичек не было. Их не было у меня, и их не было ни у кого в вагоне. Я вышла на открытую площадку. Там стояли мальчишки-красноармейцы и зверски ругались. У них тоже не было спичек, но крупные, красные, еще как бы живые, жирные искры паровоза садились на перила площадки. Я стала прикладывать (прижимать) к ним мою папиросу. На третьей (примерно) искре папироса загорелась. Парни, жадно следившие за моими ухищрениями, были в восторге. "Эта не пропадет",- сказал один из них про меня. Стихотворение было: "Не бывать тебе в живых..." См. дату в рукописи - 16 августа 1921 (может быть, старого стиля).

Ахмеджанов Фарит

Куpьеp DV двенадцатый

************* Hовости от автоpов

Hиколай Пеpумов pаботает над двенадцатым томом своего академического ПСС.

- И это пpи том, что последний, сто пятый, уже готов, - посетовал он в беседе с нашим коppеспондентом.

Ряд pоссийских писателей с возмущением встpетили новость о том, что фиpма Микpопpоз с 1998 года включает в свои игpы генеpатоp автоматического описания пеpипетий их пpохождения игpающими.