Молотом взмахнул кузнец

Собравшиеся студенты ждали выступления Прокурора. Ждали долго, переговаривались, хлопали пустыми капсулами из-под соков.

К исходу времени, еще не выходящего за рамки приличия для опоздания, разнеслась весть: «Приехал».

Едва Прокурор Галактики занял свое место на кафедре, как воцарилось привычное молчание. Студенты третьего (последнего) курса Академии Времени и Пространства приготовились услышать нечто интересное.

Детективы в последнее столетие перешли в разряд «мертвой» литературы: в жизни преступлений становилось все меньше, поэтому сообщение прокурора обещало быть интересным.

Другие книги автора Сергей Павлович Лукницкий

Книга Сергея Лукницкого «Это моя собака» включает в себя несколько забавных историй, написанных от имени фокстерьера Пирата. Эта добрая и умная книга адресована и детям, и их родителям. «Для детей надо писать так же, как для взрослых, только гораздо лучше.» К сожалению, эта мысль Максима Горького сегодня забыта. Для детей пишут любовные и детективные романы примитивным языком. Сергей Лукницкий возвращает детям добрый юмор Саши Чёрного, Корнея Чуковского, Алексея Толстого и других больших писателей, подаривших многим поколениям замечательные книги.

Для детского школьного возраста.

Книга Сергея Лукницкого «Записки из-под парты» включает в себя две сказочные истории, написанных от имени фокстерьера Пирата.

Сергей Лукницкий

Есть много способов убить поэта

"Дело" Гумилева. Социология преступления

отечественной истории и культуры.

100-летию со дня рождения

Павла Лукницкого посвящаю

Ежели древним еллинам и римлянам дозволено было слагать хвалу своим безбожным начальникам и предавать потомству мерзкие их деяния для назидания, ужели же мы, христиане, от Византии свет получившие, окажемся в сем случае менее достойными и благодарными? М.Е.Салтыков (Щедрин)

СЕРГЕЙ ЛУКНИЦКИЙ

ВЫХОД ИЗ WINDOWS

детективная политика

Анонс

Предлагаемая читателям новая повесть Сергея Лукницкого - заключительная часть постперестроечной трилогии о генерале ФСБ Нестерове, но и не только о нем. Главная героиня - следователь прокуратуры Серафимова - расследует зверское убийство чиновника из Госкомимущества и его любовницы. Каковы мотивы преступления? Взятка? Связи с заграницей? Политика?

В повести действуют и милиция, и ФСБ, и таможня, и даже Интерпол... Накручено много всего - а ларчик детектива открывается просто.

Сергей Павлович Лукницкий - об авторе

Род. 1954, г.Москва

модным внекультовым религиям (год Лошади, созвездие Водолея) не подвержен. Географ, юрист. Доктор социологических наук, профессор кафедры ЮНЕСКО ИМПЭ. Член Союза писателей.

Из событий жизни считает важными: собственное рождение; присвоение одной из вершин на Памире имени его отца; посещение Храма Господня; появление Л.Гумилева на защите его кандидатской; поздравление его с новым тысячелетием - А.Кларка, приславшего ему с Цейлона книгу "3001".

Сергей Лукницкий был безусловной достопримечательностью нашей — теперь уже сильно поредевшей — переделкинской писательской общины.

Он был молод, красив, умен. И, не в пример многим, широко образован. Его талантов не счесть, но если говорить о его литературных занятиях, то он, кажется, не придавал им значения, хотя и здесь преуспел, сделав немало, и сделав добротно.

Мы были соседи по даче, но я не помню, чтобы Сергей когда-нибудь заговаривал о своих книгах. Когда они выходили, он скромно являлся ко мне на порог и дарил с самыми нежными надписями. В нем одновременно жили и нежность, и юмор. Собственно, подлинный юмор — родной брат нежности, или, если взять выше, любви. Юмор — дар доброго сердца. В повестях Сергея Лукницкого доброта ощущается везде, даже там, где автор, кажется, лишь иронизирует над своими персонажами. Впрочем, ирония исключается тогда, когда этими персонажами становятся любимая им собака или состарившаяся домашняя кошечка.

«…Моцарт — это величественно и вечно. С помощью Моцарта… да-да, именно «с помощью Моцарта» человечество научилось лечить множество болезней, а недавно было сделано открытие: ритмы некоторых его произведений убивают компьютерные вирусы…», — говорил пианист Николай Петров.

Пират диктовал новую повесть…

…А вы знаете, что собаки живут по временной прямой на полчаса по человечьему времени раньше своего хозяина. И если хозяин умен, он всегда прислушается к своей собаке. Собака ведь наверняка знает, что случится в течение этих минут, и может отвратить хозяина от неприятностей…

Сергей Лукницкий

СНЫ ПАПЫ "НОВОГО РУССКОГО"

КРОШЕЧНЫЕ И НЕВЫДУМАННЫЕ РАССКАЗЫ, КОТОРЫЕ ВЫ, УВАЖАЕМЫЙ ЧИТАТЕЛЬ, ВОЗМОЖНО, ПРОЧТЕТЕ, НАПИСАНЫ В ТО БЛАГОСЛОВЕННОЕ ВРЕМЯ, КОГДА ДОБРО ВЫГЛЯДЕЛО ДОБРЫМ, А ЗЛО ЗЛЫМ. ПОЭТОМУ НЕ БЕРУ НА СЕБЯ СМЕЛОСТЬ КОММЕНТИРОВАТЬ ИХ НАИВНОСТЬ, А ТОЛЬКО В КОНЦЕ КАЖДОЙ ИСТОРИИ СООБЩУ ВАМ КЕМ СТАЛИ ГЕРОИ ЭТИХ ИСТОРИЙ ТЕПЕРЬ. ДАВАЙТЕ ВМЕСТЕ ПОИГРАЕМ В ЭТУ НЕХИТРУЮ ИГРУ - "УГАДАЙ, КЕМ СТАЛ ГЕРОЙ", И НЕ БОЙТЕСЬ - Я-ТО ЗНАЮ ЭТО НАВЕРНЯКА И ПОДСКАЖУ ВОВРЕМЯ. А ПОТОМ РЕШИМ: КАКОЕ ОБЩЕСТВО МЫ ПОСТРОИЛИ ИЛИ ЕЩЕ СОБИРАЕМСЯ СТРОИТЬ...

Популярные книги в жанре Научная фантастика

ДАВИД КОНСТАНТИНОВСКИЙ

НТР ДОЦЕНТА МЯКИШЕВА

Теперь уж, конечно, всякий знает, что синеоки принадлежали к икароидам. А представьте себе год так, скажем, тысяча девятьсот восьмидесятый, то есть всего каких-нибудь двадцать лет тому назад: синеоки - вот они, но при этом ни одной достоверной'теории относительно их происхождения или, если хотите, появления на Земле. Говорили о тунгусской катастрофе, о летающих тарелках... - казалось, что синеоки могут быть только пришельцами из космоса. Не надо дурно думать о тогдашней науке, она этого не заслужила. Если исходить из противного, так и меня, значит, следует причислить к астрологам, алхимикам, колдунам или кому там еще, я тогда был аспирантом, и, кстати, не у кого-нибудь, а у академика Ладыкинэ, - потому-то я и знаю всю эту историю, что называется, не из вторых уст.

Бэзил Коппер

Блистание полированных лезвий

1

Понедельник

Устраиваюсь понемногу. Комната не очень. Маленькая, грязноватая кровать на редкость бугристый матрас. Два пыльных окошка выходят в узкий проулок, и выступающие этажи домов напротив затемняют комнату, так что она кажется еще темнее и теснее. В разгар лета в ней, конечно, невыносимо душно, а зимой нестерпимо холодно. К счастью, жаркая пора уже позади, а до зимы я, возможно, перееду. Хозяйка пансиона, фрау Маугер, обделена красотой, и вид у нее алчный, однако на меня она смотрит как будто без особой злобности, а за комнату берет не чересчур дорого. Быть может, здесь произошло что-нибудь ужасное. Увидим. Надо будет поспрашивать других жильцов.

Корепанов Алексей

Что ему сказать?

Вы, конечно, знаете, что произошло этим летом в одном из курортных городков на Черном море. Двенадцатого июля по белесому жаркому небу прокатился гром, заглушив музыку из пляжных усилителей, и в непосредственной близости от прогулочного теплохода плюхнулся в спокойное море грушевидный летательный аппарат.

Очень быстро прибыли военные катера и вода покрылась оранжевыми буйками, которые четко ограничили определенную окружность. Центром окружности оказался летательный аппарат, покачивающийся на легких волнах. Прогулочному теплоходу было предложено продолжить рейс, любопытствующих в лодках попросили очистить акваторию, и люди на пляже после некоторого замешательства и разговоров о космических программах Соединенных Штатов и Западной Европы вернулись к привычным делам: продолжали попивать теплые соки в душных павильончиках, позировать на набережной в обнимку с деревянными орлами или по колено в море на фоне надувного брига с настоящими алыми парусами, играть в волейбол, слушать транзисторы, читать, дремать, уткнувшись носом в горячий песок, выплевывать абрикосовые и вишневые косточки и делать все прочее, что обычно делают на пляжах курортных городов. Сейчас ведь по орбитам крутится очень много всякого добра и не мудрено, что иногда что-то и падает в соответствии с законом всемирного тяготения.

КОРЕПАНОВ АЛЕКСЕЙ

Если нет проблем

Собственно, Курилов не собирался возвращаться с работы именно этим путем, но, как всегда бывает, на его решение повлиял ряд труднопредсказуемых факторов. Во-первых, пришлось задержаться на работе близился конец квартала. Во-вторых, в гастрономе появились сосиски и их атрибут - солидная очередь, а в холодильнике у семейства Куриловых было пустовато. В-третьих, желанный автобус даже не притормозил у остановки, потому что был битком набит, и Курилову пришлось дожидаться следующего. В-четвертых... Но, пожалуй, хватит. Именно в силу этих причин, увидев прореху в заборе новостройки, Курилов не смог удержаться от искушения значительно сократить путь домой, тем более, телевидение уже начало трансляцию очередной хоккейной встречи.

КОРЕПАНОВ АЛЕКСЕЙ

Новые демиурги

"Итак, я жил тогда в Одессе..."

А. Пушкин. "Евгений Онегин".

В начале августа, отложив на время все дела, он вместе с женой и сыном выбрался к морю. Поток его персонального времени - как и времени любого другого из живущих в этой реальности - мог иссякнуть в любое, чем-то приглянувшееся року мгновение, поэтому нужно было использовать любую возможность, ничего не откладывая на потом. Побывать у моря. Посидеть на каменной скамье Колизея. Вдохнуть густой воздух ночной сельвы. Войти в мутноватые воды Ганги. Потрепать за ухо марсианского песчаника-прыгунка...

Корепанов Алексей

Поиграем?

"Дети, вы рвете цветы, собираете вы землянику, Прочь убегайте: в траве - змея холодная скрыта". Вергилий. Буколики. - Все, - сказал командир. - Сели. Дай-ка обзорные, что там у нас? Помощник прошелся пальцами по клавишам пульта управления и обзорные экраны вспыхнули голубым светом. -Ух ты! - воскликнула бортинженер. - Красиво! Корабль стоял на поляне, покрытой густой травой, посреди зеленого леса. Небо было светлым и безоблачным, и зелень переливалась под лучами огромного солнца. Лес шевелился, как живой, лес кивал верхушками деревьев, лес приветливо махал тысячами мохнатых ветвей, лес звал к себе, обещая множество чудес. - А что слышно? - спросил командир, повернувшись к помощнику. Помощник дотронулся до кнопки - и в рубку ворвался зловещий дикий вой. Вой доносился из зеленой глубины и казалось - выл сам лес, чужой лес, грозящий бедой пришельцам. - Ой! - прошептала бортинженер. - Что это? - Спокойно! -Голос командира чуть дрогнул. Вой оборвался, но тут же раздался опять, уже ближе. - Глядите! - Помощник подался к экрану. Лес встрепенулся, словно напружинился, и вдруг качнулся вперед и огромным зеленым валом двинулся к кораблю. Лес выл и наползал, все сужая и сужая кольцо, тянулись зеленые ветви, грозно качались деревья, и что-то темное, непонятное и страшное мелькало в глубине зеленого вала. - Ударить лазерной пушкой? - спросил помощник. - Спокойно, - овладев собой, повторил командир. - Ударить всегда успеем. И взлететь тоже. Посмотрим, что он с нами собирается сделать. И выключи наружные микрофоны, оглохнуть можно. В рубке стало тихо, слышно было только прерывистое дыхание бортинженера. На обзорных экранах медленно и неумолимо надвигался зеленый вал и мелькали, мелькали зловещие тени. Зелень залила обзорные экраны и они внезапно погасли. Мигали в темноте разноцветные индикаторы на пульте. Корабль задрожал. Эта дрожь не предвещала ничего хорошего, поэтому командир приказал; - Огонь! Звонко запела, включаясь, система управления лазерной пушкой, но вспыхнул и погас оранжевый индикатор и помощник растерянно произнес: - Пушка не работает... - Старт! - не раздумывая, крикнул командир и сам до отказа потянул рычаг на себя. Но молчали могучие двигатели, а дрожь все сильней сотрясала корпус корабля, словно лес тысячами зеленых лап раскачивал его, стремясь повалить многотонную гигантскую башню. Пройдут годы и вновь он расступится, завлекая другие корабли, и навеки скроет их под своим зеленым покровом, и вновь будет стоять, обманчиво безмятежный, в сиянии огромного солнца. - Мне страшно, мальчики! - пропищала бортинженер и всхлипнула. - Я больше не хочу! - Что будем делать, Вовка? - спросил помощник. - Пусть идет, - сердито ответил командир. - А мы что-нибудь придумаем. Играть, так до конца. Вруби-ка аварийное освещение. В тусклом свете, затрепетавшем в рубке, бортинженер пошла к выходу, хватаясь за кресла, чтобы не упасть, потому что дрожь корабля все нарастала. Командир и помощник хмуро смотрели ей вслед. Бортинженер толкнула дверь и испуганно повернулась к ним. - Мальчики, дверь не открывается! Внезапно аварийное освещение погасло и корабль резко качнулся. - Держись, Ирка! - крикнул командир, вцепившись в подлокотники кресла. Корабль накренился, ожили и засветились обзорные экраны, и в них помчалась назад зелень, зелень, зелень... Движимый непонятной силой корабль мчался сквозь лес навстречу неизвестности. И тут откуда-то из-под кресел раздался крик бортинженера. - Ой, мальчики! - кричала бортинженер. - Ой, Вовка! Ой, Сережка! Это ведь не игра! Это по-настоящему... - Чего ерунду городишь? - встревоженно сказал помощник и засопел. Экраны вспыхивали и гасли, корабль качало и трясло, ужасный вой чужого мира раздирал включившиеся сами собой наружные микрофоны. И неожиданно они поняли, что игра каким-то образом перестала быть игрой и в силу непонятных, небывалых причин превратилась в действительность, и они в самом деле несутся в неуправляемом космическом корабле сквозь страшный лес далекой планеты. На обзорных экранах маячили чьи-то зеленые лапы, мелькали уродливые зеленые щупальца и тянулись, тянулись к кораблю. - Иллюминатор! - крикнул помощник. Непонятная сила сорвала наружную заслонку иллюминатора, разбила сверхпрочное стекло, выдерживающее прямое попадание метеора, и в круглое отверстие под непрерывный истошный вой лезла зеленая лапа, лезла в рубку и слепо шарила, подбираясь к креслам экипажа. - Мама! - заплакала бортинженер. - Мама-а! Три испуганных ребенка мчались по зеленым волнам чужого мира и впереди их не ожидало ничего хорошего. Зеленая лапа лезла, подбиралась к креслам, сжимая и разжимая зеленые корявые щупальца. И тогда командир вскочил с кресла и, прыгнув, вцепился в нее. Рванул - и бросил на пол рубки. И сразу оборвался вой и стало тихо, и корабль прекратил бешеное движение. Командир, помощник и бортинженер молча смотрели на зеленую лапу, беспомощно лежащую на полу и так похожую на обыкновенный земной лопух. - Старт! - неуверенно сказал командир, но бортинженер поднялась с пола старого сарая, отряхнула юбку и прошептала: - А ну вас! Я пошла домой. - Сережа, ужинать! - донесся из-за сарая женский голос. Помощник вздохнул и встал с перекошенного ящика. - Я тоже. Завтра доиграем. Или в Чапаева. Будешь Анкой-пулеметчицей. Бортинженер помотала головой. Тогда поднялся и командир. - Открыть люк! - приказал он и экипаж - два мальчугана и белобрысая девчушка с косичками - медленно вышел из темного сарая и пробрался сквозь заросли лопухов на улицу, залитую светом фонарей. - Дверь-то надо было толкать в другую сторону, - презрительно пробурчал командир, покосившись на бортинженера. - Знаешь, Вовка, - неуверенно сказал помощник, - мне что-то разонравилась эта игра. Давай завтра во что-нибудь другое. Может, и правда, в Чапаева? - Давай, - быстро согласился командир. - Будешь с нами, Ирка? - Да ну вас, - ответила бортинженер. - Не нравятся мне ваши игры. Я лучше с девочками... - В куколки! - насмешливо добавил командир. - Как хочешь. Они оглянулись на старый сарай, посмотрели друг на друга и разошлись по домам. А зеленая лапа шевелилась на полу.

КОРЕПАНОВ АЛЕКСЕЙ

ПРЫЖКИ "ПРЫЖКА":

ЧАСОК ПЕРЕД РАБОТОЙ

- Ну что, налюбовался окрестностями? - спросил Медведев и похлопал по траве рядом с собой. - Садись, Ваня. Посидим, отдохнем, да и за дело.

- Налюбовался. - Пархоменко расстегнул ворот комбинезона и лег спиной в мягкую зелень, подложив руки под голову. - Удивляюсь я тебе, Луис.

- Что такое? - рассеянно отозвался Медведев, рассматривая сорванную травинку. - Почему это вдруг я стал объектом твоего удивления?

КОРЕПАНОВ АЛЕКСЕЙ

Вновь и вновь

- Луис! - позвал Пархоменко. - Иди сюда, тут съемка интересная.

Медведев в расстегнутом комбинезоне возник на пороге отсека управлеaния, похлопывая по ладони тестером.

- Сейчас прогоню немного назад, и посмотрим. - Пархоменко прошелся пальцами по переносному пульту. - Это тридцать первый квадрат. Позавчерашняя информация.

Объемное изображение посреди отсека померкло, превратилось в серое облачко и тут же появилось вновь. Помощник-разведчик вел съемку с большой высоты, неторопливо перемещаясь над планетой, однако все детали фиксировались четко, потому что воздух в тридцать первом квадрате был чист и только кое-где над дорогами поднималась пыль, стелясь за скачущими всадниками.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

На экране появилась яркая надпись: «6 часов 30 минут. Пора вставать», тут же продублированная громким равнодушным голосом прямо в ухо. Джон поморщился, нехотя сел на кровати, зевнул, глядя на экран, и начал медленно спускаться по лесенке со своего третьего яруса. Экраны на обоих нижних ярусах были еще темными - жена и сын вставали позднее.

Джон ступил на пол, и его экран тут же погас. Он протиснулся вначале в ванную, затем на кухню. Чашка кофе уже дымилась на выдвижном столике кухонного автомата. Джон высосал горячую, горьковатую и абсолютно невкусную жидкость, сплюнул осадок в предупредительно поднявшуюся навстречу раковину-плевку и боком-боком выбрался в коридор. Пора было одеваться и идти на работу.

Ник и Джейн были очень рады, что съездили посмотреть конец света, потому что очень приятно прийти в гости к друзьям и рассказать об этом. Разумеется, наслаждаясь всеобщим вниманием.Но оказалось, что они не первые…

Мужчина, возвратившись из поездки после недельного отсутствия и бросив взгляд на свой рабочий стол, обнаружил на нем большой толстый конверт. Рабочий стол был темно-коричневого цвета, без всяких ящиков. Мужчина обычно писал за ним, сидя в кресле. Посредине стола стояла лампа дневного света, справа – кожаная коробка для мелочей, слева – четырехугольный пластмассовый ящик, заваленный письмами и журналами, которые прибыли за время его отсутствия. И, как бы соединяя то, что находилось справа и слева, лежал большой толстый конверт – подобие некоего жертвоприношения.

В «Госпоже Кага Сёнагон» речь идет о великой японской писательнице Мурасаки Сикибу (974? – 1014?) и ее произведениях: «Повесть о Гэндзи», «Дневник» и «Изборник стихов». Настоящее имя ее неизвестно. Она происходила из захудалой ветви могущественного рода Фудзивара. Мурасаки Сикибу – ее дворцовое прозвище; сикибу – титул, дававшийся придворным дамам невысокого ранга, Мурасаки – имя главной героини прославившего ее романа.

Имя Кага Сенагон встречается в истории японской литературы при обстоятельствах таинственных и комментаторы до сих пор не выяснили, кто она такая, но писатель предлагает свое решение этой загадки. Кага – это тень, то есть отражение, а чье – узнаете.