Моль

Автор рискнул определить жанр отданной на суд читателя книги древним словом действо.

В этом действе — жизнь многих, на чьи плечи лёг груз истории совершенно определенного времени.

Пробу разобраться в типических судьбах, без деления их на плохие и хорошие, и обнаружит читатель «Моли», действа, среди участников которого были:

1 — Автор,

2 — Собеседник Автора,

3 — Леонид Николаевич Решков,

Другие книги автора Виктор Борисович Свен

Автор серьезно убежден, что описываемые здесь события развернулись бы несколько иначе, если бы в один июньский день капитан полярного корабля «Полюс» не записал в состав своей команды этого сомнительного боцмана.

Но оплошность была допущена: боцман попал на «Полюс». Значение этого промаха капитан понял очень скоро. Сколько раз, готовясь к отплытию в неизведанную область льдов, он мрачно рассматривал громадную карту и с поздним сожалением качал головой.

Популярные книги в жанре Современная проза

Я блоггер. Всё, представленное ниже — плод моего воображения. Эти рассказы-посты были опубликованы в разное время в двух моих блогах. Просматривая как-то их архивы, я решил, что не худо было бы объединить понравившиеся читателям и мне рассказы в небольшой, уютный сборник. Я намерено исключил из этого сборника вполне удавшиеся, но касающиеся какой-то профессиональной или технической темы посты, оставив только рассказы, в которых чистый полёт вдохновения превалировал над меркантильными соображениями)

Интересны детали и точные замечания, как всегда у Алексея Петрова: обратите внимание на описание внешности персонажей, почему-то кажется, что картинки из жизни нового Вавилона запомнятся надолго — такова манера письма автора.

Наверное, можно поморщиться, начав читать этот рассказ. Опять, мол, не то братки, не то торгаши, смутное время. На самом деле рассказ немного не об этом. Он просто лишний раз подчеркивает, насколько у нас в обществе сейчас перестали ценить человеческую жизнь. Не важно чью: бомжа, проститутки, доктора наук или простого обывателя. И можно говорить сколько угодно о том, что мы стали черствыми, не учимся на примерах высокого, не ходим в церковь. Без этого, конечно, не обошлось. Но главное, что при нынешней безнаказанности и попустительстве правопорядка сама жизнь перестает хотя бы сколько стоить. Если только ту сумму, которой можно от всего откупиться. Нет, в прейскуранте законов цена для виновного в чьей-то смерти до сих проставлена. Вот только кассиры, взимающие плату давно не работают.

При сложившейся ненависти в народе к поощрению беззакония и нарушения главных заповедей, мы уже не жалеем, как раньше, безбилетного пассажира, которого в электричке прихватили кондукторы. Теперь мы с нашей менталитетной патологической жалостью к ближнему жалеем наркоманов, пьяных за рулем, убийц, говорящих, что все вышло по случайности. Все больше распространена фраза «Мертвому не поможешь, так зачем ломать судьбу еще одному человеку». И забываем об этой жалости только когда беда коснется наших близких. И страшно даже не то, что происходит сейчас (не все еще запущено и не каждый может дать соседу по голове, спокойно перешагнув через бездыханное тело), а то, что люди, подобные следователю из рассказа вскоре могут исчезнуть окончательно, как мамонты. И тогда вместо слова «преступление» можно вполне подставить «это только секс». Ведь уже сейчас данный рассказ скорее напоминает фантастику (в плане упорного следователя), чем расследование в «человекозаконном» духе.

Редактор литературного журнала «Точка Зрения»,

Николай Заусаев

Герои Евгения Мамонтова, литературного затворника, по какому–то недоразумению получившего недавно Астафьевскую премию, пытаются в одиночку взорвать историю города или, на худой конец, оспорить историю человечества. Как ни странно, но это в какой–то степени им удается. Роман и повесть написаны крайне увлекательно и подкупают редким сочетанием сложности и простоты.

Трогательный рассказ о любви.

Их было трое — Десс, Асмен и еще какой–то неизвестный. Они пришли вечером — как только колокол на площади пробил Время Сокрытия. Отец пропустил их беспрепятственно — только Пастыри могли ходить во время Сокрытия, и лишь Пастыри имели право посещать в это время любое жилище. Нино не успел раздеться и лечь в свою постель, согретую сестрой, как старый Нино позвал его в гостиную. Он сразу узнал Пастырей — их не спутаешь ни с кем в Поселении. Пастыри намного выше любого человека, и самое главное, вместо человеческой у них волчья голова, а на руках, покрытых мягким шелковистым мехом — длинные когти. Поэтому никто из них не работает — ни на полях, ни в мастерских; попробуй с такими когтями удержать инструмент. Конечно же, Нино понимал, почему Пастыри никогда не трудятся — их задача оберегать Поселение от врагов, защищать людей, поддерживать порядок. А еще — проводить раз в году ритуал Метаморфозы. Именно поэтому они пришли в дом старого Нино — другой причины просто не было. Он склонил голову и прошептал:

Историю человечества можно проследить на истории денег. Категория денег приобрела философскую, этическую и религиозную нагрузку, банковское ремесло превратилось в культуру. Как случилось, что презренное, осуждаемое всеми религиями ростовщичество стало диктовать законы и нормы поведения?

© Copyright Грог Александр ([email protected])

Повесть написана на основе реальных событий и фактов

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

…Сначала было Слово?!

Нет. Сначала были и СЛОВО, и ПУСТОТА. И Свет, и Тьма. И Добро, и Зло.

Но теперь власть Пустоты становится все сильнее, а от силы Слова осталась лишь жалкая горстка Рыцарей, защищающих ВСЕ миры нашей Вселенной…

И судьба одного из них — Земли — зависит от того, на сторону какой из Сил станет девочка, обладающая могущественным мистическим Даром…

Всем, кто пребывает в поисках высшего счастья, и всем, кто обучался по Методу Седоны, посвящается

Посвящается другу sozecatel_51

По каким–то необъяснимым законам природы, на Земле существуют проклятые места. Что–то в них не так. На первый взгляд, вроде бы все как везде. Такое же небо, также светит солнце, да и люди ничем не отличаются от других. Ан, нет. Эти места подобны дьявольскому упырю, Божьим попущением вырвавшемуся из пламени ада. Они годами, десятилетиями, сотнями лет, лежат в засаде и ждут. Ждут своего страшного часа. Им некуда спешить. И когда людское безумие пробудит их от многолетней спячки, в таком месте разверзается пасть преисподней.

Многие представители старшего поколения, кому сегодня за шестьдесят, с трудом расставаясь с советскими мифами о войне, которые им «вдалбливались» с раннего детства, с энтузиазмом начинают воспринимать новые мифы, якобы разоблачающие те мифы советских времён. При этом особую остроту приобретают вопросы, связанные с подготовкой и началом войны. Одна ложь — советская — порождает новую ложь — антисоветскую. Старый миф о миролюбивой политике предвоенного периода советского государства, не готового к войне, породил новый миф об угрожающей концентрации советских войск на западной границе, якобы побудившей Германию предпринять вынужденно упреждающий удар летом 1941 года. Наряду с мифом о великой победе Красной Армии, укореняются мифы о стихийном бунте в армии против сталинского режима, о второй гражданской войне, развернувшейся на фоне Отечественной войны 1941 — 45 годов. Миф о сталинской ошибке, спровоцированной умело составленной гестаповской фальшивкой, в результате которой произошло «обезглавливание» Красной Армии, породил миф о якобы преднамеренном «очищении» высшего командного состава армии в порядке её подготовки Сталиным к большой войне.