Мир философии

В книгу включены отдельные работы и извлечения из трудов философов разных эпох, включая и современность. Предназначена в помощь изучающим курс философии.

Отрывок из произведения:

Мир философии: Книга для чтения

В 2-х ч.

Ч. 1. Исходные философ. проблемы, понятия и принципы

Книга представляет собой антологию (в 2-х частях) тематически сгруппированных философских текстов - извлечений из трудов мыслителей разных эпох, включая современность. В текстах первой части книги освещаются вопросы смысла и назначения философии, ее истории, исходные философские проблемы (бытие и познание), понятия и принципы. Предназначенная в помощь изучающим курс философии по новому учебнику для вузов "Введение в философию", книга привлечет внимание всех, интересующихся философской проблематикой.

Другие книги автора Павел Семенович Гуревич

Аннотация издательства: Что такое человек? Каковы его сущность, назначение и место в мире? В чем смысл человеческой жизни? Каковы непреходящие проблемы человеческого бытия? Эти и другие вопросы освещаются в сборнике текстов, включающем фрагменты из произведений выдающихся индийских, китайских, арабских, западноевропейских и русских мыслителей разных эпох, начиная с древности и кончая Просвещением. Тематическая направленность каждого раздела книги, посвященного определенной эпохе, отражает специфику антропологических взглядов внутри различных философских течений. Некоторые из текстов впервые переведены на русский язык.

Сборник рассчитан на всех изучающих философию, интересующихся философскими проблемами человека.

П.С.Гуревич

Экзистенциализм Бубера

Мартин (Мордехай) Бубер родился в Вене в 1878 году. До 1933 года он жил в Германии, затем эмигрировал в Швейцарию, позже в Палестину. Умер Бубер в 1965 году в Иерусалиме.

Как мыслитель Бубер соединял в себе множество разнородных интересов и устремлений. Он был нетривиальным мудрецом-философом, ярким переводчиком Танаха, исследователем хасидизма - религиозного движения среди евреев Польши и России, возникшего в начале XVIII века, выдающимся просветителем и проповедником, поэтом и литератором. Центральная идея философии Бубера - бытие как диалог между Богом и человеком, человеком и миром.

П. С. Гуревич

О ЖИЗНИ И СМЕРТИ

Нигде на нашей планете не покоится, вероятно, столько умерших, как на кладбище в Южной Калифорнии. Даже Пискаревское в Ленинграде, которое тянется на много километров, не может сравниться с ним. Однако слово "смерть" объявлено здесь недозволенным. Никто не смеет назвать мертвецов мертвецами. Это исключено, ибо оскверняет обычай. Усопших здесь по сложившейся традиции называют "возлюбленными". Их тела бальзамируют, натирают благовониями, наряжают в модные одежды, украшают цветами. Вечным "спутникам" и "подругам" косметическими средствами придают "здоровый", "приятный" облик, "улыбающиеся" лица. Что в этой традиции? Страх перед смертью, перед полным физическим распадом? Инстинктивное отвержение неизбежного? А может быть, обостренный интерес к последней тайне? Кошмар смерти всегда преследовал людей. Он порождал спе цифические представления о трагизме жизни. Эту мысль, как мне кажется, точно выразил Байрон в своей мистерии "Каин": Я живу, Но лишь затем, чтоб умереть, и в жизни Я- ничего не вижу, что могло бы Смерть сделать ненавистною мне, кроме Врожденной нам привязанности к жизни, Презренной, но ничем непобедимой: Живя, я проклинаю час рожденья И презираю самого себя. "Врожденная привязанность к жизни" рождает самые неожиданные и подчас курьезные версии смерти. В одних культурах она рассматривается как естественное завершение жизненного цикла, в других - как нечто неожиданное, недопустимое, эксцентрическое. В 1984 г. в Политиздате вышла моя книга "Возрожден ли мистицизм?" Она вызвала читательский интерес и огромное количество писем. Первую сотню писем я распределил по папкам, снабдив каждое краткой аннотацией. Однако их число увеличивалось стремительно. Уже и другие издательства, непричастные к выпуску

Что такое человек? В чем его уникальность? Верно ли, что ои возвышается над животным царством? Отвечая на эти вопросы, автор разбирает новую сенсационную антропологическую концепцию: человек был обречен на умирание и выжил благодаря способности подражать другим существам.

http://znak.traumlibrary.net

Павел ГУРЕВИЧ

ИЗ ГЛУБИНЫ ВЕКОВ

РАСПОРЯДИТЕЛЬ кадровой инфраструктуры Лион Ионин наклонился над мембраной связи и спросил:

- Есть ли кто-нибудь в приемном отсеке?

Робот-страж заиграл всеми цветами радуги и ответил:

- Посетитель... Коэффициент оптимизма приближается к нулевой отметке. Душевная экспрессия - предельная... Вероятная оценка - проситель.

Лион неторопливо поднялся на помост власти:

- Пусть войдет.

Проблема гуманитарного знания – в центре внимания конференции, проходившей в ноябре 2013 года в рамках Юбилейной выставки ИНИОН РАН.

В данном издании рассматривается комплекс проблем, представленных в докладах отечественных и зарубежных ученых: роль гуманитарного знания в современном мире, специфика гуманитарного знания, миссия и стратегия современной философии, теория и методология когнитивной истории, философский универсализм и многообразие культурных миров, многообразие методов исследования и познания мира человека, миф и реальность русской культуры, проблемы российской интеллигенции. В ходе конференции были намечены основные направления развития гуманитарного знания в современных условиях.

В работе излагается концепция и методика инновационной спартианской технологии духовного и физического оздоровления детей и молодежи, а также приводится ряд дополнительных материалов. Данные материалы призваны помочь организациям и специалистам в области физического воспитания, спорта, культуры, организации досуга населения в применении спартианских форм и методов духовного и физического оздоровления детей и молодежи.

Текст публикуются в авторской редакции.

Популярные книги в жанре Философия

Вошедшие в настоящий сборник исследования выдающегося историка и религиоведа Д. Е. Фурмана (1943–2011) охватывают разные страны и эпохи. Их автор убежден в многовариантности исторического выбора. В его работах раскрывается общее и особенное, закономерное и случайное в историческом развитии, воздействие этих факторов на политические процессы сегодняшнего дня. Сложнейшая задача – выявление культурных и социальных следствий различных религий, влияния «культурного кода» и конкретно-исторического выбора того или иного народа на его развитие – по мнению Д. Фурмана, не может быть решена окончательно, но стремиться приблизиться к пониманию проблемы – необходимо, ибо «прошлое живет с нами, наши чувства и мысли в немалой степени определены событиями не только недавними, но и тысячелетней давности».

Еще некоторое время назад неравнодушные приверженцы традиционной европейской культуры были убеждены, что время перфоманса, пастиша, коллажа и буйства означающих воцарилось надолго, что, выражаясь словами из песни Е. Летова, «пластмассовый мир победил» окончательно. Постмодернисткая тенденция симулякризации культуры в конце XX – начале XXI вв. привела к созданию разветвленной виртуальной среды, надстроив дополнительные символические этажи над исходной реальностью и включив в бытие постсовременного человека полностью искусственные нечеловеческие миры. Казалось бы, «старый добрый» символ окончательно потерял значение с неизбежным уходом духовной жизни в виртуальную реальность, которая, по меткому замечанию В. А. Емелина, представляет собой ризоматическое киберпространство симулякров, где наступает смерть и децентрация субъекта [3]. Однако наличествующая культурно-политическая ситуация сосредоточивает наше внимание на возрождении и возвращении смыслов сданным, было, в утиль символическим формам.

Усваивая азы конкретного мышления, мы начинаем едва ли не с того, что отучиваемся на скорую руку априоризировать понятия и привыкаем пользоваться ими сквозь окуляр различных "жизненных миров". У рыночных торговок в Афинах, судачивших о Демосфене и Изократе, отнялся бы язык, приведись им однажды услышать слово идея в более поздней семантике, скажем из уст Локка или Канта. Равным образом: никому не придет сегодня в голову выразить свое восхищение собеседником, сказав ему: "Вы, просто, ну какой-то психопат!", что еще в конце XIX века, после того как усилиями литераторов и модных психологов выяснилось, что страдают не только телом, но и "душой", могло бы вполне сойти за комплимент. С другой стороны, едва ли, живя в XIX веке, мы засвидетельствовали бы свой восторг перед кем-нибудь в словах: "какой обалденный человек!", хотя в наше время лучшего комплимента при случае и нельзя придумать. Некоему лексическому демону было угодно, чтобы "психопат" стоял сегодня в том же ряду значений, в котором вчера стоял "обалденный" (от балда = балбес, болван). Слова — "адские машины". А значит, пишущему или говорящему следовало бы брать пример не с коллег по цеху, а, скорее, с сапера, передвигающегося по минному полю. Каждый знает, что в последнем случае малейшая небрежность может разнести его в куски. Тем неряшливее ведут себя в первом случае, надеясь прослыть не психопатом, а всё еще балбесом

В монографии впервые в литературоведении выявлена и проанализирована на уровне близости философско-эстетической проблематики и художественного стиля (персонажи, жанр, композиция, наррация и др.) контактно-типологическая параллель Гессе – Набоков – Булгаков. На материале «вершинных» творений этих авторов – «Степной волк», «Дар» и «Мастер и Маргарита» – показано, что в межвоенный период конца 1920 – 1930-х гг. как в русской, метропольной и зарубежной, так и в западноевропейской литературе возник уникальный эстетический феномен – мистическая метапроза, который обладает устойчивым набором отличительных критериев.

Книга адресована как специалистам – литературоведам, студентам и преподавателям вузов, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросами русской и западноевропейской изящной словесности.

The monograph is a pioneering effort in literary criticism to show and analyze the Hesse-Nabokov-Bulgakov contact-typoligical parallel at the level of their similar philosophical-aesthetic problems and literary style (characters, genre, composition, narration etc.) Using the 'peak' works of the three writers: «The Steppenwolf», «The Gift» and «The master and Margarita», the author shows that in the «between-the-wars» period of the late 20ies and 30ies, there appeard a unique literary aesthetic phenomenon, namely, mystic metaprose with its stable set of specific criteria. And this phenomenon was common to both, Russian-language literature at home and abroad, and West European literary writings.

The book is addressed to a wide range of readers, from literary critics, university lecturers and students to anyone interested in Russian and West European fiction.

«Наука логики» — важнейшее сочинение Гегеля, где рельефно выступает его диалектический метод. Классики марксизма-ленинизма высоко ценят этот труд Гегеля. 

Ленин писал, что «нельзя вполне понять «Капитала» Маркса и особенно его I главы, не проштудировав и не поняв всей Логики Гегеля». Гегель угадал диалектику вещей в диалектике понятий. Диалектика Гегеля идеалистична, поэтому Ленин писал: «Логику Гегеля нельзя применять в данном ее виде; нельзя брать как данное. Из нее надо выбрать логические (гносеологические) оттенки, очистив от мистики идей: это еще большая работа». 

«Наука логики» Гегеля дается в новом переводе.

УДК 001.5+001.94

ББК 20.3

К 20

Капульцевич А.Е.

Где находится Бог? : из сборника “Тайна предсказателей” / Капульцевич Александр Евгеньевич. – СПб.: Изд-во СПХФА, 2015. – 232 с.

ISBN 978-5-8085-0434-9

Показано, что значительное число известных ученых не отрицает факта существования Бога, однако, что стоит за этим понятием, до сих пор остается неясным. Для решения проблемы выполнен анализ некоторых невероятных событий, которые с точки зрения теории представляются случайными, однако в действительности таковыми не являются. Предложена гипотеза, согласно которой подобное противоречие может быть разрешено. Установлено, что более 4000 лет назад атлантами был создан и размещен, возможно, на Луне Искусственный разум, предназначенный для передачи цивилизации знаний различного характера. Рассмотрен информационный механизм его взаимодействия с людьми через дольмены. Стоунхендж и другие мегалитические сооружения, размещенные по всей планете. В итоге сделан вывод о том, что такие понятия, как Мировой дух, Всемирный разум, Бог и другие, на самом деле есть не что иное как Искусственный разум, выполняющий свои функции по настоящее время.

Но ты человек, который родился свободным, и, даже после двух детей, ты хочешь иногда вспоминать тот мир и время, когда ты был счастлив, и твоя будущая жена, казалось тебе хрупкой бабочкой, которая порхала вокруг тебя вместе со своей мамой, и ты думал, что это и есть счастье. Когда через несколько дней после рождения ребенка, ты вместо порхания встречаешь требования о сдаче зарплаты и полной капитуляции, ты теряешься, чувствуя, что прощальный остаток своей жизни, заканчивается рано и о чем не пишет ни одна статистика, и она будет похожим на рабство. Твоя теща до этого накрывавшая стол, и стоявшая рядом, чтобы выполнить все твои желания, теперь на твою просьбу поесть показывает на помойное ведро, и единственный выход – это принять, забыть, чтобы вернуть свой облик. В общем ты готов к бунту, а потом будь, что будет, и ты заходишь, в первую дверь, учитывая все последствия. Но желание свободы, которое оценивается напитком забвения, не так уж и дорог, по сравнению с тем, что ты хочешь забыть.

«Иисус для неверующих» – впервые издающаяся на русском языке одна из самых известных – бурно обсуждаемых, разобранных на цитаты книг Джона Шелби Спонга, епископа, которого одни называют опасным безбожником и самым лютым еретиком нашего времени, а другие – вдохновенным пророком живой веры и предтечей новых глобальных сдвигов в религиозном мировоззрении. Сегодня, когда церковные догмы и порядки для многих стали бессмысленными, а традиционные формы христианства, завязанные на всяких сверхъестественных чудесах и средневековых легендах, необратимо скатываются в прошлое, как никогда важно разобраться, а что на самом деле стоит за учением об Иисусе из Назарета, которое столетиями распространяла официальная церковь. Было ли что-то жизненно важное тогда и есть ли сегодня, может быть, даже божественное, во всем этом? Спонг радикально разбирает евангельские повествования, разрушая застывшие железобетонные стены, под которыми Иисуса и его учение погребли столетия церковной идеологии, и рассказывает о религиозных барьерах и тупиках, которые ограничивают разум, веру и человечность и отталкивают от церкви сегодня, противореча вести Иисуса.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Материалы по медицинской службе катастроф

Конспекты по обязательной 35 -часовой программе обучения врачей и средних медицинских работников по вопросам гражданской обороны,

ПРОВЕРКА ГОТОВНОСТИ СЛУЖБЫ МЕДИЦИНЫ КАТАСТРОФ Методические рекомендации

САНИТАРНО- ПРОТИВОЭПИДЕМИЧЕСКОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЭВАКУАЦИИ ПОСТРАДАВШЕГО НАСЕЛЕНИЯ И ИНФЕКЦИОННЫХ БОЛЬНЫХ В ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЯХ

Конспекты по обязательной 35 -часовой программе обучения врачей и средних медицинских работников по вопросам гражданской обороны, предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, рекомендованной Минздравом РФ на 1997 учебный год

Ни народа, ни государства не может быть без национальной идеи, которая объясняет их присутствие в мире. Россия как непобедимое государство и русский народ-Богоносец выращены Православием. Оно и есть национальная идея России. В нём соединённость краткости земной жизни с жизнью вечной и понимание полной зависимости нашей воли от воли Божией.

Русское слово, вначале устное, потом письменное, всегда славило Бога, всегда полагало основание жизни во Христе. Именно оно созидало национальный характер. Возглас русских былин постоянен: "Постоим за Землю Русскую, за Веру православную!".

Обращение братья и сестры стало привычным, будто всегда так и было. Как и не взрывали храм Христа Спасителя и Иверскую часовню при входе на Красную площадь, как и не молчали колокола церквей…

Россия в очередной раз всплывает из тех кровавых и огненных пучин, в которые была ввергнута, и показывает миру свою нетленность. Сразу скажем: ввергнута по своей вине. Как? А мировой капитал, а масоны? Но они же не сразу сели на шею, вначале же мы им поверили. Хотели жить по-европейски ("Матушка, в Париже даже извозчики говорят по-французски") – пожалуйста: приходит Наполеон и превращает Успенский собор Кремля в конюшню для французских лошадей. Захотели рай на земле, поверили, что это возможно, – пожалуйста: вот вам революция. Захотели рынка – ну и на здоровье: вот вам демократия.

Наталья Иванова пошла в разнос. "Новый реализм" умирает, премии пухнут от головокружительного количества новых книг, масса имитирующего прозу наполнителя, "литературного вещества" нет.

На сайте "OpenSpace.Ru" критик-знаменосец выдала очередную свою колонку под заголовком "Пусть сильнее грянет "Букер"". "Букер" грянул. Очередным позором. Позором системным, нарочитым. Был шанс реабилитироваться после прошлогоднего провала, но шансы у нас принято не использовать, а если уж испачкался, то следует окончательно сесть в лужу и извозиться там всласть. Но об этом позже.