Мгновение ока (Неокиберпанк)

Автоматизируется процесс следственно-розыскной работы, и вот, что получается, если задать программе «Пинкертон» вводные данные: «Орудие преступления – левый глаз, действие – моргание»…

Отрывок из произведения:

Старший оперуполномоченный Мыльный отличался крайней любознательностью, однако тщательно скрывал от сослуживцев это своё весьма полезное для работы качество. Причина была проста: в босоногом детстве будущего опера дразнили Варварой – в честь незабвенной гражданки, якобы, лишившейся на базаре носа, а ребяческие впечатления, как известно, наиболее глубоки и болезненны.

Неистребимый интерес ко всему новому Мыльный скрывал довольно хитро: скорее выпячивал, чем скрывал, мудро придавая своему любопытству черты скепсиса.

Рекомендуем почитать

В парке найден труп популярного тележурналиста Лаврентия Неудобняка. На груди убитого вырезано слово «АФЁРА». Что это: результат криминальных разборок или дело рук маньяка? Следствие по делу об убийстве ведут полковник Непадло и старший оперуполномоченный Мыльный. Следы преступления ведут в Дом литераторов.

Другие книги автора Евгений Юрьевич Лукин

Гоп-стоп! К вам подошли из-за угла...

Ну, положим, не подошли, а подлетели. Не гопники, а инопланетяне. Но факт остается фактом: мгновение – и вы похищены нахальным НЛО. И теперь вы – один из несчастных обитателей немыслимой планеты-колонии. Один из землян, похищенных незнамо для каких, однако явно гнусных целей. Жертва эксперимента. Подопытный кролик в клешнях (или лапах, или щупальцах) враждебного разума. Нравится? Ах, не нравится...

Тогда извольте сражаться и выбираться. Как? Ваши проблемы!

И весёлое ж место — Берендеево царство! Стоял тут славный град Сволочь на реке Сволочь, в просторечии — Сволочь-на-Сволочи, на который, сказывают, в оны годы свалилось красно солнышко, а уж всех ли непотребных сволочан оно спалило, то неведомо… Плывут тут ладьи из варяг в греки да из грек в варяги по речке Вытекла… Сияет тут красой молодецкой ясный сокол Докука, и по любви сердечной готова за ним хоть в Явь, хоть в Навь ягодка спелая — боярышня Шалава Непутятична…

Одна беда: солнышко светлое, катавшееся по небу справно и в срок, вдруг ни с того ни с сего осерчало на берендеев — и вставать изволит не вспозаранку, и греть-то абы как. Всполошились все: и князья, и бояре, и дружинники, и простые резчики. Ничем солнышко не умилостивить, сколько бы берендеек-идолов в жертву ему ни принести…

Кого только нету на Руси — колдуны-демократы, митрозамполиты, комсобогомольцы. И у каждого своя нечисть. У кого — заморские гоблины, у кого — родные домовые. Домовым на Руси всегда жилось несладко, но бедняге Анчутке пришлось уж настолько солоно, что порешил он бежать за кордон. Короче, эмигрировать. В сомнительной компании протопарторга Африкана, невинной жертвы гнусных политических интриг. Но… попали наши беженцы из огня да в полымя. За кордоном-то — дела ещё почище. Тут вам и криминальные местные домовые, балующиеся на досуге рэкетом, и нахальные гремлины на крутых «шестисотых», и лихая террористическая организация «Ограбанкъ». А Африкана так и просто считают засланным спецагентом. Но несмотря ни на какие вражьи происки, всё непобедимее реет над протопарторгом, как гордое красное знамя, таинственная алая аура… Рисунок на обложке А. Дубовика. Алая аура протопарторга (роман) ...И победа за нами В Стране Заходящего Солнца (рассказ) Дело прошлое (рассказ) История одной подделки, или Подделка одной истории (эссе) Манифест партии национал-лингвистов (эссе) Последнее слово автора (эссе)

Содержание: 1. Андрей Геннадьевич Лазарчук: Колдун Пролог к метароману «Опоздавшие к лету». Описывается начало войны – безумия, уничтожающего смысл человеческой жизни. Лес, пруд, плотина; мельник Освальд — молодой парень призывного возраста; вокруг него идиллистическая деревенская жизнь, стойкая гармония, в которую начинают вплетаться тревожные нотки. Отец Освальда уезжает неведомо куда; объявлена война; появляются беженцы, к Освальду прибивается китаец Лю и девочка Моника. Деревенские видят в китайце колдуна, заодно и странную Монику в ведьмы записывают, да и в самом Освальде начинают сомневаться. 2. Андрей Геннадьевич Лазарчук: Мост Ватерлоо Вторая часть блистательной эпопеи «Опоздавшие к лету». История строительства грандиозного моста, который должен помочь Империи выиграть безнадёжную, бессмысленную войну. Чтобы запечатлеть историю столь эпохального строительства, прибывает киногруппа. Но постепенно отснятые плёнки начинают показывать другую реальность. Правда и вымысел переплетаются друг с другом. Где ложь и где правда? Во что можно верить? Пусть каждый решает для себя сам...  3. Андрей Геннадьевич Лазарчук: Аттракцион Лавьери Часть метаромана «Опоздавшие к лету», продолжение романа «Мост Ватерлоо». Вполне самостоятельный сюжет, несмотря на связь с другими сюжетами этого цикла. Человек, умеющий уклоняться от пуль, сталкивается с профессиональным убийцей. Кто победит? И какова цена победы? 4. Андрей Геннадьевич Лазарчук: Путь побежденных В маленький городок приезжает, как кажется, в поисках работы художник Март Траян. И он начинает расписывать стены городского зала для торжественных актов. Вроде обычная халтура... Но художника, оказывается, зовут не Март, да и не все так просто в этом, казалось бы спокойном городишке...

Кого только нету на Руси — колдуны-демократы, митрозамполиты, комсобогомольцы. И у каждого своя нечисть. У кого — заморские гоблины, у кого — родные домовые. Домовым на Руси всегда жилось несладко, но бедняге Анчутке пришлось уж настолько солоно, что порешил он бежать за кордон. Короче, эмигрировать. В сомнительной компании протопарторга Африкана, невинной жертвы гнусных политических интриг. Но… попали наши беженцы из огня да в полымя. За кордоном-то — дела ещё почище. Тут вам и криминальные местные домовые, балующиеся на досуге рэкетом, и нахальные гремлины на крутых «шестисотых», и лихая террористическая организация «Ограбанкъ». А Африкана так и просто считают засланным спецагентом. Но несмотря ни на какие вражьи происки, всё непобедимее реет над протопарторгом, как гордое красное знамя, таинственная алая аура…

Перед вами — НОВЫЙ СБОРНИК Евгения Лукина.

Продолжение баклужинского цикла, в котором речь идет о юности Глеба Портнягина — достойного ученика Ефрема Нехорошева, и о его первых «самостоятельных делах» — забавных, жутковатых и ОЧЕНЬ ОРИГИНАЛЬНЫХ.

Спасти проклятые сны новорусской дамочки…

Помочь бедным селянам, у которых богатый сосед откачивает по трубопроводу положительную энергетику…

Наконец, найти ТРИДЦАТОГО идиота, который рискнет выкопать завороженный клад, сгубивший уже ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ добрых молодцев…

Все это — и многое другое — в одном из ЛУЧШИХ сборников МАСТЕРА отечественной фантастики!

«Оставь надежду, всяк сюда входящий!»

Эти вселяющие ужас слова на вратах Ада — первое, что суждено увидеть душам грешников на том свете. Потом суровый перевозчик Харон загонит души в ладью и доставит на тот берег реки мертвых. Там, за Ахероном, вечный мрак, оттуда нет возврата… И тем не менее, герой повести Евгения Лукина ухитряется совершить побег из Ада и прожить еще одну короткую, полную опасностей жизнь.

Награды и премии:

Интерпресскон, 1996 — Средняя форма (повесть);

Бронзовая Улитка, 1996 — Средняя форма.

А вот в Сызново кампания по выбору президента закончилась большой победой психиатрии. Так что вылечат, будьте уверены.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

В фантастическом очерке, скорее рассказе Юрия Марка описывается новый город Беломорск, построенный на Кольском полуострове. Этот город вырос возле крупнейшего в стране горно-обогатительного комбината перерабатывающего кольские апатито-нефелиновые руды.

Фантастический рассказ из журнала.

На опушке березовой рощи среди осоки и пырея возвышаются два могильных холмика. На деревянных крестах таблички с именами матери и сына – одна дата смерти еще до войны с мимиками. Могилы пусты, но об этом знаю лишь я. Они служат для того, чтобы помнить и знать, кто я такой.

Чтобы полностью не раствориться в собственном уютном мире.

* * *

– Хороший нынче денек! – помахал мне рукой из-за забора Потапыч. – Как дела, Эван?

– Да не жалуюсь. – Я воткнул лопату в землю, снял брезентовые рукавицы и нахлобучил их на черенок лопаты. Пот заливал глаза, от жары не спасала даже тень от раскидистой яблони. – Давно уже собирался яму для силоса выкопать, всё руки не доходили. Что сегодня, нет для меня писем?

«…я вступил с ними в контакт. Мне сказали, что здесь ориентир находится для пришельцев, вроде маяка, по которому их корабли находят свои базы в универсальном пятимерном пространстве. Наша на всю европейскую часть России рассчитана».

Весело щебетали птицы. Летнее полуденное солнце нежно ласкало коротко стриженную голову молодого парня в камуфляже, сидящего на краю молочно-белой безупречно отполированной ступени.

За его спиной, с обеих сторон от поднимающейся вверх лестницы желтели камни развалин. Но они не были интересны парню в камуфляже. Он спал, свесив голову, и положив руки на автомат.

Испуганно вспорхнули птицы из кустов, окружавших полянку. И на лужайку, поросшую нежной травой и полевыми цветами, вывалился встрепанный запыхавшийся молодой человек, с горящими огнем глазами, спрятанными за стеклами очков.

От издателя.

Предлагаемая вниманию читателя так называемая «Песня о первом герое» является литературным памятником III-го века до П.С. Пожалуй, единственным памятником, дошедшим до нас из той эпохи. Описываемое в «Песне:» относится к еще более ранним временам 740–950 г.г. до П.С. В современном научном мире это время является, пожалуй, наиболее спорным, но, общепризнанно, что в это были времена после коллапса цивилизации предшествовавшей нашей. Общественные отношения находились в зачаточном состоянии, следов структуры государства не наблюдалось ни в одной из известных археологических культур. Очевидно, что и мировоззренческие взгляды также были неразвиты, т. е. также не заметно следов каких-либо культов. Но именно к этому времени относится необъясненный скачок в развитии: возникает, так называемое, прото-государство, которое впоследствии раздробилось на много более мелких, происходит становление политеизма, причем культ возникших богов столь устойчив, что он дошел до нашего времени практически полностью. Очевидно, мифологизированное описание тех событий и отражает содержимое песни. При этом общепринято считать, что песня посвящена, главным образом Пришествию Сына, от которого мы ведем летоисчисление, то есть происхождению Сына и причине его Пришествия. И без того легендарный образ Сына, в свете «Песни:» приобретает и вовсе силу культа. К моменту создания «Песни:» ортодоксальная религия производит гонения на инаковерующих. Очевидно, эти пылающие костры, и залитые кровью плахи и заставляют автора романтизировать прошлое, вынуждают согласно известному принципу «Старое доброе прошлое» видеть догосударственные времена в превратном свете. Гротеск повествования столь велик, что в, так называемых, изначальных временах отрицается наличие верований как таковых.

Говорят, что звезды — это пары влюбленных, которые нашли друг друга, и даже после смерти их души остались вместе, давая жизнь звезде.

Каждая звезда светит своим светом, неповторимым. Одни пылают иссушающим светом, другие переливается многими цветами, а какие и вовсе трудно рассмотреть. И так же разняться судьбы тех, что дали им жизнь.

Кто-то из них шел друг к другу через многие миры и жизни, преодолевая многие препятствия которые есть лишь тлен по сравнению с настоящим чувством. У их ног лежали бескрайние пески и неодолимые скалы, возникали и рушились королевства на их пути, но они нашли друг друга. И целые миры, и даже сама Смерть были бессильны.

Этот человек стоял возле одинокого дерева на вершине невысокого холма лицом к городу. Перед ним под щедрыми лучами солнца, едва перевалившего за полдень, степенно несла свои воды река, добросовестно отражая стены белокаменного города, стоявшего на высоком берегу. Ветер радостно трепал каштановые, почти рыжие в свете солнца длинные волосы человека. И волосы весело плескались, заслоняя порой его лицо. Волосы радовались и смеялись солнцу и ветру, пока внимание хозяина было занято другим.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В годы Великой Отечественной войны для порчи немецких танков, в тыл противника сбрасывали контейнеры со специально подготовленными мышами.

Когда Тихону Шорохову кто-то сказал, будто, придя к власти, Ельцин чуть ли не первым своим указом разрешил в России психоанализ, тот, помнится, воспринял известие без особого удивления. Байка звучала вполне правдоподобно. На дворе клубился девяносто второй год, россиянам только ещё предстояло разграбить собственную страну, и поэтому логично было по ходу дела избавить их от комплексов.

В отличие от многих своих ровесников в бизнес Тихон Шорохов входил, как входят в холодную воду: зябко, нехотя, полный недобрых предчувствий – впоследствии, разумеется, сбывшихся. Ещё в советские времена, когда, собравшись в тесной кухоньке… Кстати, о размерах кухонь. Ползли шепотки, что, если архитектор самовольно увеличивал площадь этого идеологически неблагополучного помещения хотя бы на один квадратный метр, ослушника немедленно вызывали в Комитет Госбезопасности. Делалось это, понятно, во исполнение старого правила «больше трёх не собираться» и свидетельствовало о полном незнании собственного народа.

Однажды Леня Кологривов открывает в себе способность к гипнозу и его жизнь круто меняется. Ведь теперь он может внушать людям то что хочет…

Подлинная история из жизни Президента Сызновской Академии паранормальных явлений Леонида Кологрива.