Мертвое море

Мертвое море
Автор:
Перевод: И. Тынянова
Жанр: Классическая проза
Серия: Баия
Год: 1992
ISBN: 5-8301-0070-3

Как хорош язык Жоржи Амаду! Ровный и мягкий, певучий и сильный. Каждое предложение, как морская волна, накрывает тебя с головой соленой жизнью далеких земель. Эта книга — как поэма без рифмы, как песня, что их распевают жены моряков на бразильских побережьях.

Эта поэтичность — жемчужина книги. Она разворачивает простые и трагичные истории из жизни баиянских моряков другой стороной, раскрывая сказочное их значение, причем реальность уходит на второй план. Нищета и тяжелый труд, горе жен, чьи мужья навсегда остались в море, — каждодневные трудности людей моря, но книга не об этом. Книга о надежде этих людей на чудо, и завершается она чудом.

Рекомендуется к прочтению ценителям поэзии, потому что назвать этот роман прозой невозможно.

Отрывок из произведения:

Я хочу поведать вам сегодня истории, что сказываются и поются на баиянских пристанях. Старые моряки, латающие утлые паруса, капитаны парусных шхун, негры с татуированной кожей, бродяги и мошенники знают наизусть эти истории и эти песни. Я не раз слушал их лунною ночью на баиянской набережной против рынка, во время ярмарок, у причалов малых гаваней побережья, возле огромных шведских судов в Ильеусском порту. Людям моря есть что порассказать.

Послушайте же эти истории и эти песни. Послушайте историю Гумы и Ливии. Это история жизни у моря; это история любви у моря. А ежели она покажется вам недостаточно прекрасной, то вина в этом не тех простых, суровых людей, что сложили ее. Просто сегодня вы услышите ее из уст человека с суши, а человеку с суши трудно понять сердце моряка. Даже тогда, когда он любит эти истории и эти песни, когда ходит на все праздники в честь богини моря Иеманжи, или доны Жанаины, как ее еще называют, — даже тогда не знает он всех секретов моря. Ибо море — это великая тайна, постичь которую не могут даже старые моряки.

Сейчас файлы книги недоступны. Мы работаем над их добавлением.
Рекомендуем почитать

Без творчества Жоржи Амаду (1912-2001) уже невозможно представить не только южноамериканскую, но и мировую культуру. В своих остросоциальных романах писатель талантливо развивал мифопоэтические традиции литературы "магического реализма". Читателю предлагается один из самых известных его романов "Капитаны песка", взятый за основу фильма "Генералы песчаных карьеров".

Роман «Жубиаба» — фольклорный, он построен по принципу баллады и весь пронизан мотивами и символами народной поэзии.

Другие книги автора Жоржи Амаду

Уже издававшийся в Советском Союзе, переведенный на многие языки мира, роман Амаду «Лавка чудес» является для автора программным. Непримиримое столкновение прогрессивных и реакционных сил бразильского общества по вопросу о неграх и их влиянии на культуру Бразилии, раскованной народной стихии и узкого буржуазного миропорядка составляет идейную ткань романа. Всем ходом повествования автор отстаивает богатство и многообразие народной культуры, этой сказочной «Лавки чудес».

Один из поздних романов великого бразильца.

Одно из лучших его произведений.

Напряженный, увлекательный сюжет соседствует с изысканностью стиля, реализм — с мистическим реализмом, а жгучая чувственность — с философской глубиной.

История маленькой деревушки в засушливых степях Бразилии, за которые плантаторы в начале XX века ведут кровавые войны.

История бывшего бандита — сильного, отчаянного человека, рвущегося к богатству и власти.

История великой страсти и измены, беспредельности людской хитрости и благородства, неистовства любви, ненависти и мести…

«Бескрайние земли» — первая часть трилогии известного бразильского писателя-коммуниста, лауреата Международной Сталинской премии «За укрепление мира между народами» Жоржи Амаду.

Трилогия включает в себя романы «Бескрайние земли», «Земля золотых плодов» и «Красные всходы». Вторая и третья части трилогии были изданы ранее («Земля золотых плодов» — 1-е издание — 1948 г., 2-е издание — 1955 г.; «Красные всходы» — 1-е издание — 1949 г., 2-е издание — 1954 г.).

Мы пасли ночь, будто стадо девушек, и гнали ее к вратам зари посохами водки и дубинками хохота.

И если бы не мы, ее ориентиры в сумраке, неторопливо шагающие по залитым лунным светом лугам, как бы нашла дорогу ночь со своими яркими звездами, разорванными облаками и темной мантией? Как она, заблудшая и одинокая, стала бы пробираться по извилистым переулкам этого города, по его крутым улочкам? На каждой такой улочке — эбо[1], на каждом углу — тайна, в каждом сердце — умоляющий крик, груз любовных мук, на немых устах — вкус голода, а на перекрестках бушует эшу[2]

Действие романа относится к тридцатым годам позапрошлого века. В нем освещена борьба за бразильскую землю, борьба за то, чтобы земля сменила хозяина и перешла в руки экспортеров какао, превратив их в помещиков нового типа, выжимающих все соки из земли и работающих на ней людей по всем правилам капиталистической системы эксплуатации труда.

Еще одна история о любви — сказка, естественно.

«Подполье свободы» – первый роман так и не оконченой трилогии под общим заглавием «Каменная стена», в которой автор намеревался дать картину борьбы бразильского народа за мир и свободу за время начиная с государственного переворота 1937 года и до наших дней. Роман охватывает период с ноября 1937 года по ноябрь 1940 года.

«Тереза Батиста, уставшая воевать» — один из самых известных романов Жоржи Амаду. История вечной «жены полка» под пером великого мастера латиноамериканской литературы обретает черты то фольклорные, то миологические, а «плотный», «вкусный» текст прозы Амаду не оставит равнодушным ни одного читателя!

Популярные книги в жанре Классическая проза

Необыкновенный случай (Из галицкой жизни)

Драматический роман. Ново здесь название, а не сущность. Драматические романы писали индийцы, драматическими романами были трагедии греков, если только правильно понимать их хоры и не вырывать отдельные драмы из их трилогической связи. Драматическим романом является каждая из шекспировских хроник, этих огромных полотен, раскрывающих картину мира. Драматическим романом является «Фауст». Перечень этот можно продолжить вплоть до нашего времени. Драматический роман — противоположный полюс драмы-эпизода, пьесы, которая ограничивается тем, что драматизирует эпизод и, исходя из эпизода, приоткрывает крохотную перспективу на какую-нибудь эпоху, идею, общий нравственный принцип, жизнь, мир.

В восьмой том Собрания сочинений вошел роман «Кингсблад, потомок королей» в переводе Е. Калашниковой и М. Лорие и рассказы «Призрачный страж», «Юный Кнут Аксельброд», «Ивовая аллея», «Мотыльки в свете уличных фонарей» и «Похищенная процессия» (перевод Н. Высоцкой, А. Ширяевой, М. Литвиновой, Л. Поляковой и И. Гуровой).

Творчество английской писательницы Кэтрин Мэнсфилд (1888–1923) — яркая страница в прозе XX столетия. Главное наследие писательницы — девяносто три рассказа, созданные за ее недолгую жизнь. На Западе Мэнсфилд считают последовательницей Чехова. Большинство рассказов, вошедших в сборник, русский читатель откроет для себя впервые.

В романе рассказывается о человеке с характером и необычной судьбой. История жизни Майкла Хенчарда, сначала бездомного рабочего, вязальщика сена, затем мэра города Кэстербриджа и местного богача и снова батрака, невольно возбуждает интерес напряженностью событий.

Классический роман, в котором Лоуренс использует все данное ему мастерство, чтобы рассказать о сексуальной стороне взаимоотношений между мужчиной и женщиной, не называя вещи своими именами в силу нравов тех времен. Поэтому не надо удивляться, что это скучно или не ново - книга именно такая, в силу не обновленной тогда конъюнктуры, отсутствия сексуальной революции и свободы слова.

Вершиной творчества английского писателя, журналиста и графика Уильяма Мейкписа Теккерея стал роман «Ярмарка тщеславия». Все персонажи романа – положительные и отрицательные – вовлечены, по словам автора, в «вечный круг горя и страдания». Насыщенный событиями, богатый тонкими наблюдениями быта своего времени, проникнутый иронией и сарказмом, роман «Ярмарка тщеславия» занял почетное место в списке шедевров мировой литературы.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Андрей Амальрик

ИНОСТРАННЫЕ КОРРЕСПОНДЕНТЫ В МОСКВЕ

Жена одного американского корреспондента в Москве пригласила в гости молодого русского друга. В воротах дома их остановил милиционер.

- Вы - проходите! - сказал он, обращаясь к американке. - А вы, - он дернул за руку русского, - поворачивайте назад!

Американка пыталась протестовать, но молодой человек сразу же с испуганным лицом зашагал прочь.

- Почему же вы не пожаловались на этого милиционера? - спросил я жену корреспондента, когда она рассказала мне эту историю.

Андрей Амальрик

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО А.КУЗНЕЦОВУ

Уважаемый Анатолий Васильевич,

Я хотел написать Вам сразу же, как услышал по радио Ваше обращение к людям - тем самым и ко мне - и Вашу статью "Русский писатель и КГБ". Я не сделал этого сразу, потому что жил в деревне, откуда мое письмо едва ли дошло бы до Вас. Но, может быть, вышло даже к лучшему, что я пишу Вам несколько месяцев спустя. Во-первых, я услышал - прочесть я не мог - еще Ваши письма в Пен-клуб и г-ну Миллеру и смог лучше понять Вас. Во-вторых, могло бы показаться, что мой голос - голос, обращенный к Вам из страны, которую Вы покинули, прозвучал бы заодно с голосами тех на Западе, кто осудил Вас за Ваше бегство и способ, какой Вы избрали для этого. Это совсем не так. Я считаю, что если Вы как писатель не могли работать здесь или публиковать свои книги в том виде, как Вы их написали, то не только Вашим правом, но в каком-то смысле и Вашим писательским долгом было уехать отсюда. И если Вы не могли просто взять и уехать, как это может сделать любой человек на Западе, то заслуживает только уважения та настойчивость и та хитрость, какие Вы проявили для этого. В том, что Вы воспользовались методом Ваших преследователей и обвели их таким образом вокруг пальца, я думаю, нет ничего предосудительного, а то, что Вы Вашим невозвращением и откровенной статьей превратили зловещий донос в безобидное юмористическое произведение, может нанести вред только существующей в нашей стране магии доносов. Однако во всем, что Вы пишете и говорите, оказавшись за границей, во всяком случае, в том, что я слышал, есть две вещи, которые кажутся мне неправильными и на которые поэтому я хочу Вам со всей откровенностью возразить.

Работа А. Амальрика посвящена жизни и деятельности Г. Распутина. Автор обстоятельно рисует общественно-политическую обстановку времени, нравы царской семьи, прослеживает духовную эволюцию Распутина, его отношения с высшими лицами России. К сожалению, А. Амальрик не успел довести повествование до конца. Поэтому публикация А. Амальрика дополняется воспоминаниями князя Ф. Юсупова, организовавшего убийство Г. Распутина незадолго до Февральской революции.

Эрик Эмблер

Изумрудные небеса

Перевел с англ. А. Шаров

Помощник комиссара Скотланд-Ярда Мерсер молча смотрел на карточку, которую принес ему сержант Флекер. На картонке было выведено: "Доктор Ян Чиссар, полиция Праги". Выглядела она вполне безобидно, и посторонний наблюдатель, знавший лишь, что доктор Чиссар был беженцем из Чехии, где долго и добросовестно служил в пражской полиции, наверняка удивился бы, увидев, как на румяной физиономии помощника комиссара появляется неприязненная мина. Впрочем, посторонний наблюдатель удивился бы лишь в том случае, если бы не знал, при каких обстоятельствах помощник комиссара впервые встретился с чешским сыщиком. Неделю назад тот представил Мерсеру рекомендательное письмо от всемогущего сэра Герберта из министерства внутренних дел, и с тех пор помощник комиссара начинал пыхтеть от злости всякий раз, когда слышал имя чеха.