«Мерседес» на тротуаре

Когда зазвонил телефон, я сидел за компьютером и честно пытался одержать победу над малышом Oki Page W. Вообще, я терпеть не могу, когда телефон начинает трещать во время творческого процесса. Его панические и настырные вопли вышибают из головы мысли не хуже Майка Тайсона. А хорошие мысли и так забредают в голову крайне редко. По крайней мере, в мою. Такие мысли я пестую и охраняю, как охраняют животных, занесенных в Красную книгу. Так что, телефон, в данном случае, можно сравнить только с браконьером. Я бы отключил это противное устройство на пять лет без права перезвона, но журналисту без связи, как без женщин жить нельзя на свете, нет.

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

Ч. К. УЛАИРИ

ЧЕРНЫЙ ТОЛКИНИСТ

Скверный детектив

Обдумывался: с кошмарного сна в ночь на 5.01.1995

Начат: 13.01.1995

Закончен: 26.01.1995

Все лица и события, описанные в данной книге

вымышленные, все совпадения имен, мест и происшествий

носят чисто случайный характер.

Всякое распространение в коммерческих целях без

уведомления автора запрещено и преследуется по закону

джунглей.

Стемнело, когда двое бродяг, обойдя стороной небольшую деревню, вновь очутились на почтовой дороге. Кружной путь оказался для них утомительным: ливший весь день дождь превратил вспаханные поля в настоящее болото.

Один из бродяг был очень высок ростом, небритый, в полинялом оборванном пальто, застегнутом на все пуговицы, с помятой шляпой на затылке. Рядом с ним его светловолосый спутник с остроконечной бородкой выглядел малышом, хотя был коренаст и выше среднего роста. За время пути они не обменялись ни единым словом; лишь тот, что поменьше, оглядывался время от времени, проверяя, не преследует ли их кто-нибудь. Вскоре путешественники вновь свернули с дороги, пересекли поле и подошли к краю необработанной полосы.

Если вы покинете Плаццо дель Мина и пойдете по узкой улице, где от десяти до четырех лениво болтается громадный флаг консульства Соединенных Штатов, далее через сад, куда выходит Отель де Франс, обогнете Собор Богоматери и выйдете на чистую Верхнюю улицу Кадикса, то вы скоро окажетесь у входа в национальную Кофейню.

Около пяти часов в просторном сводчатом зале за маленькими круглыми столами обычно бывало мало народа.

Поздним летом — в голодный год — четыре человека сидели здесь и разговаривали о делах.

Владимир Валентинов

КОРИФЕИ РУССКОГО СЫСКА

Зачитываясь Эдгаром По, Честерфильдом, Конан Дойлом и другими менее именитыми авторами детективных художественных повествований, мы с трудом представляем, каковы же сыщики в реальной жизни. Автор этого очерка, заглядывая в далекую и близкую историю, рассказывает о наиболее примечательных, хотя и малоизвестных личностях в русском сыске.

ВАНЬКА КАИН

Предшественником знаменитого на весь мир Видока, шефа парижской полиции, был ставший первым профессиональным "сыскарем" печально знаменитый Ванька Каин. Его историей интересовался Пушкин, о нем издал лубочный роман писатель-самородок Матвей Комаров - для достоверности рассказа о Каине мы и заручимся свидетельством последнего, поскольку он лично встречался со своим "героем".

Виктор Волконский

СУДЬБА ПОСЛЕДНЕЙ КАПЛИ

(из цикла "Одержимые дьяволом")

1. Голос и сны

...Бессонница! Смутное время для "всяких мыслей". И каждый переживает его по-своему... Например, Димка Ханин в такие вот тоскливые часы вел с неким Голосом долгие и очень умные беседы о самых разных вещах - вплоть до квантовой механики. Потом Димка все же засьшал, а к утру начисто забывал ученые термины. Они ему, рядовому советскому снабженцу, были ни к чему. Не то чтоб интеллект не позволял. Просто это его совсем не интересовало. А появился Голос два года назад - после того как Димка попал в аварию и получил сотрясение мозга.

Татьяна Воловельская

Последний день Рамадана

Азиз принес тухлый чай и одним рывком вылил все ведро на пол. Мне захотелось отвернуться - уж больно старательно выполнял он свои новые обязанности.

Азиз, - вымученно улыбнулся ему Сахид, - хабиби, знаешь, где находится Малая Брейха?

Ана? - переспросил мальчик по-арабски, беспомощно крутя головой. Английский в местных школах почти не учат.

Да.

Нет. То есть я не знать, господина, где Малая Брейха.

Воронков Дмитрий

РОЛЬ

Плоская крыша завода была длинною почти километр. Внизу некогда находился цех холодного проката - стальной лист должен был пройти этот путь без поворотов сквозь валки, постепенно приобретая нужную толщину. По крыше запросто можно было ездить на мотороллере. План Левко был прост и остроумен. Завод занимал площадь в несколько гектаров, был обстроен гаражами и складами, огорожен бетонным забором. На то, чтобы обойти или объехать сооружение, требовалось не меньше получаса, и то, если ориентируешься в местной индустриальной географии. А по крыше на велосипеде Левко преодолевал это расстояние менее чем за минуту, спускался вниз по пожарной лестнице и спокойно уходил от возможного преследования. Весна едва разгулялась, к ночи подморозило, но ветра, к счастью, не было. Левко похвалил себя за то, что надел шерстяной спортивный костюм и куртку на меху. Из кожаного рюкзака он достал мягкое верблюжье одеяло и белоснежную фланелевую тряпицу. Прежде чем расстелить одеяло, Левко тщательно вымел рубероид подвернувшейся раздерганной метлой. Щелкнув замками кейса, он оглядел детали боевого арбалета в бархатных углублениях. Неспешно, с любовью собрал оружие, щелкнул карабинами ремня. Настелив тряпицу на бортике крыши, лег, взглянул в окуляр оптического прицела. Вход в ночной клуб "Вертеп" был ярко освещен. Разухабистая громкая музыка раздражала, мигающие огоньки балаганной иллюминации отвлекали от дела. Еще его нервировали снующие у входа левые, неинтересные для Левко люди, коммерсанты с бандитским рожами, проститутки, дамы полусвета, а более иных, быки-охранники с мощными затылками и выпученными стеклянными глазами. Мерс Червонца стоял метрах в двадцати от входа, опершись на его крышу, курил распухший от своей значимости бык. Впрочем, злость мешала работе, и Левко, презрительно поморщившись, взял себя в руки, решив думать о прекрасном. Он, бесшумно вращая никелированную ручку, натянул тетиву, послюнявив палец, поднял его вверх, чтобы определить поправку на ветер, тщательно выбрал стрелу. Хрустальные флаконы с разноцветными ядами покоились в отдельном футляре. Левко выбрал желтый, извлек притертую пробку и обмакнул наконечник стрелы в маслянистую жидкость. Капля яда упала на рубероид, расплылась, вычерняя асфальтовую поверхность. Вложив стрелу в желоб, Левко отложил оружие и взглянул на часы. Они показывали без четверти полночь - до закрытия метро время было. Он смежил веки, помассировал глазные яблоки и принялся ждать.

Игорь ЗАСЕДА

"О спорт!..

Никаких стимуляторов, кроме

жажды победы и мудрой тренировки,

не признаешь ты".

Пьер де Кубертен

1

При входе меня обыскали.

Крепко сбитый парашютист со скуластым угреватым лицом и озорными глазами бесцеремонно потянул к себе мою белую сумку - подарок правительства провинции Квебек прессе, - дернул змейку и запустил внутрь обе руки. Его короткий пистолет-автомат уткнулся в мою грудь, неприятно холодя кожу сквозь тонкую ткань рубашки. Руки парашютиста нащупали "Практику", телевик и две банки кока-колы. Фотоаппарат и объектив не возбудили у стража интереса, банки он извлек, встряхнул, настороженно поднес к уху, прислушался, удовлетворенно крякнул и швырнул в сумку.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Гордая, независимая Сьюзен превыше всего ценит долг и ответственность, готова ради этого на любые жертвы. Того же требует и от близких людей. Каково же было ее потрясение, когда она узнала, что чуть было не разрушила счастье сестры! По-новому взглянуть на жизнь, относиться к себе и окружающим более снисходительно научил ее Эдвард. Преуспевающий бизнесмен, наслышанный о Сьюзен как о властной и расчетливой хозяйке отеля, он сумел за внешней сдержанностью разглядеть в ней ранимую, страстную и удивительно щедрую натуру. Это история о любви-соперничестве двух сильных людей. До последней страницы трудно предположить, чем завершится напряженная психологическая коллизия, сумеет ли Эдвард завоевать строптивую Сьюзен.

Среди великих путешественников прошлого столетия Миклухо-Маклай занимает совершенно особое место. «Есть два типа путешественников, — писал известный советский ученый Л.С. Берг, — романтики и классики. К числу первых принадлежит Н.Н. Миклухо-Маклай».

Мемуары перебежчика, бывшего офицера советской военной разведки Исмаила Ахмедова, попросившего политического убежища в Турции в 1942 году, а затем в 1953 году выехавшего в США. Оригинал книги вышел в США в 1984 году. Несмотря на пропагандистский антисоветский характер, она представляет некоторый интерес, особенно, что касается раннего периода существования советской военной разведки, хотя достоверность некоторых моментов представляется сомнительной. В книге есть и явные ошибки, вроде путаницы двух братьев Кобуловых или утверждения, что Маяковский повесился (а не застрелился).

В переводе фамилия автора и главного героя мемуаров почему-то повсюду пишется как «Ахметов», хотя и в русских, и в иностранных источниках она пишется только как «Ахмедов /Akhmedov», поэтому здесь использован именно общепринятый у нас вариант написания.

Как из самых обычных продуктов, умело комбинируя ингредиенты, готовить каждый день новые вкусные салаты? Вооружившись данными рецептами, вы удивите родных и друзей вкусными и разнообразными блюдами из овощей, мяса, рыбы, фруктов.