Мэлис Крэш, только один шанс

МЭЛИС КРЭШ: ТОЛЬКО ОДИН ШАНС

Чистая правда, несмотря на издевательскую окраску

Совершая подвиги, не

Оставляй за спиной

Недобитых врагов

Их все равно хватит для того,

Чтобы ты вернулся в продолжении

Совет начинающему герою

ЧАСТЬ 1. В НАШИ ДВЕРИ, КАК НАЗЛО…

Я отдергиваю штору. Внизу творится форменный беспредел, обильно сдобренный полной нецензурщиной, что в целом напоминает работу оперативной системы, срок годности которой истек в предыдущем тысячелетии. А именно – очередной практически всенародный субботник по благоус(т)раиванию территории, в котором я по причине особо выдающихся заслуг перед отечеством не участвую. В смысле, по причине того, что я об этих заслугах не забыла напомнить. В пределах прямой видимости, на внешнем подоконнике нижнего этажа, треплются Сулмор и Финве. Видеть этих двоих рядом можно, но редко, поэтому я прислушиваюсь. Как обычно, самая популярная тема для разговора – лично я.

Другие книги автора Malice Crash

МЭЛИС КРЭШ И «БЕШЕНЫЕ ТАРАКАНЫ»

Чистая правда, несмотря на издевательскую окраску

Однажды Лебедь, Рак и Щука

Затеяли сыграть квартет

Некрылов

ЧАСТЬ 1. О, ЕСЛИ Б СЛУШАТЬ ТОЛЬКО ТИШИНУ…

С садистской неторопливостью из-за изрисованных корпусов общежитий «Врат истинной Тьмы» – лучшего по причине уникальности учебного заведения для темных детей-демонов – выползало, согласно заранее утвержденному графику, позднелетнее солнце. Короче говоря, неотвратимо начинался день, и сделал он это, как впоследствии оказалось, на редкость хреново. Во-первых, рано – всего-то в десять тридцать. Во-вторых, с Лоста, что само по себе означало всякую пакость в перспективе. В-третьих, был это последний день каникул, которые я, Мэлис Крэш Джайнис, единственный на данное время и пока что в принципе всемогущий демон, а по совместительству – первая ученица вышеупомянутых «Врат», провела не лучшим образом. Ну кто назовет поездочку в хейтерскую реальность нормальным отдыхом? Разве что моя лучшая подруга Сулмор, но она сама – хейтерша, и права голоса не имеет. Не вообще, а конкретно в данном вопросе. Места, в которых прошел остаток каникул, были несколько выше классом, только вот с данной частью отдыха тоже дело не обошлось без проколов. Но это было поэтическим отступлением от темы, а на самом деле я находилась (на описываемый момент) не в состоянии соображать не на тему «Как бы так убить Лоста, чтобы он сразу понял, что он здесь несколько не к месту и не вовремя?» Тем более что пробравшийся к нам в комнату под личиной девочки (его в ней уже узнают и вроде бы даже как-то называют!) Потерянный с порога поднял тему, за которую, я считаю, убить не грех, а вот не убить… Короче, эта гадина патлатая, за время моего отсутствия обнаглевшая вконец и обзаведшаяся синими очками, ворвалась в комнату номер 99 женского корпуса интерната для демонов имени Феникс и проорала:

Книга, вынужденная казаться пародией

Начало. Для тех, кто любит бессюжетику, хватит первого кусочка из трех. Остальное — для тех, кому интересно, что было дальше.

Чистая правда, несмотря на издевательскую окраску

Продолжение. Для тех, кому все еще интересно.

АНГЕЛ НА СНЕГУ

О том, как демоны становятся людьми,

Не написано и сотой доли той макулатуры,

Что посвящена обратному процессу.

Это понятно – такая ситуация нереальна.

Но что, если…

Впрочем, «если» уже произошло.

1. О непредвиденных последствиях ссор

«Что она о себе возомнила?» – думал Пейнджел, лихорадочно собирая рюкзак. Время возвращаться в родной шкаф пришло на два месяца раньше, чем предполагалось. И не надо смеяться – встроенный в нишу гробик без полок два на метр на полтора был самым завидным апартаментом в общаге третьего прихода. Но точившие на это место без солнца зубки товарищи круто обламывались – от своей привилегии обитать там Пейнджел никогда бы не отказался. А что спать стоя приходится, так все решаемо при условии грамотного применения искусственной гравитации. Но каким бы уютным ни был шкаф (понимаете, стопроцентная звукоизоляция не везде встречается), все равно перспектива в одиночестве торчать в нем до возвращения дочки из «Пути истинного Света», где та изъявила желание учиться, была несколько мрачноватой. Поэтому Пейнджел предпринял очередную попытку восстановить отношения с ее матерью. Не потому, что других кандидатур не было – просто Дж’ала стояла в длинном списке на первом месте. По старой памяти она вполне благосклонно приняла вампирчика, но Пейнджел позабыл старое правило «Чем меньше женщину мы любим, тем больше мы ей надо», поскольку всегда руководствовался им, изменяя вторую часть на «тем больше времени на сон». В условиях некоторого дефицита бывшего сильного пола даже хейтерши были вынуждены цепляться за попавших в их сети парней. К сожалению, Дж’ала была не просто хейтершей. Ее время от времени заносило в такие теологические дебри, что на крыше это сказывалось не лучшим образом. Вот и сейчас, вбив себе в привлекательную головку, что наличие такого совершенного представителя мужского рода мешает ей адекватно воспринимать окружающий мир, Джей решила для разрядки нервной системы устроить небольшой скандал. Скандал был устроен в клубе «Малина» – перестроенном сортире, как его всегда называл Пейнджел. Оное здание располагалось в кустах растения, давшего ему имя, причем так удачно, что без царапин туда никто еще не приходил. Итак, дойдя до точки кипения металла еще по дороге («забыв», что пойти в «Малину» была ее идея, Дж’ала обвинила в повреждении своего кожного покрова спутника, не успев переступить порог клуба), пара, так и не согласовавшая свои отношения с гипотетически не существующими высшими силами, устроила нечто до крайности безобразное. Народ в количестве трех штук порадовался бесплатному развлечению. На свою беду, утомленный непонятным поведением подруги жизни Пейнджел забыл правило номер два: «Никогда не соглашайтесь с женщинами, они тут же изменят мнение» и предложил временно разбежаться, дня на два, и трезво оценить ситуацию. В ответ на это Джей ликвидировала одну из бутылок светлой отравы с нарисованной на этикетке дохлой мышью и заявила, что ангелочек может уматывать туда, откуда прибыл и даже дальше, поскольку она его видеть не хочет. Тут до Пейнджела дошел его промах, но он немедленно повторил сомнительное достижение. В смысле, сообщил Але, что без ее присутствия мир резко светлеет и сам он не знает никого, кто так кардинально менял бы его отношение к жизни с умеренной ненависти на лютую. Джей только что вынесло на гребне светлой настойки из зарослей заповедей хейтерского кодекса, она обиделась и велела убираться из ее палатки на сверхсветовой скорости. Пока она сама не соизволит вспомнить о существовании угрозы общественного спокойствия по имени Пейнджел. В общем, поговорили. Проверив наличие всего небольшого набора вещей, хейтер покинул разбитую на крыше какого-то бывшего завода палатку и спустился вниз, пользуясь лестницей. Исключительно по той причине, что хотелось прыгнуть, желательно на дурную голову. Девятнадцатый приход, он же обладатель рекорда по количеству ортодоксалов и шокеров, занимал семь зданий у самой границы населенной людьми зоны с одной стороны и города с другой. По кодексу, предписывавшему по возможности воздерживаться от сверхспособностей, когда они облегчают жизнь, несколько кварталов до третьего прихода требовалось переться на своих двоих. С целью избежать ненужных жертв среди слабонервного населения, Пейнджел экипировался по типу наиболее встречающихся в последнее время в зоне товарищей. То есть – кожаные штаны, позаимствованная по доброй традиции из соседней палатки майка с надписью, ничего не говорившей предыдущему владельцу (разве что когда тот пребывал в состоянии белой горячки), а теперешнему – тем более, и косуха с металлическими побрякушками (тоже не так давно примеченная в состоянии плохого лежания). Заостренные от природы уши потомок трех признанных великими наций (демоны Хаоса, вампиры, и со стороны отца – нолдоры, но это уже из области подозрений) убрал, переделав под стандартные человеческие, то же самое он проделал и с клыками. В общем, получилось нечто очень напоминающее человека офигительной красоты с ярко-красными волосами. Но такой цвет встречался не так редко, как можно было подумать. Город до занесения в него по второму разу человеческой заразы напоминал хорошую работу нейтронной бомбы (чисто, тихо, материальные ценности на месте), но непредельщики, с которыми честные хейтеры были вынуждены делить территорию, нуждались в материале для экспериментов, а к этой категории люди в основном и относились. Конечно, с великой радостью чокнувшиеся на почве науки товарищи резали бы своих собратьев-демонов, но Феникс вовремя откинула коньки, и до этой реформы дело не успело дойти. Пейнджелу было давно до пятой точки, кто там сидит в шефском кабинете, а негативного отношения к Феникс он, как и все хейтеры, при всем уважении к обязывающему ненавидеть все закону, испытывать без труда не мог. Без этой выпирающей из рамок личности они до сих пор бы пробавлялись мелкими пакостями, ловя взгляды в стиле «вы б работать пошли, что ли». А так – свой мир, гора возможностей развиваться внутренне и внешне, поддерживая баланс между отношением к окружающему и отношением окружающего. Если бы еще без непредельщиков… Хотя, так даже лучше. Больше свободы в выборе жертв. Пейнджел хмыкнул. Он остановился уже на территории людей. У него был выбор – возвращаться в шкаф или попытать счастья с другими знакомыми. Нет, если бы Джей не строила из себя ненормальную с упорством, достойным лучшего применения, и приняла наконец как должное, что их отношения можно классифицировать как приемлемую и рекомендуемую темную любовь… Конечно, «что это за темная любовь, когда нам одинаково хорошо?», цитата от Алы… Зря он признался в своей легкой склонности к мазохизму… А ведь так все хорошо начиналось, и сам же испортил. Пейнджел вспомнил, как началась эта связь. Красноглазая девчонка, отбитая им у предыдущего кавалера (полноправного обитателя «Экзотика») всего одним комплиментом («У тебя лицо невинной жертвы, и немного есть от палача», написал он тогда на листке для записей и послал ей), неожиданное рождение дочери, которое они совершенно не планировали, первый разлад («Я не собираюсь всю жизнь посвящать этой девчонке, она твое отродье, забирай ее себе!»)… Да, Алару он тогда действительно забрал, увез с собой в Департамент, где поселился у мемориального кактуса, упертого волнистыми на тысяча сто пятнадцатый с целью привлечения большего количества народа в свою ветку. Неудивительно, что девчонка научилась читать по вытащенным из мусорки книгам Нострадамуса – другой литературы не было. Маленькая Алара не поддавалась на провокации соседей – тогда еще не было отдельной реальности для хейтеров, Феникс еще только думала занимать шефское кресло под именем Крэш, и особых альтернатив, кроме тысяча сто пятнадцатого и местных команд суженной специализации, для молодежи не существовало – и решила быть хейтершей, хотя Пейнджел и не думал настаивать. Потом к власти пришла Феникс, Джей на короткое время вернулась в семью, Пейнджел с головой погрузился в проблемы родного третьего прихода, воевавшего с непредельщиками за здание, определенное под общагу, и за время этих боевых действий, продолжавшихся до собственноличного визита Феникс, Ала успела отравить не так давно ненужную дочку ортодоксальной ересью. Пейнджел спохватился поздно. Алара уже решила угнести саму себя до максимума. Чтобы потом не возникало проблем с обоснованием наездов на тех, кто прокололся и оказался рядом. Для этой благой цели в качестве первой ступени было избрано поступление в «Путь истинного Света», учебное заведение, основанное Феникс для совестливых демонов, по причине полного отсутствия таковых укомплектованное лентяями, разгильдяями и дегенератами. Договариваясь с местным директором, Пейнджел позволил себе честно сказать, что присутствие его дочки в стенах «Пути» будет первым по значимости благодеянием для этого места. Так вот, Алара училась без отрыва от процесса, наведываясь к отцу только на каникулах, и то не на каждых. Второй год обучения она готовилась завершить с блеском, превосходившим достижения всех соучеников, вместе взятых. А отец понимал, что бешено скучает. До такой степени, что не в состоянии придумать месть миру, соответствующую этой отрицательной эмоции. Два месяца, оставалось еще столько времени – и совершенно нечего делать! Хоть бы непредельщики опять восстали, прыщи очкастые, все одно развлечение. Так и не придя к одному мнению, Пейнджел двинулся дальше. Прямо у него на дороге совершалось нечто, почти тянувшее на долгожданное развлечение, а именно – конфликт с применением оружия. Сердце хейтера чуть дрогнуло и вернулось на место. Конфликт происходил между людьми. Ближайшая сторона (по диагонали) была одета примерно по той же форме, что и он сам. Похоже, его приняли за подмогу. Пейнджел уже хотел доставить себе удовольствие, пройдясь прямо поперек линии огня, но тут на стороне противника произошло нечто нехорошее. Один из гадов (тот товарищ, у которого имелись в наличии плохо лежащие куртки, называл их «гопники», вспомнилось Пейнджелу) вытащил предмет, опознанный хейтером как сломанная КСка. В смысле, поломка была не из тех, что мешают пользоваться излучателем по назначению, а скорее из той оперы, которая влияет на нормальную работу прибора и делает ее ненормальной. Гад целился в парнишку в точно такой же майке, какая была надета на Пейнджеле. Чувство солидарности, а также понимание того факта, что мальчик после попадания не выживет, заставило хейтера вытащить из карманного измерения энергогранату малой мощности, рассчитанную на окончательное доламывание техники, и активировать. Метнуть ее Пейнджел успел, но гад обладал хорошей реакцией и осуществил свои намерения, то есть выстрелил. Единственный способ спасти человека, непонятно чем приглянувшегося хейтеру (если бы девушка была, а так парень, только длинноволосый… кто там ржет?) был дурным до крайности, но думать было поздно. Пейнджел отпихнул парня с пути импульса и поймал весь заряд своей не в меньшей степени обросшей головой. И наступила тишина с безмолвием. В голове.

МЭЛИС КРЭШ И ОРДЕН ФЕНИКС

Чистая правда, несмотря на издевательскую окраску

Сила снова изменила тьме,

Выбирая новую личину.

Звезды просто так не зажигают.

И, тем более, не гасят без причины…

Тайлла Даан, попытка идентификации

ЧАСТЬ 1. КТО УКРАЛ ТВОЮ ЗВЕЗДУ?

–Доброе утро, народ! Начинаем комплекс особо садистских упражнений под названием «зарядка»! – и одним будильником в этой реальности становится меньше. Простите великодушно, но это было радио. И не мое для полного счастья. Значит, сейчас кое-кто получит по розовой голове.

ГОРИ ВО ЛЬДАХ

Когда я попаду в ад

Я там замерзну

Потому что во всей Вселенной

Нет места горячее моего дома

Где серебряные драконы падают с неба

И танцуют на руках ветра

Я пришел в мир случайно

Но я за него умру

Потому что во всей Вселенной

Нет места лучше моего дома

Рингил Джайнис, отрывок из дневника.

Пролог. Все мы же и Рингил, или единица в числителе.

–Помощь идет, мальчик, – сказал тяжело раненный мужчина. Перед тем, как умереть на руках мальчика с наполовину седыми волосами. Рингил не знал, как копировать людей, поэтому оставил его у дороги. Его не волновал результат очередной локальной стычки людей, бывших, несмотря ни на что, всего лишь рабочим материалом для непредельщиков. Помощь не была нужна никому в этом мире, задолго до того, как они попали сюда. «В этой жизни нам больше ничего не поможет», – припомнил Рингил слова отца. Если папуля что-либо и любил, так это конкретные описания конкретных ситуаций. Впрочем, сыну не удалось получить аналогичный опыт после пробных мытарств в человеческом обществе. Мнение касательно людей так и не изменилось. Но Рингил не любил подолгу перебирать свои воспоминания, поэтому он щелкнул кнопкой плеера и погрузился в мир воя и скрежета, который успокаивал выжженную дотла душу любого хейтера. Ненависть стала смыслом его жизни задолго до рождения. Да и в мир он пришел не то чтобы ребенком. Скорее уже подготовленным к жизни – хоть и не совсем той – демоном. «Хотя сколько во мне от того демона? Столько же, сколько и цветов в городе проклятых[ 1 ]

МЭЛИС КРЭШ И НЕВЕСТА ДЬЯВОЛА

Чистая правда, несмотря на издевательскую окраску

Когда забытые друзья

Тебя случайно позовут

В те запредельные края,

В которых люди не живут,

Когда придется прочитать

Чужие письма на столе,

Не стоит думать или ждать

Пока есть небо на земле…

Сети, «Небо на земле».

Часть 1. С ума сходят коллективно

Недосып – проблема нынешнего сто-, тысяче- и, наверное, даже миллиардолетия. Какой-то товарищ с устатку обратил первого полукровку, другие невыспавшиеся личности подвели под это дело фундамент, потом демоны перестали бороться с размножением и считать, что родители сами виноваты, пусть сами и учат то, что произвели на свет... Для юных демонов отгрохали школы, в одной из которых учусь я, Мэлис Крэш Джайнис, совсем не стихийное, но тщательно сконструированное непредельщиками бедствие, четырежды чемпионка во всех видах соревнований, ежегодно проходящих между моими «Вратами» и светлым «Путем», лучшая ученица ранее упомянутых «Врат истинной Тьмы», по совместительству – прошлая, ненастоящая, но все-таки будущая (во исполнение обязательств) звезда антиэстрады, штатный спаситель Департамента Сил Хаоса от тех бедствий, в кои сие учреждение можно ввергнуть, используя меня не по назначению или хотя бы предполагая таковое использование... А также – предводитель антиобщественников, маскирующихся под школьный актив, правоверная синтегистка (кроме того, этернистка) и, если рассеивающее поле не включать, в скором будущем – просто красавица. Дабы не умереть от скромности, вспомню, что я еще возглавляю тех самых непредельщиков (а для чего еще они меня, такую великолепную, создавали?), но в целом работаю на Вечную, шефиню вышеупомянутого Департамента. Неофициально, конечно, но это пока...

Популярные книги в жанре Фэнтези

Аннотация:

Неужели вам никогда не хотелось побывать в другом мире? Там обитают загадочные коренные жители – фейры. Они такие же как ты, только немного странные. Их планета похожа на огромную оранжерею: Чертополох, Маргаритка, Фиалка, Курара. Они никогда не живут спокойно, всё как у людей: интриги, закулисные битвы, полевые и воздушные войны, маги, добрые и злые. А ещё они очень любят легенды. Рассказывают, что когда-то планету населяли могущественные Повелители Духов – маги с невиданной силой, необычной и красочной, как и весь мир. Но постепенно обладатели древнего искусства почили во времени. И, в конце концов, на Цветне осталась единственная хранительница магии Повелителей. Её сила превратилась в тяжёлое бремя, потому что кто устоит от соблазна заполучить уникальное мастерство в собственное распоряжение?

Аннотация:

Когда тебе больно, ты устала, за окном беспрестанно шуршит дождь, вспомни, что всё в твоих руках, и ты ещё можешь стать той, кем являюсь я – Той, Что Гуляет Сама По Себе… Ведь я не так уж сильно от тебя отличаюсь, вот разве что глаза янтарные, кошачьи. И смотрят они на меня, как на лакомый кусочек… Что ж, я не запрещаю, это их проблемы, и проблемы очень крупные. Тебе хочется того же?.. Я – открыта. Одна лишь Изида не поднимала своих покрывал. Не помню почему, после того как она вышла замуж за Осириса, мы видимся нечасто… Меня зовут Бастет. Но в последнее время называют Эстела. Я сбежала из дома – в лучших традициях бродячей кошки! Я сбежала и прячусь, проживаю свою-чужую жизнь. В Санкт-Петербурге. Здесь пасмурно и не хватает родного пустынного зноя… Тише! Слышишь, песчаный шорох? Совсем как в старые добрые времена – Рыжий Ужас идёт по пятам. Сет, ослиноголовый повелитель бурь. Неужели ты снова напрашиваешься на битву?.. Так что видишь, ещё неизвестно, кому повезло больше, – тебе или мне…

Введите сюда краткую аннотацию

Блестят на солнце белые пики гор. Снег, снег, повсюду снег. Вьюга заметает, ровняя небо и землю. Смешивает их в одно белое полотно, на котором виднеется лишь одна чёрная точка. Она борется с белым миром вокруг, стараясь не исчезнуть в потоках снега. Заявляя своё право на существование… своё право на жизнь. Оставляя за собой след подобно звезде падающей с неба. След, который тут же пожирает снег. Жуткий вой ветра, поёт заупокойную для чёрной точки. Пронзительный холод, вытягивает жизнь, манит остановиться и прилечь на мягкий снег. Уснуть под пуховым одеялом снежинок. Забыть. Забыть всё что было. Забыть и уснуть на веки. Руки на ощупь перебирают снег, ползут по промёрзшей земле и тянут за собой повисшее тяжким грузом тело. Память, забрасывает разум хаотичными образами. Стараясь не дать ему провалиться в пропасть беспамятства. Не дать остановиться. Не попасть в объятия смерти. Искалеченный разум хватается за образы из памяти, что бы подтвердить самому себе, что он ещё связан с реальностью. Что всё вокруг не сон. Что ещё не всё потеряно! Ведь больше нет боли, — остался лишь могильный холод… Образы вперемешку с кровавыми пятнами всплывают, бьются и стучатся в голове с такой силой, будто пытаются пробиться наружу. Образы из памяти… В одном из них… Тёплый день раннего лета. Дует мягкий ветерок, шалит в кронах деревьев и шумит листвой. Под тенью векового дуба встали лагерем двое. Юноша и седой, покрытый шрамами, несущий их гордо как ордена, хромой, но с тем же крепкий старик. Они скрещивают мечи в поединке.

Почести и рыцарские подвиги — о чём ещё может грезить тринадцатилетний паж на службе у сеньора?! Да, Гарет был всего лишь пажом. Казалось бы, что может быть лучше, для человека жаждущего славы и желающего выделиться, чем неприятель, стоящий у ворот замка? Геройствуй до не хочу! Но нужны ли тебе подвиги, если до победы тебе не суждено дожить всего пару секунд и ты об этом знаешь?! Гарет не мог ответить на этот вопрос, но и бежать не мог. Воля слепой судьбы! Крепость в осаде, а паж должен быть рядом с сеньором. Всё то — ничего, если только, твой сеньор не Великий Магистр!

Недолгий перерыв заканчивается, а между тем дорога не кончается.

Аннотация:

Никогда не позволяйте себе недооценивать женщину!!! А тем более боевого мага.

Книга о том, как проходят обучение боевые маги и как тяжело им порой строить собственную личную жизнь. О том, на какие ухищрения готовы они пойти ради выполнения задания.

Ангел Петя

Глава I

У Петроса нестерпимо свербело в носу. Он незаметно раздувал ноздри, шевелил бровями и задерживал дыхание, но от этого становилось только хуже. О том, чтобы чихнуть или, хотя бы, почесать нос, не могло быть и речи – Петрос принимал покаяние жрецов-кандидатов, и обе руки были заняты – левая держала запечатанный флакон с каменным маслом, а в правой был свиток с поименным перечнем Ста Богов.

Нос непрерывно чесался уже больше часа. Мучения начались, как только стрелка божественной рулетки указала на Петроса, и верховный жрец в глухой белой маске первосвященника, взойдя на алтарь, известил Высоких Богов, что их волей избран новый Внемлющий в ночи. Стараясь отвлечь себя от неуместного желания чихнуть, Петрос сейчас пытался представить себе, что ощущает каждый из ста двадцати семи кандидатов, чередой проходящих перед ним. Это было не сложно – он сам уже восемь раз стоял на коленях перед тем, кого избрали Боги, и так же неискренне восславлял мудрость несправедливого жребия.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Истина может освободить её… или убить.

День Александры Райли начинался как самый обычный в её монотонной, однообразной жизни. Но высокий темноволосый незнакомец разрушил эту хрупкую иллюзию. Затащив её в гараж, он рассказывает ей всю правду про её отца. Оказывается, она дочь легендарного оборотня, метис человека и зверя. Лакомый кусочек для других оборотней. Джошуа Страйкер, ответственный за защиту вожаков Волчьей Бухты, должен отвезти Алекс в её настоящий дом.

Но с самой первой их встречи, с самого первого взгляда… Он понимает, что не сможет отдать её никому. Она — его слабость, от которой он пытается отказаться, но не может.

Только уберечь её не так просто. По городским улицам к горам Северной Каролины Алекс и Джошуа убегают от тех, кто против их любви, слияния ДНК простого человека с кровью высшего оборотня и от наёмников, считающих, что оборотень может существовать на земле лишь как мертвец. Алекс и Джошуа не могут убежать от страсти, охватившей их, и от выбора, с которым под конец предстоит столкнуться Алекс — выпустить свою сущность оборотня наружу или остаться с Джошуа как человек…

Аарон Аппельфельд, один из самых читаемых израильских авторов, родился в Черновцах. В годы войны скитался по Бессарабии и Буковине, скрываясь от немцев и румын. В пятнадцать лет приехал в Палестину. Живет в Иерусалиме. Основная тема произведений Аппельфельда — непостижимость Холокоста, ужас слепой ненависти к евреям. Многие произведения писателя автобиографичны, в том числе и навеянный воспоминаниями детства роман «Катерина».

Это поразительная история украинской крестьянки, рассказанная от ее имени. После смерти матери Катерина покидает родной дом и оказывается в услужении в еврейской семье. Оставаясь христианкой, она привязывается к окружающим ее людям, с ужасом видит, как гибнут они от погромов. Несправедливость и жестокость сородичей по отношению к евреям приводит к тому, что своего единственного сына она старается воспитать в еврейской традиции. Потеряв сына, пережив каторгу, на склоне лет она возвращается в свою деревню, где живет светлыми воспоминаниями о давно ушедших людях.

В предлагаемой книге известный французский ученый, доктор медицинских наук Луи Броуэр на основе неоспоримых фактов доказывает, что современной медициной руководит небольшая, но всемогущая группа олигархов, стоящая во главе крупных химико-фармацевтических компаний, которой удается, благодаря колоссальным финансовым средствам, подбирать нужное правительство, политиков, глав лечебных учреждений. Автор приходит к ошеломляющему выводу, что воротилы химической, фармакологической промышленности и агропромышленного сектора подготовили что-то похожее на заговор, который можно сравнить с настоящим геноцидом: чем больше больных людей, тем больше процветают олигархи, руководящие медициной западного мира. И ни одно из правительств, к какой бы нации оно не принадлежало, никогда не рискнет поставить на карту экономическое и политическое равновесие своего государства ради сохранения здоровья сограждан.

Для широкого круга читателей.

Он скользит между мирами и эпохами, нигде не задерживаясь дольше, чем на собственную жизнь, ни к чему не прикипая сердцем, которого нет. Он исполняет чужие желания, насмехаясь над собственными властителями и не тяготясь  последствиями. Когда-то он был  игрушкой, но теперь сам развлекается как умеет. Любопытствующий демон, шкодливый бог, усталый странник на полях заката.Он способен превратить в зловещую и увлекательную игру весь мир. И эту книгу заодно.