Меч Шеола

Введите сюда краткую аннотацию

Отрывок из произведения:

Взрыв прогремел неожиданно. А, хотя, положа руку на сердце и на все другие, доступные места, любой даже самый ожидаемый взрыв, всегда гремит неожиданно. Да и был ли он, этот взрыв?

Армейский открытый «УАЗик» подбросило вверх, снизу, из — под капота рвануло пламя. И ему показалось, что время потянулось мучительно медленно и неохотно. Он слышал, как противно, с зубовным скрежетом, рвется обшивка. Как лениво, подобно отсыревшим дровам в костре, разгорается пламя в соединениях бензо - и маслопроводов. Как раздувается и трещит по швам бензобак, выплевывая огонь. Картинка прямо для стоп-кадра. Типа того, «Остановись мгновенье, ты прекрасно».

Другие книги автора Николай Григорьевич Ярославцев

Самая обычная бандитская стрелка и такая же обычная милицейская операция самым необычным образом меняют судьбу двух оперов и отмороженного на всю голову «братка». Уходя от погони, он залетел в пещеру и нажал на спусковой крючок своего «ТТ». Обвал завалил выход из пещеры. Пытаясь выбраться, опера и браток пошли на свет, еле заметный в конце прохода. Но оказалось, что выстрел разрушил Забытые дороги – коридоры времени. Вся компания вынырнула в другом мире. А дальше то, что нормальному человеку и в страшном сне присниться не может – добро и силы зла, темные миры, бои, походы, эльфы и гномы, таинственные мечи…

Это – первая книга серии из восьми книг, написанных в жанре русского фэнтези о «попаданцах».

Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Введите сюда краткую аннотацию

Не зря говорят, что судьбой управляет господин случай. И даже тогда, когда об этом совсем не просят. Именно такой случай свел вместе в забытой пещере во время рядовой, ни к чему не обязывающей разборки, двух «оперов» и одного отмороженного братка. И этот же случай заставил братка нажать на спусковой крючок своего «ТТ». А дальше их судьбой двигал уже не случай, а железная закономерность. Вслед за выстрелом последовал обвал пещеры, заваливший выход из пещеры. И тот же выстрел открыл Забытые дороги — коридоры времени.

Несколько шагов на свет в конце пещеры… и они, вместо того, чтобы оказаться среди друзей, в другом мире. И другой эпохе. Обратной дороги нет 

Вторая книга.

Не всегда смерть, это дорога в ничто. Бывает и немного иначе. Так, как произошло с командиром армейской разведгруппы Олегом Ольховским, машина которого угодила на мину, так и не успев выехать из города. Повисла его растерянная душа между небом и землей, разглядывая свои собственные изуродованные останки и тщетно пытаясь увидеть свет в конце тоннеля. И одному богу известно сколько бы ей пришлось висеть, если бы не увидела ее богиня Судьбы Макошь. А дальше все, как у них, то есть богов, водится. Оказалось что именно он, капитан Ольховский, как ни кто другой, подходит на роль спасителя Мира, поскольку просыпается где – то в неведомых безднах древнее Зло. А с тем Злом кроме него и справиться больше не кому. А дальше уже все предельно просто. Дорогой Мертвых провела его Повелительница смерти в другую эпоху  и вселила в душу только, что появившегося на свет младенца Ольха и передала на попечение старого волхва Врана, который каким – то чудом, или чьей – то волей оказался в то же время и в том же месте. И жил Ольх - Радогор, как назвал его старый Вран, учился волхвованию и воинскому делу, пока беда не грянула… Полег под мечами степняков род Бэра, убит и волхв. И закрутило, завертело его. Под дедовой домовиной отыскался древний меч. И, как оказалось, не простой. Принадлежал он некогда одному из поверженных богов, яростному противнику установившегося миропорядка и самого Рода. Вернись этот меч к нему, расколет он мир, распашет одним ударом землю, зальет ее огнем и утопит в первозданном Хаосе, если не удержит Ольх – Радогор тот меч. Или меч не завладеет им. Но это все потом. Беда не к ночи нагрянет. Месяц – другой и обождать может. А пока Ольху – Радогору надо посчитаться за смерть Врана и гибель рода Бэра с дикими степняками. Спасти девушку – полонянку из неволи. И спросить с темного колдуна Упыря из Черной дрягвы – болота за все пакости роду человеческому. Ну и все остальное, по мелочи, что дороги перед ним к его ногам выложат… кикиморы, лешие, мавки…       

Популярные книги в жанре Фэнтези

Прекрасная дама сидит у окна и ждет, пока возвратится из похода ее кавалер. Простое платье белого атласа открывает руки и шею, гладкие, словно слоновая кость. Цветной шаперон надет немного набекрень, обрамляя точеное лицо и еще более подчеркивая благородную матовую бледность.

На резной кедровой подставке – пяльцы с растянутым на них кремовым полотном. Стальным копьем игла атакует матовую гладь – раз, и еще раз, и еще, насквозь, оставляя смелые стежки лазурного шелка.

Пожилой маг возится со своими мелкими хлопотами, помогая крестьянам в их нелегкой жизни. Неожиданно его настоятельно приглашает к себе сеньор. Выясняется, что в гостях у сеньора находится известный маг, который раньше был учеником старого колдуна, а потом сбежал от него. И вот теперь между магами устраивают колдовской поединок.

Во время экскурсии по музею Варина прабабка подняла уголок гобелена и нажала на кирпич в старинном камине. Тяжелая печь тихо отодвинулась в сторону и пропустила гостей.

– Зайдем в гости к хозяину! – позвала Прасковья.

И компания оказалась в потаенном уголке старинного петербургского дворца. Михайловский замок – место весьма таинственное.

Прасковья уверенно двигалась по темным коридорам.

– Куда мы направляемся? – спросил Миро­слав у Мерлина.

«Митрополит Филофей Лещинский не более сделал, как остяков перекупал, да белые рубашки надел, и оное крещением пощитал».

В.Н. Татищев

Несмотря на все старания миссионеров, христианские догматы не были усвоены хантами так, как хотелось бы деятелям русской церкви. Охотники и рыбаки и сегодня считают древних идолов и шаманов куда более надежными помощниками, чем Иисуса Христа или Богородицу.

Первая часть повести о двоих, рожденных для того, чтобы идти одной дорогой… Вот только есть ли у нее место на обоих?

В театр на детскую новогоднюю елку приходит настоящий Дед Мороз.

"Тама" - это послание без надежды. Послание между мирами и между временами.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Мы живём в мире схем и стереотипов. Это книга — авторский бунт против обыденного сознания, поиски свободы, детектив мысли. Исследуя разные культуры, нормы нравственности, законы веры и состояния души, автор выводит читателя из жизненной спячки. Его парадоксальные идеи и шоковые заключения, в конце концов, открывают путь на выход из лабиринта.

Странные и пугающие дела творятся в семействе достопочтенного купца. Кто-то из его домочадцев заключил сделку с Темным Богом и оставил открытой дверь в потусторонний мир. Отныне каждый, кто взглянет в проклятое зеркало, увидит в отражении свою смерть. Казалось бы, какое отношение это имеет ко мне — барону Вулдижу из печально известного рода Сурина? Самое прямое! На кону стоит слишком многое. В тугом узле интриг сплелись чужие тайны, заговор инквизиции и игры демонов. И мне придется найти выход из сложившейся ситуации, не прибегая к помощи ритуалов черной некромантии, иначе я потеряю больше, чем жизнь, — собственную душу.

Бойфренд — красавец и богатый наследник…

Блестящие карьерные перспективы…

А еще — поездка на Каннский кинофестиваль!

Как-то все это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Но провинциальная журналистка Кейт — наивная особа, которая еще верит в чудеса. Очертя голову она устремляется за прекрасным принцем на Лазурный берег и… оказывается в Каннах без денег, работы — и с разбитым сердцем! Реальность мало похожа на мечты и любовные романы.

Сердце придется склеить из осколков.

О прекрасном принце забыть.

И научиться наконец рассчитывать только на себя!

— Тетя Лена! Леночка! Тетечка Ленушечка! — на все голоса кричали дети, шумной ватагой врываясь в уютную девичью комнатку, всю затянутую светлым кретоном.

Сидевшая у окна совсем еще юная, но с бледным, измученным личиком девушка вздрогнула и обернулась на весь этот гам и топот, внезапно поднятый её маленькими братьями, сестрами и племянниками. Милые, круглые мордочки, окружившие ее, сияли таким восторженным оживлением, что у неё не хватило духа охладить этот восторг равнодушием. Она принудила себя улыбнуться и спросить якобы с интересом: