Майя Кристалинская - музыкальный символ поколения

Мало кто знал, что неизменная косынка, обвивавшая шею певицы — не талисман, не новомодная придумка, которую тут же начали копировать многие женщины, — она скрывала огромную человеческую трагедию Майи Кристалинской.

Никто не подозревал, почему так печально звучит её голос, почему так печальны порой песни, которые она выбирала для исполнения, что скрывается под её знаменитой косынкой…

Для просмотра напрямую из Сети – ссылка http://vilavi.ru/sud/081106/081106.shtml

Отрывок из произведения:
Опустела без тебя Земля…
Если можешь, прилетай скорей…
(1965)

«Мне важен не сам летчик, а человек, который глазами поэта смотрел оттуда на Землю» (Николай Добронравов).

Сами авторы, писавшие песню «по заказу», не предполагали, каким невероятным успехом она будет пользоваться, какая долгая и счастливая судьбы её ожидает. «Нежность» исполняли многие: Синявская, Зыкина, Гвердцители, Сенчина, но в памяти поколения 60-х осталась она — Майя Кристалинская — и её исполнение (скачать)

Рекомендуем почитать

НА ЧЕСТНОМ СЛОВЕ И НА ОДНОМ КРЫЛЕ

«Comin' in on a wing and a prayer (США, 1943). Записи: Анне Шелтон, Вера Линн.

«Бомбардировщики» (СССР, 1945). Записи: Леонид и Эдит Утесовы (два варианта).

… По странному совпадению, именно в июле 1943 года, когда Анна Шелтон записывала песню, стратегическая авиация союзников произвела несколько массированных налетов на крупнейший немецкий порт Гамбург. Например, во время второго налета, в ночь с 27 на 28 июля, армада британских «ланкастеров» сбросила на Гамбург почти три тысячи тонн бомб, а днем американские «летающие крепости» Б-17 добавили свои 770 тонн. Налеты были продолжены и в дальнейшем. Мы имеем счастливую возможность посмотреть американское кино об этом событии. Там будет все: и опасности, подстерегающие пилотов со стороны истребителей противника, и скатывающиеся вниз бомбы, и дырки в обшивке самолетов…

Другие книги автора Коллектив авторов -- Биографии и мемуары

В НОВОЙ книге ведущего военного историка собраны интервью немецких танкистов, от рядовых до знаменитого панцер-аса Отто Кариуса. Им довелось воевать на всех типах танков – от легких Pz.II и Pz-38(t) и средних Pz.III и Pz. IV до тяжелых «Пантер», «Тигров» и «Королевских Тигров», а также на самоходках, «штугах» и «ЯгдТиграх». Они прошли через решающие сражения Восточного фронта – от границы до Москвы и от Курской Дуги до Берлина. И все они, вспоминая войну против России, твердят об одном: «ЭТО БЫЛ АД!»

Воспоминания, собранные в этом сборнике, очень разные – как и люди, которые их писали. Но ни одно из них не оставит равнодушным, потому что за каждым – личная трагедия, история спасения на фоне страшного военного времени. Эти люди выжили. И во многом стали для нас примером. Примером мужества, стойкости и силы духа.

Писатель Андрей Кивинов

«Кочкари» – так прозвали Советскую Армию в погранвойсках после боев за остров Даманский в 1969 году, когда наши пограничники в одиночку сражались против китайцев и несли тяжелые потери, в то время как армейцы получили приказ не вмешиваться в боевые действия, чтобы локальный конфликт не перерос в полномасштабную войну, и поневоле «прятались за кочки»… Братство по оружию было восстановлено лишь 10 лет спустя в Афганистане, где «зеленым фуражкам» довелось не только охранять советские рубежи по обе стороны границы и наносить упреждающие удары по бандам моджахедов, чтобы не допустить вражеских прорывов на нашу территорию, но и участвовать в крупных войсковых операциях, таких, как штурм неприступной базы «духов» в Мармоле, которую не смогла разгромить 40-я армия, а пограничники разгромили! 10-тысячная группировка погранвойск, носивших общеармейскую форму и знаки различия, имела зону ответственности до 100 км в глубь Афганистана. В их десантно-штурмовых, аэромобильных и мотоманевренных группах никогда не было ни «дедовщины», ни дезертиров, а самым страшным наказанием считалось отстранение от участия в боевых действиях и отправка обратно в Союз. Только убитыми погранвойска КГБ СССР потеряли в Афгане 518 человек – недаром Среднеазиатский пограничный округ в те годы прозвали «воюющим». И вышли «зеленые» из Афганистана последними – уже после того, как генерал Громов объявил: «Всё! За моей спиной нет ни одного советского солдата!»

Эта книга освещает последние «белые пятна» в истории Афганской войны и органов государственной безопасности СССР, в состав которых всегда входили погранвойска.

Великая Отечественная война глазами противника. Откровения ветеранов Вермахта и войск СС, сражавшихся на Восточном фронте. «Окопная правда» немецких солдат и офицеров, выживших в самых кровавых побоищах Второй Мировой, чтобы рассказать, каково это – воевать против России.

Великая Отечественная война глазами противника. Откровения ветеранов Вермахта и войск СС, сражавшихся на Восточном фронте. «Окопная правда» немецких солдат и офицеров, выживших в самых кровавых побоищах Второй Мировой, чтобы рассказать, каково это – воевать против России.

Книга также выходила под названием «Окопная правда» Вермахта. Война глазами противника».

Герои этой книги — люди, которые были в ГУЛАГе, том, сталинском, которым мы все сейчас друг друга пугаем. Одни из них сидели там по политической 58-й статье («Антисоветская агитация»). Другие там работали — охраняли, лечили, конвоировали.

Среди наших героев есть пианистка, которую посадили в день начала войны за «исполнение фашистского гимна» (это был Бах), и художник, осужденный за «попытку прорыть тоннель из Ленинграда под мавзолей Ленина». Есть профессора МГУ, выедающие перловую крупу из чужого дерьма, и инструктор служебного пса по кличке Сынок, который учил его ловить людей и подавать лапу. Есть девушки, накручивающие волосы на папильотки, чтобы ночью вылезти через колючую проволоку на свидание, и лагерная медсестра, уволенная за любовь к зэку. В этой книге вообще много любви. И смерти. Доходяг, объедающих грязь со стола в столовой, красоты музыки Чайковского в лагерном репродукторе, тяжести кусков урана на тачке, вкуса первого купленного на воле пряника. И боли, и света, и крови, и смеха, и страсти жить.

Эта книга - документ истории. Впервые за 70 лет в одном томе собраны все дневники детей Великой Отечественной войны, которые удалось обнаружить журналистам «Аиф». Страшные и честные свидетельства того, через что пришлось пройти и что довелось испытать миллионам маленьких жителей великой страны. Ради памяти о них, ради сохранения этих рукописей и издана эта книга. Более половины из 35 дневников публикуется впервые.  Орфография авторов дневников сохранена. Печатается с сокращениями.

Творчество Ивана Яковлевича Билибина сыграло значительную роль в истории отечественной графики и театрально-декорационного искусства. Его иллюстрации к былинам и сказкам, получив благодаря полиграфии широкое распространение, открыли многим в начале XX века красоту русской старины. Постоянно воспроизводимые в книгах, школьных учебниках, на открытках, они по-прежнему восхищают богатством выдумки, праздничной узорностью рисунка. Талант Билибина получил объективную оценку еще в 1900—1910-х годах в трудах С. К. Маковского и Н. Э. Радлова. Статьи о художнике публиковались в русских дореволюционных, советских и зарубежных изданиях. В 1966 году вышла небольшая книга И. Н. Липович — первая монография, специально посвященная Билибину.

Популярные книги в жанре Музыка

Федор Раззаков

"Фанера" над страной

Российская поп-музыка (в просторечии попса) в нынешнем виде начала формироваться десятилетие назад - в конце 80-х. Тогда перестройка дала жизнь кооперативному движению, и многие граждане нашей страны впервые получили реальную возможность не только открыть свое собственное дело, но и продавать результаты своего труда. Не стали исключением и эстрадные артисты, которые через посредников (те самые кооперативы) стали заключать прямые договоры с концертными площадками и продавать свои выступления по рыночной цене. Цена эта имела два вида: как фиксированная сумма или как определенный процент от общего дохода концерта. Собственно, такой вид оплаты нелегально практиковался на советских сценических площадках и раньше (в этом преуспели в основном рок-музыканты), однако Закон о кооперации дал возможность заниматься этим легально. Большинство читателей наверняка прекрасно помнят те годы, когда продукция так называемых кооператоров ("самопал") стала конкурировать с продукцией государственных предприятий. Кооперативные вещи имели перед официальным ширпотребом одно достоинство: более привлекательный внешний вид. Однако в большинстве своем их качество было откровенно халтурным, то есть под красивой оберткой скрывалась туфта. То же самое присутствовало и на эстраде. Появившиеся как грибы после дождя артисты и артисточки в подавляющем большинстве были дилетантами, часто не имеющими ни голоса, ни слуха. Однако народ на их концерты валил валом (в основном, конечно, молодежь), потому что за время советского официоза ограниченный круг одних и тех же исполнителей (Пугачева, Кобзон, Лещенко, Пьеха, Сенчина, Толкунова и т. д.) успел ему изрядно надоесть. Устроители подобного рода концертов шли по нехитрой дорожке: находили смазливого исполнителя, записывали с ним в студии десяток примитивных песенок и вывозили на гастроли по Союзу (так называемый "чес"), "окучивая" в основном крупные площадки - например, стадионы. При этом песни исполнялись под заранее записанную фонограмму (на профессиональном жаргоне "лип-синк", в просторечии - "фанера"). Такая деятельность требовала от исполнителей минимальных затрат энергии, зато приносила баснословные деньги. Знаменитая группа "Ласковый май" (о ней речь пойдет ниже) зарабатывала за один концерт до 25 тысяч рублей (при средней зарплате в те годы в 120 рублей).

Федор Раззаков

"Ласковый май"

Среди множества поп-исполнителей, рожденных в конце 80-х, бесспорным лидером, на мой взгляд, являлась группа "Ласковый май", поговорить о которой интересно по целому ряду причин. Эта группа прославилась не только тем, что установила серию всевозможных рекордов (по денежным сборам за концерт, по количеству хулы, опубликованной в ее адрес в прессе, по количеству двойников), но и стала своего рода законодательницей моды на отечественной эстраде. Словосочетание "Ласковый май" на какое-то время стало обозначением музыкального течения вроде диско, рэгги и т. д.

В непредсказуемой империи на стыке Востока и Запада рок-музыке довелось претерпеть странные метаморфозы. Свежий ветер из Ливерпуля открыл новую главу русской культурной традиции; в феномене «рок-культуры» соединились непримиримые (по Киплингу) стороны света, высокое искусство и политическая оппозиция, новейшая технология и средневековая организация. Книга, которую вы открыли — не опыт популярного музыковедения, а история. Как и у всякой истории, у нашей есть начало и конец — рождение и смерть эпохи. Есть у нее и собственное имя — с тех пор как Башлачев написал «Время колокольчиков». Тогда же появился и первый вариант этой книги. Он распространялся в виде «самиздата» и по понятным причинам не включал никакой живой конкретики, которую потом можно было бы предъявить хорошим людям на допросе…

Заключительная часть субкультурной саги «Хулиганы-80» посвящена творческому этажу андеграунда в период, когда в восьмидесятые годы после ослабления цензуры, на сцены и в выставочные залы расползающейся по швам советской империи хлынул поток оголтелой самодеятельности. Это истории о том, как после прорыва на официальную сцену, все кто оказался на ней неофициально, пытались найти свое место в канве процесса, обозначенного руководством страны как Перестройка, Гласность и Ускорение.

КЛЭПТОН ВОЗВРАЩАЕТСЯ К ПРОШЛОМУ

Ни у одного, даже самого взыскательного меломана, нет сомнений в том, что Эрик Клэптон заслужил право быть введенным в галерею классиков еще при жизни. Весной 1988 года вышел его биографический, состоящий из нескольких пластинок альбом "CROSSROADS" (перекрестки) - детальная хроника его двадцатилетней творческой деятельности. Разрушив барьер сложившихся музыкальных стереотипов, Клэптон с честью выдержал экзамен на творческую зрелость. Его последние концерты, по отзывам компетентных критиков, "превосходны, игра безукоризненно точна и артистична". В конце 1988 года в интервью Дэвиду Фрике из американского журнала "Роллинг стоун", которое мы публикуем с сокращениями, Эрик Клэптон подробно рассказал о своих музыкальных склонностях и сомнениях.

Федор Раззаков

"Серебряная калоша"

Так же, как премия "Овация", "Калоша" была придумана с оглядкой на западные аналоги, в частности - на премию "Золотая клюква". "Калошу" учредили хозяева отечественной радиостанции "Серебряный дождь", которые вознамерились таким образом отмечать самые сомнительные достижения в российском шоу-бизнесе. По словам учредителей, вручение премии было задумано как шутка над столичной тусовкой и множеством без конца кому-то вручаемых премий.

Было 11 ноября, прошла неделя после того, как "The Doors" побывали в Лондоне. Рэй Манзарек представлял свой проект "Carmina Burana". Журналист взял у него интервью перед его отлётом в Штаты.

Кто знает, что будет впереди, какие испытания, обретения и потери ждут своего часа, где встретит нас любовь? Судьба совершает порой непредсказуемые повороты, чтобы преподнести подарок, когда ты уверен, что все хорошее уже закончилось и впереди не ожидаешь ничего светлого и счастливого. Но прежде судьба проведет человека через цепь проверок, чтобы сделать подношение, которое не мог предвидеть и ожидать. Может ли страсть залечить душевные раны или хотя бы сделать так, чтобы они ощущались не так явно, не врезались бы в душу, не причиняли боль?.. Ведь яркое чувство должно быть настоящим, подделка же заставляет чувствовать что-то другое, только не то, что нужно.

…«Почему мне кажется, что я тоже пою, хотя поет-то Валерий Меладзе, а я просто слушаю? Чем эта песня меня так зацепила? Ведь со мной ничего подобного не было и, наверное, не будет. А может, будет, и я только начинаю это понимать?»…

Книга посвящена братьям Меладзе.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Действие книги начинается в 1998 году в Питере. Лекс и Ник, два побратавшихся пацана из образцово-показательного детдома, не на шутку увлекаются информатикой и программированием. Однажды они взламывают локальную сеть в компьютерном клубе, принадлежащем отставному ФСБ-шнику. Череда событий, вызванных этой шалостью, заставит друзей кочевать по всем уголкам нашей страны — да и не только нашей. Тайные организации, промышленный шпионаж, быстрые деньги, кибервойны, успешные сетевые проекты, заказные убийства, воля сильных мира сего — все это и многое другое сделает в конце концов бывших побратимов смертельными врагами. И не последнюю роль в этом сыграет таинственная девушка с брелоком в виде паука из серебристого металла… Книга «Хакеры. Basic» содержит секретные сведения о некоторых событиях, которые происходили в сфере IT (и не только) за период с 1998 по 2006 год. Многие имена и названия изменены в целях безопасности проекта «Этногенез».

Одна ли это и та же страна — таинственная библейская «Шеба» (араб. «Саба»), из неизведанной глубины которой ко двору царя Соломона является царица Савская с дарами — целым караваном верблюдов, груженных благовониями, золотом и драгоценными камнями, и «Аравия Счастливая», которую при Августе пытались добыть мечом римские легионы? Но между «веком Соломона» и «веком Августа» пролегло, без малого, тысячелетие…

Археологические раскопки на территории Йемена, одновременно произведенные экспедициями из разных стран в последней трети прошлого века, рассеяли все сомнения и позволили заполнить тысячелетний «пробел» в истории. Из-под земли навстречу белому свету вышла целая цивилизация.

Ей и посвящен увлекательный рассказ руководителя французских археологов Ж.-Ф. Бретона.

Море помогало ему жить. Теплое, ласкало, успокаивало. Он заплывал подальше от берега, переворачивался на спину, раскидывал руки и лежал в состоянии невесомости, погрузившись в мир тишины, видя перед собой одно только небо. Холодное море взбадривало. Особенно штормовое. Он не спеша брел по мелководью, с наслаждением ощущая, как хлещут волны его сильное тело, как пытаются свалить навзничь. И только когда волны начинали перекатываться через голову, бросался на очередной вал и плыл, плыл, то взбираясь на гребни, то скатываясь с них, как со снежных гор. Странное чувство испытывал он в такие минуты: чем больше энергии требовала эта игра, тем больший прилив сил ощущал он, тем ненасытнее, ожесточеннее становился.

Кто-то спился, кто-то – сторчался, кто-то просто вырос и продался истеблишменту. История поколения Х закончена. Настали «нулевые» – время Поколения А. Новая Зеландия. Франция. Канада. Шри-Ланка. Средний Запад США. Людей поколения А все больше. Пока что их можно не замечать, игнорировать, не принимать всерьез. Но они… изменят мир, и это только – вопрос времени. Вопрос только, – хочет ли мир, чтоб Поколение А его изменяло?