Матрица времени

Матрица времени

"я не особо сопротивлялась, активно знакомилась с действительностью, в которой мне предстояло то ли жить, то ли влачить существование. Я стала подозревать, что от меня требуется стать одной из многих, ни лицом, ни мыслями, ни чем иным не выделяясь на общем фоне, но это меня выводило из себя."

Отрывок из произведения:

Цифры и буквы ползли вниз. Вечный поток из ниоткуда в никуда.

Мои глаза привычно выхватывали интересующие, задерживая движение на долю секунды, поправляя течение.

Эта цифра замерла сама. Значит, еще думают…

Девять. Должна родиться девочка.

Интересно, как это — родиться вновь?

Что вообще чувствуют рожденные по ту сторону? И ведь чувствуют, это я знаю точно. Но что и как? Зачем они нужны — чувства? Их многообразие меня тоже интересует. Что такое — страх, боль, любовь и ненависть. Что сейчас они вкладывают в эти слова? Что они дают телу? Как на них отзывается душа?

Другие книги автора Райдо Витич

Фрактальный коридор под присмотром аттракторов — вот что любая жизнь. Будь то инфузория или камень, цветок или человек, комета или ливень — каждый бесконечно будет проходить заданный маршрут бесконечности, пересекаясь в строго определенных точках, эволюционируя по спирали, как по спирали расположены миры, согласно своему развитию. У одних путь по восьмерке будет коротким, у других долгим, у одних затратится миг, у других век. И если в движении, в действии представить все это многообразие одновременной работы — возникает естественное ощущение хаоса. В голове, прежде всего! И только в голове.

Работа спецподразделения будущего непредсказуема. Только слаженность боевого коллектива позволяет выполнить поставленную задачу в любом времени и пространстве. И куда бы не забросила патруль временная лента, какие бы испытания не выпали на их долю, они всегда знают, что товарищи не подведут и "зеленка" будет. А значит, застрявшие во времени школьники, ученые и исследователи вернутся домой вместе с ними.

Привычно выгуливая собаку промозглым осенним утром, Макс не знал, что оно станет поворотным в его жизни. Не подозревал он этого и тогда, когда заметил отвязного тинейджера в антураже гота, пропнувшего в канал чужой дневник.

Черт дернул Смелкова подобрать тетрадь, а может сам дьявол порывом ветра распахнул перед ним исписанные листы, и заставил прочесть то, что он предпочел бы не ведать.

Так или иначе, но история, запечатленная каллиграфическим женским почерком, не оставила ему выбора. Он начал поиски брутального юнца, чтобы найти хозяйку дневника, а нашел то, что не искал. Каждый шаг по страницам чужой трагедии все шире распахивал перед ним врата личного ада и все сильнее впутывал в жуткую историю любви и ненависти, верности и предательства, нежности и крайней жестокости…

Изо дня в день она зажигала свечу возле портрета молодой женщины и долго стояла над ним, вглядываясь в родные черты. Но однажды не выдержала и, вопреки убеждениям, достала «молитвослов». Маленькая потрепанная книжица, еще принадлежавшая когда-то маме, навевала тоску. Первое желание было — вернуть ее в дебри ящика стола. Но женщина пересилила себя и открыла на первой же попавшейся странице.

― Во имя Отца и Сына и Святого Духа, ― прочла, с трудом выговаривая с непривычки…

— Да, Медуза Горгона! — величаво расправил плечи Григорий Лученок.

Диана Медников уставилась на него, как на Деда Мороза, завалившегося с подарками в июле.

Петя скромно поправил очки на переносице и покосился на последнюю инстанцию — Марину Денисову. Та булькнула в чай два кусочка рафинада и уставилась на Гришу:

— Не дают покоя лавры Шлимана?

— Да пошел он! — отмахнулся парень и скривился. Оно понятно — самолюбие у Гриши такое, что Шлиман со своим, где-то в районе хлястика сандалий наблюдается. — Я вам дело толкую, у меня, между прочим, не кофейная гуща в руке, настоящий свиток на древне русском! — потряс в воздухе ветхим листом в файле.

Он с другой планеты, она с Земли. У них разные взгляды на жизнь, разные вкусы, знания и пристрастия. Столкновение двух представителей совершенной разных рас приводит к глобальным переменам не только в их жизни..

Если б Шарль Перро вздумал написать сказку о современном Принце и современной Золушке, то выглядело бы это, наверное, примерно так: жил был скучающий олигарх и невзрачная студентка, забитая догмами о идеалах и вечных ценностях…

Мир — это люди и каковы они, таков и их мир. А гармония и счастье в четком распределении ролей, честном определении качеств личности, в осознании себя и своего назначения, а не попытке загнать себя в рамки общепринятой человеческой и общественной морали. Женщина, прежде всего хранительница — семьи, достижений мужчины, который является созидателем. И если женщина решает занять место мужчины ничего кроме беды для себя и хаоса в мир, она не сможет принести. — так считает главный герой, флэтонец.

Популярные книги в жанре Ужасы

Введите сюда краткую аннотацию

Я мало что могу рассказать о себе. Память отказывается служить мне: лишь неясные вспышки проносятся в мозгу, но они почти не оставляют следа, исчезая подобно росчеркам падающих звёзд в ночном небе. Иногда мне удаётся на какое-то время удержать тот или иной образ, я даже могу давать названия явлениям и событиям. Порой, спутанные и бессвязные воспоминания начинают сплетаться в некое подобие стройной картины, но мгновения спустя я уже не решусь утверждать, что эта шарада в чём-то может быть близка истине. Я едва могу припомнить, как оказался в этом странном месте, заполненном необычными звуками и неясными ароматами. Иногда мне кажется, что пребывание здесь связано с созерцанием какого-то зрелища, но что это за видение понять не удаётся, и, быть может, это к лучшему, ибо я опасаюсь, что картина, представшая моему взору, не предназначалась для глаз смертного. Хотя иногда я склонен видеть причину своего нынешнего положения в мрачных томах тайных манускриптов, тех что хранились в моей библиотеке, и что я по много раз перечитывал, запершись в одинокой унылой башне на краю обрыва, омываемого яростными морскими волнами. И я не могу описать обряд, сотворённый в белёсых лучах полной луны, но и он мог привести меня сюда. Или же не было ни обряда, ни книг, ни картины – и всё это – следствие безумия, овладевшего мной и ввергнувшего рассудок в пучины мрака?! Я не знаю ответа.

Немногие, наверное, помнят, как потрясло общественность сообщение о неожиданной смерти сына графа Чёрчстона во время их путешествия на Балканы тринадцать лет назад. Однако я полагаю, что имею весьма веские основания, чтобы напомнить об этом событии. По данным, которыми располагали газеты (каковые, собственно, и принято считать достоверными), во время горной прогулки, юный Чёрчстон, которому было четырнадцать лет, сорвался в пропасть, поиски же его тела не увенчались успехом в силу определённых обстоятельств. Думаю, что имею право утверждать, что мне известны эти "определённые обстоятельства". Не стану приводить здесь длинный рассказ, о том, как я получил дневник графа, который он вёл во время поездки, скажу лишь то, что я был душеприказчиком человека, которому был отдан на сохранение данный документ. Не думаю, что есть смысл приводить этот дневник в полном виде, так как множество информации не имеет для нас никакого значения. Я умышленно выпускаю географические названия, дабы места, в которых это произошло, не стали прибежищем безумствующих паломников, как слишком часто случается в наше время, когда сверхъестественное становится чуть ли не нормой хорошего тона.

Зловеще-гротескная и нравоучительная рождественская история о скряге, который укрылся от людей в своём доме. Но когда из дома ушло сострадание, в нём остался один лишь страх…

Аннотация:

Рассказ: Мистика. Идейка пришла в голову, решил записать. Это одиночный рассказ, и продолжения в ближайшем будущем я не планирую!

Всё в этом Мире подчинено Великому Замыслу. Именно он показывает кому и когда уходить. Смерть — лишь его вестница и исполнительница. Но даже у Смерти есть наблюдатели. Люди, которые следят за ней и контролируют, чтобы Она пришла к нужному человеку. Замысел неоспорим, ведь он действует всем во Благо. И если определённый человек должен умереть — он умирает. Так было всегда…

Покончив жизнь самоубийством, Лялька попадает в странную библиотеку…

Рассказ Артура Ллевелина Мейчена (Мэйчена) «Великое возвращение» ("The Great Return") взят из первого тома собрания сочинений Мейчена («Белые люди. Кн. 1»), выпущенного издательством «Гудьял-Пресс» в серии "Necronomicon" в 2001 году.

Впервые "The Great Return" опубликован в 1915 г.

Художественное оформление А. Махов.

Перевод с английского Л. Кузнецова, примечания Е. Пучковой. Перевод осуществлен по сборнику: A. Machen "Tales of Horror and the Supernatural". V. l. St. Albans: Panther. 1975.

«Мейчен никогда не писал для того, чтобы кого-то поразить, он писал потому, что жил в странном мире и прекрасно это чувствовал и осознавал» — отмечал Х.Л. Борхес.

«Алхимия слова», которой он владел во всей полноте, позволяла ему оживлять на страницах своей прозы замутненные, полустертые временем образы давно забытых легенд и традиций, чересчур схематичные формулы «тайноведения», превращая их в «живое чудо». Чудо, которое «исходит из души».

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Смутное время.

Один из самых трагических, своеобразных и интересных периодов истории нашей страны. Время, о котором ходит множество легенд и мифов.

Но каким было Смутное время не в легендах, а в реальности?

Что на самом деле происходило в России в начале XVII столетия?

Кто стоял у истоков Смуты?

Кто пытался ею воспользоваться – и кто в этом преуспел?

И наконец, как удалось боярскому клану Романовых, ранее не игравшему особой роли в истории, на изломе Смутного времени основать новую правящую династию?

Любовь, как призрак, не к каждому приходит.

Наши знания о потустороннем мире настолько скудны, а страхи настолько велики, что мы как Дон Кихоты все боремся с ветрянными мельницами, никак не в состоянии понять, что они ничего не имеют против нас.

Пролог

Сквозь специальные стекла очков было прекрасно видно как по горной тропке в темноте пробирается отряд спецназа. Один, второй, пятый, седьмой боец. Девять, как и должно быть.

Стася нажала пуговку наушника:

— Я их нашла. Вижу.

— До точки двадцать две минуты. Успеешь?

— Постараюсь.

Отключилась и ужом нырнула меж камней: нужно успеть. Приказы не обсуждают, приказы выполняют.

Для начала нужно сбить воздушкой камень со скалы. Упав на тропу, он задержит движение отряда на пару минут — уже фора.