Маркиз де Сад

Почти двести лет прошло со дня смерти французского писателя, философа и политического деятеля маркиза де Сада, но вокруг его имени продолжают бушевать страсти. Автор скандально известных эротических романов, узник, более четверти века проведший в застенках всех сменившихся на его веку режимах, председатель революционного трибунала, не подписавший ни одного смертного приговора, приговоренный к смерти за попытку отравления и к гильотине за модернизм, блистательный аристократ и нищий, едва не умерший в больнице для бедных, — все это разные ипостаси человека, нареченного в кругах богемы Божественным Маркизом. В наше время с романов де Сада смыто клеймо «запретности», изучением жизни и творчества писателя занимаются серьезные исследования. В предлагаемой читателям биографии маркиза де Сада, наиболее полной из изданных в настоящее время на русском языке, автор делает попытку разобраться в противоречивой личности маркиза, связать творчество писателя с превратностями судьбы.

Отрывок из произведения:

В июле 1990 года в Аркейе, месте самого знаменитого бичевания Сада, плакаты на фонарных столбах и институте Мариуса Сидобра приветствовали Нельсона Манделу. Анилиновые краски, расцветившие жалкую городскую улицу, освежали в памяти ставшие уже историей пестрые надписи на бетонных стенах общественных зданий: «Свободу Манделе». Аркей, бывший во времена старого режима любимым местом отдохновения богатых и титулованных особ, ныне скорее похож на подвергшийся жесточайшей бомбардировке городок с вызывающе возвышающимися крепостными блоками линии Мажино. Отчаянное сопротивление высотным постройкам Парижа, ведущим наступление с южного направления, оказывают последние из уцелевших вилл восемнадцатого века, увитые плющом, прежние названия улиц, просуществовавшие до самого последнего времени, надежно погребены экскаваторами и башенными кранами. Топография Аркейе времен Сада канула в Лету. Только временный дорожный знак желтого цвета указывает в том направлении, где когда-то стоял petite maison[1]

Популярные книги в жанре Историческая проза

Морис Симашко

ХАДЖ ХАЙЯМА

Откуда мы пришли? Куда свой путь

вершим? В чем нашей жизни смысл7

Хаиям

Мертвый камень отражался в глазах человека. Вздыхали, беззвучно плакали верующие. Губы их неслышно выговаривали знак бога и имя пророка его...

Человек смотрел на камень. Всю жизнь знал он его тупую, беспощадную тяжесть. И вот наконец увидел прямо перед собой...

Было жарко, но камень был холодным. Или это только казалось ему... Когда же впервые почувствовал он этот проникающий холод?..

Сёмкин Кирилл

По мотивам пеpвой книги Геpодота "Клио"

Солнце медленно вставало над государством лидийцев. Hаступал еще один день правления Кандавала, сына Мирса; род которого царствовал здесь в течение 22 людских поколений, 505 лет.

Гигес, служивший при царских покоях телохранителем, еще и не ложился. Он бродил всю ночь по дворцу, находясь в своих раздумьях. И только сейчас, когда послышались утренние звуки с товарной площади, он спустился к Галису, что течет с юга на север и впадает в море, называемое Евксинским Понтом, чтобы умыться и привести свои мысли в порядок. А думал он о прошлом разговоре с правителем. Кандавал был очень влюблен в свою жену, он гордился ей и считал, что нет на свете женщины красивее ее. В разговорах с Гигесом он часто хвалил царицу, но в прошлый раз он сказал: " Гигес, ты, кажется, не веришь тому, что я говорил тебе о красоте моей жены (ведь ушам люди доверяют меньше, чем глазам), поэтому постарайся увидеть ее обнаженной". Гигес громко вскрикнул от удивленья: " Что за неразумные слова, господин, ты говоришь! Ты велишь мне смотреть на обнаженную госпожу? Ведь женщины вместе с одеждой совлекают с себя и стыд! Давно уже люди узнали правила благопристойности и их следует усваивать. Одно из них главное: всякий пусть смотрит только за своим. Я верю, что она красивее всех женщин, но все же прошу: не требуй от меня ничего, противного обычаям". Гигес пытался всячески отклонить предложение царя, боясь попасть в беду из-за неразумия повелителя, но Кандавал возразил ему такими словами: " Будь спокоен, Гигес, и не бойся: я сказал это не для того, чтобы испытать тебя, и моя жена тебе также не причинит никакого вреда. Я подстрою сначала все так, что она даже и не заметит, что ты ее увидел. Тебя я поставлю в нашем спальном покое за закрывающейся дверью. За мной войдет туда и жена, чтобы возлечь на ложе. Близко от входа стоит кресло, куда жена, раздеваясь, положит одну за другой свои одежды. И тогда ты сможешь спокойно ею любоваться. Если же она направится от кресла к ложу и повернется к тебе спиной, то постарайся выйти через дверь, чтобы она не увидела тебя". Гигес больше ничем не мог возразить своему хозяину, ему оставалось только покориться. В этот же день Кандавал провел своего телохранителя в царский спальный покой.

Елена Старыгина

Зарево

Моим дорогим друзьям Михайловым

и Селивановским - посвящаю...

ПРЕДИСЛОВИЕ

Крупные капли дождя упали на сверкающие лаком крышки гробов, и небо, которое знает все о смерти и бессмертии, разразилось громом. После долгих беспутых десятилетий прах Николая II обрел, наконец, покой. Земля приняла в свое лоно зверски убиенного.

Лето после горбачевской оттепели...

Тысячи некогда отверженных, родившихся, выросших и состарившихся вдали от настоящей родины, впервые ступили на землю, которая вдохнула жизнь в их отцов и дедов - они уже не чаяли узнать что есть русская земля.

A propos: город Себеж находится на юго-западной границе России в Псковской области на расстоянии 20-30 от Белоруссии и Литвы, практически на трассе Москва-Рига. Город раскинулся на берегу очень живописного озера. Но главная достопримечательность - Замковая гора - полуторокилометровый язык шириною где-то пятьдесят - сто пятьдесят метров, который как бы разделяет озеро на две неравные части. С Замковой горы открывается величественный вид на окрестности.

Дмитрий Веприк

Чаша

Мне скучно, бес...

1. В темноте.

С некоторого времени, по ночам, ко мне стал заходить сатана. Hе сопровождая свои внезапные появления вспышками пламени и запахом серы, он возникает, когда я остаюсь один, когда в сомнении или тоске, когда на душе моей черная желчь, а на языке пустые проклятия, когда я равно далек от пустых надежд и наивной веры. Он многолик, как человек из толпы, ему одинаково впору любой наряд, но иногда он все же предпочитает тот проверенный и старомодный, в каком видал его еще Фауст - щеголь в плаще и ботфортах, в линялом берете с петушиным пером, с улыбкой на тонких губах и фейерверком острот на блудливом языке.

Полевые гвоздики пахли ванилью, будто праздничный пирог. Михаил Яновский вздохнул, сделав такое открытие, потому что любил домашние пироги, а два дня ел только хлеб с холодным мясом и не знал, доведется ли ему еще когда-нибудь попробовать чудесных пирогов и пышек. Даже печь, где их обычно пекли, больше не принадлежала ему. Яновщину разграбили, загоновая шляхта Волчанецкого сожрала все, вплоть до незрелых, твердых, как палка, груш, а сам он, Яновский, стал преступником, которого, наверное, ищут. Нужно поспешать к незнакомому дяде по матери Якубу Знамеровскому. Он, говорят, сильный человек, не побоится Волчанецкого, он защитит. Дядя должен встретить его приветливо, посочувствовать, а потом — кто знает, — может, отнимет у Волчанецкого загаженную Яновщину и опозоренные могилы предков. Он это сделает! Он сила, а сила — все на земле.

В центре повествования — убийство министра внутренних дел Дмитрия Сергеевича Сипягина (1853 — 1902), совершенное саратовским студентом, эсером Степаном Валериановичем Балмашевым (1881 — 1902) 2 апреля 1902 г. в Петербурге. Детали происшедшего в основном совпадают с документальной версией, частично изложенной А. С. Сувориным в его «Дневнике» (М., 1992). Автор повести был знаком с Балмашевым (упоминание о нем есть и в «Мужицком сфинксе»), канва произведения — автобиографическая.

Исторической канвой романа «Тень Ирода» («Идеалисты и реалисты») стало следственное дело Левина, из архива Тайной канцелярии. Достаточно достоверно обеспечены и другие линии романа, касающиеся царевича Алексея и его сторонников, распространение в народе учений Григория Талицкого о Петре — антихристе, об истории раскола и др. Многие из затрагиваемых в романе сюжетов долгое время были «белыми» пятнами нашей истории. Судьба героев романа дает повод для размышления об исторических судьбах русского народа, о величии путей, пройденных им.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Стивен Дональдсон

Червь-победитель

Безумие и Черный Грех

И Ужас - ее сюжет.

Эдгар Аллан По, "Лигейя"

Не успев осознать, что он делает, он взмахнул ножом.

Дом Крила и Ви Сампов. Гостиная.

Ее полное имя Вайолет, но все называют ее Ви. Они состоят в браке уже два года, и она не цветет.

Их дом скромен, но удобен - Крил занимает в своей фирме хорошее место, хотя повышений не получает. В гостиной многие вещи лучше пространства, которое занимают. Хорошее стерео контрастирует с состоянием обоев. Расстановка мебели указывает на определенную степень горького бессилия: нет никакой возможности расположить диван и кресла так, чтобы сидящие в них не видели пятен сырости на потолке. Цветы в вазе на угловом столике настоящие - но кажутся пластиковыми. Вечером лампы отбрасывают тени в самые неожиданные места.

Стивен Дональдсон

Любитель животных

Я стоял перед клеткой Элизабет, когда за правым ухом загудело: меня вызывал инспектор Морганстарк. Я немного удивился, но не показал этого. Меня натренировали не проявлять эмоции. Коснувшись языком переключателя возле коренного зуба, я сказал:

-- Вас понял. Буду через полчаса.

Gришлось произнести это вслух, чтобы приемники и магнитофоны в Бюро записали мои слова. Имплантированный передатчик был не настолько чувствителен, чтобы улавливать мой шепот (иначе мониторы непрерывно записывали бы, как я дышу и глотаю). Но вокруг никого не было, и я не опасался, что меня подслушают.

Ничем не примечательный американец Томас Ковенант заболевает проказой и становится изгоем. Привычный мир отворачивается от него. И тогда ему открывается новый мир, в реальность которого он отказывается верить, полагая, что Страна эта является лишь его болезненным бредом. Так это или иначе, но Страна нуждается в его помощи...

«Проклятие Лорда» — первый роман из знаменитого цикла Стивена Дональдсона «Хроники Томаса Ковенанта Неверящего». Выход этого романа произвел настоящую революцию в жанре фэнтези. Западные критики называют «Хроники...» вторым по значимости после «Властелина Колец» циклом, сформировавшим облик современной сказочной фантастики.

И вновь мрак сгущается над магической Страной, и бесконечные метели пытаются сломить мужество воинов, и холодное зимнее солнце, разрубленное мечами на тысячи бесчисленных бликов, слепит армии Врага. Томас Кавенант, прозванный Неверящим, снова помогает своей второй родине, его руки снова в крови, а душа по-прежнему сумрачна… И непроходящий, неодолимый страх пробуждения не покидает его мятущееся сознание. Что будет ждать его там, за гранью сна, в мире, который он всю жизнь считал реальным?..