Марк Захаров - 'Я - главный самец в львином прайде'

Марина ДАВЫДОВА

МАРК ЗАХАРОВ: "Я - ГЛАВНЫЙ САМЕЦ В ЛЬВИНОМ ПРАЙДЕ"

В понедельник Марку Захарову исполняется семьдесят лет. Этот юбилей совпадает с другим - для истории театра не менее значимым: тридцать лет назад Захаров пришел в "Ленком". Вечером на сцене театра будут чествовать дважды юбиляра. Незадолго до торжества Марк ЗАХАРОВ дал полное ностальгических воспоминаний интервью Марине ДАВЫДОВОЙ.

- Вы можете сравнить свой приход в "Ленком" с приходом Товстоногова в БДТ?

Популярные книги в жанре Публицистика

«„Вслед за Ренаном Тэн!“ Такое сопоставление двух имен в некрологах французской печати, посвященных памяти недавно скончавшегося Тэна, ясно показывает, что он не уступает знаменитому Ренану в значении, как блестящий писатель Франции, как художник слова, как ученый исследователь и мыслитель. Разница между ними та, что Ренан считался выразителем идеальной и спиритуалистической стороны французского ума XIX века, а Тэн с не меньшей оригинальностью и блеском – выразителем его материалистической и скептической стороны…»

«Красота спасет мир», — сказал Достоевский. Я бы добавил к этому — сознание красоты спасет. Лишь осознанная красота преображает наши мысли, а прекрасные мысли преображают нашу жизнь…

Такими словами начал беседу Святослав Николаевич Рерих, когда мы встретились с ним и его женой, г-жой Девикой Рани Рерих, на второй день пребывания их в Москве[1]. И эти слова послужили лейтмотивом нашего продолжительного разговора о сущности эстетического и этического воспитания, о действенной силе прекрасного в становлении цельного, гармоничного человека.

«Всеобъемлющий гений Пушкина охватывал все стороны духовной жизни его времени: не только интересы искусства, в частности – поэзии, но и вопросы науки, общественной деятельности, политики, религии и т. п. Тем более энциклопедистом был Пушкин как писатель: все, так или иначе связанное с литературой, было им вновь пересмотрено и продумано…»

Статья, 1973 год, предисловие к антологии «Талисман», 1973 г.

«Аналогия, старая как сама мысль, сравнивает все явления на земле с человеческой жизнью. Все земное, как человек, родится, переживает юность, зрелый возраст, старится, умирает. Так возникают и изживают себя государства, народы, нации; так создаются, крепнут, дряхлеют и исчезают различные явления в экономической и духовной жизни человечества. Та же аналогия верна и по отношению к литературным школам: все они являются на свет в силу исторических условий, отвечая определенным потребностям жизни, выражая собою определенный склад отношений в обществе, и все должны умереть своей смертью после того, как эти условия и эти отношения изменятся…»

«Приняв поручение редакции „Печати и Революции“ сделать обзор русской поэзии за пять лет, 1917–1922, я сознавал, что беру на себя немалую ответственность и вообще как автор такого обзора, и в частности, как поэт, участник поэтического движения последних десятилетий. Прежде всего трудно было достичь полноты обзора, говоря о периоде, когда нормальное распространение книг было нарушено, когда нередко книга, напечатанная в Петрограде, тем более в провинции, оставалась неведомой в Москве. Очень вероятно, что ряд явлений, может быть, интересных, ускользнул от моего внимания. Вместе с тем огромное все-таки количество альманахов, книг, книжек, брошюр со стихами, изданных за 5 лет, которые не все можно было вновь получить в руки, заставляло о многом говорить по памяти. Вполне возможно, что, делая посильную оценку нескольких сот изданий, я в иных случаях допустил суждения, недостаточно обоснованные. Во всех этих пропусках и промахах заранее прошу извинения, не столько у читателей, сколько у товарищей-поэтов…»

Статья о неизвестных русскому читателю произведениях Жюля Верна — очерке о его личном полёте на воздушном шаре, записи сна писателя, в котром он путешествует в город будущего, а также рассказе о пневматическом транспорте под Атлантическим океаном, соединяющем Бостон и Ливерпуль.

«Армения оплакивает преждевременную кончину своего народного поэта, Ованнеса Туманьяна. Это высокое наименование Туманьян получил по праву не только потому, что, подобно большинству писателей новой армянской литературы, вышел из крестьянской семьи, но и по всему складу своей поэзии, по отношению к ней самых широких масс читателей. Туманьян родился (в 1869 г.) в горной области Лори, в деревне Дсех, и с детства сроднился с природой Армении, с укладом народной армянской жизни, сохранившей еще так много своеобразных черт старины…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Наталья Давыдова

Этот Еремеев

- Заниматься болтом и ржавым гвоздем буду я, а он пускай бы охватил весь объем работ, если он начальник! А ржавые гвозди я буду доставать. Я это лучше знаю! - кричала высокая женщина в странном сарафане, из которого она как будто выросла.

"Это невыносимо", - думал ее собеседник.

Разговор происходил на лугу, среди ромашек и колокольчиков, высокой травы и серебряного ковыля. Неподалеку сбивчиво тарахтел трактор. Пахло мятой, сухой травой, полынью, горячей землей и нефтью.

Наталья Давыдова

Федоров и Таня

- Сегодня я ему позвоню обязательно, - сказал Федоров и записал на календаре: "Позвонить Каштанову".

Полистав календарь, Федоров усмехнулся. "Позвонить Каштанову", промелькнуло пять раз за последние семь дней. А Федоров и был-то в Москве всего неделю. Но для встречи с Каштановым ему - хотелось иметь полностью свободный вечер. Сегодня командированный Федоров был свободен, а завтра он уезжал.

Наталья Давыдова

Как ты живешь, моя первая любовь?

Мы не виделись ровно десять лет. И вот мы встретились в гостинице, в номере, где я остановилась, приехав в свой родной город на конференцию. Это очень странно: приехать в город, где ты родилась и выросла, где был твой дом, и жить в гостинице, как посторонняя.

Николай пришел ко мне вечером, после работы, и в в первую минуту мне показалось, что он совсем не изменился. Точно такой, как десять, даже пятнадцать лет назад, когда мы еще учились в школе. Мы обнялись и поцеловались. А потом он крепко пожал мою руку и сказал:

Наталья Давыдова

Любовь инженера Изотова

1

От Алексея пришла телеграмма: "Встречайте воскресенье, вагон пять. Еду". Лена разглядывала голубоватый листок. Телеграмма была подана в семь часов утра.

Когда-то давно Лена спросила брата (она запомнила этот разговор):

- Алеша, тебе хочется быть большим начальником?

- Мне? - Алексей подумал. - Хочется.

- Что бы ты тогда сделал? Ну если бы, например, ты был директором завода?