Люди бездны

В этой книге описано то, что мне пришлось испытать летом 1902 года. Я отправился на «дно» Лондона с чувством, свойственным каждому исследователю. Меня убедят лишь факты, решил я, лишь то, что я увижу собственными глазами, а вовсе не поучения третьих лиц, которые не были на «дне», и даже не свидетельства очевидцев, побывавших там до меня. Скажу еще, что к жизни «дна» я подходил с одной простой меркой: я готов был считать хорошим то, что приносит долголетие, гарантирует здоровье — физическое и моральное, и плохим то, что укорачивает человеческий век, порождает страдания, делает из людей тщедушных карликов, извращает их психику.

Другие книги автора Джек Лондон

Двое путников двигаются на юг, они бегут от холодных объятий Зимы, и от смерти которую она несёт. И когда один из путников подворачивает ногу, его сотоварищ бросает спутника на произвол судьбы.

Но бедняга твердо намерен выбраться и выжить несмотря ни на что, ведь его любовь к жизни так велика.

Рассказ, написанный Джеком Лондоном в 1903-м году.

Человека невозможно смирить.

Жажду свободы невозможно уничтожить.

Такова основная тема почти неизвестного современному отечественному читателю, но некогда необыкновенно популярного фантастического романа Джека Лондона, герой которого, объявленный сумасшедшим, в действительности обладает поразительным даром усилием воли покидать свое физическое тело и странствовать по самым отдаленным эпохам и странам.

Ему не нужна машина времени – машина времени он сам.

Бренная плоть может томиться за решеткой – но разве это важно, если свободны разум и дух?..

Перед вами книга из серии «Классика в школе», в которой собраны все произведения, изучаемые в начальной, средней школе и старших классах. Не тратьте время на поиски литературных произведений, ведь в этих книгах есть все, что необходимо прочесть по школьной программе: и для чтения в классе, и для внеклассных заданий. Избавьте своего ребенка от длительных поисков и невыполненных уроков.

Повесть Джека Лондона «Зов предков» и рассказы «Белое безмолвие», «На берегах Сакраменто» и «Любовь к жизни» входят в программу по литературе для 5–7-х классов.

Он был только мальчонкой, жил вместе с отцом на заброшенном руднике и присматривал за вагонетками, переправлявшими когда-то золото через ущелье.

Однажды его соседям понадобилось срочно перебраться на другую сторону. Надвигалось ненастье, отец надолго ушел из дому… Кто поможет?

Роман известного американского писателя Дж. Лондона (1876 — 1916) `Лунная долина` — это история жизни молодого рабочего, побежденого `железной пятой` промышленного города — спрута и обретающего покой и радость в близкой к природе жизни на калифорнийском ранчо.

Конец XIX века. Элам Харниш по прозвищу «Время-не-ждёт» — успешный предприниматель, заработавший своё довольно большое состояние на золотоискательстве на Аляске. Со временем он всё больше и больше становится циничным и бессердечным по отношению к другим людям. Находясь в цивилизованных городах Окленд и Сан-Франциско, он всё равно продолжает жить и действовать по «Закону джунглей», как и в своё время на Аляске, о которой он часто вспоминает. Одновременно он ухаживает за своей секретаршей Дид Мэссон...

Давным-давно у самого Полярного моря жил Киш. Долгие и счастливые годы был он первым человеком в своем поселке, умер, окруженный почетом, и имя его было у всех на устах. Так много воды утекло с тех пор, что только старики помнят его имя, помнят и правдивую повесть о нем, которую они слышали от своих отцов и которую сами передадут своим детям и детям своих детей, а те — своим, и так она будет переходить из уст в уста до конца времен. Зимней полярной ночью, когда северная буря завывает над ледяными просторами, а в воздухе носятся белые хлопья и никто не смеет выглянуть наружу, хорошо послушать рассказ о том, как Киш, что вышел из самой бедной иглу note 1

История превращения сан-францисского литератора и художника в золотоискателя, история настоящей дружбы и любви рассказанная легко, занимательно и с чувством юмора. Джек Лондон снова в хорошо известной среде искателей приключений, но суровая действительность уступает здесь место идеализированным, увлекательным, порой опасным, но всегда счастливо оканчивающимся приключениям.

Популярные книги в жанре История

Рассказ о творчестве М. Т. Калашникова был бы неполным без упоминания нереализованного проекта автомата и ручного пулемёта под винтовочный патрон (7,62х54R), разработанных в период проведения конечного этапа испытаний лёгких автомата и ручного пулемёта – прототипов АКМ и РПК и истории разработки отечественного единого пулемёта.

Эта книга рассказывает о драматичном периоде исхода армии Врангеля из России, о судьбе галлиполийцев. Книга воспроизводит по дневникам очевидцев, архивным документам историю их жизни, борьбы за выживание, где все было посвящено главной цели — сохранению Русской армии. Исторические рамки знаменитого «галлиполийского сидения» здесь расширены от самого начала эвакуации белых войск из Крыма до начала Второй мировой войны, что дает возможность проследить судьбы участников Белого движения. В издании впервые представлены материалы общества «Родина», сохранившего многие ценные документы русских офицеров, прошедших Галлиполи. Для широкого круга читателей.

В 1874 году, в разгар «хождения в народ», предпринятого членами революционных народнических организаций, один из ветеранов демократического движения, Александр Капитонович Маликов, выдвинул теорию о «богочеловечестве» — возможности путем нравственного самоусовершенствования прийти к общему прогрессу человечества и тем самым избежать насилия над людьми, как со стороны власти, так и со стороны революционеров.

В проповеди Маликова соединились идеи христианства (которое он считал умирающим), так и различных направлений социального модернизма того времени, прежде всего социализма и анархизма. Теория А.К. Маликова, во многом предвосхитила идеи, высказанные чуть позже Ф.М. Достоевским и Л.Н. Толстым. В число сторонников новой теории вошли члены демократических и революционных организаций начала 1870-х годов, в том числе один из основателей и руководителей «кружка чайковцев» — Николай Васильевич Чайковский. Не найдя поддержки у большинства бывших единомышленников, сторонники идей «богочеловечества» отправились в США, где организовали коммуну «богочеловеков» и попытались воплотить свои идеи в жизнь.

В монографии показана история формирования движения «богочеловечества», представлены документы, отражающие их теоретические поиски. Одна из глав посвящена жизни «богочеловеков» в канзасской коммуне и причинам неудачи их эксперимента в выработке нового сознания, основанного на принципах любви, братства и справедливости. История богочеловеков продолжена рассказом о распаде коммуны, а также возвращения А.К. Маликова части его сторонников в Россию и история их знакомства с Л.Н. Толстым. Завершающий фрагмент книги — о судьбе одного из самых авторитетных лидеров демократического движения России конца XIX — начала XX веков Н.В.Чайковском, нашедшим в себе силы после крушения идей «богочеловечества» вернуться к общественной деятельности.

История может восхищать и равнодушных, и умудрённых современников, если ей не назначена роль писаной торбы, Торы или мёртвого пепла, которым посыпают молодые и старые головы. Но превращённая в труху, данная нам (не Господом) обрезанная, фальшивая история России до сих пор не вызвала покаяния и сокрушения у тех, кто её топтал.

Сегодня пришло время для новой общественной науки, способной не только обезвредить килотонны псевдонаучной лжи последних веков, но и осветить путь в ближайшие столетия.

Великие российские историки по-разному оценивали сложнейшее переплетение политических и любовных интриг и событий, происходивших на рубеже XVI–XVII веков. Но все они единодушно утверждали, что в пятнадцатилетней истории Смуты переломным стал 1612 год: в марте в Ярославле было создано Временное правительство, а в октябре отряды народного ополчения под предводительством Д. Пожарского освободили от интервентов Китай-город и Кремль.

Взяв за основу историю Мошко Бланка, прадеда В.И. Ленина по материнской линии, автор книги рассуждает о том, что значит «еврейское происхождение» в дореволюционной России, в Советском Союзе и в посткоммунистической России. Зачем еврею из Староконстантинова принимать православие? Почему его правнук, В.И. Ленин, терпеть не мог, когда людей определяют по этнонациональному признаку, с какой целью он манипулировал еврейским вопросом и отчего он не переносил еврейских марксистов? Зачем было интернационалистам-большевикам скрывать еврейские корни генеалогии Ленина? Наконец, для чего российским ксенофобам и неофашистам делать из Ленина еврея, каковым он никогда не был? Автор рассматривает все эти вопросы на широком фоне новой и новейшей русской истории и приходит к неутешительному выводу о глубоких расистских предрассудках российского официоза.

Козельщинский Рождество-Богородичный женский монастырь ведет свою историю с 80–х годов XIX ст.

В Кобелякском районе Полтавской области есть небольшое село Козельщина, бывшее родовое имение графини Софии Михайловны Капнист, перешедшее к ней по дарственной записи от Павла Ивановича Козельского, по имени которого оно названо.

До конца февраля месяца 1881 года это село не было ничем замечательно. Но вот событие, совершившееся здесь 21 февраля 1881 года, и события последующего времени сделали это село замечательным и известным по всей обширной Российской империи. Этим событием было чудо милости Божией, чудо исцеления по суду человеческому неисцелимо больной дочери графа Капниста, девицы Марии, явленное по крепкой вере и горячей молитве ее у иконы Божией Матери, которая с давнего времени составляла фамильную драгоценность, чтимую не только семьей, но и многими сторонними людьми, знавшими о существовании этой иконы. На ней изображена Богоматерь в хитоне, усыпанном звездочками; на коленях Ее покоится Предвечный Младенец, держащий в правой руке крест. В нижнем углу правой стороны св. иконы изображена часть стола, на котором стоит сосуд и лежит ложечка. Само начало иконы неизвестно за отсутствием сведений. Судя по характеру живописи, икону, очевидно, писал художник итальянской школы. От этой‑то св. иконы и получила исцеление дочь графа Капниста, девица Мария. Во время учебы в Полтавском институте благородных девиц тяжело заболела вывихом от неправильного уклона ноги в сторону. Болезнь перешла в сустав другой ноги и плеч, затем была поражена нервная система. Лечили в Харькове, на Кавказе и в Москве у знаменитых врачей. Представилась возможность обратиться за помощью к парижскому профессору Шарко. Собираясь в путь, Мария начала чистить ризу иконы и крепко молиться перед заступницей. Всю тяжесть недуга, всю скорбь и отчаяние, больная излила перед ликом Божией Матери.

Знаменитый русский историк, ректор Московского университета (1871–1877), академик Петербургской АН (с 1872 г.). Основатель яркой литературной династии, к представителям которой следует отнести его детей: Всеволода, Владимира, Михаила и Поликсену (псевдоним — Allegro), а также внука Сергея.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Сэм Стюбнер просматривал свою корреспонденцию быстро и небрежно. Как и полагается менеджеру профессионального бокса, он привык к самым разнообразным, самым диковинным письмам. Казалось, не было того чудака спортсмена, любителя бокса или фантазера, который не пытался бы навязать ему свои выдумки. Сэм знал наизусть всю ту нелепую чепуху, какая попадалась ему почти в каждой почте. То это были угрозы — от самой мрачной: покончить с ним раз и навсегда, до более миролюбивой: просто разбить ему морду, — то всякие талисманы — от кроличьей лапки до счастливой подковы, то безответственные предложения каких-то незнакомцев,

Еще в очень раннем возрасте, может быть, в силу моего врожденного ненасытного любопытства я возненавидел представления с дрессированными животными. Любопытство отравило мне этот вид развлечения, ибо я проник за кулисы, чтобы собственными глазами увидеть, как же все это делается. И картина, открывшаяся мне за блеском и мишурой представления, оказалась очень уж неприглядной. Я столкнулся там с жестокостью столь страшной, что раз и навсегда понял: ни один нормальный человек, хоть однажды увидев все это собственными глазами, уже не получит удовольствия от дрессированных животных.

Окинув еще раз долгим взглядом безбрежную синеву моря, Гриф вздохнул, слез с шаткого салинга и стал медленно спускаться по вантам на палубу.

— Мистер Сноу, — обратился он к молодому помощнику капитана, встретившему его тревожным взглядом, — атолл Лю-Лю, очевидно, на дне морском. Больше ему быть негде, если есть в навигации хоть капля здравого смысла. Ведь мы второй раз проходим над ним, вернее, над тем местом, где ему полагается быть. Либо я совсем забыл, чему меня учили, либо хронометр врет.

Д. Лондон

МАМОНТ ТОМАСА СТИВЕНСА

Первым долгом умываю руки по отношению к этому человеку. Я не автор его россказней и не беру на себя ответственности за них. Заметьте, что я делаю эти оговорки ради поддержания моей собственной репутации. У меня есть некоторое общественное положение, есть семья; ради доброго имени общины, которая оказывает мне честь своим уважением, и ради моих детей я не могу рисковать, как позволял себе раньше, и подвергаться неожиданностям с беспечностью непредусмотрительной юности. Итак, повторяю: