Любите Россию!

Генерал-лейтенант Петр Николаевич Краснов (1869–1947) был известен советскому читателю исключительно как ярый враг советской власти. Соратник Керенского по октябрю 17-го, белоказачий атаман, автор лозунга «Хоть с чертом, но против большевиков», эмигрант, гитлеровский пособник, казненный по приговору Военной коллегии Верховного суда… О том, что рожденный в Петербурге сын генерала, казака донской станицы Каргинской, являлся личностью куда более глубокой, читатель смог узнать лишь в последние годы. Атаман Краснов, к удивлению многих, оказался плодовитым литератором, автором почти двух десятков романов и повестей, неутомимым путешественником, наблюдательным военным корреспондентом. Льва Толстого из генерала конечно же не получилось, но стиль и дарование Петра Николаевича вполне позволили бы ему занять далеко не последнее место в иерархии современных ему советских литераторов. Пример тому-небольшой очерк конца 1930-х годов, который предлагается вниманию читателей.

Отрывок из произведения:

Если вы поговорите с образованным Англичанином, Французом, Финляндцем, Эстонцем — он выскажет перед вами много любви к своей родине много национальной гордости перед своим прошлым. Он будет перед вами, прежде всего Англичанином, Французом, Эстонцем… Только потом, быть может, в дружеской беседе, и то далеко не всякий, выскажет свое неудовольствие, или удовольствие перед политикой своего правительства и скажет вам, что он социалист, или сторонник умеренной партии или правый клерикал, роялист… Это после, так сказать, на задворках главного национального чувства, патриотизма, любви к Родине и гордости ею…

Другие книги автора Петр Николаевич Краснов

Автобиографический роман генерала Русской Императорской армии, атамана Всевеликого войска Донского Петра Николаевича Краснова «Ложь» (1936 г.), в котором он предрек свою судьбу и трагическую гибель!

В хаосе революции белый генерал стал игрушкой в руках масонов, обманом был схвачен агентами НКВД и вывезен в Советскую страну для свершения жестокого показательного «правосудия»…

Сразу после выхода в Париже роман «Ложь» был объявлен в СССР пропагандистским произведением и больше не издавался. Впервые выходит в России!

Екатерининская эпоха привлекала и привлекает к себе внимание историков, романистов, художников. В ней особенно ярко и причудливо переплелись характерные черты восемнадцатого столетия — широкие государственные замыслы и фаворитизм, расцвет наук и искусств и придворные интриги. Это было время изуверств Салтычихи и подвигов Румянцева и Суворова, время буйной стихии Пугачёвщины…

Екатерининская эпоха привлекала и привлекает к себе внимание историков, романистов, художников. В ней особенно ярко и причудливо переплелись характерные черты восемнадцатого столетия – широкие государственные замыслы и фаворитизм, расцвет наук и искусств и придворные интриги. Это было время изуверств Салтычихи и подвигов Румянцева и Суворова, время буйной стихии Пугачёвщины…

В том вошли произведения:

Bс. H. Иванов – Императрица Фике

П. Н. Краснов – Екатерина Великая

Е. А. Сапиас – Петровские дни

Краснов Петр Николаевич (1869–1947), профессиональный военный, прозаик, историк. За границей Краснов опубликовал много рассказов, мемуаров и историко-публицистических произведений.

Генерал Петр Николаевич Краснов вошел в историю России прежде всего как доблестный воин, один из лидеров Белого движения, а также как военный историк и писатель. Литературное творчество П.Н. Краснова многообразно. Его перу принадлежат прекрасные путевые дневники, яркие исторические работы, любопытные мемуарные очерки, глубокий труд по военной психологии, исторические романы и исследования. П.Н. Краснов был большим знатоком и патриотом донского казачества. Одна из его лучших исторических книг – «Картины былого Тихого Дона» (в нашем издании «История войска Донского»), где он ярко и увлекательно описывает славные страницы истории Дона, традиции, быт казачества, рассказывает о казачьих героях – Краснощекове, Денисове, Платове, Бакланове и др. По мнению Краснова, слава Дона связана именно с самоотверженным служением казаков общерусскому делу. Причем имперский период дал наибольшее число казачьих имен, ставших национальной гордостью всей России.

Нигилисты прошлого и советские историки создали миф о деспотичности, и жестокости Александра II.

В ином свете видят личность царя и время его правления авторы этого тома.

Царь-реформатор, освободитель крестьян от крепостной зависимости – фигура трагическая, как трагичны события Крымской войны 1877 – 1878 гг., и роковое покушение на русского монарха.

В том вошли произведения:

Б. Е. Тумасов, «ПОКУДА ЕСТЬ РОССИЯ»

П. Н. Краснов, «ЦАРЕУБИЙЦЫ».

Литературно-художественный и общественно-политический сборник, подготовленный Челябинской, Курганской и Оренбургской писательскими организациями. Включает повести, рассказы, очерки, статьи, раскрывающие тему современности. Особое место отведено произведениям молодых литераторов.

Издательство «Вече» продолжает публикацию произведений Петра Николаевича Краснова (1869–1947), боевого генерала, ветерана трех войн, истинного патриота своей Родины.

Роман «С Ермаком на Сибирь» посвящен предыстории знаменитого похода, его причинам, а также самому героическому — без преувеличения! — деянию эпохи: открытию для России великого и богатейшего края.

Роман «Амазонка пустыни», по выражению самого автора, почти что не вымысел. Это приключенческий роман, который разворачивается на фоне величественной панорамы гор и пустынь Центральной Азии, у «подножия Божьего трона». Это песня любви, родившейся под ясным небом, на просторе степей. Это чувство сильных людей, способных не только бороться, но и побеждать.

Популярные книги в жанре Публицистика

Смирнов Николай

Жизнь и смерть определяются дозой

Водка и реформы в России

Не странно ли: полки магазинов, ларьки спекулянтов, невесть откуда взявшиеся разливухи ломятся от высокоградусного пойла, а веселья нет? Дуреет, тупеет народ, бьет друг другу морды, нищенствует, опускается на дно. Города заполняются безра- ботными, как раньше говорили - посадской голытьбой, способной на все. Справед- ливо упрекнуть отдельного человека: зачем, дескать, пьешь, никто же не неволит?

Александр СОЛЖЕНИЦЫН

ОБ АРЕСТЕ АЛЕКСАНДРА ГИНЗБУРГА

4 февраля 1977

Арест Александра Гинзбурга, главного представителя Русского Общественного Фонда в СССР, - не рядовая расправа с одиночным инакомыслящим, но выражает решимость советских властей задавить голодом и нищетой сотни семей преследуемых и заключённых и заставить бояться и замолчать тысячи других. Эта расправа касается западных людей более, чем можно сразу представить. Это - существенное звено в неуклонной тотальной подготовке советского тыла: чтобы он не мешал тому наступлению внешнему, которое так успешно ведётся последние годы, а будет развёрнуто и шире: на силу, дух и само существование Запада.

Александр Солженицын

ОБРАЩЕНИЕ К РУССКИМ ЭМИГРАНТАМ, СТАРШИМ РЕВОЛЮЦИИ

Дорогие соотечественники!

Уже много лет я направляю свои усилия литературно воссоздать историю революции в нашей стране. Минувшие годы России и сама она утоплены ещё с предреволюционных лет - в оболганиях, искажениях и укрытиях. После революции методически сокрывались или уничтожались все материалы и головы свидетелей, хранящих правду. Несравненны для всякого исследователя трудности сбора материалов о том времени. Но десятью-двадцатью годами позже разыскивать истину будет ещё безнадёжнее. Живых современников той бурной поры остаётся всё меньше. А эпоха так изменилась, что даже черты быта, обычаев, житейских представлений - почти невозможно реконструировать по сегодняшнему времени: отдаление как бы больше истинных 60 лет.

Александр Солженицын

ПАСХАЛЬНОЕ ОБРАЩЕНИЕ К КАНАДСКИМ УКРАИНЦАМ

3 мая 1975

Дорогие мои братья, канадские украинцы!

Христос Воскресе!

Привелось так, что я попал сюда на нашу с вами Страстную неделю и Светлое Воскресенье и могу обратиться к вам по канадскому радио в этот общий для нас великий день.

Я сказал - дорогие братья, здесь несколько смыслов: как все христиане мы братья, и ещё особенно как православные. Но, кроме того, во мне большая доля украинской крови, моя мать была почти полная украинка. Мой дед по матери - единственный мужчина в семье за смертью моего отца - был украинец, погиб в ГПУ. Его живая речь и жизненные наставления на украинском языке до сих пор живы в моих ушах. Я сам не говорю бегло на украинском, но понимаю всё.

Александр СОЛЖЕНИЦЫН

Пресс-конференция в Лондоне

11 мая 1983

Александр Солженицын. Господа, я хочу начать нашу пресс-конференцию с небольшого заявления. Событие, о котором я сейчас скажу, собирает само в себе суть того, что есть коммунистическая власть в Советском Союзе. На Западе всё ещё не привыкнут, а у нас в Советском Союзе давно привыкли, что человеку могут предъявить обвинение не в суде, не на следствии, но в газете, и притом не только до суда, а даже до ареста. Так произошло с Сергеем Ходоровичем. В течение многих лет Сергей Ходорович руководил распределением средств Русского Общественного Фонда помощи семьям заключённых. Этот Фонд основан мною девять лет назад, я отдал в него все права и все мировые гонорары книги "Архипелаг ГУЛаг".

Александр СОЛЖЕНИЦЫН

САХАРОВСКИМ СЛУШАНИЯМ В РИМЕ

Ноябрь 1977

Вашему Собранию я хочу пожелать: чтобы леденящие рассказы и сообщения с вашей трибуны нашли бы путь сквозь глухоту благополучия, которое дожидается лишь звука смертной себе трубы, а меньших звуков не слышит. Пробились бы к близорукому сознанию, которое радо потешиться и отдохнуть в змеиных песнях еврокоммунизма.

Отражая происходящее в меру вашей осведомлённости и страсти и помня, что для милосердия нет страданий незначительных, - вы всё же не упyстите разницу между 15 сутками и 15 годами и напомните о таких героях, обделённых мировым вниманием, как Игорь Огурцов, Святослав Караванский, с ними долгая немая череда идущих к смерти. Всякое новое имя этого обречённого списка, которое вы вырвете из тьмы, будет знаком всеобщей к вам благодарности.

Александр СОЛЖЕНИЦЫН

САХАРОВСКИМ СЛУШАНИЯМ В ВАШИНГТОНЕ

Сентябрь 1979

Два года назад я просил участников Римских Слушаний уделить усиленное внимание долгосидчикам. Годы идут, идут дальше, и разрушительнее всего для них.

На краю могилы - Игорь Огурцов, замученный христианский мыслитель; учёный, оборванный на первых шагах; выдающийся сын России, осуждённый несправедливо, бесчеловечно, сидящий 13-й год.

Те, кто были первоклассниками, когда арестовали Игоря Огурцова, теперь кончают университеты. А Огурцов - сидит.

Александр СОЛЖЕНИЦЫН

Свободному Китаю

Речь в Тайбэе, 23 октября 1982

Уже тридцать три года остров Тайвань приковывает к себе, я думаю, внимание многих в мире - своею особенной судьбой. Сам я испытываю это чувство давно и устойчиво. Уже три десятка стран в мире пало, подпало под власть коммунизма - и почти ни одной из них не удалось сохранить клочка независимой национальной территории, где могло бы продолжиться сломленное государственное развитие, и соревновательно показать себя миру по сравнению с коммунистическим развалом. У нас в России таким кусочком, может быть, мог бы сколько-то подержаться врангелевский Крым, но не получил ничьей внешней поддержки и, покинутый неверными европейскими союзниками, был вскоре раздавлен коммунистами. А в Китае, благодаря широкому морскому проливу, таким обломком прежнего государства остался Тайвань, и вот уже треть века показывает миру, на каком высоком уровне развития мог бы быть и весь Китай, если б он не подпал под коммунизм. Сегодняшняя Республика Китай на Тайване отличается своими строительными и индустриальными успехами, благосостоянием населения и показывает, как разумно могут быть направлены силы нации, когда они не во враждебных руках.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Генерал-лейтенант Петр Николаевич Краснов (1869–1947) был известен советскому читателю исключительно как ярый враг советской власти. Соратник Керенского по октябрю 17-го, белоказачий атаман, автор лозунга «Хоть с чертом, но против большевиков», эмигрант, гитлеровский пособник, казненный по приговору Военной коллегии Верховного суда… О том, что рожденный в Петербурге сын генерала, казака донской станицы Каргинской, являлся личностью куда более глубокой, читатель смог узнать лишь в последние годы. Атаман Краснов, к удивлениюмногих, оказался плодовитым литератором, автором почти двух десятков романов и повестей, неутомимым путешественником, наблюдательным военным корреспондентом. Льва Толстого из генерала конечно же не получилось, но стиль и дарование Петра Николаевича вполне позволили бы ему занять далеко не последнее место в иерархии современных ему советских литераторов. Пример тому-небольшой очерк конца 1930-х годов, который предлагается вниманию читателей.

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение".

"Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.

Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.

Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.

Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.

Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Введите сюда краткую аннотацию

Хоть он и "антифашистский", но, тем не менее, здесь рассказывается о первых месяцах после капитуляции в Германии, о главарях рейха, о том, как они вели себя на процессе, о мечтах реванша и подлости американцев, настроенных против большевизма и фактически сотрудничающих с национал-социалистами. очень интересно о "вервольфах" и "пауках".

Хотя автор закончил эту книгу в 1989 году, она остается актуальной до сего времени. Неофашизм в наши дни набирает силу, особенно в некоторых бывших советских республиках, в первую очередь в Прибалтике, а также на Украине.

 Первая книга романа опубликована: «Роман-газета» № 22 — 1988