Любимые улицы, любимые лица

АЛЕКСАНДР БУШКОВ

ЛЮБИМЫЕ УЛИЦЫ, ЛЮБИМЫЕ ЛИЦА

Вперед, вперед - и стодвадцатитонное стальное чудовище проламывается сквозь дом, будто пронизывает стог сена, выползает из рушащейся кучи кирпича, окутанное тяжелой пылью, гусеницы мимоходом подминают хлипкий заборчик, и танк, едва не зацепив стволом орудия окна миссис Паунди, ползет дальше, оставляя пожары и развалины, испуганно вопящих, мечущихся людей. Сержант прикипел к рычагам. Дальше, дальше, вот он, дом проклятого старикашки - все мальчишки его ненавидели, - и орудие выплевывает лоскут огня, там, где был дом, вспухает дымно-багровое облако, а танк несется дальше, прямо на белое платье, на девушку, застывшую в ужасе.

Другие книги автора Александр Александрович Бушков

Восемь лет назад в издательстве «Олма-Пресс» вышла книга А.Бушкова «Россия, которой не было» — самая скандальная книга последнего десятилетия. Как только ни называли автора — шарлатан, дилетант, гений историографии и т. п. За восемь лет, по мнению А.Бушкова, кое-что из его выводов устарело. «Россия, которой не было-3. Миражи и призраки» дополнена результатами новых изысканий автора.

В бестселлере А. Бушкова «Охота на Пиранью» (более 2 млн читателей) действия разворачиваются в дебрях глухой тайги, где кончаются законы человеческой морали и начинаются экзотические забавы воспаленного воображения некого нового русского, устраивающего для иностранцев тотальную охоту на людей. Однако события складываются так, что в эту паутину попадает не просто случайный турист, а проводивший в тех местах семейный отпуск капитан первого ранга из военно-морского спецназа Кирилл Мазур.

Загар Ахатинских остров не сошел еще у Мазура, Морского Змея и Лаврика, что у моря смотрелось естественно, как в любимой советской комедии «Три плюс два». Двое с бородками, третий еще и в очках, темноволосая красавица в пестром купальнике, ее белобрысый муж. Морской прибой, курортный флирт и… секс, секс, секс! Куда ни кинь, казалось, что все в него упирается. Но, как говорится, жди у моря погоды. Все вдруг развернуло так, как в классическом детективе. Только на одного Холмса сработало аж три Ватсона.

Старший лейтенант Алексей Карташ, отправленный служить в глухую зону под Шантарском за совращение генеральской внучки, замечает неладное – смертность среди зэков возрастает, по посёлку ходят слухи о засекреченном объекте в тайге, где исчезают люди, о таинственном кладбище, куда ночью тайно сваливают трупы. Прочие военные предпочитают не совать нос в эти тёмные дела, и Карташ один решается приоткрыть завесу тайны над этим гибельным местом. Вот только успеет ли он раскрыть тайну засекреченной «зоны» раньше, чем взбунтуются зэки?..

Роман «Пиранья. Первый бросок» открывает серию захватывающих бестселлеров о Кирилле Мазуре. В поисках золота с затонувшего фрегата, на который советских боевых пловцов навела сотрудник французских спецслужб очаровательная Мадлен де Ронак, им приходится вступать в бой с пиратами.

Южная Африка во времена могущества Советской империи. Быстро и почти бесшумно идет операция «морских дьяволов», словно прогулка… Правда, в лабиринте местечковых игр племенных вождей и королей. Но Кириллу Мазуру не привыкать жонглировать и боевым оружием, и «мулаткой-шоколадкой». Только если она не капитан Революционных вооруженных сил республики Куба. Кирилл Мазур возвращается в семнадцатом романе легендарного цикла боевиков «Пиранья». Новая книга «отца жанра» выходит спустя 16 лет после бестселлера «Охота на Пиранью».

1908 год. В дикой шантарской тайге неуловимые и дерзкие налетчики грабят обозы, везущие с приисков золото. В сложнейшей головоломке переплетаются тайные игры жандармерии, сыскной полиции, охранного отделения, большевистских боевиков… И никто не подозревает, что в небе вот-вот вспыхнет Тунгусский метеорит.

Самолет с надписью СССР на борту приближается к точке невозврата. Но все еще есть надежда, что неотвратимо работающий абсурдный маховик государственной катастрофы можно остановить. …Если не благодаря воле вождей, то сопротивлению боевых офицеров. Вслед за новыми словами — перестройка, гласность… — в Прибалтику с запада на землю слабеющей красной империи пришли новые люди. Кто они?.. В эфире все еще звучат бравурные официальные марши! Но струны офицерской гитары в «последний раз рыдают», отправляя Мазура в «последний по приметам рейс».

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Биологи уже тридцать лет чешут в затылках. И, судя по результатам, им еще чесать и чесать. Тридцать лет назад покорители космоса добрались до планеты, на которой обнаружили очередную гуманоидную цивилизацию. Невелико событие… Однако. Если бы на этой планете на пляжах одевались, как на Земле, зрелище было бы странное: мужчины в лифчиках. Но на пляжах там не одеваются какой смысл, если все одинаковые. То есть, конечно, разные. Но «это самое» у всех одинаковое. В отличие от Земли и прочих планет, на которых гуманоиды и вообще все высшие животные имеют два пола. Психология биологов понятна. Восемь ног и клюв у осьминога их не удивляет — слишком далеко это от человека. Гуманоид с шестью пальцами на каждой руке или с копытами на ногах их бы тоже не удивил — это почти человек. А вот человек с двумя комплектами половых органов их удивляет. С одной стороны, это вроде бы человек. С другой — непонятно что. Причем оба комплекта исправно функционируют. При необходимости. Заметим, что еще до космических полетов, до других цивилизаций и до всех гуманоидов писатели рассматривали всякие штучки с полом. Например, известная писательница конца прошлого века Урсула Ле-Гуин в работе «Левая рука тьмы» рассмотрела ситуацию, в которой исходное состояние «неопределенное» и в какое-то время индивид склоняется к определенной половой ориентации, на какой-то срок становится мужчиной или женщиной. Со всеми вытекающими и втекающими последствиями. Космос велик, и «о небеса, черные и голубые», как сказал великий Станислав Лем, когда-нибудь и такое найдут. Но пока имеем этих. Которые одновременно. Прекрасные, кстати, собеседники. Сочетание женской интуиции и мужской конкретности. Отлично развитое чувство юмора. Цивилизация технологического типа, хотя биология развита лучше земной, а техника — немного слабее. В космос не летают: в системе еще две неинтересные планетки, побывали, и интерес угас. Хорошо развиты этология, зоопсихология и так далее. Про язык животных знают больше, чем мы про свой. Про виды интеллекта — еще больше. У них симпатичные домашние животные, причем много видов. Кстати, большинство животных тоже «и то, и это». При первом контакте с земной цивилизацией половая проблема не возникла были дела поважнее. Для них мы были первыми пришельцами. Однополость землян была замечена и воспринята с некоторым огорчением. У них это тоже бывает в четырех-пяти процентах случаев. Что поделаешь, бывает… Как они говорят, «такой-то, к сожалению, женщина». Или мужчина. В их языке есть специальное слово — «однополый». Дети этим словом ругаются. Ну как у нас «ты, рахит!» или «эй ты, недоделанный!». Отражение половой сферы в культуре. Обычная, ординарная любовь — это если двое любят друг друга и выступают в разных ролях. Вперед! Техника секса развита у них не хуже, чем у землян. Вторая ситуация — если желают меняться ролями. Тоже никаких проблем. Третья — то, что они называют «синхронный секс». Это как у нас синхронное плавание, только одновременно у пары может быть не два оргазма, а и три, и четыре. Они говорят, что это нечто фантастическое, хотя проверить, как вы понимаете, мы не можем. Собственно мужской и собственно женский оргазмы, по описаниям, похожи на земные, но ведь у них особь может иметь два разных одновременно! Скрестили ужа с ежом… Соответственно, у них есть целая наука, как добиваться одновременности. Говорят, что талантливая и трудолюбивая пара может идти к этому год, два, три… Как повезет. Случаев развода пар, достигших этой вершины, не бывает. После смерти партнера, как правило, второй… тоже. Они это все знают, но об этом «не говорят в обществе». Бесплатным бывает только сыр в мышеловке. Четвертая ситуация — когда оба претендуют на одну роль. Обычно такие пары либо расходятся, либо живут как земные гомосексуальные пары. На эту тему есть у них литература. Впрочем, как и на все предшествующие. Читать вам — не перечитать. Граждан, у которых только один пол, жалеют. Для них есть служба социальной адаптации, как для инвалидов. На брак двуполого с однополым смотрят с недоумением — ну, конечно, понимаем, такая любовь… Изучая земную жизнь, они иногда вздыхают и говорят: «Нам бы ваши проблемы». Правда, когда наши ученые их слушают, они тоже это говорят. По оценкам экспертов, следует ожидать сильного развития международного секс-туризма. Только вот билеты с Земли дотуда пока дорогие. А они к нам летать вряд ли будут. Мы, рахиты, им неинтересны.

1. Сколько будет?

Я - программист. Приходит как-то ко мне клиент, написал, говорит, программку, хотелось бы посчитать. Беру. Программа небольшая. Что, спрашиваю,- она должна выдавать? Да немного, говорит, одно число. Смотрю в программку - каменный век. Эпоха ручного рубила. Учились, спрашиваю, сами? Опустил клиент глаза и говорит - по книжкам. Засадил я этот бред на следующий день в машину, она помигала с минуту и напечатала 0.40000023Е01. В переводе на русский язык - это 4,0000023. Странное, однако, число. Не ошибка ли счета набежала? Все ж машина, смотрю, шестьдесят девять с хвостиком секунд трудилась, а она, между прочим, у нас не на счетах, косточки кидает. Семьдесят секунд времени процессора - это почти сто миллионов операций. Посчитал с двойной точностью. Выдала 0.40000022Е01. Ну что же, вполне разумное уточнение. Значит, не ошибка вычисления. Забавным мне это показалось, стал я в программе разбираться. Понятно ведь, что у неизвестно какой задачи ответ может быть любой. Но если он от целого числа на две миллионные отличается, то возникает естественное подозрение, что ответ и должен быть целым. А отличие - какая-то погрешность. В программе я, конечно, разобрался, особых хитростей в ней не нашел. Двойные ряды товарищ суммировал, и чего там только не было- и гиперболические функции и бесселевы. Подозрительным мне все это показалось. Позвонил знакомому математику. Тот посмотрел в книжки и говорит - нету твоих рядов в книжках, подожди часок, я их сам пообдумаю. Через два часа звонит -- ряды твои, говорит, можешь забирать. Но я уговорил его приехать. Посмотрел он распечатки и сразу стал серьезным. До утра мы с ним просидели. Все верно, а двадцать две десятимиллионные все же возникают. В шесть утра он кофе допил, встал и говорит - домой поеду, мне к десяти в институт надо. А это ошибки вычислений набегают, можешь быть уверен. И уехал. Через день ко мне заказчик зашел, ответ я ему сообщил. Он спасибо сказал и отчалил. Больше я его не видел. Задачки свои можете ко мне смело нести, я программист не из последних. А ту программу я еще не раз пускал. И на машинах с большой разрядной сеткой, и с двойной точностью, и ошибки в ней искал, и другим показывал, программистам да математикам. Ответ уточнил - 4,00000223. Это уж железно. А вы думали - если двойку на двойку умножить, сколько будет?

Трое детективов-любителей расследуют загадочное преступление, произошедшее в старинном английском замке.

Бравому лейтенанту Дальнего Космического Флота поручено важное задание: он должен доставить на чужую планету партию биороботов для терраформирования. Но ему могут помешать…

У мальчика есть мечта, которую оставил ему отец, — найти Синюю Дорогу…

Кем только не работал Роберт Клиффорд: и матросом, и вышибалой в портовой таверне и строителем, пока, в конце-концов, не стал смотрителем палеонтологическо-зоологического отдела Британского музея естественной истории. Сначала, бывшему матросу было неуютно среди гигантских костей давно вымерших животных, но, постепенно, он начал все больше узнавать о доверенных его попечению экспонатах. И вот однажды, разглядывая окаменевшее яйцо бронтозавра, и размышляя о том, как из такого небольшого яйца вылуплялся и вырастал многотонный динозавр, Клиффорд заметил, что яйцо слегка шевельнулось...

Курьезная научно-фантастическая повесть украинского поэта и писателя В. Гадзинского (1888–1932) рисует величественную картину коммунистической утопии XXVII века. Но не все так благополучно в новом мире: затеянные людьми изменения климата приводят к глобальной катастрофе и гибели человечества… В книге также публикуются отрывки из «материалистической поэмы» автора «Эйнштейн», проникнутой духом биокосмизма. Эти произведения В. Гадзинского впервые переводятся на русский язык.

– Роскошно, – сказал капитан. – Удружили, будь они прокляты!

– А нам не любоваться, – ответил Ло Алан. – Свое сделаем, да и отчалим.

– Все равно мерзость, – сказал капитан. Навалившись на подлокотник, он глядел сквозь прозрачный пол рубки. – Мерзость и мерзость!

«Аристократ, – подумал Ло Алан. – Маразматик».

Он замечал, что для капитана все несноснее становится облик диких миров, которые теперь посещала «Конкиста». Ло Алан знал настоящую причину, знал и то, что капитан к старости стал брюзгой, но было и другое объяснение, его Ло Алан благоразумно держал при себе: капитан был родом с Паризаны. И пусть он в юности бежал оттуда, не вынеся скуки чопорного, аккуратно подстриженного мира, пусть он всю жизнь издевался над соплеменниками, которые пасутся на своих газонах, подобно ископаемым коровам Дуоны, и любуются пейзажами, Ло Алан был убежден, что капитана держит в плену и мучает во сне тот закоулок вселенной, который был его родиной, нежно-зеленая страна детства. Недаром старый волк корчит из себя эстета, дает понять: не нашего поля ягода.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

— Вы еще, пожалуйста, отрежьте, — сказал Кузьминкин с привычным уже смущением, от которого никак не мог отделаться, хотя втихомолку себя за это и презирал. Одно осталось: презирать себя втихомолку…

Дородная продавщица, щедро украшенная массивными золотыми побрякушками, окинула его взглядом так, будто прикидывала: не рациональнее ли будет попросту врезать клиенту меж глаз шматом лежавшей тут же буженины. Очевидно, все же смилостивившись, фыркнула:

...На первый взгляд это был обыкновенный гостиничный номер – одноместный, не из дешевых. Не президентского класса, конечно, однако далеко и не те апартаменты, кои несчастному командировочному в каком-нибудь провинциальном «Доме колхозника» приходится делить на равных правах с клопами, тараканами, ржавой водой из крана и серыми простынями на безбожно скрипучей кровати, продавленной телами многочисленных предшественников.

Здесь все было чистенько, уютненько и пристойненько. Комната метров тридцать квадратных, в алькове – накрытый цветастым покрывалом сексодром, прикроватная тумбочка с трогательной вазочкой, в которой алеет одинокий тюльпанчик – настоящий, не пластмассовый, ковролин, телевизор «Эриссон» вещает приглушенно что-то там об увлекательной жизни обитателей морей-океанов, ослепительно белая ванна, а не какое-нибудь желтое корыто со скворчащим душем, даже минибар имеет место – предлагая откушать напитков всевозможных градусности и сладкости. Нормальный, одним словом, гостиничный номер, совсем как в иных отелях, стремящихся к европейскому уровню... ежели не считать некоторых мелочей, поначалу в глаза и не бросающихся.

Троллейбусы на этом маршруте ходили аккуратно, с короткими интервалами, но сегодня «тройка» нарушила график, и на остановке накопилось человек двадцать. Кто молча сидел, кто курил, кто с вялым раздражением прохаживался. Мятый мужичок начал было развивать оригинальную теорию, будто все оттого, что на троллейбусы понасажали девок, а у девок, известно, привычка вечно опаздывать, которой они не собираются изменять и за рулем. Но к ожидающим подошел милицейский сержант, и мужичок опасливо приумолк.

Запоминающиеся образы и восхитительная свобода суждений, юмор и неожиданные повороты сюжетов, к которым привыкли зрители сериала «Секс в большом городе», доставят удовольствие всем, кто решил познакомиться с замечательной книгой Кэндес Бушнелл, по которой снят этот модный кинофильм.

Это — откровенный, ироничный, тонкий, пряный и не нравоучительный роман о современных женщинах. Они влюбляются и расстаются, восхищаются и разочаровываются, и при этом делятся друг с другом своими мыслями с той максимальной степенью откровенности, которую можно позволить себе только с близкими подругами. У них нет запретных тем или тайн друг от друга, как, впрочем, и от читателей.