Лю

Нинка чистит картошку перед однорукой кастрюлей. Очистки – на пол. Чистит суматошливо, наспех обвязав порез обрывком кухонной тряпки: Сом сегодня не в духе.

Сом развалился на стуле у стены, слушает сквозняк. Черен. Не цветом, а изнутри как-то. Взгляд воткнул в старый таз на противоположной стене. Нижняя губа разбита, левое ухо торчит лиловым локатором. Локти разбросаны по столу и подоконнику так широко, будто он и впрямь пытается развалиться.

Другие книги автора Денис Николаевич Гуцко

Рассказы букеровского лауреата Дениса Гуцко – яркая смесь юмора, иронии и пронзительных размышлений о человеческих отношениях, которые порой складываются парадоксальным образом. На что способна женщина, которая сквозь годы любит мужа своей сестры? Что ждет девочку, сбежавшую из дома к давно ушедшему из семьи отцу? О чем мечтает маленький ребенок неудавшегося писателя, играя с отцом на детской площадке? Начиная любить и жалеть одного героя, внезапно понимаешь, что жертва вовсе не он, а совсем другой, казавшийся палачом… автор постоянно переворачивает с ног на голову привычные поведенческие модели, заставляя нас лучше понимать мотивы чужих поступков и не обманываться насчет даже самых близких людей…

«Роман „Без пути-следа“ шире сугубо военной тематики: Гуцко, видимо, постепенно погружается в обыденную жизнь, и именно она волнует, напрягает и одновременно вдохновляет его больше всего. Критики, уже не делающие скидок на возраст, упрекают Гуцко в том, что роман получился чрезмерно автобиографичным: все тот же герой, „русский грузин“, знакомый по „Там, при реках Вавилона“, показывается не на катастрофическом фоне непонятной войны, но в контексте детства, взросления, переезда в чужой город. Служба в армии — здесь лишь одна из вех, и, стремясь досконально описать их все, автор несколько тонет в материале… У романа — сильный и очень эмоциональный финал, когда герой осознает свою рутинную жизнь как предательство. Он предал все — идеалы, в которые некогда верил, страну, в которой живет, того себя, каким бы мог стать».

С распадом Советского Союза в одночасье немало граждан многонациональной страны оказались жителями хоть и ближнего, но все же зарубежья. В народах, населявших Вавилон, проснулась ненависть к чужаку, превратившись в эпидемию: «Чума. Нелюбовь — как чума». Молодой прозаик пытается осмыслить, как после распада «нового Вавилона» русскому, говорящему с грузинским акцентом, жить на своей исторической родине? Что делать сыну еврейки и азербайджанца? «Прошел инкубационный период, время настало, — говорит он. Время чумы. Заклеивайте крест-накрест окна, вешайте связку чеснока над дверью, созывайте главных шаманов». Чужим быть страшно.

Денис Гуцко — прозаик, автор книг «Русскоговорящий» (премия «РУССКИЙ БУКЕР»), «Покемонов день», «Домик в Армагеддоне». Если первые его романы — о молодых людях, которые учатся жить, не теряя себя, то теперь писателя интересует человек зрелый, многое успевший и многое утративший.

Главный герой романа «Бета-самец» Александр Топилин вполне доволен жизнью. Ему сорок лет, он не женат и живет без обязательств. Он совладелец доходного бизнеса, его друг и партнёр Антон Литвинов — сын министра. Всё схвачено, все двери открыты. Топилин согласен оставаться на вторых ролях, играть по чужим правилам. Он — классический бета-самец.

Однажды Литвинов насмерть сбивает человека, и Топилин «улаживает формальности». Это события не его жизни, но именно сейчас он может всё изменить. Нужно только попытаться сыграть первым номером…

Егор опять собрался уходить. К кому на этот раз, Лилечка не знала. Либо коллега, либо пациентка. При его цельнометаллическом графике романы возможны только производственные. Но тридцать пять не двадцать, и Лиля не устраивает больше слежки, не караулит в соснах перед больницей, не допрашивает, наглотавшись валерианки, а Егор не торопится открыть имя новой разлучницы, длит интригу. Впрочем, к своим тридцати семи он-таки вырастил из Лилечки ту, о которой мечтал с самого начала: она принимает его как стихийное явление. Сегодня есть. Завтра нету. Живем по обстоятельствам.

Вкус войны Денис Николаевич Гуцко родился в 1969 году в Тбилиси. Там же окончил среднюю школу. В 1987 году переехал в Ростов-на-Дону. Окончил геолого-географический факультет Ростовского университета по специальности «Экология и прикладная геохимия». Служил в Советской армии. В настоящее время живет в Ростове-на-Дону, работает охранником в службе безопасности коммерческой фирмы. Писать начал сравнительно недавно. В 2000 году опубликовал рассказ «Прирученный лев» в приложении к «Литературной газете» «ЛГ — Юг России». В «Знамени» печатается впервые.

Распахнула окно, скомандовала себе: дыши.

Глотнула кислого кипяченого воздуха, к вечеру слегка остывшего. Невкусно. Но нужно.

“Рыдать не умеешь, в обморок не грохнешься. Так что — дыши глубже, приходи в себя”.

Пискливая суматоха ласточек привлекла ее внимание, выводя из болезненного ступора. Черно-бурые стежки перед глазами: крылья, хвост, крылья... испуганный писк. Не замечала раньше, сколько испуга в верещании ласточек. Ей бы самой сейчас пуститься вот так, кругами, кругами...

Гуцко Денис Николаевич родился в 1969 году. Окончил геолого-географический факультет Ростовского государственного университета. Печатался в журналах “Знамя”, “Дружба народов”, “Октябрь” и др. Лауреат премии “Букер – Открытая Россия” (2005 г.).

Прикрутил краны, прислушался.

Люба всё-таки поднялась, возится на кухне. Постоял, осоловело глядя в раковину, облепленную его щетиной, ставшую теперь вместо него небритой. Снова пустил воду – умыть раковину. Поплескал из пригоршни по краям. Раковина стала чистенькой, гладкой. Гладкой стала, белой. Бодрой – не в пример ему.

Популярные книги в жанре Современная проза

Бакулина Дина Владимировна:

Петербурженка. Закончила факультет журналистики ЛГУ.

Профессиональный журналист.

  Первый тираж книги Дины Бакулиной «Кот из Датского королевства» разошелся среди читателей моментально. Поэтому всего за один год книга выдержала сразу два издания.

Нам полюбились живые, реальные и подчас очень обаятельные образы Героев повестей и рассказов: «Кот из Датского королевства», «Старик Глен и Иван Осипович», «Маленький самолет с большими крыльями». 

Повести, рассказы и очерки Дины Бакулиной — это прямая речь, обращенная к друзьям; теплый, наполненный мягким юмором голос родственной души.

Герои повестей и рассказов новой книги Дины Бакулиной «Зачем живут патиссоны?»:

«Морской верблюд»,

«Затерянные миры»,

«Зачем живут патиссоны»,

«То ли лошадь, то ли огурец» -

заставляют нас грустить, мечтать, сопереживать друг другу, любить и радоваться вместе с ними. Потому что герои Дины Бакулиной это мы сами, живущие здесь и сейчас.

Повести и рассказы книги «Зачем живут патиссоны» — это мгновенные кадры сегодняшнего мира, простые и ясные рассказы, наполненные живым чувством и добрыми раздумьями.

В романе «Предвестники табора» тесно переплелись иллюзия и реальность, детство и взросление, гротескный юмор и мистика. Герой просматривает фильм о людях, которых он любил и потерял. «Жизнь — это фильм», — приходит он к выводу.

Иногда взрослые верят в сказку сильнее детей, но не находят в себе сил признаться в этом. Профессиональная психология приходит на помощь, ставя перед человеком насущные вопросы: А что будет, если? Если наделить человека отсутствующими у него качествами, как повернётся его жизнь? Чего можно достичь, если… Если в жизни всё идёт через пень-колоду, если в отпуск на море отправляют на крещенские морозы, как не встряхнуться, не рискнуть: взять да перешагнуть порог инертности? Когда мечта сбывается, игра становится реальностью. А реальность не может развиваться иначе, как по правилам этой игры. Когда режиссёр становится заложником собственного сценария и может выйти победителем, только не нарушая самим собой выдуманных правил.

Роман Масленников снова объединяет таланты.

Лорды пресс-туров и баронессы роад-шоу, герцоги медиа-аналитики и герцогини коммуникационного аудита, генералы раскрутки и солдаты антикризисных коммуникаций, мастера персонального пиара и маргариты брендинга, ильфы GR и петровы IR… Небожители снова снизошли к Вам, Читатель!

Все знают, что PR-специалисты всегда на работе. 24/7. Но взращенное в себе волшебство и природная изворотливость все-таки позволяют найти 25, 26 и 27-й часы для творчества.

Вашему вниманию предстанут: современно-женственная СОФЬЯ ЛЕБЕДЕВА, экзистенциальная НАДЕЖДА ПЛЕТНЁВА, крепкий по-хеммингуевски АНДРЕЙ ТРАВИН, изысканный ОЛЕГ ВЯЗАНКИН, романтичный ДМИТРИЙ ФЕДЕЧКИН, ретроспективные СЕРГЕЙ ГРАЧЁВ И СЕРГЕЙ НИКУЛИН, экспрессивный МАРАТ МУРАДЯН, разный-разный ВАЛЕРИЙ МАЛЬЦЕВ, увлекательная ЕКАТЕРИНА ПОНОМАРЕВА, серебряная КСЕНИЯ ВЛАСЮК, космичная и реалистичная ИРИНА ЕСИПОВА. У Вас сложатся другие эпитеты? Конечно!

Один из авторов данного сборника достоин «Нобелевской премии по литературе», второй – «Премии Гёте», третий – «Премия имени Андерсена», четвертый – «Премии Гринцане Кавур», а пятый – Нейштадтской литературной премии. Кому – что, вы догадаетесь сами.

Сборник творчества отечественных PR-специалистов выпущен при поддержке РАСО (Российской Ассоциации по Связям с Общественностью), www.raso.ru

Рассказы, вошедшие в сборник «Шлюхи-убийцы» (2001), Боланьо написал, как и большую часть своей прозы, в эмиграции, уехав из Чили после переворота 1973 года сначала в Мексику, а затем в Испанию. Действие происходит в разных городах и странах, где побывал писатель-изгнанник. Сюжеты самые неожиданные – от ностальгических переживаний киллера до африканской магии в футболе или подлинных эпизодов из жизни автора, чей неповторимый мастерский почерк принес ему мировую известность.

Сборник коротких миниатюр объединенных авторским взглядом на истоки повседневной суеты.

Идеалы и идолы: такие созвучные, но разные слова. Стремясь к заоблачным идеалам, мы порою создаём себе земных идолов, поклонение которым становится самоцелью, замещая саму идею, цель. С этим сталкивается герой повести «Покидая Вавилон» Доменико Джованни. Автор даёт возможность на короткое время побыть читателю вершителем судеб и самому определить, останется герой при своих идолах или отпустит их и начнёт жить заново. Но в ряду идолопоклонников автор настойчиво пытается усмотреть не персонаж, а целый народ. Одна путеводная звезда ведёт человека и страну: политическая арена Украины, не желая меняться, искусно маскируется старым режимом. Звуками революционных призывов она несётся из одного десятилетия в другое, и в этом судьба человека и страны схожа.

Вержилио Феррейра — крупнейший романист современной Португалии. В предлагаемых романах автор продолжает давний разговор в литературе о смысле жизни, ставит вопрос в стойкости человека перед жизненными испытаниями и о его ответственности за сохранение гуманистических идеалов.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Снова взмокли ладони. Андрей вытер их одну за другой о брюки.

– Заткнись ради бога, – сказал он. – Просто заткнись.

Но вышло как-то жалко – будто просит – и, отгоняя эту напасть, Андрей раскатисто откашлялся. Она улыбнулась. Еле заметно: чуть приподняла уголок ярко-красных губ. Мол, надо же, как рычим, как рычим! Он заметил. Он пережил ее мысль так отчетливо, будто ее мысли сегодня по ошибке заскакивали в его голову.

Фары он выключил. Совсем рассвело. Солнце, еще недавно огненным апельсином выложенное на горизонте, наконец покатилось по бледнеющему небу – и ночь закончилась. Летевшая в окне лесополоса рвалась, в провалах света лежали расчесанные гигантскими гребенками поля. По полям ползали клювастые черные птицы. Горизонт захлопывался, мимо неслись стволы, полосатые дорожные столбики прыгали под колеса, в следующий миг полосатыми поплавками всплывали в боковом зеркале и пропадали уже навсегда. На спидометре было сто сорок, но скорость – пожалуй, впервые в жизни – не успокаивала.

Я осенний человек. Не уверен, как по ту сторону – у других – но кажется, и у них так. Это правильно: каждому своя пора. Бывают люди весенние. Легкие, голодные просыпаются они под звон воробьев в сладковатом воздухе: жить! жить! И летят себе жить-жить, с ветки на ветку, с ветки на ветку. Есть люди летние, в жаркой пляжной печке пропекающие себя до гладкой корочки, отдельно каждую впадинку, каждую складочку. Им потом всю зиму отщипывать, как от ванильного калача, припоминать то вкус домашнего вина на вечернем пирсе, то шипучие, у самых ног умирающие волны. Зима для них лишь досадная отсрочка, скучная пустота. Зима – совсем для других. Тащат с балкона, стучат лыжами над головами спящих домочадцев, и потом пьют, пьют обжигающий мороз и, жмурясь от удовольствия, скрипят снегом зимние, быстрые и крепкие люди.

Одну сенсацию Денис Гуцко нам уже подарил – впервые лауреатом «Русского Букера» за лучший роман года («Без пути-следа», 2005) стал дебютант. В своей новой книге писатель в присущей ему манере не навязывает ответы, а лишь формулирует вопросы. Но вопросы «неслабые». Например. Что делает нас неуязвимыми от беспардонной агрессии сегодняшней жизни? Что скрывают от нас наши дети: ожесточенность или любовь? Достаточно ли в нас самих смелости, чтобы любить, и любви, чтобы прощать? Нужен ли человеку – живой человек, или достаточно выдуманного образа, который не предаст и не сделает больно? Нужен ли нам Бог – или достаточно обряда? Нужно ли жить – или достаточно соблюдать нормы? Беглые, но точные зарисовки, наброски, легкие штрихи. А в целом – книга, полная страсти и мысли.

– Опоздаешь!

Сонный Щербаков возился с ботинками, пытаясь впихнуть, втоптать в них пятки.

– Ломаешь ведь задник, – вздохнула Аня.

Громко щелкнув коленями, она присела на корточки и расстегнула на ботинках застежки. Щербаков наконец обулся и полез в пальто.

– Не забудь, – помогая мужу одеться, повторяла она. – Не забудь. Пакет поставишь возле… ну, там будет такой столик стоять со свечками. Квадратный. Все круглые – а этот квадратный. Запомни. Прямоугольный, вернее. Конфет возьми хороших. Раздашь бабушкам. Скажешь: «Помяните новопреставленного Андрея». Все запомнил?