Лучший способ потратить деньги, или Что делать в период острой джазовой недостаточности

Дм.Коваленин

Лучший способ потратить деньги,

ИЛИ ЧТО ДЕЛАТЬ

В ПЕРИОД ОСТРОЙ ДЖАЗОВОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТИ

космополитические анархии Харуки Мураками

- Скажите, вы любите деньги?

- О, да! Я очень люблю деньги! На них можно

купить свободное время, чтобы писать...

Из интервью Харуки Мураками журналу

"Нью-Йоркер", 1995.

Overture

Книги этого странного человека могут довольно серьезно изменить ваше отношение к японской литературе. Ибо ТАКОЙ японской литературы даже самый "продвинутый" наш читатель еще не встречал. Романы и рассказы Харуки Мураками вот уже более 20-ти лет покоряют сердца и воображение читателей в Америке, Канаде, Корее и Западной Европе - а бурные волны российской истории, как ни досадно, на полтора десятилетия задержали появление книг одного из самых экстравагантных писателей сегодняшней Японии на русском языке.

Другие книги автора Дмитрий Викторович Коваленин

– Как вы сами называете жанр, в котором пишете?

– Я в шутку называю это «суси-нуар». (Из разговоров Харуки Мураками и Дмитрия Коваленина.)

В своей книге переводчик и литературовед Дмитрий Коваленин приглашает читателей в путешествие сквозь «миры Харуки Мураками». «Суси-нуар» – захватывающее литературное приключение, лирическая экспедиция по колодцам и тоннелям классических романов популярного японского прозаика.

В книге публикуются материалы о жизни и творчестве писателя и уникальные фотографии.

Предисловие Макса Фрая.

«Коро-коро» — японское выражение, означающее «кубарем» или «кувырком». Или «флюгер на ветру», как толкует его Дмитрий Коваленин — филолог-японист, переводчик, журналист и писатель, проживший в Японии 12 лет и впервые познакомивший нас со сновидениями «японского оле-лукойе» — волшебника Харуки Мураками.

«Коро-коро» за несколько веков сократилось в «кокоро» — ключевое понятие японской культуры. Символ той «загадочной японской души», которую пытался постичь в своей нетленной «Ветке сакуры» еще Японист № 1 Всеволод Овчинников. С тех пор прошло 35 лет, и теперь Коваленин пытается сделать это снова.

Сборник короткой прозы Дмитрия Коваленина не умещается в рамки привычных жанров. Здесь вы найдете и детективные сюжеты, и лирические зарисовки, и зажигательный рок-н-ролл, и безжалостный стеб, и нежное признание в любви.

Эта книга о Японии и японцах, об их жизни, литературе и еде, о русских в «Стране Восходящей Иены», о мифах вокруг «загадочного Ориента» в наших головах — и о нас с вами, народе, застрявшем между Востоком и Западом. Крутится загадочное «коро-коро» — и мы въезжаем в сегодняшнюю Японию, не выезжая при этом из России.

Человек, породивший «русского» Мураками. Волшебник-переводчик Дмитрий Коваленин.

«Книжная витрина»

Коваленин создал русского Мураками и теперь имеет полное право писать о нем так, как сочтет нужным.

«Русский журнал»

— Как ты называешь жанр, в котором пишешь?

— Я в шутку называю его «Коро-коро».

В биографии писателя и переводчика Дмитрия Викторовича Коваленина эти девять лет его жизни описываются одним предложением: «С 1991 года Коваленин работал в японской компании RINKO: до 2000 года работал судовым агентом в японском порту Ниигата.» Биоповесть «Сила трупа» расскажет читателю, как жил и чем занимался русский филолог-лингвист Коваленин в Японии.

Популярные книги в жанре Публицистика

«…Мы желаем уведомлять наших читателей о мирном благоденствии держав, о полезных учреждениях во всех землях, о новых мудрых законах, более и более утверждающих сердечную связь подданных с монархами. Военные громы возбуждают нетерпеливое любопытство: успехи мира приятны сердцу. Оставляя издателям «Ведомостей» сообщать в отрывках всякого рода политические новости, мы будем замечать только важные…»

Верховная Рада в последние годы превратилась чуть ли не в главнейший дестабилизатор Украины. И народное терпение когда-нибудь прольётся через край. Сборище семейных кланов, криминальных группировок, представителей крупного капитала, клоунов и циркачей на публику — вот что собой представляет украинский парламент.

«На наших глазах происходит странное и весьма интересное явление. С тех самых пор, как существует достоверная история, мы видим две причины вражды между народами, которые нам кажутся совершенно неизбежными, – это национальность и религия…»

«В обычные времена размышления о человеческой судьбе (откуда, куда, как, почему) в данном обществе являются, как правило, уделом крохотной группы мыслителей и ученых. Но во времена серьезных испытаний эти вопросы внезапно приобретают исключительную, не только теоретическую, но и практическую важность; они волнуют всех — и мыслителей и простонародье. Огромная часть населения чувствует себя оторванной от почвы, обескровленной, изуродованной и раздавленной кризисом.

Замечания, мысли о искусстве, о литературе, о критиках, о самом себе.

«Приняв поручение редакции „Печати и Революции“ сделать обзор русской поэзии за пять лет, 1917–1922, я сознавал, что беру на себя немалую ответственность и вообще как автор такого обзора, и в частности, как поэт, участник поэтического движения последних десятилетий. Прежде всего трудно было достичь полноты обзора, говоря о периоде, когда нормальное распространение книг было нарушено, когда нередко книга, напечатанная в Петрограде, тем более в провинции, оставалась неведомой в Москве. Очень вероятно, что ряд явлений, может быть, интересных, ускользнул от моего внимания. Вместе с тем огромное все-таки количество альманахов, книг, книжек, брошюр со стихами, изданных за 5 лет, которые не все можно было вновь получить в руки, заставляло о многом говорить по памяти. Вполне возможно, что, делая посильную оценку нескольких сот изданий, я в иных случаях допустил суждения, недостаточно обоснованные. Во всех этих пропусках и промахах заранее прошу извинения, не столько у читателей, сколько у товарищей-поэтов…»

«В истории русской рифмы существует резкий перелом, наметившийся лет 15 тому назад. Принципам рифмы „классической“, – той, которой пользовались последователи и эпигоны Пушкина, футуристы противопоставили принципы „новой“ рифмы. Сначала то были неясные, неоформленные искания, часто сводившиеся к тому, что новые поэты просто небрежно относились к рифме, позволяя себе пользоваться созвучиями очень приблизительными, ассонансами весьма сомнительными. Но понемногу характер новой рифмы стал приобретать совершенно точные очертания. Из стихов В. Маяковского, особенно же Б. Пастернака и Н. Асеева, можно уже вывести определенную теорию новой рифмы. За последние годы эта новая рифма получает все большее распространение, усвоена, например, большинством пролетарских поэтов и покоряет постепенно стихи других поэтов, футуризму по существу чуждых…»

С одним из Стирателей, московским писателем Андреем Егоровым, чье имя все чаще упоминается среди людей, любящих и читающих фантастику, побеседовал наш корреспондент.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Светлана Коваленко

Феномен Лидии Чарской

Весной 1893 года состоялся очередной выпуск Павловского института благородных девиц в Санкт-Петербурге. Все шло по определенному и не подлежащему переменам, как и сама жизнь в стенах института, регламенту. На другой день после экзаменов лучших везли во дворец для получения медалей из рук государыни Марии Федоровны, под попечительством которой находились Смольный, Екатерининский, Николаевский, Патриотический и Павловский институты. Среди воспитанниц Павловского института была и Лидия Алексеевна Чурилова (1875 - 1937), вскоре получившая всероссийскую и европейскую известность как Лидия Чарская.

Татьяна Коваленко

Две сказки

Содержание:

Фея бабочек

Слон в посудной лавке

Фея бабочек

Невдалеке от красивого леса, в народе считавшегося волшебным, на чудесном лугу с высокой травой резвилась молодая девушка с длинными волосами и карими глазами. Ее яркое платье мелькало то на одном, то на другом конце луга. Вдруг она резко остановилась и замерла, прислушиваясь. Потом встрепенулась, отпрянула назад и, словно быстроногая лань, стремительно полетела к лесу. Что же так напугало бедняжку? Три всадника на взмыленных конях галопом въехали на луг. Всех троих никак нельзя было назвать случайными проезжими. Увидев убегающую девушку, всадники помчались за ней. Расстояние до нее быстро сокращалось. Но вскоре красавица, в ужасе заметавшись, неожиданно исчезла. На ее месте порхала большая, невиданной красоты бабочка. Да и та, сделав круг над головами незнакомцев, скрылась за деревьями. Всадники попытались ехать следом, чтобы отыскать беглянку. Внешне, однако, они выглядели весьма мирно и дружелюбно. Долго проплутав по лесу, оставив лошадей далеко позади, все трое лишь к вечеру добрались до хижины лесника, находившейся в самой непроходимой чаще.

Татьяна Коваленко

Приключения Петра Веснушкина в стране Мистерии

Содержание:

Два дня в сказке

Не трите левый глаз!

Два дня в сказке

Вы не знакомы с Петей Веснушкиным? И даже не знаете о том, что он два месяца назад побывал в загадочной стране Мистерии и вернулся из нее после необычайных и удивительных приключений? Как, неужели вам это неизвестно? Помилуйте, вы много потеряли. Но так и быть, я расскажу вам эту историю от начала и до конца.

Татьяна Коваленко

Принцесса Мур-Мур

1

Лиза пришла к нам сама. Родившись от уличной кошки и прожив первые два месяца своей жизни в подъезде нашего дома, она попросилась жить в нашу квартиру. Решила, по-видимому, что в семье с двумя детьми и для нее найдется уголок. И не ошиблась. У детей трехцветная кошечка вызвала бурный восторг, и даже бабушка не смогла устоять перед ее обаянием. Девочки окрестили новоявленную "сестренку" Елизаветой и та, довольная собой, быстро приняла во владение свой новый дом.