Лотос пришлого бога

Такого не случалось не только много лет, но и много десятилетий.

На одной из далеких планет погиб инспектор Федеральной безопасности.

Когда эта весть домчалась до Земли, в Управлении Федеральной безопасности не сразу в нее поверили. Инспектор Гарев отправился в несложную командировку, и ему всего лишь нужно было выяснить, что кроется за слухами о появлении интеллектуального вампира в созвездии Крайлис. И вот... К тому же с планеты Минар сообщили, что тело инспектора отправлено на Землю, и никаких пояснений столь странному факту не дали.

Другие книги автора Татьяна Грай

 Всю ночь над Голым болотом грохотала гроза. Взрывы грома и зигзаги молний, похожие на огнедышащих драконов, непрерывный ливень, сплошные потоки воды... Дома на окраине тихого маленького городка, окруженные мокрыми кустами сирени, сонно смотрели на болото полуприкрытыми глазами окон.

В одном из окон шторы были раздвинуты, и на небывалую грозу таращились изумленные мальчишеские глаза, — Игорь проснулся среди ночи и с удовольствием наблюдал, как молнии вклеи ваются в горизонт, как вычерчиваются на фоне огненных вспышек силуэты кривых деревьев по краю болота, Игорю казалось, что вот-вот потоки дождевой воды превратят давно высохшее Голое болото в бурное море, и волны подкатят к домам на окраине. Интересно, зальет Приют или нет? Приютом Игорь и его друг Пашка называли небольшой бугор посреди Голого болота; бугор этот порос кустами, а среди кустов образовалось свободное пространство. Приют бывал то космопортом, то джунглями неизвестной планеты, куда забросила разведчиков неисправность корабля, то необитаемым островом... Это зависело от того, что Игорь и Пашка читали в последнее время.

Хинкап никогда прежде не слышал о том, чтобы почтовые катера типа «Тис-2179» выходили из строя. Но факт оставался фактом. Его, Сола Хинкапа, выбросило из подпространства в абсолютно неизвестном районе, и первое, что он подумал, увидев на экране звезду, – почта опоздает.

Осмотревшись внимательнее, Хинкап решил, что нужно, во-первых, попытаться сесть на одну из шести планет, вращавшихся возле похожего на Солнце светила, а во-вторых, естественно, послать сигнал бедствия.

Дарейты, разумные осьминоги, были вывезены из своего мира насильно, но когда корабль их похититетелей потерпел аварию неподолеку от Ауяны, они не могли и предположить, что на этой планете их ждет едва ли не рабство, а их труд ляжет в основу экономики аборигенов. Исправить положение взялся инспектор Федеральной безопасности Даниил Ольшес, для чего ему пришлось вступить в противоборство чуть ли не со всеми влиятельными лицами на планете.

Татьяна Грай

"СГИНЬ, ДИКАЯ СИЛА..."

Снега уже подернулись черным, осели, - словно скисли. Ветер дул резкий, сырой - весна... День хоть и воскресный был, да что-то нерадостный. Низкие тяжелые облака нависли прямо над головой, время от времени из чернеющих клубов вываливались на землю белые огромные хлопья, но едва лишь касались дороги - таяли, добавляя тяжелые капли к жирной грязи, и без того уже непролазной. Невеселый наступил день, муторный. Ни свет вокруг, ни тьма все колеблется, все неверно, неустойчиво. Да только Анне было все равно. Муторнее ее дум никакой день быть не мог. Анна шагала с самого рассвета, переночевав в маленькой деревушке, верстах в пяти отсюда, - пустили добрые люди, обогрели, накормили... Анна расспросила хозяйку, далеко ли село, велико ли да каков там батюшка. Рассказали. Село зовется Никодимское, большое, по праздникам там ярмарки, и народ веселый живет. А поп в тамошней церкви новый, ничего пока о нем не знают. Прежний-то батюшка был хорош, добрый да безотказный; за требы много не брал, а с кого спросить нечего даром и венчал, и крестил. Преставился в начале зимы, упокой, Господи, его душу... А теперь - отец Варсофоний, молодой. Из ученых. Знает-то он много. А каков человек - не разобрались еще.

Татьяна Грай

ПРОСТИ, БЫЛОЕ

Напротив статистического бюро, на стене облупленного зеленого дома появилась вывеска - "Институт времени". Когда именно возник черный квадрат с серебристыми буквами на привычно-пустой стене, Евгения Егоровна не знала. У нее не было обыкновения смотреть в окно в рабочее время. Но в этот мутный осенний день Евгении Егоровне слегка нездоровилось, и она, отложив таблицы, рассматривала непонятную надпись. "Что значит - "Институт времени"? немного вяло соображала Евгения Егоровна. - Что можно делать со временем? Ну измерять, само собой... Но ведь не ради этого существует институт? А что еще? Ускорять, замедлять? Разве это возможно?.." Однако довольно скоро мысли эти сами собой растаяли, улетучились, и Евгения Егоровна занялась работой. Но что-то неявное застряло в памяти...

...Ольшес будто прирос к рулевому колесу, и его лицо окаменело, высохло. Даниил Петрович смотрел только вперед, прищурившись, прикусив губы... а остальные трое обернулись назад и не отрывали глаз от самолетов. И вот... грохнуло, вспыхнуло в небе, и первый из шести самолетов исчез, за ним другой, третий... Вторая тройка описала плавный полукруг и стала удаляться.

А еще через секунду раздался звук, который земляне ни с чем не могли бы спутать - это взорвался бластер.

Цепочка атоллов сверху выглядела, как брошенная небрежно горстка конфетти. Шестой атолл, если считать от севера к югу, не был заселен, и Винклер предполагал устроить лагерь именно на этом атолле, называемом местными жителями Ки-Нтот. Разведгруппа, предварившая появление исследователей на Талассе, тоже обосновывалась на этом симпатичном бублике с нарядной пальмовой рощей. Хотя местные не посещали атолл, никаких табу на нем не было, и Винклер рассчитывал, что вождь племени сургоров, Дек-Торила, не станет возражать против устройства базы исследователей на Ки-Нтот.

Журнал «Земля и Вселенная» 1989 г., № 4, стр. 99-102

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Родителей я не виню — даже после всего, что случилось. Свое решение они приняли не по капризу — им обоим в детстве и юности пришлось несладко. Мой дед со стороны отца страдал маниакально-депрессивным синдромом. О его переменчивом нраве слагали легенды. Семейство поминутно бросало из огня дедовых громокипящих страстей в пламя его отчаяния. Когда отец женился, он мечтал, чтобы в его доме не умолкали музыка и смех маленькой девочки; и разумеется, он хотел быть уверенным в том, что дочь не унаследует болезнь своего деда. Отец родился в восьмидесятых, когда ген биполярного синдрома еще не был открыт, а подавлять его научились вообще лишь много лет спустя. Как жаль, что генная инженерия не удовольствовалась умением удалять ненужные гены и двинулась дальше. Но я отвлекаюсь… У моей матери, напротив, было идиллическое детство (возможно, даже слишком идиллическое): она считалась вундеркиндом и пятнадцать безмятежных лет концертировала как скрипачка, срывая восторженные аплодисменты, пока не обнаружила, что детская виртуозность еще не предполагает гениальности во взрослом возрасте. Узнав истинные пределы своих способностей, она закусила губу и поклялась, что для ее дочери не будет ничего невозможного.

Проснувшись в собственной постели, стоит удостовериться, а вы ли это на самом деле?

Я восприимчивый. Не то что некоторые. Но пользы мне от этого мало, только вред. Сколько лет живу на свете, никак не могу привыкнуть. Чего со мной только не случалось… И всё из-за вас, из-за людей.

Началось это со мной в детстве, в возрасте счастливом, но незапоминающемся. Именно по этой причине я не знаю, как всё произошло в первый раз. Могу только предположить, что чем-то рассердил своих родителей: то ли улыбка им моя не понравилась, то ли орал долго или ещё что-нибудь делал неприятное, но кто-то из них сказал про меня что-то метафорическое. Любя, наверное, но сказал.

Каждое утро мимо окон проходила женщина в голубом плаще. Он провожал ее глазами, и каждый раз ему казалось, что по мере удаления цвет плаща меняется – из голубого становится ярко-зеленым. В первый раз он только механически отметил это обстоятельство; во второй – заметил и удивился; в третий – растолкал Фреди, который как всегда спал, и заставил его посмотреть в окно. Пока Фреди поднимался, женщина в голубом плаще уже успела отойти на порядочное расстояние. Фреди подтвердил, что плащ зеленый, и снова лег спать.

Я помню тот миг, когда я родилось на экран. Первым моим ощущением было громадное счастье существования. Вначале я увидело табличку «START» и поняло, что некая добрая воля позаботилась обо мне и обставила начало моего пути с надлежащей торжественностью. Сердце мое воспылало благодарностью к этому миру и его создателям. Вокруг меня не было тьмы и зла, кирпичные стены были красивы – и я с замиранием сердца пошло по предначертанному пути.

Вскоре я увидело прекрасную картину по правую руку от себя и постаралось свернуть, но тщетно. Я кричало, звало, молилось. Вначале я подумало о несовершенстве моего мира, но сразу же устыдилось своего сомнения. Ведь в самом деле, тот, кто создал меня в этой Вселенной, лучше понимал мои нужды и уж наверно, сумел как нужно позаботиться о них. Вскоре я узнало, что мир мой довольно тесен. Некоторое время мне было одиноко, но наконец я увидело существо, без сомнения, принадлежавшее к высшей расе и даже имевшее тело. Его мордочка была заострена, лапы поджаты и хвост подогнут, я не могу говорить с уверенностью, ведь я прокатилось слишком быстро. Мне было до слез жаль его – наказанного неподвижностью.

Они прошли на второй этаж, который, ради блажи, был устроен на высоте двадцать второго, а на самом деле находился гораздо выше первого и из больших окон там был виден растерянный маленький город, значительно измененный наклонной перспективой, слегка перевернутый, испуганный, блестящий, дрожащий, темный по углам; один из уголков завернулся и видно было, как по горизонту трепетал дождь, отражаясь в лужах. Над тучами зияло звездное небо, ни мало не похожее на настоящее; мгновенье медлило – заметив это, дама с коброй на шее отперла дверь, потом заперла и снова отперла.

Он проговорил нужное заклинание и кости упали шестерками вверх. Тринадцатый раз подряд – сегодня у него это получилось. Он открыл окно, впуская теплые запахи вечернего моря; тетрадь с его гениальными расчетами весело залистала страницами, заигрывая с ветром, пахнущим сиренью и солью.

Теперь он мог все. Пусть другие называют это магией, фокусами или обманом. Он снова подбросил кубик и кубик снова упал шестеркой кверху. Да, в этом так же мало магии, как в вызове такси по телефону. Ты набираешь нужный номер и сообщаешь нужный адрес. И все. Огромные невидимые силы, управляющие миром, выполняют любое твое желание. Любое?

Впервые человечеству грозит полное вымирание. В космосе – сектанты разрушили Луну, и её осколки угрожают городам Земли, а из-за неудавшегося эксперимента из Меркурия создают чёрную дыру, и она уже влияет на Солнце.Но и это ещё не всё: случайно, вместе с Лунным грунтом, на Землю завозят штамм неизвестной болезни. Учёные находят лекарство против неё, но под его воздействием болезнь мутирует, подвергая мутациям и людей.И дальше только хуже…Читайте «Армагеддон», чтобы узнать будущее.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

"Черная Африка" середины XIX века…

Дикий край, почти не изученный европейцами.

Белые люди приезжают сюда на собственный страх и риск — чтобы нажить огромные состояния или бесславно погибнуть.

Однако Зугу Баллантайна и его сестру — молодого врача, красавицу Робин, интересует не только богатство. В Африку их привели поиски отца, бесследно исчезнувшего там много лет назад…

Так начинается эта увлекательная история о суровых мужчинах и прекрасных женщинах, о лихих и циничных авантюристах — и об отважных путешественниках. История любви Робин к отважному капитану Мунго Сент-Джону — и опасных, захватывающих приключений Зуги на таинственных берегах Замбези.

Уилбур Смит оживляет для читателей Африку далекого прошлого — во всей ее красе!

(Entertainment Weekly)

Потрясающий роман. Его читаешь, затаив дыхание, с его героями трудно расстаться!

(Times)

Один из самых известных фантастических сериалов, начало которому положили произведения знаменитого британского писателя и мыслителя Колина Уилсона, получил свое продолжение в работах отечественных авторов.

Мир, где Земля полностью преображена после космической катастрофы.

Мир, где пауки обрели волю, разум и власть.

Мир, где обращенный в раба человек должен вступить в смертельную борьбу, чтобы вернуть себе свободу.

Мир пауков становится НАШИМ миром.

Один из самых известных фантастических сериалов, начало которому положили произведения знаменитого британского писателя и мыслителя Колина Уилсона, получил свое продолжение в работах отечественных авторов.

Мир, где Земля полностью преображена после космической катастрофы.

Мир, где пауки обрели волю, разум и власть.

Мир, где обращенный в раба человек должен вступить в смертельную борьбу, чтобы вернуть себе свободу.

Мир пауков становится НАШИМ миром.

К моменту моего появления на свет в июле 1918 года мать болела «испанкой», я был очень плох, и потому меня вынуждены были крестить прямо в больнице. Наш старый домашний врач, зайдя как-то навестить семью, осмотрел новорожденного и заявил, что младенец может погибнуть от истощения. И тогда бабушка (со стороны матери) забрала меня с собой на дачу в Даларна. В поездке — а в то время такое путешествие занимало целый день — бабушка кормила меня бисквитом, размоченным в воде. Когда мы добрались до места, я едва дышал. Бабушка все-таки не теряла надежды и нашла кормилицу — славную светловолосую девушку из соседней деревни, я начал прибавлять в весе, но при этом постоянно мучился болями в животе и рвотой.