Лицо бездны

Лев Князев

ЛИЦО БЕЗДНЫ

Повесть

Партия сказала: "Надо".

(Излюбленное присловье времен

Развитого Социализма).

Бесконечно, неоглядно разлилась на все стороны света бесстрастная, но живая, пульсирующая масса Бездны. Напряженно дышит стихия, глядит в опрокинутую над ней Вечность, чутко прислушиваясь к доносящимся из пространства сигналам. Откуда-то издалека прилетел еле уловимый стон зарождающегося циклона - и на поверхности моря дрогнули, побежали к горизонту мелкие серые морщинки. Час, другой - и преобразовалось все вокруг. Поседел океан, низко стелются над волнами невесть откуда успевшие лиловые тучи. Шуршит, клокочет, рычит потревоженная Бездна, и одиноким, заброшенным кажется в центре ее неуклюжее судно-сцепка, состоящее из громадной, заваленной до верха баржи и упертого ей в корму буксира с высокой, вознесенной над штабелями рубкой.

Другие книги автора Лев Николаевич Князев

Трижды рявкнул в темноту портовый буксир, предупреждая, что дает задний ход, и тотчас взбурлила за его кормой ледяная каша; резко натянувшись, брызнул водой взъерошенный пеньковый трос, и массивная облезлая туша парохода «Полежаев» нехотя отделилась от причала. Была ветреная ноябрьская ночь 1945 года, дымы из судовых труб едкими струями стелились над бухтой Золотого Рога. Матросы жались к орудийному барбету на корме, постукивая сапогами о стальную палубу. Второй штурман приставил ко рту «матюгальник» и крикнул в сторону мостика:

Популярные книги в жанре История

Эта книга — о встрече традиционной еврейской общины и русской армии, о социально-политических и духовных обстоятельствах этой встречи, а также о ее последствиях. Автор прослеживает историю взаимоотношений военного ведомства с евреями России и Царства Польского от первого еврейского рекрутского набора 1827 г. вплоть до начала Первой мировой войны. Исследователь рассматривает военную и национальную проблематику в широком социокультурном контексте: литературные образы еврейских солдат в русской армии, отношение военных министров и полковых командиров к этническим меньшинствам, быт воспитанников в кантонистских батальонах, думские дебаты и военные баталии. В книге использован богатейший документальный материал из российских и зарубежных архивов.

«Русская земля принадлежит русским, одним русским, и есть земля Русская… Хозяин земли Русской – есть один лишь русский (великорус, малорус, белорус – это все одно)». Автор этих слов – Ф.М. Достоевский. «Тот, кто говорит: «Россия – для русских», – знаете, трудно удержаться, чтобы не давать характеристики этим людям, – это либо непорядочные люди, которые не понимают, что говорят, и тогда они просто придурки, либо провокаторы, потому что Россия – многонациональная страна». Это высказывание принадлежит президенту В.В. Путину. Эти слова сказаны не только в разных эпохах, но и в разных странах – в разных Россиях. Итак, есть два государства. Рубеж между ними проходит не по территории, а во времени. Одно из них – русская Россия – существует лишь в памяти и в чьих-то мечтаниях. Другое – многонациональная Россия – является нашим настоящим и, по-видимому, нашим будущим. Граница двух Россий проведена четко и основательно в 1917 году.

Того же автора:

РЕЛИГІОЗНЫЕ ОТЩЕПЕНЦЫ

Очерки современнаго сектантства. Два выпуска. Спб., 1904 г.Выпуск первый. 210 стр. Цена I руб.

Содержаніе: 1. Сютаевцы.—Проповедники мира, любви и братства— 2. Апостол Зосима.—Еретики.

Выпуск второй. 252 стр. Цена 1 руб.

Содержаніе: 1. Немоляки.—2. Медальщики.—3. "Вредныя секты": Бегуны. Неплательщики. Лучниковцы.—4. Новая секта (секачи).—5. Штунда среди великороссов.—б. Белоризцы.—7. Интеллигентная секта.—Десное братство.

Оренбург в течение полутора веков был центром связей России с народами Казахстана и Средней Азии. Это наложило своеобразный отпечаток на облик города. Книга основана на архивных документах и научных исторических публикациях дореволюционного и советского периодов. В ней рассказывается о прошлом, настоящем и будущем города, истории его застройки. Рассчитана на широкий круг читателей.

Эта книга — сборник статей о прошлом, настоящем и перспективах развития Оренбургской ордена Ленина области. Материалы книги расположены по разделам: «Природа», «Население», «Страницы истории», «Народное хозяйство», «Культурное строительство». В «Приложениях» даны хронология важнейших событий в истории области, туристские маршруты и список литературы об Оренбуржье. Авторами статей являются ученые, преподаватели высших учебных заведений, партийные работники, специалисты различных отраслей народного хозяйства, деятели культуры. В книге они освещают главные явления жизни области, хотя и не дают систематизированного курса, полностью исчерпывающего ту или иную тему. «Орденоносное Оренбуржье» адресуется самому широкому кругу читателей. Пропагандисты и агитаторы почерпнут из книги много ценных сведений, необходимых в учебной и массовой работе. По многим вопросам сборник послужит пособием для преподавателей и учащихся вузов, техникумов, старших классов средних школ. Все кто интересуется прошлым и настоящим степного края, найдут в книге богатый фактический материал, показывающий, какой замечательный путь прошло Оренбуржье за годы Советской власти. Составитель Н. И. Мячин.

Стоящий на рубеже Европы и Азии город Оренбург в 60-х годах минувшего XIX столетия служил, а частью и ныне еще служит, административным центром обширного и изобилующего природными богатствами Оренбургского края, заключавшего в себе нынешние губернии: Оренбургскую, Уфимскую и Самарскую, а еще ранее ― части губернии Астраханской, Саратовской, Казанской и Пермской, землю Уральского казачьего войска и киргизскую степь.

Площадь Оренбургского края, во всем его объеме, занимала пространство в 18 тыс. кв. миль, или 885 тыс. кв. верст, а по другим вычислениям даже более миллиона кв. верст, тогда как пространства больших европейских государств Германии и Австро-Венгрии равняются первое ― 9900, а второе ― 12.280 кв. милям.

Скоро исполнится 250 лет с тех пор, как впервые «У устья Орского над Яйком» заложили город-крепость. Однако понадобилось еще 8 лет, чтобы центр нового обширнейшего Оренбургского края обрел свое нынешнее место. Расширяя пределы своего господства, феодальная Россия XVIII века вынуждена была отодвинуть и укрепить государственную границу на юго-восточной окраине. Город-крепость на Яике был необходим как главный опорный пункт создаваемых линий крепостей и как центр хозяйственно-политического общения с народами и государствами Востока.

Оттиск из журнала Вестник Просвещенца № 4 за 1928 г.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Браха Кноблович,

изральский писатель.

Сила молитвы (пересказ)

Из цикла: Рассказы о праведниках

Перевод с иврита П.Гиля.

Йосеф-Ицхак был единственным сыном раби Шалома-Бера, пятого Любавичского ребе. Уже с самого раннего детства он отличался от других детей своим особым характером. Каждый день он учил Тору, сосредоточенно молился, старательно и с любовью исполнял заповеди.

Его отец, раби Шалом-Бер, был цадиком - святым человеком и великим мудрецом: многие приходили к нему чтобы получить совет и благословение и услышать из его уст слова Торы.

Научный обозреватель АПН Е. КНОРРЕ

комментирует последние работы

Физического института АН СССР

Фантастика, ставшая явью

Эволюция научной идеи обычно проходит по сложной трассе от пункта Этого Не Может Быть до пункта Это Уже Есть.

Но перед тем, как стать всеобщим достоянием, научная идея переживает своего рода инкубационный период - уже проверенная в эксперименте, она открывает широкий простор мечте. Мечте реальной, закономерно обусловленной. В этом отличие идеи научной от идеи просто фантастической, хотя иной раз фантастике н не угнаться за тем, что предоставляет людям наука.

Федор Федорович Кнорре

Акварельный портрет

Только что прибывший в город фотокорреспондент Митя Великанов сошел с парохода и, отказавшись от такси и автобуса, бодро двинулся пешком вверх по бесконечно длинной лестнице, которая начиналась у самых пристаней на берегу Волги и круто уходила в гору по заросшему травой откосу - к подножию каменных башен старого кремля.

Ему легко дышалось, и он неутомимо отсчитывал ступеньки, помахивая в такт шагам легоньким чемоданчиком, где было гораздо больше запасной пленки и замысловатых объективов, чем носовых платков и рубашек.

Федор Федорович Кнорре

Черная трава

Почтовые тройки, добежав под вечер до спуска в овраг, опасливо упираясь, начинали спускаться шагом под откос, встряхивая глухими бубенцами, шагом протопав по толстым бревнам мостка, выносили на пригорок, и тут ямщик, неуклюже отваливаясь набок, скосив глаза и не выпуская вожжей, обязательно оборачивался, спрашивая путешественника, как быть: заворачивать ночевать на постоялый двор сразу за оврагом, или уж рискнуть, гнать напропалую до Москвы, чтоб в темноте добраться до первого масляного фонаря у городской заставы?