Лестничная площадка

«Машины времени» давно уже устарели, а вот «машины желаний» не устареют ни-ко-гда! Потому что всегда найдутся люди, мечтающие превозмочь пространство и время — лишь бы исполнить свое заветное, тайное желание…

А потому — чем, черт возьми, плох эксперимент чудака-профессора, поместившего свою «машину желаний» на обычной лестничной площадке обычного дома?

Войдите — пусть случайно, — и ваше пространство совместится с пространством того, на кого ваше чувство направлено! Только что выйдет из такого эксперимента?

Отрывок из произведения:

Оставалось только бросить машину и бежать в лес — что он и сделал. Черная стена хаоса спутанных голых веток казалась сплошной и совершенно непроходимой. Ноги, как только он сошел с асфальта, по щиколотку утонули в липкой жирной грязи. Он бросил тело вперед, пытаясь раздвинуть кустарник, спрятаться за темнотой. Ступня зацепилась за невидимую петлю корня или поваленного дерева, он не сумел удержать равновесия и, упав лицом в острые прутья, покатился вниз по неожиданно крутому склону. Сплетение ветвей и сучьев затормозило падение, он поднялся было на ноги — и снова упал в грязь, смешанную с прошлогодними листьями.

Рекомендуем почитать

Было, сказывают, некогда княжество Крутен, и правил им славный князь Дидомысл. И, почти как в сказке, было у него три сына. Крепко повздорили княжьи сыновья с колдуном. С сильным, жестоким, могучим... Пало проклятие на княжество Крутен — и никому, кроме меньшего из княжичей, его не избыть... Читайте «Крутен, которого не было» — крепкий коктейль из увлекательной фэнтези и «альтернативной истории»!

Издавалось издательством АСТ в двух книгах: «Зверь из Бездны». 2002. и «Зверь из бездны: Второй раунд». 2004.

ЗВЕРЬ ИЗ БЕЗДНЫ

Человечеству не привыкать к «деяниям» серийных убийц. И далекое будущее тут не изменит ничего. Но — что делать инспектору Галактической Службы Безопасности, на плечи которого свалилось… дело о маньяке-убийце, «работающем» на уровне ВСЕЙ Галактической федерации? Более того — уничтожающего свои жертвы при помощи… материальных галлюцинаций? Расследование начинается — но трудно даже предсказать, ЧЕМ закончится противостояние между человеком — и «Зверем из Бездны»…

ЗВЕРЬ ИЗ БЕЗДНЫ: ВТОРОЙ РАУНД

Пересечь границу, отделяющую наш мир от Инобытия?

Вступить в схватку с Силами, управляющими миропорядком?

Попросту — новое задание офицера Унипола, хорошо знающего, что люди выиграли лишь первый раунд в бою со Зверем бездны! Второй раунд будет играться совсем по иным правилам!

Яна Дубинянская

БЫТЬ СЧАСТЛИВОЙ

ЧАСТЬ 1

У Его Величества Максимилиана Великолепного были красивые руки. У него давно вошло в привычку небрежно поигрывать длинными ухоженными пальцами, искоса любуясь ими. Он и сейчас поглядывал на них, перебирая ворох газетных вырезок, и усмехался томной, беспечной улыбкой. У него были все основания для беспечности.

"...И, ежевечерне слушая этот неприятный шум, вы не раз спрашивали себя: что за строительные работы могут вестись так долго на одном и том же месте? А, между тем, все очень просто: ведь расстреливают каждый вечер новых людей..."

Яна Дубинянская

ИМЕНЕМ ВАЛЬСА

- Очаровательная Вайолет Шелли, восходящая звезда Голливуда, пользуется только мылом "Пена моря"!

Бесчисленные воздушные шарики переливались всеми цветами радуги между длинными ногами девушек в бирюзовых купальниках. Потом девушки отступили полукругом, шарики устремились вверх, и в их мыльном апофеозе возникла сверкающая серебряным костюмом красавица с блестящими черными волосами.

- Только "Пена моря"!

Герои. Охотники на вампиров и драконов, оборотней и чернокнижников. Профессионалы «меча и магии», оставшиеся не у дел в мире, где Свет и Тьма наконец-то официально уравнены в правах.

Однако теперь у Темных появился свои мессия, жаждущий божественности. И не хватает ему только воскрешения. Для Воскрешения же необходима — смерть. А для Смерти — безжалостный меч Героя.

…Тюрьма далекого будущего.

Искусственно воссозданное далекое первобытное прошлое человечества. Первобытный мир, в котором правят уже давно одичавшие потомки первых «ссыльных».

Теперь в этом мире появляется новый человек. Человек, чья задача — любой ценой найти сбежавшего опасного преступника, сумевшего найти разгадку тайны Стеклянных призм — источников энергетической жизнедеятельности «каторжного мира».

Вот только — не будет ли цена поимки беглеца слишком высокой?..

Яна Дубинянская

КАПИТАН И АНЖЕЛИКА

- Я Капитан Семи Ветров, - сказал мужчина.

Мальчик смотрел на него, и тихий немыслимый восторг все ярче светился в его распахнутых детских глазах. В свои девять лет он достаточно четко представлял себе границу между миром книг, снов и мечты - и реальностью, но стоящий перед ним человек одним своим видом рассеивал эти представления. Без сомнения, он был живой и настоящий - но какой!

Облетающий лес ронял сухие листья за загнутые поля черной треуголки, сколотой с одной стороны массивной брошью с тускло-фиолетовым камнем. Широкие плечи капитана облегал чуть переливающиеся лиловый камзол, и из-под жестких рукавов на обветренные руки спадали снежно-белые кружева с золотой нитью, смоляно-черные сапоги раскрывались выше колен широчайшими раструбами, и у самых серебряных пряжек кончались ножны огромной шпаги. Ее изогнутый эфес, усыпанный драгоценными камнями, покоился на широком поясе, и из-за него же торчали два длинных причудливых пистолета. А это лицо коричнево-загорелое, перерезанное глубоким прямым шрамом, чеканно-твердое, с черными бровями вразлет и огненными углями глаз - не могло принадлежать никому, кроме Капитана Семи Ветров.

На пляже встречаются два полицейских, один из которых был начальником полиции, но уже ушел на пенсию, а второй был самым лучшим его подчиненным. Мишель Мортань поймал на удочку какое-то странное существо, бывшее некогда рыбой, и рассказал свою теорию о том, что море — это живой организм, который начинает протестовать против человека.

fantlab.ru © ZiZu

Другие книги автора Яна Юрьевна Дубинянская

Что вы думаете о Контакте? Нет, не о контакте в розетке, а о Контакте С Большой Буквы. Наверняка вы думаете о Контакте не так, как ведущие российские фантасты, чьи произведения на эту тему собраны в этой книге. Кстати, Контакт бывает не только с инопланетянами — но и с представителями параллельных миров, разумными животными и даже… эльфами! Головачёв, Лукьяненко, Михайлов, Васильев, Громов, Калугин, Евтушенко, Басов и другие звёзды отечественной фантастики в сборнике остросюжетных произведений о Контакте С Большой Буквы!

2034 год. После ядерной войны и череды глобальных катастроф вся Земля превратилась в радиоактивную Зону, а человеческая цивилизация лежит в руинах. В пламени мирового пожара выжил один из тысячи – отчаявшиеся, изувеченные лучевой болезнью и калечащими мутациями, вымирающие от голода и холода, последние люди влачат жалкое существование на развалинах и пепелищах.

Однако трагедия ничему не научила неразумное человеческое племя: первое, что сделали выжившие, едва стих грохот Армагеддона, – вновь взялись за оружие, пусть не такое мощное, как раньше, но не менее смертоносное. Малые, скоротечные, но по-прежнему беспощадные войны идут за последние плодородные клочки земли, за безопасную пищу, за чистую воду. А иногда – просто от безысходности, от осознания того, что завтра не наступит никогда…

В антологии собраны научно-фантастические и фэнтезийные рассказы современных российских писателей, опубликованные в разделе «Клуб любителей фантастики» журнала «Техника — молодежи» за 2006 год.

Яна Дубинянская

НЕПРИКАЯННЫЕ ДУШИ

... И когда белое покрывало пленницы, шелестя, упало на землю, паладин поднялся и замер, потому что понял, что перед ним стоит его Судьба. И странный огонь зажегся в его глазах, и слуги отступили в страхе и недоумении. И, не в силах оторвать взгляда от её лица, он воскликнул: "И я мог воевать с этим народом! С народом, породившим такую красоту!" Турчанка медленно подняла глаза, а паладин схватил обеими руками свой тяжелый меч и с такой силой швырнул его о землю, что стальной клинок погнулся, а крестообразная рукоять раскололась надвое.

Яна Дубинянская

ПО ПАМЯТИ

- Ты должен это сделать, - произнес граф и возложил свою бесплотную старческую руку ему на плечо. - Я не в праве приказывать, я только прошу тебя, Жюстен - но долг, святой долг перед Императором, Отечеством, народом велит тебе сделать это.

Молодой человек кивнул, усилием воли сохраняя на лице бесстрастное выражение. Граф убрал руку с его плеча и зашагал по комнате, при каждом шаге позвякивая скрытой в глубине внутреннего кармана связкой ключей. Это звяканье всегда действовало Жюстену на нервы - но не сейчас, нет, не сейчас...

Яна Дубинянская

ПОД ПЕЛЕНОЙ

Входя, Селестина попробовала придержать дверь, но она все равно захлопнулась с глухим стуком, и вьюжный ветер тут же протяжно запел, резонируя в каких-то невидимых щелях. Девушка устало-облегченно перевела дыхание

и слабым движением сбросила на плечи капюшон, сплошь залепленный снегом.

Боже, какое счастье, что она все-таки дошла сюда.

Позавчера эта гостиница показалась ей маленькой, неустроенной, неуютной и к тому же угнетающей серой пустотой. Селестина даже поссорилась с хозяйкой - напрасно, ведь эта грузная неприятная женщина не виновата, что

Яна Дубинянская

РАЛФ И РОЛЛЬ

На разных концах огромной планеты в один и тот же миг появились на свет два младенца. Их матери ничего не знали друг о друге. Одна дала сыну имя Ралф, другая - Ролль. На этом Тот, кто их послал, пока остановился.

Прошло около двадцати лет, и на узкой тропинке посреди окруженной холмами долины лицом к лицу встретились два молодых человека.

Один - высокий и широкий в плечах, с прямым взглядом светлых глаз, массой светло-русых вьющихся волос над высоким лбом и открытой, ослепительной улыбкой. Это был Ралф. Ралф - повелитель ветров.

Она встретила его на остановке. Незнакомый мужчина с огромными железными палками следил за ней. Девушка попыталась уехать, но он всё так же преследовал её.

fantlab.ru © ZiZu

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Никогда еще весенний Вашингтон не казался ему таким прекрасным… Последняя весна, мрачно подумал сенатор Стилмен. Даже теперь, хотя слова доктора Джордена не оставляли места для сомнений, трудно было примириться с истиной. Прежде он всегда находил выход, пусть полный крах порой казался неизбежным. Если его предавали люди, он увольнял их, даже сокрушал в назидание другим. На этот раз измена таилась в нем самом. Так и кажется, что чувствуешь тяжелый ход своего сердца, а вскоре оно и вовсе остановится. Нет никакого смысла готовиться к президентским выборам; хорошо, если он доживет до выдвижения кандидатур…

Страх разрывал его мозг на сотни агонизирующих осколков, морозил кровь, тормозил сердце. Страх плескался в огромных золотых глазах подобно отражению безразличного солнца, что смотрит на землю с высоты своей чистоты и при этом слепо. Он очень боялся смерти.

«Они убили их всех, они убили их всех!» — стонал охваченный ужасом разум, пока его обладатель отчаянно пытался протиснуться в щель стены.

Камни ранили чувствительные подушечки когтистых пальцев, вырывали из груди стоны боли. Он оставлял за собой кровавый след.

Готов ли ты пройти через насмешки и нелюбовь, лишения и нищету. И все ради чего? Ради какой-то призрачной надежды. Но ведь ты писатель, или, говоря иносказательно, искус!

Опубликован в русскоязычном литературном сборнике Германии "Unzensiert", приложение к журналу "EDITA", 2, 2011 г.

Время — основа бытия. оно вечно, неизменно, постоянно. сия материя состоит из четырех сторон света, двадцати восьми морей, воздуха, людского сознания и соткана искусной мастерицей Судьбой.

Нитки для этого ковра собирались отовсюду, каждая из них терпеливо ждала своей спутницы, ждала долго, понимая, что пропусти всего лишь одну — и рисунок никогда не будет закончен.

Но Судьба терпелива, упорна, настойчива.

Она способна ждать тысячи лет, только чтобы правильно соединить две ниточки в орнамент, не имеющий начала и конца.

Документ 1

Островитянин 7 — центру.

(Совершенно секретно).

Сканирование вновь дало отрицательный результат. Проводить дальнейшее сканирование Океана бессмысленно. Продолжаю наблюдение за объектом. Джи-джиду вне опасности.

1.

Кто видел настоящий хрусталь в веке тридцатом? Когда на межзвездном лайнере «Кир-2», медленно плывущем к точке входа в гиперпространство, вам предложат «Черную собаку» в хрустальном бокале, не верьте, что бокал настоящий. Ведь даже текила может быть поддельной. Ныне все имититируется, любые атомы можно заставить построиться в нужном порядке. Нынешние криэйторы гордятся своей властью и смотрят на прочих свысока: Мы создаем, а у вас нет выбора. Хотя на самом деле выбор есть. И если в спешке перескакивать с одной базы на другую, с одной разоренной планеты на другую, то всегда можно отыскать кусочек подлинности, созданный по прихоти щедрой на выдумки Природы.

Это вовсе не новогодняя сказка, хотя заканчивается все хорошо. Вроде бы

рассказ опубликован в журнале "Магия ПК", номер 9, 2011.

очередное творение из архива

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Яна Дубинянская

Макс и летающая тарелка

Макс был красив. Макс был очень красив. Макс был богат, он был из очень хорошей семьи. Макс был не про мою честь.

Попробовали б вы объяснить это моей маме. Мама решила выдать меня за Макса замуж. Она увидела его на праздничном концерте в нашем колледже Макс был конферансье, как всегда, - после концерта перекинулась с ним парой слов и была совершенно очарована. Макс всех очаровывает. А моя мама, если вобьет себе что-то в голову, абсолютно неуправляема.

Яна Дубинянская

МОЙ ПАПА - ИДЕАЛЬНЫЙ СЕМЬЯНИН

Вот! Мой родной отец. В стране с почти полумиллиардным населением. Меня впечатлило, честное слово! Мне сказал об этом дядя Алекс, папин заместитель. Он позвонил, когда я только-только вошла в прихожую и закинула в угол дорожную сумку. Я выждала звонков пять-шесть, но дома явно никого не было, и я подбежала к телефону сама. - Кристина? Вот здорово, что ты дома! - обрадовался дядя Алекс. - Ты единственный разумный человек в этой семье, с кем можно поговорить по делу. Кристи, поздравляю, твой отец, похоже, выиграл премию "Идеальный семьянин"! Да, кстати, почему ты приехала? Разве у вас в университете каникулы? - Не-а, - дяде Алексу я с детства привыкла рассказывать всю правду. Просто мы с Бертом поссорились, Берт - это мой новый друг. Я ему наврала, что беременна, и укатила домой. Дня через два-три заявится, как миленький. - Никому не говори об этом, Кристина, и особенно журналистам, - вдруг забеспокоился дядя Алекс. - Это может серьезно навредить отцу, - он понизил голос до шепота. Дядя Алекс всегда говорит шепотом по телефону, если подозревает, что линия прослушивается. - Ты можешь сейчас приехать в отдел? Есть одно дело, это не телефонный разговор... Я пообещала выехать немедленно, но про себя решила, что имею право на десятиминутный душ с дороги. И переодеться. Пока я это делала, вернулась мама - правда, кажется, ненадолго. Я застала ее сидящей перед зеркалом за туалетным столиком. Мама сняла с губ ярко-красную помаду и осторожно накладывала пурпурную. Можно было, конечно, заявить, что пурпурная ее старит, и выслушать потрясающий монолог о безнадежном отставании современной молодежи от новейших тенденций парижских подиумов. После чего мама, конечно, поменяла бы пурпурный тон на абрикосовый. И стало бы ясно, что ее теперешний любовник тоже относится к категории "современной молодежи". Но я торопилась и потому сказала только: - Знаешь, ма, а наш папа выиграл "Идеального семьянина"! Мамино отражение в зеркале слегка приподняло выщипанные брови. - Этот тюфяк? Странно. А что ты здесь делаешь, Кристина? Каникулы в университете? - Да, - я не стала вдаваться в подробности. - Ма, это сто тысяч! Я сделала эффектную паузу, на протяжении которой мамино лицо под слоем тонального крема довольно заметно пошло пятнами. И только потом выдала информацию, которой мама и сама бы владела, если бы хоть иногда читала газеты: - И потратить их он обязан на семью! Мамины глаза вспыхнули, а я накинула плащ и поехала к дяде Алексу. Дядя Алекс - это просто чудо. Никак не пойму, почему он до сих пор не президент страны, а всего лишь папин заместитель в рекламном отделе. Кстати, не помню, чтобы я хоть раз, позвонив отцу на работу, застала на месте кого-нибудь кроме дяди Алекса. Без него не то что отдел - вся фирма давно бы вылетела в трубу. А вот отсутствие в природе папы навряд ли кто-то бы вообще заметил, на работе, я имею в виду. На дяде Алексе держится абсолютно все. Дядя Алекс лично знаком с абсолютно всеми нужными людьми: от пресс-секретаря премьер-министра до хозяина недорогой пиццерии через дорогу. Дядя Алекс не женат - а иначе я первая возмутилась бы, что это моему отцу дают "Идеального семьянина". Да, может быть, кто-то не знает. "Идеальный семьянин" - это премия, которую лет десять назад учредил один компьютерный магнат, кажется, глубоко несчастный в личной жизни. Целых сто тысяч - любому мужику (естественно, женатому и обремененному хотя бы одним ребенком), анкету которого выберет любимый персональный компьютер того миллионера. Потом, кажется, еще какие-то собеседования и психологические тесты, но это уже формальность, компьютер - главное. Как он это делает, не знает никто, но ежегодно миллионы семейных мужчин направляют на конкурс свои анкеты. А то маленькое условие, которым я повергла в транс мою любимую маму, естественно, никого не останавливает. На сто штук можно спокойно всю жизнь содержать три-четыре семьи, не то что каких-то жалких жену и пару-тройку детей. Я подозревала, что папину анкету на конкурс послал дядя Алекс. Разумеется, так оно и оказалось. - Заходи, заходи, - заторопил он меня с порога. - Как ты вовремя приехала, девочка, ты даже представить себе не можешь! Ну к кому бы еще я мог обратиться, в вашей-то семейке? Садись вон в то кресло, Кристина, тут нас никто не должен услышать. Естественно, в отделе никого не было. Ни начальника - он же мой отец, ни рекламных агентов, ни даже той белобрысой голенастой девчонки, папиной секретарши. Не понимаю, на кой черт фирма вообще их держит, для нормальной работы отдела вполне бы хватило одного дяди Алекса. В двух словах он разъяснил мне суть дела. Папина анкета вроде бы прошла, но для полной победы ему надо еще заполнить какой-то там дурацкий тест. Задания страшно засекречены, сегодня их пришлют папе на его личный электронный адрес. Рассказывая об этом, дядя Алекс положил на стол передо мной пачку компьютерных распечаток. - Тут уже подчеркнуты правильные ответы, - сказал он. - Ради бога, проследи, Кристина, чтобы он все заполнил как надо. А лучше сама это сделай, твой отец такой безалаберный... Он нетерпеливо махнул рукой в ответ на мой ошарашенный взгляд. А впрочем, с моей стороны было глупо так удивляться. Для дяди Алекса нет ничего невозможного, а знакомых психологов и компьютерщиков у него хоть отбавляй. Странно другое: все же знают, что эти психологические выверты просто формальность, так чего же дядя Алекс так волнуется? - Это очень важно, Кристи, - еще и повторил он. - Дело в том... в общем, в этом году компьютер выдал имена двух претендентов. Сначала хотели разделить премию, но это как-то не принято... и будут выбирать. Так что имеет значение не только этот тест, но и вообще каждая мелочь. Тем более, что второй - Спригглз. - Тот самый?! Дядя Алекс скорбно кивнул головой, и в этот момент входная дверь распахнулась. - Крис!!! И я очутилась в полуметре над землей в объятиях идеального семьянина. При этом раздался довольно ощутимый грохот - белобрысая секретарша, талия которой неожиданно лишилась поддержки, не удержала равновесия и рухнула на ящики в углу. Краем глаза я видела, как дядя Алекс рыцарски помогал ей встать. Папа минуты две покружил меня по отделу, а потом то ли устал, то ли решил все-таки посмотреть на родную дочь. Я снова оказалась на твердой земле. - Что тут без меня? Ты надолго домой? - спросил он по неопределенному адресу. Мы с дядей Алексом честно поделили вопросы, и право первого ответа я предоставила ему. - Звонили от Смита насчет поставок, - начал перечислять он. Дядя Алекс почему-то считал своим долгом держать папу в курсе всех дел. - "Нью-вуди" все-таки отказываются от рекламы. Пришло четыре факса от северо-западных компаний, кажется, ничего интересного, но проверить стоит. Да, и босс требует отчета за месяц. Папа перестал его слушать где-то на "Нью-вуди", если не раньше. - Разберешься сам, хорошо? Ко мне дочка приехала!!! Диди, солнышко, свари-ка нам кофе! Папина секретарша - лет семнадцать, не больше, плоская и большеногая акселератка, на ее неприкрытом юбкой бедре уже начал проступать конкретный синяк, - явно не больше жаждала варить кофе, чем я - пить его. Я благородно озвучила ее стремления и сказала папе, что иду домой. Надо было раньше него залезть в электронную почту и сделать этот чертов тест. Папа к тому времени уже с интересом листал какой-то иллюстрированный журнал и неопределенно махнул рукой, а дядя Алекс проводил меня до дверей. - Я только на тебя и надеюсь, Кристи. И никому ни одного лишнего слова. Помни о Спригглзе! Я помнила и, честное слово, легче мне от этого не становилось. Спригглз держал "Мир скандалов" - самую желтую в стране газетенку. Если кому-либо надо было собрать и обнародовать несмываемый компромат на кого-либо, и первый кто-либо имел на это дело достаточную сумму, он мог смело идти прямиком к Спригглзу. Лучше него с подобным делом не справился бы никто. А я подозревала, что сто тысяч - вполне достаточная сумма. В общем, действовать надо было быстро. То есть немедленно отправить ответы на тесты - я свято верила, что дядя Алекс раздобыл их раньше, чем Спригглз. И уповать на такую же оперативность со стороны комитета по премиям. Пост-фактум, то есть когда папу уже объявят Идеальным семьянином, даже Спригглз уже ничего не сможет поделать. К тому же его еженедельник выходил только в следующую среду. Дома ждала записка от мамы: "Кристина, отнеси передачу Майклу, с 17.00 до 17.30, она на тумбочке. Если позвонит Уильям, я умерла или уехала за границу навсегда. Если кто-нибудь еще - ты ничего не знаешь. Целую." В передаче были носки, шоколадка и сигареты, и я решила, что Майкл без них обойдется. Он бы меня понял. Сто штук для его родного отца куда дороже. Кстати, вопросы на первой распечатке касались как раз Майкла. Образчик стиля: "Когда ваш сын в возрасте пяти лет просился на прогулку, вы отвечали ему: а) иди, сынок; б) иди гуляй; в) сходи, проветрись; г) давай, но к обеду возвращайся; д) дуй, сына; е) вперед! (нужное подчеркнуть)" К счастью, нужное уже было подчеркнуто. Я тщательно перекопировала правильные ответы, даже не пытаясь вникнуть в систему - если таковая вообще была. Сомневаюсь, что я определила бы самостоятельно правильную версию ответа на вопрос вроде "Что вы сказали, когда ваш сын в возрасте пятнадцати лет угодил за решетку?" Но подобное весьма актуальное любопытство в тестах не фигурировало. К счастью, конечно. Я дозаполняла последнюю страницу тестов (относительно папиных взглядов на семейный отдых), когда позвонила мама. Маме не терпелось знать, интересовался ли ее судьбой некий Уильям. Фоном к маминому голосу в трубке раздавались покашливание и нетерпеливые вздохи. Через пару минут все это трансформировалось в мамино признание, что ночевать она домой не придет и вообще затрудняется назвать время своего возвращения. Мама явно не владела ситуацией. Я сказала в трубку как можно жестче и громче, чтобы было слышно всем желающим: - Мы все тебя ждем, мамочка, возвращайся скорее. Целую, - и чуть потише: - Сто тысяч! Немедленно домой, или я плохо объяснила? Я отправила тесты и взглянула на часы. Было четверть пятого, так что я еще успевала занести Майклу передачу, городская тюрьма располагалась через дорогу. Тем более что их принимали только по пятницам, а оставлять родного брата на целую неделю без носков и сигарет было бы негуманно. ...Следующий день начался препаршиво. Папа и мама еще дрыхли без задних ног в супружеской постели, и открывать дверь назойливо трезвонящему почтальону пришлось мне. Большой пакет наводил на мысли о какой-нибудь почетной грамоте, прилагаемой к чеку, но вместо этого тут был листок издевательски-желтой газетной бумаги. Я прочитала: "Мир скандалов". Внеочередной экстренный выпуск. Сенсация! Претендент на звание "Идеальный семьянин" - отец малолетнего уголовника!!!" Всю полосу под шапкой занимала фотография, на которой я в весьма сексуальной позе наклонялась к окошку тюремного отделения приема передач. Я вышла совсем неплохо, даже захотелось попросить у Спригглза негатив. Текстовка под фотографией объясняла, кто я такая и чем в данный момент занимаюсь. На развороте листка размещался длинный материал о "вопиющем преступлении некоего Майкла В." Цитирую выборочно: "Стая молодых мордоворотов, увешанных флагами и непристойными транспарантами"; "угроза не только покою, но и жизни мирных жителей"; "на крики фашиствующих молодчиков"; "героизм простого полицейского Д."; "камень, пущенный не дрогнувшей рукой юнца В."; "скромной зарплаты героя Д. не хватает на лекарство от головной боли"; "недопустимо мягкий приговор окружного суда"; "без сомнения, тлетворное влияние семьи"; "до каких пор мы будем терпеть" и все в том же духе. Спригглз свое дело знал. Папина премия самым грустным образом растворялась в воздухе. Тут из пакета выпала записка. Не от Спригглза, как я подумала, а от дяди Алекса. "Кристи, еще не все потеряно. Майклом я займусь сам, а ты следи за своими. Прими меры, чтобы Спригглз больше ничего на вас не откопал." Я вздохнула и направилась в родительскую спальню принимать меры. - Крис!!! - восторженно заорал папа при моем появлении. На эту секунду мама еще спала, но в следующую она уже взвилась, как на пружинах. Ее глаза и волосы сильно напоминали Медузу-горгону. Я предупредила поток маминых ругательств приветливым и лаконичным: - Сто тысяч. После чего ознакомила родителей с распорядком субботнего дня. Его психологические тесты рекомендовали провести согласно пункта б) отправиться на пикник (а) выбраться на природу и в) поехать за город почему-то не подходили). Папу эта идея очень вдохновила, и теперь мне оставалось только поддерживать огонь в очаге. То есть, проследить, чтобы в процессе чищения зубов отец не забыл о ней напрочь. С мамой было сложнее. С ее помощью, непрестанно повторяя волшебные слова, я составила список из Дэна, Джорджа, Густава, Энрике, Джона, Скотта, Ма-Бганги и Уильяма, для которого мама умерла, но, которому, тем не менее, обязана была позвонить, как и всем остальным. С каждым из перечисленных юношей мы, несмотря на бурные протесты мамы, обещали честно поделиться будущей премией. Естественно, только в том случае, если они будут правдоподобно объяснять всем любопытным, что с моей мамой их связывают сугубо косметические, стоматологические, лингвистические, юридические, ремонтные, коммерческие и - уже не помню, что я придумала для Ма-Бганги, - прочие деловые отношения. Поскольку наш домашний телефон почти наверняка прослушивался, я послала маму для переговоров на почтамт. Тем временем папа, конечно, и не думал укладывать для пикника мясо в рассол, как я ему поручила. Вместо этого он удобно разлегся перед телевизором. Я собралась было вырубить ящик без разговоров, но неожиданно заинтересовалась словами комментатора: - Студенты клянутся, что не уйдут из-под стен тюрьмы, пока не будет освобожден их незаконно арестованный товарищ, юный Майкл В. И на экране, да и в нашем окне было неплохо видно довольно солидную толпу серьезных мальчиков и девочек в белых повязках на головах и с транспарантами "Свободу герою!" Демонстранты вели себя тихо, не кричали и не бушевали, - словом, вызывали живую симпатию прохожих и журналистов. Из телерепортажа я узнала, что два месяца назад героический Майкл в одиночку пытался оказать сопротивление орде озверевших полицейских, напавших с дубинками на мирную студенческую демонстрацию. На допросе юный герой сказал только: "Я поступил так, как учил меня мой отец". Честное слово, я сама чуть не прослезилась - естественно, от благодарности дяде Алексу. А папа - тот по-настоящему утер слезу и проговорил: - Молодчина все-таки наш Майк, а? Он всегда меня слушался. Через полчаса мы с родителями встретили Майкла у стен тюрьмы, дали интервью многочисленной прессе - не было только "Мира скандалов", ха-ха! а потом все вместе поехали на пикник. Оказалось, что это довольно хорошая вещь, даже стало жалко, что мы ни разу в жизни не проводили так выходные. Конечно, предки и братец то и дело оказывались на грани склоки, но слова "сто тысяч" их удивительно быстро успокаивали. Папа с Майклом наловили рыбы, мы сварили уху и зажарили принесенные с собой шашлыки, мы до полуночи сидели у костра, а мама даже спела что-то очень душевное... ...Вернувшись в город после обеда в воскресенье, мы с первых же окраинных кварталов напоролись на крики мальчишек-продавцов газет: - Внеочередной выпуск "Мира скандалов"! Сенсация! Покупайте "Мир скандалов"! Черт побери! Похоже, этот листок вышел вдесятеро большим против обычного тиражом. Спригглз не мелочился. Всю первую страницу снова занимала фотография - разумеется, далеко не такая красивая, как в прошлый раз. Белобрысая девица из папиного рекламного отдела, вытаращив бессмысленные круглые глаза, прижимала к плоской груди такого же бессмысленно таращегося младенца. Интервью с этой барышней начиналось словами: "Босс обещал на мне жениться..." Мама отвернулась и презрительно поджала губы, Майкл пронзительно захохотал, а я тоскливо прокляла Спригглза и спросила: - Папа, это правда? Мой папа был сам праведный гнев. - Я? Конечно, нет! Я сразу говорил, что у меня семья. Диди же умненькая девочка, она все прекрасно понимала... Я ей снял квартиру в предместье, я ей зарплату вдвое увеличил, я... - Так это правда твой ребенок? И вот попробовал бы кто-нибудь так очаровательно и наивно пожать плечами, как мой папа! ...Я уже ни во что не верила, у меня наворачивались слезы и дрожали руки, когда я набирала номер дяди Алекса. - Это я, Кристина. Все пропало, да? На том конце провода послышался тяжелый вздох. - Это все выходные, Кристи. Иначе они бы уже присудили премию, да и дело с концом. Но не переживай, я уже разослал по всем газетам объявление о свадьбе. Завтра утром я на ней женюсь. - Что?! - Почитай внимательно то интервью. Диди ведь нигде не называет твоего отца по имени, она говорит "босс". Завтра она сделает большие глазки и заявит, что имела в виду меня. И что ей вообще стыдно за такие последствия нашей мимолетной ссоры. Кстати, вы все, конечно, приглашены на свадьбу. - Дядя Алекс... Он уловил слезы в моем голосе и сказал ободряюще: - Да не расстраивайся ты. Эта глупышка не так уж много запросила. ...В десять утра мы дружной толпой выходили из мэрии под марш Мендельсона. В одиннадцать папа получил по электронной почте поздравления со званием "Идеального семьянина", а с одиннадцати до двенадцати мы с ужасом ожидали выхода очередного внеочередного номера "Мира скандалов". Наконец, в полдень приехал представитель комитета, и весь город собрался на центральной площади посмотреть на торжественное вручение награды. - Вот Спригглз, - шепнул мне дядя Алекс. Это был маленький тщедушный человечек, поддерживаемый под локоть огромных размеров матроной и окруженный выводком из пяти-шести тщедушных ребятишек. За его спиной стояли несколько человек, подозрительно вооруженных диктофонами, фотокамерами и громкоговорителями. Не знаю, может, дядя Алекс после свадьбы и утратил бдительность - а я сразу поняла, что Спригглз все еще что-то замышляет. И действительно, как только представитель комитета взошел на трибуну и приготовил почетную грамоту, в толпе раздался крик: "Подождите!" Самое смешное, что голос был до боли знакомый. Народ расступился, и к нашему семейству пробрался взмыленный, растрепанный и вообще по жизни слегка придурковатый мой последний приятель Берт. Он бросился к моему отцу и, глотая воздух, словно рыба на берегу, прерывающимся голосом сообщил: - Мистер В., я хочу... я прошу... руки Вашей дочери... Кристины. Репортеры наставили диктофоны и фотоаппараты, а Спригглз противно ухмыльнулся. - Чтобы вы не подумали, что это из-за денег, - продолжал Берт, - просто мы... я и Кристина... уже давно... обстоятельства... она не может ждать... Мерзавец Спригглз точно знал, что я сейчас расхохочусь в лицо этому лопуху. Знал и только ждал моего смеха и моих слов, чтобы тут же сообщить на всю площадь о неизмеримой порочности дочери предполагаемого Идеального семьянина - понятное дело, недостойного этого титула. Спригглз просчитался. Со словами "ты пришел, любовь моя" я схватила Берта за руку, с силой дернула вниз, и мы бухнулись на колени прямо перед папиными ботинками. Папа, конечно, только глупо вытаращил глаза, но дядя Алекс уже пробрался ему за плечо и вовремя шепнул на ухо: "Благословляй". Честное слово, у моего любимого папы очень трогательно получилось пожелать нам счастья. А еще трогательнее прозвучали слова с трибуны о почетном звании и небольшой премии, которую Идеальный семьянин, естественно, обязан потратить на семью. Так что теперь наша семья ни в чем не знает недостатка. Наша семья - это мама, ее приятели Дэн, Джордж, Густав, Энрике, Джон, Скотт, Ма-Бганга и Уильям, мой брат Майкл, триста студентов из его колледжа, папина секретарша Диди, ее сын Бони и ее муж дядя Алекс. Да, и, конечно, мы с моим мужем Бертом. Все мы очень счастливы. Кстати, на следующий год "Идеального семьянина" таки дали мистеру Спригглзу. Подозреваю, что его счастливая семья еще больше. А вот в будущем году у меня родится ребенок, и я тут же пошлю на конкурс анкету Берта. Почему бы и нет, в конце концов?

Яна Дубинянская

НАЙТИ ПРЕДАТЕЛЯ.

В Организации снова появился предатель.

Нет задания почетнее, чем розыск предателя.

И нет смерти страшнее, чем смерть предателя.

Невозможно-длинная, ослепительно-белая машина с открытым верхом плавно катилась по прямому, широкому и совершенно пустынному шоссе. Левая рука Клодин, белая, ухоженная, и потому кажущаяся слабой, небрежно касалась перламутровой поверхности руля, а тонкие подвижные пальцы правой словно машинально перебирали нескончаемый ряд пуговиц легкого прямого платья.

Яна Дубинянская

НЕПОБЕДИМАЯ АРМИЯ

Главнокомандующий отдал приказ, и армия двинулась на город. Многотысячные когорты солдат, закованных в тускло сверкающую броню - каждый отряд казался стоглавым квадратным существом со множеством коленчатых щупалец вместо рук и ног. По краям пехоты медленно, в тысячную долю своей мощи, продвигались мотоциклетные части. Полированный металл стирал грань между машиной и всадником, в хищных остроконечных шлемах не было ничего человеческого. Жутким глазом сверкала пуленепробиваемая фара над хитиновой чешуей переднего крыла мотоцикла. Неторопливо и неотвратимо ползла вперед тяжелая боевая техника. Машины казались огромными членистоногими, собранными из колоссальных подвижных сегментов, гигантские панцири ритмично покачивались, надвигаясь один на другой, клешнями раскрывались смертоносные орудия. Моторы работали почти бесшумно, только глухо лязгал металл - в зловещем ритме, словно метроном, отсчитывающий часы смерти. Воплощенный апокалиптический кошмар - вот что являла собой эта армия, и вот почему она была непобедима.