Легенды Бретани

Сквозь затейливую канву сказочных сюжетов, сквозь кажущуюся простоту образов проступает здесь древняя мудрость, из поколения в поколение переданная кельтскими сказителями Бретани – полного загадок полуострова на западе Франции...

Отрывок из произведения:

Когда был убит Константин, правитель Британии, у него осталось два юных наследника – Аврелий Амброзий и Утер Пендрагон. Долгое время никто не мог решить, кто же из них будет королем. Пока шли споры, королевский трон захватил предатель – пикт Вортигерн. Обоим братьям – Утерпендрагону и Аврелию Амброзию пришлось покинуть остров, опасаясь преследований Вортигерна, и бежать в Бретань.

В Бретани же правил в то время король Будик, пятый по счету король после Конана. При нем не было войн, в Бретани царили мир и спокойствие. Он приютил сыновей Константина, а когда они достигли совершеннолетия, дал им войско, чтобы они смогли отомстить за смерть отца и прогнать с трона предателя Вортигерна.

Другие книги автора мифы легенды и сказания Эпосы

Сначала не было ничего: ни земли, ни песка, ни холодных волн. Была лишь одна черная бездна Гиннунгагап. К северу от нее лежало царство туманов Нифльхейм, а к югу - царство огня Муспельхейм. Тихо, светло и жарко было в Муспельхейме, так жарко, что никто, кроме детей этой страны, огненных великанов, не мог там жить, в Нифльхейме же, напротив, господствовали вечный холод и мрак.

Но вот в царстве туманов забил родник Гергельмир. Двенадцать мощных потоков, Эливагар, взяли из него свое начало и стремительно потекли к югу, низвергаясь в бездну Гиннунгагап. Жестокий мороз царства туманов превращал воду этих потоков в лед, но источник Гергельмир бил не переставая, ледяные глыбы росли и все ближе и ближе подвигались к Муспельхейму. Наконец лед подошел так близко к царству огня, что стал таять. Искры, вылетающие из Муспельхейма, смешались с растаявшим льдом и вдохнули в него жизнь. И тогда над бескрайними ледяными просторами из бездны Гиннунгагап вдруг поднялась исполинская фигура. Это был великан Имир, первое живое существо в мире.

О, звезд прекрасное мерцание! Тысячелетиями ты завораживаешь людские взгляды, заставляешь замирать сердца и загадывать желания, глядя в след падающей умирающей звезде…

Фантазия глядящих в ночное небо астрологов безгранична. С помощью своего воображения они увидели в звездных группах очертания сказочных животных и птиц, мифических персонажей и храбрых героев. Почти с каждым из созвездий связана какая-нибудь древняя легенда или миф, их-то мы и поведаем вам в этой книге. Вас ждут Андромеда и Геркулес, Дракон и Журавль, Кассиопея и Орион, Персей и Северная корона.

Велесова книга — первый полный литературный перевод на русский язык священных текстов новгородских волхвов IX века. Велесова книга — источник, в котором отражена история и верования многих европейских и азиатских народов от конца II тысячелетия до нашей эры до IX века нашей эры.

Книга сказок и историй 1001 ночи некогда поразила европейцев не меньше, чем разноцветье восточных тканей, мерцание стали беспощадных мусульманских клинков, таинственный блеск разноцветных арабских чаш.

«1001 ночь» – сборник сказок на арабском языке, объединенных тем, что их рассказывала жестокому царю Шахрияру прекрасная Шахразада. Эти сказки не имеют известных авторов, они собирались в сборники различными компиляторами на протяжении веков, причем объединялись сказки самые различные – от нравоучительных, религиозных, волшебных, где героями выступают цари и везири, до бытовых, плутовских и даже сказок, где персонажи – животные.

Книга выдержала множество изданий, переводов и публикаций на различных языках мира.

В настоящем издании представлен восьмитомный перевод 1929–1938 годов непосредственно с арабского, сделанный Михаилом Салье под редакцией академика И. Ю. Крачковского по калькуттскому изданию.

Мифы – это сокровища мировой культуры. Знакомство с ними поможет глубже понять историю многих народов. Узнайте, каким богам и героям поклонялись древние шумеры, египтяне, греки, римляне, китайцы, японцы, кельты, скандинавы, славяне, ацтеки, жители Австралии! Боги и герои Древней Греции: рождение олимпийцев, подвиги Геракла, разрушение Трои, странствия Одиссея и др. Сказания наших предков-славян: появление бога Рода, бел-горюч камень Алатырь, борьба Перуна и Скипер-зверя, козни Чернобога, Коляда и Кощей. Мифы Древнего Египта: вознесение Ра на небеса, гибель и возрождение Осириса. Предания Древней Индии: деяния Индры, сражение богов и асуров. Скандинавский эпос: боги Асгарда и др. Кельтские легенды о рыцарях Круглого стола, Мерлине и короле Артуре. Шумеро-аккадская мифология: путешествие Иштар в царство мертвых, сказания о Гильгамеше и др.

Эта книга – сияющий яркими красками волшебный калейдоскоп, составленный из преданий, сказок и мифов западных славян, переживших долгий и нелегкий путь, связанный с сохранением собственного языка и культуры. Она предназначена читателям любого возраста, от мала до велика. Одни сказки родители будут читать своим малышам на ночь, а другие увлекут даже самых взрослых и искушенных читателей.

В сборник вошли произведения авторов, никогда прежде не публиковавшихся на русском языке. Появление такого издания – уникальное и знаменательное событие еще и потому, что русскоязычному читателю впервые представляется возможность прочитать полностью, без пропусков и купюр, великое произведение «Букет» Карела Яромира Эрбена. Этот классик чешской литературы, один из родоначальников европейского хоррора, хранитель родного языка и просветитель, знаком в Чехии каждому, как Пушкин знаком каждому из нас.

Именно «Большое собрание преданий, сказок и мифов западных славян» во всем его прекрасном и вдохновляющем разнообразии поможет с любовью вглядеться в душу близких нам народов, понять ее своеобразие, красоту и подлинную глубину.

Славяне — один из самых многочисленных народов на планете. Они оставили заметный след в исторических событиях Европы и Азии на протяжении тысяч лет. Однако вопросов в их истории очень много. Откуда они пришли в Европу и приходили ли вообще? Кем были венеды — славянами или кельтами? Был ли единым язык славянских племен? Как произошли сами эти племена? Кем был вещий Олег? И как выглядит пантеон славянских богов?..

Многие ученые пытаются ответить на все эти вопросы, но каждый имеет свою точку зрения и выдвигает свои гипотезы. В этой книге читатель не найдет подробного разбора каждой из них, но будут упомянуты многие гипотезы, чтобы можно было представить, какие точки зрения существуют на затронутые вопросы. Книга написана доступным языком и будет интересна широкому кругу читателей, от взрослых любителей истории до детей, заинтересовавшихся языческими богами.

Кельты, как ни один другой народ, окружены ореолом тайны, их культура, повлиявшая на традицию всей Европы, манит и завораживает. Кельтская мифология богата волшебными легендами и преданиями, передававшимися из уст в уста, и по многообразию богов и героев не уступает древнегреческой. Легенды о доблестном Кухулине, Артуре, подвигах Финна, племени богини Дану, любви Тристана и Изольды стали богатейшим материалом для У. Шекспира, У. Вордсворта, А. Теннисона, Дж. Толкиена и многих других классиков мировой литературы.

В книгу вошло знаменитое собрание валлийских сказаний «Мабиногион» в переложении леди Шарлотты Гест, а также «Ирландские сказания» (переложение леди Изабеллы Августы Грегори).

Популярные книги в жанре Древнеевропейская литература

15 июня 1215 г. король Англии Иоанн Безземельный приехал в стан мятежных баронов на берегу Темзы близ Виндзора и на Рэннимидском лугу подписал договор, известный в дальнейшем как Великая Хартия Вольностей. На несколько столетий она стала основанием прав английского народа и основным законом государственного устройства.

В сущности, она не изменила предшествовавших грамот, но она точно определила то, что они выражали лишь в общей форме. Помимо других установлений, она оградила личную свободу, постановив, что никто не может быть арестован, задержан, подвергнут личной или имущественной каре иначе как на основании закона и по приговору своих «пэров».

Значение Великой Хартии можно определить таким образом: король отказался за себя и за своих преемников от всех ограничений чьих-либо прав, сделанных нормандскими королями до него и в особенности им самим, и обязался восстановить в полной мере порядок управления и судопроизводства, основанный на англосаксонских и нормандских обычаях.

В шестой том собрания сочинений Лопе де Веги вошли следующие произведения: «Молодчик Каструччо», «Нет знатности без денег», «Награда за порядочность» и «Без тайны нет и любви».

Среди латинских памятников повествовательной прозы XIII в. сборник новелл «Римские деяния», составляющий основу этой книги, занимает центральное место, по существу покрывая для нас понятие беллетристической прозы этой эпохи. Литературная слава «Римских деяний» шагнула далеко за границы породившего их времени, и они прочно вошли в культурный обиход позднейшего. Можно смело сказать, что эта книга стала одной из самых любимых и многочитаемых книг человечества. Чосер, Шекспир, Шиллер, заимствовали сюжеты из «Римских деяний», а переписывание этого сборника – знаменательный факт – не прекратилось даже после распространения книгопечатания. В смысле популярности с ней могут поспорить лишь Библия, «Физиолог» или «1001 ночь».

Анонимная поэма XIII века «Бестиарий любви в стихах» представляет собой своего рода рассуждение о природе любви; в ней материал средневековых бестиариев переосмысляется в куртуазном ключе. В отличие от своего предшественника, «Бестиария любви» Ришара де Фурниваля, поэма не ограничивается пародией, но содержит также и выраженный лирический элемент. Ни на один из современных языков поэма ранее не переводилась. Предлагаемый перевод ставит своей целью познакомить русского читателя с этим своеобразным памятником средневековой литературы.

На обложке:

Охотник убивает единорога. Рукопись музея Гетти в Лос-Анджелесе (MS. Ludwig XV 4, fol.85v.)

Текст переведен по изданию: Ralph of Coggeshall. Chronicle // Andrea, Alfred J. Contemporary sources for the fourth crusade. Brill. Leiden-Boston-Koeln. 2000

О послании господина папы

В то самое время (1200 г.), папа Иннокентий отягощен был великой заботой освобождения земли иерусалимской. Поразмыслив и посоветовавшись, начертал он декреталии, коим надлежало распространенными быть по всей Церкви, и написал следующее:

от 9 марта 1498 г.

Дабы получить полное представление, как вы желали, о здешних событиях, связанных с братом[2], узнайте, что кроме двух проповедей, копия которых у вас уже есть, он произнес в масленичное воскресенье еще одну и после пространных излияний призвал всех своих сторонников собраться в день карнавала в монастыре Сан Марко — он заявил, что будет молить о более явном знамении, если данные ему предсказания исходили не от Бога. Доминиканец сделал это, как говорят некоторые, чтобы крепче сплотить свою партию и поднять ее на свою защиту, ибо он опасался противодействия вновь сформированной Синьории, состав которой не был еще обнародован. Когда же в понедельник состав Синьории, о котором вы, вероятно, хорошо осведомлены, был объявлен, он увидел, что две с лишним трети враждебны ему, а так как папа[3]

Первая из так называемых «саг о людях с Хравнисты» о норвежском вожде Кетиле Лососе, сына Халльбьёрна.

В антологию вошли образцы классической португальской поэзии XII–XIX вв. лирического, философского и социального звучания. В ней представлено творчество Жила Висенте, Луиса де Камоэнса, Мануэла Марии Барбоза ду Бокаже, Са де Миранда, Антеро де Кентала, Сезарио Верде и многих других поэтов.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Премия за достижения в научной фантастике (Премия "Хьюго") в 1987 г. (категория "Короткая повесть").

Многоплановый роман Александра Житинского – о сорокалетнем ленинградском архитекторе с незадавшейся судьбой – отличают фантастические коллизии, увлекательный сюжет и острый юмор.

Дебютная повесть Дэвида Зинделла, положившая начало его циклу «Реквием по Homo Sapiens».

Пишу и сам себе не верю. Неужели сбылось? Неужели правда мне оказана честь вывести и представить вам, читатель, этого бретера и гуляку, друга моей юности, дравшегося в Варфоломеевскую ночь на стороне избиваемых гугенотов, еретика и атеиста, осужденного по 58-й с несколькими пунктами, гасконца, потому что им был д'Артаньян, и друга Генриха Наваррца, потому что мы все читали «Королеву Марго», великого и никому не известного зека Гийома дю Вентре?

Сорок лет назад я впервые запомнил его строки. Мне было тогда восемь лет, и он, похожий на другого моего кумира, Сирано де Бержерака, участвовал в наших мальчишеских ристалищах. «Свой фетр снимая грациозно, на землю плащ спускаю я» соседствовало в моем рыцарском лексиконе со строками: «Пустить вам кварту крови квартой шпаги поклялся тот, кто вами оскорблен». Но, в отличие от Сирано, который жил только в моем воображении да в старой серовато-чернильной книжке Ростана, Гийом (это я уже тогда знал) существовал в реальности — в городе Абан за Уральским хребтом. У меня было даже доказательство его присутствия на земле — часы, подаренные мне, часы, на золотом корпусе которых стояли мои инициалы АКС, сплетенные в причудливый вензель.

Нет, нет, читатель, это не бред воспаленного воображения—это наша жизнь, умеющая сплести из нитей чистой, неприкрашенной правды ковер-самолет, или шапку-невидимку, или судьбу Гийома дю Вентре.

Извольте, оставим романтическую часть этой истории, возьмем ее вполне реальные очертания, которые можно подтвердить документами из личного дела, досье, переписки или метрикой, ратентом, справкой о реабилитации.

Жил-был человек по фамилии Харон, хромировал бабки и преподавал во ВГИКе, дирижировал оркестром и валил двуручной пилой кедры, изобретал многоканальную систему звукозаписи и карусельный станок по непрерывной разливке чугуна, присутствовал на премьере «Броненосца „Потемкин"» в Берлине и при убийстве царевича Димитрия в Угличе, бил ломом лунки под взрывчатку и учил сына произносить букву «р» непременно в слове «синхрофазотрон». Был поэтом и педантом, вольнодумцем и ортодоксом, болел всеми болезнями своего времени и имел к ним пожизненный иммунитет. Был похож на птицу и вообще, и в смысле «мы вольные птицы; пора, брат, пора». И умер в благополучной Москве от лагерного туберкулезного удушья, перехватившего вздох легких.

Вам уже стало понятнее, читатель? Значит, мы на верном пути.