«Лебединая прохлада»

Саша Чёрный

"Лебединая прохлада"

Случай был такой: погорело помещение, в котором полковая музыкальная команда была расквартирована. Вот, стало быть, пока ремонт производился, полк снял под музыкантов у купеческой вдовы Семипаловой старый дом, что на задворках за ее хоромами на солнце лупился.

Дом крепкий, просторный. Прежде в нем сам купец с семейством квартировал, а как помер, вдова с отчаянной скуки себе новые хоромы взгромоздила, а старый дом так и стоял без надобности, паутинкой-пылью замшился, – мышам раздолье.

Рекомендуем почитать

Саша Чёрный

Корнет-лунатик

Кому что, а нашему батальонному первое дело - тиатры крутить. Как из году в год повелось, благословил полковой командир на масленую представлять. Прочих солдат завидки берут, а у нас в первом батальоне лафа. Потому батальонный, подполковник Снегирев, начальник был с амбицией: чтоб всех ахтеров-плотников-плясунов только из его первых четырех рот и набирали. А прочие - смотри-любуйся, в чужой котел не суйся.

Саша Чёрный

Кавказский черт

Читал у нас, земляки, на маневрах вольноопределяющий сказку про кавказского черта, поручика одного, Тенгинского полка, сочинение. Оченно всем пондравилась. Фельдфебель Иван Лукич даже задумались. Круглым стишком вся как есть составлена, будто былина; однако ж сужет более вольный. Садись, братцы, на сундучки, к окну поближе, а то Федор Калашников больно храпит, рассказывать невозможно...

* * *

Пирует грузинский князь Удал, - на триста персон столы понаставлены, бык жареный на медном блюде лежит, в быке - жареные утки, в утках - жареные цыплята. С амбицией князь был!.. Вином хочь залейся, по всем углам кахетинское в бочках скворчит, обручи еле сдерживают. Кто мимо ни идет, вали к князю, пей, ешь, хочь облопайся. Потому Удал единственную дочку просватал, к вечеру милого жениха ждут, а пока что, не зря ж сидеть, - песни, пляс, пирование. Под простыми гостями туркестанские ковры постланы, под княжеской родней дагестанские.

Притаилась, стало быть, наша головная колона в Альпах в непроходимом ущелье. Капказ не Капказ, а горы этак с полтора Ивана-Великого. Облака, которые потяжелее, поверху цыпаются, ни взад, ни вперед. Водопадина сбоку шумит. Чего ж ей, дуре, больше делать? Суворов фельдмаршал само собой в передовой части. Пока вторая бригада в далекий обход поднебесным путем пошла, чтобы французу в зад трахнуть, надо было переждать. А что ущелье непроходимое, Суворову через правый рукав наплевать. Потому прочие начальники – генералы, а он – генералиссимус, никаких препятствий не признавал. Где, говорит, древесный муравей проползет, где орел прочертит, там и мои чудо-богатыри ползком-швырком взойдут, скатятся. Дыхания хватит, а не хватит, у себя же и займем.

«Встал бы утречком, умылся, чаю с бубличком напился, кликнул бы нашего фельдфебеля:

– Здорово, Ипатыч. Чай пил?

– Так точно, ваше величество. Какой же русский человек утром чаю не пьет?

– А солдаты пили?..»

«Пала ночь на город… Звезды не спят, ветер по кустам бродит, а солдатам в мирное время в ночную пору спать полагается. Спит весь полк, окромя тех, кто в карауле да по дневальству занят. Собрались солдатские ангелы-хранители в городском саду, за старым валом. Подначальники ихние, по койкам свернувшись, глаза завели, – не сидеть же до белой зари у изголовьев ихних… Ходят ангелы по дорожкам, мирно беседуют, – лунный свет скрозь них насквозь мреет, будто и нет никого. Только крыло, словно парус хрустальный, кой-где над кустом загорится – и опять в темных кустах погаснет…»

Саша Чёрный

Солдат и русалка

Послал фельдфебель солдата в летнюю лунную ночь раков за лагерем в речке половить, - оченно фельдфебель раков под водочку обожал. Засветил солдат лучину, искры так и сигают, - тухлое мясцо на калке-кривуле в воду спустил, ждет-пождет добычи. Закопошились раки, из нор полезли, округ палки цапаются, мясцом духовитым не кажную ночь полакомишься...

Только было солдат приноровился черных квартирантов сачком поддать, на вольный воздух выдрать, - шасть! кто-то его из воды за сапог уцепил. Тащит, стерва, из всей мочи, прямо напрочь ногу с корнем рвет. Уперся солдат растопыркой, иву-матушку за волосья ухапил, - нога-то самому надобна... Мясо живое кое-как из сапога выпростал, а сапог, к теткиной матери, в воду рыбкой ушел...

«Призывает король своего единственного сына.

– Что ж, Вася, девятнадцатый тебе год, а никаких поступков от тебя не видно. Либо зайцев травишь, либо на золотой балалайке играешь. Ни с чем несообразно. Проехался бы ты по чужеземным королевствам, посмотрел, как люди живут, где какие распорядки. Авось пригодится…»

«Папашу моего в нашем округе кажный козел знает: лабаз у него на выгоне, супротив больницы, первеющий на селе. Крыша с накатцем, гремучего железа. В бочке кот сибирский на пшене преет, – чистая попадья. Чуть праздник, – в хороводе королевича вертят, – беспременно все у нас рожки да подсолнухи берут…»

Другие книги автора Саша Черный

В книгу вошли лучшие юмористические рассказы крупнейших писателей-эмигрантов начала XX века. Их роднит вера в жизнь и любовь к России.

Для старшего школьного возраста.

В книгу вошли солдатские сказки известного русского писателя-сатирика Саши Черного. "Солдатские сказки" издавались за рубежом. В Советском Союзе издаются впервые

В сборник «Сказки про собак» вошли как авторские, так и народные сказки. Многим из нас эти сказки знакомы еще с детства. Их юмор, фантазия и мудрость не оставит равнодушными ни взрослого, ни ребенка. Чтение этой книги отправит вас в замечательное путешествие по удивительному миру, созданному братьями Гримм, Редьярдом Киплингом, Сашей Черным и др. Герои этих захватывающих сказок заставят вас порой закрыть глаза ладонями от страха, а порой искренне улыбаться. Читая эту книгу своим детям, вы доставите им и себе незабываемое удовольствие.

Саша Чёрный (Александр Михайлович Гликберг) (1880–1932) – русский поэт, прозаик, журналист – получил широкую известность как автор популярных лирико-сатирических стихотворных фельетонов.

В книгу вошли повесть «Дневник Фокса Микки», стихи писателя из сборников «Детский остров», «Весёлые глазки», «Зверюшки», «Песенки», истории из «Библейских сказок», книг «Румяная книжка», «Несерьёзные рассказы».

«Дневник Фокса Микки» (1927) – весёлые рассказы, написанные от лица фокстерьера Микки. Микки – мыслитель и поэт – замечает все тонкости и перипетии происходящих с ним событий, остроумно описывает свои радости и огорчения, взаимоотношения с окружающим миром, ведёт путевой дневник. Читая дневник фокстерьера Микки, юные читатели обязательно полюбят животных и задумаются об ответственности тех, кто заводит четвероногих друзей.

«Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй» — это очень веселая книга, содержащая цвет зарубежной и отечественной юмористической прозы 19–21 века.

Тут есть замечательные произведения, созданные такими «королями смеха» как Аркадий Аверченко, Саша Черный, Влас Дорошевич, Антон Чехов, Илья Ильф, Джером Клапка Джером, О. Генри и др.◦Не менее веселыми и задорными, нежели у классиков, являются включенные в книгу рассказы современных авторов — Михаила Блехмана и Семена Каминского. Также в сборник вошли смешные истории от «серьезных» писателей, к примеру Федора Достоевского и Леонида Андреева, чьи юмористические произведения остались практически неизвестны современному читателю.

Тематика книги очень разнообразна: она включает массу комических случаев, приключившихся с деятелями культуры и журналистами, детишками и барышнями, бандитами, военными и бизнесменами, а также с простыми скромными обывателями. Читатель вволю посмеется над потешными инструкциями и советами, обучающими его искусству рекламы, пения и воспитанию подрастающего поколения.

Саша Черный

– 1909 – Амур и Психея – Анархист – Бессмертие – В гостях – В редакции толстого журнала – Вешалка дураков – Все в штанах, скроённых одинаково… – Всероссийское горе – Городская сказка – Два желания – Два толка – Диета – До реакции – Европеец – Жалобы обывателя – Желтый дом – Жестокий бог литературы!.. – Жизнь – Зеркало – Интеллигент – Искатель – Крейцерова соната – Критику – Культурная работа – Кухня – Лаборант и медички – Ламентации – Любовь – Мой роман – Мухи – Мясо – На вербе – На открытии выставки – На петербургской даче – Недержание – Недоразумение – Нетерпеливому – Новая цифра – Ночная песня пьяницы – Обстановочка – Окраина Петербурга – Опять – Отбой – Отъезд петербуржца – Пасхальный перезвон – Переутомление – Песня о поле – Пластика – Под сурдинку – Потомки – Пошлость – Пробуждение весны – Простые слова – Рождение футуризма – Сиропчик – Словесность – Служба сборов – Смех сквозь слезы – Совершенно веселая песня – Споры – Стилизованный осел – Утешение – Утром – Чепуха – Честь

Беспощадный сатирик и тонкий лирик, ярко и с безукоризненным вкусом блиставший всеми гранями таланта – Саша Черный (А. М. Гликберг, 1880–1932) был необыкновенно популярен в России начала XX века. Его острые, беспощадные сатиры искали в свежих номерах «Сатирикона», знали наизусть, о нем спорили и им восторгались. Саша Черный прожил не очень долгую, но насыщенную и плодотворную жизнь. В ней была и война, на которую он ушел добровольцем и о которой рассказал в стихах, и революция, которую он решительно не принял, и эмиграция, нелегко дававшаяся ему. Но он всегда был верен себе, оставался настоящим поэтом, не отступавшим от своих творческих принципов. Может быть, поэтому его поэзия до сих пор жива. Более того, она злободневна, свежа, иронична. Откройте книгу – и вы увидите знакомые ситуации, знакомые лица. Вы будете смеяться, хмуриться, раздумывать – эти стихи не оставят вас в покое, будут припоминаться, потребуют перечитать их. Словом, они навсегда останутся с вами.

Сборник рассказов о весёлых собачках. Включает в себя басню И. Крылова «Моська и слон», рассказы «Сапсан» А. Куприна и «Играющие собаки» К. Ушинского, а также повесть «Дневник фокса Микки» Саши Чёрного. У каждого из этих собак – своя история и свои приключения. Объединяет их одно: все они – собаки!

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Олег Болтогаев

Зимнее утро

Ещё не проснувшись, сквозь сон я понял, что ночью выпал снег.

Потому что я услышал, как во дворе, за окном мой отец громко работал лопатой. Он расчищал дорожку вокруг дома. Видимо это занятие доставляло отцу большое удовольствие - он всегда расчищал снег сам, причём затемно.

Я вскочил с кровати, отодвинул занавеску и посмотрел в окно.

Там был сказочный мир, совсем не тот, что вчера, когда дул ветер и было неуютно и холодно и, казалось, ничто не предвещало снегопада. Хотя... Если бы я был внимательным, то непременно заметил бы, что накануне наша кошка, свернувшись тугим калачиком, легла спать у самой печки. Мурка закрывала лапами свой нос и совсем не хотела играть со мной.

И. В. Гусарова

МЫШКИНСКИЕ СКАЗКИ

ДОРОГИЕ РЕБЯТА И ВЗРОСЛЫЕ!

На свете существует очень много чудесных сказок. Многие известны сотни лет, а некоторые родились совсем недавно. Вот и наши мышкинские сказки еще только начинают путь к вам, читатель. Сочинили их ИРИНА ВЛАДИМИРОВНА ГУСАРОВА, АНАТОЛИЙ НИКОЛАЕВИЧ ГРАЧЕВ, нарисовала к ним картинки ЛИДИЯ АЛЕКСАНДРОВНА КАРСАКОВА - хорошо знакомые и уважаемые в Мышкине авторы.

Но откуда появились сюжеты этих сказок? Если внимательно прочитаем, то, конечно, узнаем родной Мышкин, музей Мыши, Золотой бор и речку Каменку, косогор за приволжской улочкой Рыболовкой, маленькую деревню Лодыгино. А взрослые, быть может, найдут здесь далекую страну детства, прекрасный "затерянный" мир душевных устремлений и радостных чудес. Сказка возвращается...

Гуидо Гоццано

КОНЬ ЧАРОДЕЯ

Жил был бедный крестьянин с женой и сыном, которого звали Кандидо. С утра до вечера работали крестьянин и его жена на крохотном поле. Дождливой осенью жена крестьянина заболела и вскоре умерла. Совсем плохо стало крестьянину и маленькому Кандидо.

Но вот Кандидо исполнилось восемь лет.

- Отец, отправьте меня в школу, - стал он просить крестьянина.

- Где же я возьму деньги, сынок?!

- А вы продайте одного из двух волов, - сказал Кандидо.

Николай Матвеевич Грибачев

Эй, догони!

Проснулся утром заяц Коська, смотрит - что такое случилось? Луг - белый, берег речки - белый, поляна - белая, на ветках елки что-то белое висит. И в воздухе белые мухи летают. Поглядел на себя - и у него шкурка белая, только кончики ушей черными остались. Пока он, спасаясь от лисы Лариски, в поле на меже лежал, старая шерсть у него повылезла, а белая выросла.

"Ага, - подумал заяц Коська, - это зима пришла. Ну, теперь лиса Лариска будет издалека видна, а меня от сугроба не отличишь, я ведь белый на белом. Пойду-ка я возьму лыжи, которые медведь Потап подарил, по лесу побегаю".

Братья Гримм

Разбойник и его сыновья

Жил когда-то на свете разбойник. Он обитал в дремучем лесу, в ущельях и пещерах, вместе со своими товарищами.

Когда по большой дороге проезжали князья, помещики и богатые купцы, он подкарауливал их и забирал у них деньги и добро. Вот стал он годами постарше, это ремесло ему перестало нравиться, и он раскаялся, что совершил так много зла. Стал он вести жизнь более правильную, как человек честный, и, где только мог, делал добро. Было у него трое сыновей, когда они подросли, он позвал их к себе и сказал:

Братья Гримм

Сказки про жерлянку

Жил-был на свете маленький ребенок; мать давала ему каждый день после обеда мисочку молока и кусочек сдобного хлебца, и ребенок садился с мисочкой во дворе. Только начинал он есть, как выползала из стенной щели огненная жерлянка, опускала голову в молоко и ела вместе с ребенком. И ребенок этому радовался; сядет, бывало, со своею мисочкой, а жерлянка все не приходит, и зовет он ее:

- Жерлянка-малютка,

Братья Гримм

Выгодное дельце

Пригнал однажды крестьянин на базар свою корову и продал её за семь талеров.

Шёл он с деньгами обратно домой и услышал, как лягушки на пруду кричат:

- Ква, ква, ква, ква!

"Ишь ведь, надрываются попусту! - подумал крестьянин. - И вовсе я не два, а целых семь талеров выручил".

Подошёл он к пруду и крикнул:

- Ну что вы за дурачьё! Разве не знаете, что у меня семь талеров, а не два!

Братья Гримм

Заячья невеста

Жила-была женщина со своей дочкой, и был у нее прекрасный огород, и росла на том огороде капуста. Но повадился туда ходить зайчик и к зиме поел всю капусту. Вот и говорит мать дочке:

- Ступай на огород и прогони зайчика.

И говорит девушка зайчику:

- Прочь, прочь, зайчик, а то ты этак всю капусту поешь!

А зайчик ей и говорит:

- Девушка, иди сюда, садись ко мне на мой заячий хвостик и поедем вместе со мной в заячью избушку.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Море порой приносит нам прекрасные дары. То выбросит доску, из которой можно смастерить за домом для всего населения нашей дачки уютную скамейку; то прочный ящик из-под рома – вон он стоит у кровати, покорно исполняя обязанности ночного столика…»

«Перед самой войной судьба меня с корнями пересадила из волынского чернозема в санкт-петербургский торф. Еще по старому романсу известно – «судьба играет человеком», – ничего не попишешь…»

«Знаете ли вы, что такое «приготовишка»? Когда-то до войны так называли в России мальчуганов, обучавшихся в гимназиях в приготовительном классе.

Мужчина этак лет восьми, румяный, с веселыми торчащими ушами. В гимназию шагал он не прямо по тротуару, как все люди, а как-то зигзагами, словно норвежский конькобежец. За спиной висел чудовищный ранец из волосатой и пегой коровьей шкуры. В ранце тарахтел пенал, горсть грецких орехов, литой черный мяч, арифметика и Закон Божий. В руке – надкусанное яблоко. Полы светло-мышиной шинели, подбитые стеганой ватой, отворачивались на ходу, как свиные уши…»

Легенда русской сатиры и тонкого юмора, сотрудник знаменитого «Сатирикона», человек с безукоризненным вкусом – Саша Черный (А. М. Гликберг, 1880–1932) прожил не очень долгую, но очень насыщенную жизнь, в которую вместилось многое. И неслыханная слава и популярность (по свидетельству современников, «не было такой курсистки, такого студента, такого врача, адвоката, учителя, инженера, которые не знали бы его стихов наизусть»), и Первая мировая война, куда он ушел добровольцем и участвовал в боях (он и умер как настоящий солдат и поэт – спасая людей во время пожара), и революция, которую он категорически не принял, и долгие годы скитаний по дорогам эмиграции. Но в любых обстоятельствах Саша Черный всегда оставался настоящим поэтом – зорким, ироничным, искренним. Именно поэтому его стихи дошли до наших дней и читаются сейчас так, как будто их написал наш современник. В. Набоков точно подметил это: «От него осталось только несколько книг и тихая, прелестная тень».

В этой книге представлены все грани творчества этого уникального поэта, удивительным образом соединившего в своих стихах беспощадную, едкую сатиру с подлинным, изысканным лиризмом.