Ландо

Мы, Сэкетты с гор, привыкли с детства охотиться. Лишь некоторые из нас путешествовали. Но я всегда завидовал Жестянщику Тинкеру. Он появился возле моей хижины неожиданно. Я, заметив его издали, сначала не мог разглядеть, кто идет. На всякий случай взял винтовку, спрятался за поленницей и приготовился стрелять, если меня навестит Хиггинс.

Догадавшись наконец, что мой гость не враг, я снова вернулся на мельницу: у меня как раз кончилась мука, и я здорово проголодался.

Рекомендуем почитать

Шомат, в котором Диана находит себе убежище, позднее, разумеется, стал частью той территории, которая в настоящее время известна как Бостон. Преподобный Блэкстон (по-английски его имя пишут часто как Blackstone, хотя единственный автограф, который мне довелось увидеть, имел написание Blaxton) в жизни был таким же, как и персонаж, представленный на страницах этой книги. То же вполне справедливо и по отношению к Самюэлю Мэверику, ставшему одним из прародителей семейства, которое внесло большой вклад в нашу историю, не говоря уже о том, что позднее это имя вошло в обиход Запада, став именем нарицательным[1]

Старый лось взбирался на холм, где дул резкий ветер. Волки шли за ним.

Лось понимал, что происходит, но он не знал, что это лишь вновь повторяются события, происходящие с тех пор, как был сотворен мир.

Он не знал, что только благодаря этим волкам — или другим из их рода — он все прожитые годы был сильным, храбрым и быстроногим. Потому что именно волки сохраняли крепость и здоровье лосиных стад, пропалывая и отбраковывая слабых, старых и неприспособленных.

«Придет время, когда ты решишь, что все кончено. Тут-то все и начнется».

Так говорил мне отец, когда я еще был ребенком. Тогда среди оголенных почерневших деревьев бродил раскаленный сухой ветер, и мы боялись, что леса загорятся, и нам пришлось бы уходить.

Мы бросили в землю зерна, но дождь не шел уже несколько недель. Мы соскребали остатки муки со дна бочонка и варили кофе из бобов. Мы потеряли наших лучших коров, а оставшиеся в живых так исхудали, что у них можно было сосчитать все ребра.

Убив в поединке последнего врага из клана Хиггинсов, Тай Сакетт вынужден был убраться из города. Он отправился на Запад, где много свободной земли и куда не дотянется рука шерифа. Чтобы стать богатым, ему пришлось немало потрудиться: он перегонял овец, добывал золото и отстаивал справедливость. Тай Сакетт заслужил уважение людей и нашел свою любовь.

Однажды Теллю Сакетту, отличному стрелку и отчаянному парню, крупно повезло. В горах он обнаружил золото. Взяв часть добычи, Сакетт едет домой, чтобы закупить снаряжение и вернуться назад. Вместе с единомышленниками Сакетт строит город, но трудности только начинаются — ведь слишком много желающих поживиться за его счет...

Существует расхожее мнение, что все мы и каждый из нас в отдельности являемся детьми иммигрантов и переселенцев-чужестранцев, включая и американских индейцев, хотя они появились здесь немного раньше нас. То, чем является человек от рождения и чем потом становится в жизни, частично зависит от его наследственности. То же самое в полной мере можно отнести к мужчинам и женщинам, которые появились и осели на Западе, они тоже не возникли внезапно из преисподней. У каждого из них были предки, семьи и прошлая жизнь. Точно так же, как домашний скот, привезенный из Европы, постепенно эволюционировал и превратился в диких длинноногих техасских «лонгхорнов», американским пионерам-первопроходцам присущи особые свойства и характерные черты.

Нет, мы, Сэкетты, несуеверны. Если завязать узлом полотенце или оставить в огне лопату, я знаю, со мной ничего не случится. А кто в этом сомневается?

Когда я поднялся на этот утес, у меня дух захватило, мысли смешались, и я застыл на краю обрыва, пораженный открывшейся картиной.

Передо мной простиралась земля необычайного величия и красоты. Далеко внизу ревела и бесновалась полноводная река, зажатая берегами. Тугие струи сплетались и сталкивались между собой, низвергаясь в бездну футах в шестидесяти подо мной. Как дикий, необузданный мустанг, поток вырывался из теснин на простор и широко разливался голубой лентой по равнине. На другом берегу раскинулся великолепный сосновый бор. Он тянулся к северу и к востоку до самого горизонта. Я стоял у порога таинственной, еще никем не описанной и не освоенной страны Смокис.

Как только я увидел, что эта черноглазая девушка внимательно смотрит на меня, я тут же пожалел, что не захватил с собой Библию.

Представьте громадного, неуклюжего парня с гор ростом шесть футов три дюйма, который запросто справляется с дикими мустангами, не говоря уж о простых бычках с пастбищ, но который и понятия не имеет о том, как обращаться с женским полом.

Самый большой комплимент, который я слышал по поводу своей внешности, — это «некрасивый», однако она смотрела именно на меня своими огромными странными глазами.

Другие книги автора Луис Ламур

Начинать писательскую карьеру всегда нелегко, и произведения, вошедшие в этот сборник, созданы именно в тот период, когда дела у меня обстояли не самым лучшим образом. Никто не хотел покупать книги писателя, который носил такое «не ковбойское» имя — Луис Ламур, и поэтому одно время я подписывался именем одного из своих героев, взяв себе псевдоним Джим Майо.

Материал для своих рассказов я собирал, сидя на тюке сена где-нибудь в тенистом уголке близ оросительного рва или же на горном склоне за обедом в компании местных старожилов, среди которых у меня было немало друзей. Они не рассказывали мне всех этих историй, сюжеты которых являются исключительно плодом моего воображения, а просто разговаривали, вспоминая о былых временах, о перестрелках и бесконечной борьбе с ворами; о том, как когда-то загоняли и клеймили скот, как разбивали лагерь и готовили на костре еду, и о странствующих ковбоях, отправлявшихся в путешествие по необозримым просторам.

Сборник рассказов «Когда говорит оружие» повествует о жизни и приключениях переселенцев на Запад — гордых, сильных, уверенных в себе, умеющих выживать в суровых условиях неосвоенных земель. О тех, кто часто, но отнюдь не безрассудно, пользовался оружием, в одиночку давая отпор лихим людям, искателям легкой наживы.

Видимо, на роду было написано Макону Фаллону, одинокому скитальцу на просторах Дикого Запада, попадать в неприятные истории. И лишь живой ум, быстрая реакция да верное оружие выручали его. Так случилось и в этот раз. В Семи Соснах он выиграл в покер крупную сумму, за что проигравшие решили его убить. Но не на того напали! Выбрав удачный момент, Макон сбежал и продолжил путь в поисках удачи…

Немногим людям в этом мире дано начать новую жизнь дважды, но человек по имени Джеймс Т. Кеттлмен, которому это однажды уже удалось, готовился испытать судьбу во второй раз. Если на сей раз ему не повезет, он об этом не узнает, потому что умрет.

Когда человеку остается жить несколько месяцев, он может, если захочет, сам выбрать способ ухода из жизни, и Кеттлмен сделал выбор. Он ехал на место, известное только ему одному. Там он умрет так же, как жил, — в одиночестве.

Расплатившись с долгами, братья Сакетты собрались продолжить свой путь на Запад. Но в Тейзевилле они столкнулись с шайкой Черного Фетчена и, разоружив ее, нажили себе врага. Дело приняло более крутой оборот, когда они согласились сопровождать внучку Лабана Костелло Джулию к ее отцу. Оказывается, за ней охотится Черный Фетчен...

Это была земля, принадлежащая индейцам, и поэтому, когда сломалось колесо нашего фургона, никто не остановился, чтобы помочь моему отцу и мне.

В ту пору мне было почти тринадцать, и я мог ругаться не хуже отца, что мы и делали, пока остальные фургоны шли мимо. Даже Бэгли, которому отец спас жизнь, и тот не остановился.

Обычно люди помогали друг другу, но этот караван строго подчинялся выбранному капитану. Им был Большой Джек Макгэрри. Он всегда недолюбливал отца, потому что мой отец был человек суровый и независимый. Впрочем, думаю, что основной причиной была Мэри Тэтум. Макгэрри давно на нее облизывался, но она, казалось, не замечала его. Ей нравился мой отец.

Непросто раздобыть золото, спрятанное двадцать лет назад. Но братья Сакетты, отважные дети Дикого Запада, полны решимости найти сокровища и выяснить, жив ли их отец, давным-давно отправившийся на его поиски. Оррин Сакетт, интересовавшийся в Новом Орлеанедавней экспедицией отца, внезапно исчезает, и его брату предстоит выяснить, что с ним случилось. Удастся ли им перехитрить тех, кто бросился на поиски золота, ведь они готовы убить каждого, кто встанет у них на пути?

«Есть люди одержимые, которые на всю жизнь отдают свои сердца лошадям, кораблям и оружию. Жан Лабарж был таким одержимым, но сердце свое он отдал земле под названием Аляска. Она лежала на севере, обширная и незаселенная, без городов. Земля ледников, гор,ледяных заливов и скалистых фьордов, пространных, покрытых травой равнин и заснеженных каньонов, бескрайней тундры и многих миль прекрасного строевого леса. Ледяные языки арктических морей лизали скалистые уступы ее изрезанных берегов, а над ней разноцветными лентами играло северное сияние. Жан Лабарж влюбился в эту землю задолго до того, как увидел, потому что чувствовал ее силу, красоту и богатство...» В романе Луиса Ламура `Ситка` повествуется о полных опасностей увлекательных приключениях Жана Лабаржа, образ которого заставляет вспомнить чистых душой, отважных и находчивых, умеющих постоять за себя, предприимчивых и целеустремленных героев Джека Лондона.

Популярные книги в жанре Вестерн

Тропа взбиралась высоко вверх по крутому склону, уходя, кажется, в самое небо, затем у вершины она делала неожиданный поворот, откуда открывался прекрасный вид на раскинувшуюся меж хребтов долину, покрытую зелеными лесами и лугами.

День клонился к закату, когда на вершину горы выехал всадник на коне необычной масти. Это был чубарый мерин — настоящий аппалуза — белый, с черными пятнами и серой отметиной на левом бедре.

Доехав до поворота, Билл Кеневен осадил коня и, оставаясь сидеть в седле, принялся разглядывать лежавшую как на ладони изумрудную долину в обрамлении таинственной сизой дымки, окутывавшей склоны окрестных гор. Отсюда, с головокружительной высоты, он полюбовался полетом орлов, паривших далеко внизу, на высоте не менее тысячи футов над землей. Его конь раздувал ноздри, принюхиваясь к новым запахам, и настороженно прял ушами, нетерпеливо поглядывая на расстилавшиеся перед ним просторы.

Пригнув плечи под холодным проливным дождем, майор Мак Тревейн сунул руку под полу плаща, чтобы удостовериться, что его запасной револьвер на своем месте. Внезапный порыв ветра — и крупные капли с силой забарабанили по его походной шляпе, покрыв брызгами лицо и руки.

Испытывая отчаянную усталость и терзаясь голодом — он не ел уже почти сутки, — Мак оглянулся на дорогу, по которой плелись вразброд измученные солдаты.

Они больше не представляли собой армии. Как и он сам, это были просто утомленные люди, возвращавшиеся в давно покинутые дома. Когда-то они маршировали гордым шагом, сознавая, что на них возложена особая миссия, а теперь брели со склоненными против ветра и ливня головами, думая только о доме.

Спустившись с высоких голубоватых холмов, я пересек заросшую кустарником низину и оказался в Хеттен-Пойнте, небольшом городке Дикого Запада, разбросанном вдоль каменистого склона мезы note 1, покрытого желто-рыжей ржавчиной.

Это была огромная страна смелых мужчин, где всякий мог стать большим человеком, где каждый стоял на собственных ногах и все богатства принадлежали ему — только протяни руку.

Какое это великолепное ощущение — чувствовать себя молодым и сильным, с полным задора сердцем, упругими мышцами, ловкими движениями! И знать, что где-то в раскинувшемся перед тобой городе существует некто, кому пришлось бы весьма по душе свалить тебя с ног — все равно, кулаком или пулей.

В сыром и вонючем кубрике за обшарпанным столом сидел, широко расставив ноги, чтобы сохранить равновесие при качке, рослый широкоплечий человек. Над его головой раскачивался свисавший с подволока медный штормовой фонарь, в котором чуть теплился огонь. В этом неверном свете человек изучал потертую и испачканную пятнами пота морскую карту.

В кубрике слышался далекий плеск рассекаемых форштевнем волн, ленивое поскрипывание такелажа, храп спящих и хриплое, прерывистое дыхание человека, умиравшего на нижней койке.

Кто-то хотел убить его.

Он понял это, когда открыл глаза и уставился в узкий просвет между домами. Взгляд его остановился на светящемся окне второго этажа в здании напротив.

Из этого окна он упал.

Он лежал неподвижно и вглядывался в освещенный прямоугольник, как будто от этого зависела его жизнь.

Теперь главное — спастись. Он должен Исчезнуть, убраться отсюда, и притом как можно скорее.

Голова раскалывалась. Он коснулся ладонью лица. Руку пронзила острая боль, но он все же дотронулся еще раз. Осторожно ощупал голову… Полузапекшаяся кровь и глубокая рана на черепе. Рука упала на рубашку, пропитанную уже засохшей кровью.

Поселок, фигурирующий в моем повествовании, выдуман, хотя местность, в которой он расположен, вполне реальна. Там существовали три поселения, превратившиеся со временем в города-призраки: Майнерс-Делайт (Услада Горняка), Саут-Пасс-Сити (Город Южного ущелья) и Атлантик-Сити, названный так потому, что находился по ту сторону Континентального раздела, которая обращена к Атлантическому океану. Город в книге больше всего похож на Майнерс-Делайт. Все его жители выдуманы, но очень похожи на тех, кто когда-то прокладывал путь на Запад.

Прямая серая лента шоссе перематывалась под колесами «форда» со скоростью 75 миль в час. Горячий южный ветер гнал через дорогу клубы пыли и похожие на скелеты мячей шары перекати-поля; еще утром Питу пришлось поднять левое стекло, и с тех пор ветер только усиливался. Над желто-рыжей пустыней висело сплошное марево. «Если так будет продолжаться и дальше, придется сбросить скорость, — подумал Пит Палмер. — Видимость и так уже ни к черту.» Было три часа пополудни. Стало быть, он находился в пути уже 74 часа, и за это время выходил из машины лишь для того, чтобы справить нужду. Ел и спал он прямо в автомобиле.

На лице Фредерика Траверса лежала печать порядочности, аккуратности и сдержанности. Это было резко очерченное, волевое лицо человека, привыкшего к власти и пользовавшегося ею мудро и осторожно. Морщины на его чистой и здоровой коже не были следами порока. Они свидетельствовали о честно прожитой жизни, о напряженном, самоотверженном труде, и только. Ясные голубые глаза, густые, тронутые сединой каштановые волосы, разделенные аккуратным пробором и зачесанные вбок над высоким выпуклым лбом, — весь внешний облик этого человека говорил о том же. Он был подтянут и тщательно одет; легкий, практичный костюм как нельзя лучше шел этому человеку, находившемуся в расцвете сил, но в то же время не был крикливым, не подчеркивал, что его обладатель является владельцем многих миллионов долларов и огромного имущества.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Книга, которую вы держите в руках, — не история железных дорог, а рассказ о судьбах людей, оказавшихся связанными с этой грандиозной стройкой, повесть о Майло Тэлоне и его поисках девушки, затерявшейся среди жестоких и алчных людей.

Мой бедный загнанный жеребец едва передвигался, когда мы спустились со скал. Но оглянувшись, я вновь пришпорил его. Огромная толпа, чуть ли не полштата Нью-Мексико, с гиканьем и проклятьями неслась за нами, и каждый из преследователей был готов перекинуть лассо через ветку ближайшего дерева и повесить меня.

А что прикажете было делать? Увидев накатывающую ораву, я взгромоздился на первого попавшегося под руку коня и снялся с места. Казалось, погоня скоро наскучит парням, однако, видно, в этих диких горах развлечений так мало, что они все шли и шли за мной.

С восхода солнца они проехали двадцать миль и в конце дня наткнулись на следы катастрофы. На зеленой апрельской траве в полумиле от них виднелись беспорядочно разбросанные крытые фургоны. Смерть нагрянула быстро и безжалостно, оставив после себя сожженные повозки и искалеченные обнаженные тела, неестественно белые под солнцем.

Человек в вонючих штанах из оленьей кожи остановил свою лошадь рядом с майором Деверо.

— Пятнадцать фургонов. Их можно сосчитать прямо отсюда. Судя по тому, как они растянулись, их застали врасплох. Похоже, некоторые попытались занять оборону, стать кругом, но они не успели занять позицию.

Когда-то Консидайн, мужественный и отчаянный ковбой, имел и друга, с которым промышлял угоном скота, и любимую девушку, и мечту. Но... друг стал шерифом и женился на любимой девушке, а Консидайн в отчаянии принялся грабить поезда и банки да испытывать судьбу в драках. Может быть, любовь Ленни, молодой красавицы, путешествующей с отцом, поможет ему изменить свою жизнь...