Лачуга должника

Бессмертный Павел Белобрысов и простодушный "скромный гений" Стефан. Жизнь длиной в "один миллион лет" и пять "не" - неуклюжий, несообразительный, невыдающийся, невезучий, некрасивый...

Невероятные слова и люди в книге блистательного Вадима Шефнера! Горькое веселье и разухабистая грустинка, чистый детский смех стихов и самоцветная россыпь прозы. А главное - просто человеческие истории...

Отрывок из произведения:

Наберусь литературной смелости и расскажу вам, уважаемые читатели, правдивую историю своей жизни. Некоторым фактам моей биографии вы вправе не поверить, потому что даже в наш век космонавтики, электроники и психотерапии они граничат с чудесами. Но это уж ваше дело, верить или не верить мне, а мое дело - без прикрас и без утайки поведать вам, что происходило со мной.

Я буду описывать все, как было на самом деле, и только не стану упоминать фамилий действующих лиц, чтобы одни из них не возгордились, а другие не обиделись. О своей настоящей фамилии я тоже умолчу. Дело в том, что сейчас я пользуюсь уважением начальства и товарищей по работе и боюсь, что недавно наладившаяся жизнь может пошатнуться, если окружающие узнают, что это именно я пережил такие приключения. А некоторым населенным пунктам, с коими связаны мои воспоминания, я буду давать условные названия, чтобы их жители не возымели ко мне претензий.

Другие книги автора Вадим Сергеевич Шефнер

Словосочетание «Сказки для умных» стало чем-то бóльшим, чем просто название сборника. Это уже своего рода название жанра, созданного Вадимом Шефнером на грани фантастики, сказки, притчи и реализма.

(c) FantLab рекомендует.

В жанре фантастики Шефнер дебютировал относительно поздно, в 1960-е годы, однако уже с самых первых своих произведений сформировал уникальный стиль, ставший впоследствии своеобразной «фирменной маркой» его творчества – фантастики по-доброму иронической и мягко-пародийной, весёлой – и мудрой, реалистичной – и поэтичной. Фантастики решительно ненаучной – и (возможно, поэтому?) до сих пор сохранившей своё обаяние...

…Истинно вам говорю: война — сестра печали, горька вода в колодцах ее. Враг вырастил мощных коней, колесницы его крепки, воины умеют убивать. Города падают перед ним, как шатры перед лицом бури. Говорю вам: кто пил и ел сегодня — завтра падет под стрелами. И зачавший не увидит родившегося, и смеявшийся утром возрыдает к ночи. Вот друг твой падает рядом, но не ты похоронишь его. Вот брат твой упал, кровь его брызжет на ноги твои, но не ты уврачуешь раны его. Говорю вам: война — сестра печали, и многие из вас не вернутся под сень кровли своей. Но идите. Ибо кто, кроме вас, оградит землю эту…

На пятый день наступления третий батальон ворвался в деревню Коркино, выбил из нее противника и отразил несколько сильных контратак.

Перед рассветом на смену подошла свежая часть, а остаткам третьего батальона было приказано двинуться в тыл, в поселок Нежданное — на отдых и переформирование.

Лейтенант Журавлев, единственный оставшийся в строю офицер, вывел людей из траншеи, и задами деревни, перебегая от одной уцелевшей избы к другой, солдаты третьего батальона добрались до лощины, где пролегала дорога.

Сны. Когда мне было лет 14–15, я на стадионе Ленина, на пруду, упал с пяти-метровой вышины, с трамплина. Я должен был прыгнуть, но в последний момент потерял равновесие и просто упал, а потом лежал, болел.

С тех пор мне иногда снятся сны, связанные с потерей равновесия (среди прочих снов). Иногда я во сне делаю изобретения; если вдуматься, то эти изобретения связаны с укреплением равновесия. Так, однажды я во сне изобрел приспособление, уменьшающее качку, — для шлюпок и мелких судов. Когда проснулся, то выяснилось, что такое изобретение ничего не даст для увеличения остойчивости. А то я изобрел во сне тапочки, сдвоенные, соединенные шарниром; тапочки — из проволоки плетеные. Во сне я очень радовался, а когда проснулся — понял, что в таких тапочках еще скорее с каната упадешь. А то вижу во сне, что проснулся на краю глубокого обрыва, — неужели я здесь всю ночь проспал?

Гражданская война кончилась.

После многих передвижений полк прочно обосновался в Старой Полисти, где были большие казармы. И сразу начались перемены. Отчислялись красноармейцы старших возрастов, переводились куда-то командиры; а к тем командирам, которые оставались пока в полку, приезжали жены и дети. Все вокруг полны были новыми, уже мирными заботами, все чего-то ждали. Всем казалось, что время тянется слишком медленно.

Но Волькин отец ничего не ждал, и время для него шло слишком быстро. Он еще числился в списках, с ним еще считались – все-таки военспец; но никому он уже не отдавал приказаний, и его уже не назначали дежурным по части. Его не отчисляли потому, что ему некуда было уйти из полка, и еще потому, что знали: протянет он недолго. Да он и сам знал это.

Шефнер Вадим. Скромный гений. — Москва: Молодая гвардия, 1974. — 272 с. — (Библиотека советской фантастики).

В сборнике известного поэта и писателя пять фантастических повестей. В них он остается верен своей основной теме: глубокий анализ человеческих характеров, взаимоотношения людей, нравственные ценности — вот о чем повествует в своих «полувероятных» историях Вадим Шефнер. Предисловие А.Липелиса.

Содержание:

Липелис А. «Полувероятные» истории Вадима Шефнера. 5-10

Скромный гений. 11–34

Человек с пятью «не», или Исповедь простодушного. 35-138

Запоздалый стрелок, или Крылья провинциала. 139–192

Круглая тайна. 193–254

Когда я был русалкой. 255-271

Шестью широкими лучами отходили от бывшего барского дома аллеи, а там, дальше, они соединялись между собой небольшими аллейками. Сверху все это напоминало паутину – и дом, как паук, сидел в центре паутины, кого-то поджидая. А над крышей возвышалась башенка, и с нее было очень далеко видно. Мы, детдомовские ребята, любили забираться на площадку этой башенки. Сюда очень редко поднимались воспитатели, и здесь можно было курить, не боясь быть замеченным.

Популярные книги в жанре Фантастика: прочее

Пыльный свет сочился в окно, а болезнь не отступала. Она была тяжелой, как мокрый снег минувшей зимы, и неотвязчивой, как воробьи за окном. Звучала свирель, но далеко-далеко, за жаркими облаками, а в комнате было тихо, страшно тихо, и только в углу, в паутине, дрожали крохотные прошлогодние мушиные тельца, как черная роса. На всем была печаль запустения, и все, казалось, спало под пушистой пылью — книжные переплеты, посуда в пузатом зеркальном буфете, и зеленоватое, глубокое, как колодец со звездой на дне, старинное настенное зеркало, и фотографии, разбросанные повсюду, черно-белые, пожелтевшие, и цветные, недавние, с хрупкой печатью мертвого счастья…

В 1914 году пилот Раймонд Люкс получил приказание перелететь границу, высадив на условленном месте военного шпиона. Это предприятие, затеянное штабом, касалось важных военных тайн. Поэтому выбор остановился на отважном и осторожном Люксе.

Предварительно было установлено, что по ту сторону гор тянется обширное лесное плато, с луговиной внутри, довольно обширной для благополучного спуска. На этой луговине Люкс должен был ссадить шпиона, а затем вернуться обратно.

Люди живут в лучшем из миров. Города предоставляют все возможности для комфортной жизни. Развлекайся, не думай, будь счастлив! Но кого-то по прежнему тянет заглянуть за горизонт и вставить пальцы в розетку. Для одних это невинное развлечения, для других — способ познания мира, а для кого-то — работа.

Рассказ написан для конкурса «Роскон-Грелка 2011», тема — «Антисталкер».

Рассказ вышел в финал и занял 19-е место. Позже был озвучен в проекте «ПослеSLовие».

Стивен точно знал, что родился на этот свет дважды. Про первый раз было очень коротко упомянуто в его паспорте. Собственно владелец паспорта подробностей этого, первого своего рождения не помнил, а потому имел полное право сомневаться, было ли оно вообще. Хотя все-таки паспорт — официальный документ…

Второй раз он запомнил на всю жизнь, потому что жизнь для него в тот день не просто изменилась — она началась. Среда, 7 марта 2007 года. Если верить все тому же паспорту, новорожденному Стивену тогда было уже полных пять лет. Отец взял его с собой на «Энфилд», где местный «Ливерпуль» принимал в ответном матче 1/8 финала Лиги Чемпионов испанскую «Барселону». Новорожденный Стив с отцом сидели на Копе — трибуне, расположенной напротив двухъярусной «Энфилд роуд»[1]

Нет, ну какая наглость! Стоило мне буквально на секунду отвернуться, как Санька Даугава самым бесцеремонным образом стащил из моей тарелки уже сбрызнутый лимоном кусочек рыбы. Впрочем, сердиться на него совершенно невозможно. Свои застольные злодеяния Санька совершает из принципиальных убеждений: он утверждает, что если человек не следит за своей тарелкой, значит не особенно голоден, и в этом случае его следует принудить к делёжке, причем, желательно как можно более решительно, но незаметно, щадя его чувство собственности. Иначе вкусная пища просто пропадет или сгинет, не принеся положенного удовольствия. Сам Саня в любое время суток готов кушать «в два горла», за что в том числе и получил свою созвучную фамилии кличку — «Два-Удава».

Накинув на плечи платок, Сента тихо выскользнула на крыльцо и поежилась. Небо уже светлело на востоке, темный двор, словно одинокий ковчег, плыл в волнах стелящегося тумана. Впереди спасительным островом вздымался из туманного моря лесистый бок Ворчуна.

Сента подняла на него глаза и вздрогнула: у самой вершины меж деревьев полыхнуло красным. Но это всего лишь Селена, капризная луна этого мира, наливаясь прощальным утренним багрянцем, вставала из-за склона, как пожар. Ворчун насмешливо хмыкнул, земля под ногами дрогнула. «Но, не балуй!» — шепотом сказала ему Сента и побежала через двор, торопясь нырнуть в сонное тепло коровника.

Первый из серии небольших рассказов-«вбоквелов», не вошедших в основной текст. Маленький бонус тем, кто читал «Аквилу»: сказ о том, как трибун Клодий дошел до жизни такой.

«Мы направляем корабль к третьей планете. Вероятность достигнуть ее живыми для нас ничтожна — защитный слой корабля разрушен… Однако, братья по Разуму, бродящие в Космосе в поисках пристанища, будут информированы об оптимально безопасном курсе, проложенным нашими навигаторами. Наше время истекает, прощайте».

Тысячелетиями бок о бок с людьми обитает на Земле иная цивилизация, и никто — ни люди, ни пришельцы — не ведают о существовании друг друга. До тех пор, пока молодой ученый Сергей Муромцев по воле трагической случайности не открывает ящик Пандоры.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Герои этой книги переходят из кабака в кабак, перебегают из реальности в реальность: то их из гламурного общества полиция нравов пилками для ногтей гонит, то суровый комиссар Луиза Первомаевна к расстрелу приговаривает, то здоровяки-атлеты чуть в спортбат не ссылают за общую хилость организма, то охранники Единого Офисного Здания ловят на внеплановом перекуре – нигде, словом, не дают вволю посидеть над рюмочкой-другой.

Но мир не без добрых людей – любой, даже разделившийся на враждебные друг другу дома-государства и квартиры-государства. А с добрыми людьми, как известно, можно поговорить о ситуации в мире, а с иными – ещё и выпить. Что и делают без устали наши герои.

«По кабакам и мирам» – современный вариант поэмы «Москва-Петушки», только заканчивается она хорошо – герои находят себе мир по душе и остаются там жить. Книга дарит надежду на то, что несмотря на обилие враждебных миров, окружающих нас каждый день, всегда можно найти тот, который с радостью распахнёт объятия нам навстречу, главное – не сдаваться и искать его.

Сегодня Марк Леви один из самых популярных французских писателей, его книги переведены на 33 языка и расходятся огромными тиражами, а за право экранизации его первого романа Спилберг заплатил два миллиона долларов. В российском прокате фильм назывался «Между небом и землей» и вызвал огромный интерес широкой публики, а одноименная книга вышла в издательстве «Махаон».

Новый роман автора – об искренней дружбе и о бескорыстной любви, то есть о чувствах, единственно благодаря которым человек в состоянии преодолеть одиночество и отчужденность, стать счастливым и разделить свое чувство с окружающими. Эта удивительно теплая, пронизанная душевностью книга несет нам послание: любите, и мир вокруг преобразится!

Горький опыт научил Кэрри не верить в чудеса. Возлюбленный бросил ее с ребенком на руках, она осталась одна в чужом городе, без гроша в кармане, без крыши над головой... И вдруг случается чудо. Кэрри встречает Мужчину, Достойного Любви; он любит ее, предлагает ей руку и сердце и готов заботиться о ней и о ее малышке.

Но Кэрри боится поверить своему счастью. Она ждет подвоха... и вот, кажется, худшие ее ожидания оправдываются. Но что, если она понапрасну терзается подозрениями и недоверием к мужу? Что, если чудеса все-таки случаются?

Новая книга Михаила Веллера в остросюжетной форме, опираясь на сенсационные документы, рассказывает о великих и удивительных деяниях легендарного батьки Махно – командующего Революционно-повстанческой армией Украины, борца за свободу простого народа, убежденного анархиста.