Квантовый волшебник

Белизариус – созданный биоинженерией Homo quantus, сбежавший с родной планеты. Чтобы удовлетворить потребности своего квантового интеллекта, он занимается сложнейшими многоходовыми аферами. Когда клиент предлагает ему неисчислимое богатство за переброску военных кораблей нового типа через вражескую червоточину, он осознает, настолько велик объем работы. Ему понадобится команда из всех новых подвидов человечества и ИИ. А если афера удастся, он спровоцирует межзвездную войну, но успех также может указать путь к следующему шагу эволюции Homo Quantus.

Отрывок из произведения:

Белизариус Архона был, возможно, единственным из мошенников, проводящим параллели между своими хитроумными махинациями и квантовым миром. Если смотреть с точки зрения частоты, электрон оказывается волной. Если с точки зрения момента импульса – частицей. Гангстер, желающий влезть в торговлю недвижимостью, обязательно найдет продавцов, оказавшихся в беде. Простофиля, желающий нажиться на купленном бое, обязательно найдет бойца, готового лечь. Природа питает наблюдающего тем, что он ищет, и так квантовый мир превращается в реальный. Белизариус скармливал простофилям то, что они сами хотели увидеть, превращая их алчность в ошибки, которые им дорого обходились. Иногда ему приходилось делать это под дулом пистолета. Если быть точным, то пистолет лежал на коленях Эвелин Пауэлл в процессе их разговора.

Рекомендуем почитать

Финалист премий «Дракон», «Небьюла», «Локус», «Хьюго» и Мифопоэтической премии.

Каир, 1912 год.

Сорок лет назад великий аль-Джахиз пробил портал в измерение джиннов, и теперь джинны и другие магические существа живут вместе с людьми, соблюдают законы и платят налоги. Но и среди волшебных созданий встречаются нарушители и злодеи. Поэтому есть Министерство алхимии, заклинаний и сверхъестественных существ.

Фатима эль-Шаарави – специальный следователь египетского министерства. Одна из немногих женщин в мужской профессии.

В поместье английского лорда находят 24 мертвеца, сожженных заживо, но одежда на телах не пострадала. Дело явно для агента Фатимы.

Книга включает роман и повести Ф. Джели Кларка о магическом альтернативном Каире, полном ангелов, джиннов, духов и нераскрытых тайн.

«Этот эпический роман о магии и тайнах действительно потрясает». – Publishers Weekly.

«Захватывающая история Каира становится еще одним персонажем в этой восхитительной комбинации детектива и фэнтези. Дайте роман любителям альтернативной истории и читателям детективов, которые не против насладиться дозой магии». – Booklist.

«Кинематографичный экшен, радикальное переосмысление реальной истории и магия на каждой странице. Мне это нравится!» – Аликс Харроу.

«Умный, лукавый и увлекательный стимпанк-детектив с отличным балансом юмора и сердечности. Обожаю!» – Шеннон Чакраборти.

«Каир, альтернативно-исторический город-космополит, населен не только людьми, но и множеством сверхъестественных существ. Когда их интересы и планы сталкиваются, то в результате получается книга, которую вы не захотите отложить». – Мари Бреннан.

«Очаровательно! Мне нравится сложный мир альт-истории «Хозяевов джиннов», с его намеками на изменившиеся судьбы народов и простых людей после катастрофического возвращения магии. Кларк дарит нам увлекательный детектив с чудесным сочетанием фантастического и обыденного, богов-крокодилов, курящих одну сигарету за другой, скучных библиотекарей-маридов и блестящей героини в лихом котелке». – Джанго Векслер.

Сражаясь за жизнь и право снова увидеть сына, Фрэнк Киттридж был вынужден убивать. Оставшись в одиночестве на марсианской базе, он решается на заключение сделки с корпорацией, пославшей его на смерть. Фрэнк знает, что для них он – «макака», но за возможность вернуться на Землю он готов терпеть и перевоплотиться в надсмотрщика Брэка, чтобы встретить астронавтов НАСА. Но неожиданное открытие ставит под угрозу не только возвращение домой, но и само существование Фрэнка – он не единственный человек на Марсе.

Нари не верит в магию. При этом у нее есть необычные таланты – знание языков и способность заговаривать болезни. Это, как и другие трюки, помогает ей жить, занимаясь воровством и мелким мошенничеством на улицах Каира XVIII века. Она надеется, что ей улыбнется удача и она уедет в Стамбул для изучения медицины. Скоро ей придется поверить в магию. Нари столкнется с демоническим ифритом и ордой гулей, а потом случайно вызовет могущественного джинна – лукавого и мрачного воителя. Он поведает удивительную историю о пустыне, населенной духами огня, о реках, в которых спят мариды, о руинах некогда великих человеческих империй, о горах, которые охраняют невиданные хищные птицы, и о лежащем за ними Дэвабаде, легендарном Латунном городе, в который рок приведет Нари. Дэвабад за своими зачарованными латунными стенами и семью вратами шести племен джиннов, встретит ее не только чудесами, но и ложью, предательством и придворными интригами. Появление Нари вызовет очередной виток смертельной вражды и магической войны, которая длится столетия…

После кровавых сражений с остатками мугенской армии и союзниками гесперианцев, желающих присвоить никанские богатства, Рин снова остается ни с чем. Преданная и искалеченная, она бежит из Арлонга, чтобы собраться с силами и ударить по врагу. Но ее новые союзники в руководстве Южной коалиции лукавы и ненадежны, Рин быстро понимает, что настоящая сила в Никане – это миллионы простых людей, которые жаждут мести и почитают ее как богиню спасения.

Однако по мере роста ее силы и влияния крепнет опьяняющий голос Феникса, призывающий ее сжечь весь мир. И противостоять ему все сложнее…

Эффектное завершение трилогии «Опиумной войны», нашумевшего, отмеченного наградами эпического фэнтези Ребекки Куанг, которое сочетает в себе историю Китая как средних веков, так и недавнего прошлого с опасным миром богов и монстров.

Другие книги автора Дерек Кюнскен

Винсенту снова приснилось, как он плавает вместе с Мерсед в холодной темноте, поднимаясь к незнакомому солнцу. Он не видел этого солнца, потому что лучи проходили под воду лишь на двести метров. Если бы он разглядел хотя бы слабое голубое свечение, он бы уже умер, но его это не волновало. Винсент все равно хотел увидеть его – так, как обычно хочешь чего-то во сне. Сон закончился ничем. Потом ему снилась какая-то тарабарщина.

Проснувшись, Винсент стал вспоминать тот, первый сон. Он не думал о Мерсед уже очень давно. Воспоминания о бывшей подруге напоминали ему о недостатке мужества, не позволявшем последовать за ней.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Дорога прорезала желтые поля бесконечного подсолнечника неровною лентой и казалась на удивление пустой. Аннетин синий форд шелестел по ней в гордом одиночестве.

Ядрёное кубанское лето выжигало асфальт до нестерпимого блеска. В подсолнухах мелькнул ржавый силуэт брошенной легковушки. Дорога нырнула, съезжая с крутого холма; далеко внизу заголубело озеро, окаймлённое зелёным кружевом ив. За озером, над холмами, проступили тупые зубы грозовых облаков. …Первая неприятность подстерегла форд примерно на четвертом километре, считая от озера. Отключился кондиционер. Вторая неприятность километром позже сразила наповал мотор. И уж терзай ключом зажигание, не терзай его, а толку никакого.

В старом парке безобразничал ветер. Срывал с деревьев листву, швырял в прохожих. То в лицо холодом ударит, то в ухо, берет собьёт, поправляй потом. А не то подхватит старый драный пакет и давай трепать его. Вверх-вниз, между ветками, по-над мутными зеркалами луж, прохожим на головы…

Леночка любила осень. Не столько ту, которая "очей очарованье", сколько именно ненастную, с холодом, сыростью, с низким небом и бестеневым днём. Можно подставить лицо ветру и верить, что влага на щеках всего лишь дождь, не слёзы. А что! Бывают дожди кислотные, бывают — солёные. Не ваше дело, между прочим.

Документ 1

Островитянин 7 — центру.

(Совершенно секретно).

Сканирование вновь дало отрицательный результат. Проводить дальнейшее сканирование Океана бессмысленно. Продолжаю наблюдение за объектом. Джи-джиду вне опасности.

1.

Кто видел настоящий хрусталь в веке тридцатом? Когда на межзвездном лайнере «Кир-2», медленно плывущем к точке входа в гиперпространство, вам предложат «Черную собаку» в хрустальном бокале, не верьте, что бокал настоящий. Ведь даже текила может быть поддельной. Ныне все имититируется, любые атомы можно заставить построиться в нужном порядке. Нынешние криэйторы гордятся своей властью и смотрят на прочих свысока: Мы создаем, а у вас нет выбора. Хотя на самом деле выбор есть. И если в спешке перескакивать с одной базы на другую, с одной разоренной планеты на другую, то всегда можно отыскать кусочек подлинности, созданный по прихоти щедрой на выдумки Природы.

История осознания ЭММИ.

— Ну, чего мы еще ждем, — с раздражением спросил Сенатор.

— Президента, — ответил Министр.

— Президента! Подумать только, мы ждем Президента, — уши Сенатора покраснели от злости. Его обширная лысина влажно блестела. — Нас поднимают затемно, торопят, везут черт знает куда, а теперь мы должны поджариваться в этом идиотском бункере только потому, что господин Президент изволит задерживаться. А в конечном счете выяснится, что прибыть он не сможет и через Помощника по национальной безопасности передаст нам свои извинения с пожеланиями успешного проведения испытаний.

Трамвай, жестко погрохатывая на стыках, мчал вперед, вздымая за собой суетливые снежные буруны. В вагоне было холодно, и немногочисленные пассажиры зябко притопывали ногами, кутались в поднятые воротники. Недавние страшные оттепели казались невероятно далекими и почти невозможными. Окна были наглухо задернуты изморозью, и маршрут движения угадывался только по объявлениям водителя.

Трофимов снял перчатку и, меняя пальцы, оттаял на уровне лица глазок размером с трехкопеечную монету, подышал на руку, сунул ее за пазуху и припал глазом к «окну в большой мир».

Город жил предстоящей премьерой. И вот пришел долгожданный день, точнее сказать, вечер. Измученное зноем солнце, наконец, заползло за громады небоскребов, но жара по — прежнему не спадала. В воздухе, насквозь пропитанном запахом раскаленного пластика, лениво плавали Бог весть откуда занесенные паутинки. А внизу суета, шум, грохот, звон многомиллионного мегаполиса.

За несколько часов до открытия началось всеобщее движение в сторону нового концертного зала. С натужным ревом на взлетно — посадочные площадки окружающих зданий опускались аэробусы. Меж ними, оглушительно стрекача, сновали малолитражные аэромобили. На самом дне уличных каньонов с лязгом останавливались цепочки монорельсовых вагонов и, выдавив из себя шумную толпу, уносились прочь. Вышедших подхватывал многоголосый поток, который соединял подземку со входом в концертный зал.

Семья голубых обезьян гуськом направлялась к водопою. Это был классический клан: два самца, вожак и охранитель, четыре самки и двенадцать малышей. Вожак, как ему и полагалось, топал впереди, раздвигая вьющиеся стебли местной растительности, остальные ступали след в след, старательно, как в танце, повторяя каждое движение предводителя. Замыкал шествие второй самец — могучий и рослый, как все охранители.

Зрелище было редкостное, можно сказать, уникальное. Голубые обезьяны — звери крайне осторожные, и никому еще не удавалось запечатлеть их в естественной обстановке. Черешина ожидали лавры победителя. Ради этого стоило месяц отыскивать еле заметные в траве следы и потом, когда тропа была найдена, еще неделю провести в засаде.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Продолжение популярного цикла, начатого романами «Целитель.

Спасти СССР!» и «Целитель. Союз нерушимый?».

Михаил Гирин, по собственному желанию очутившийся в «эпохе застоя», ведет двойную жизнь – открытую для всех и тайную. Примерный школьник Миша учится в 9-м классе, ходит на субботники и занимается техническим творчеством, а вечером спасает своих и убивает врагов, шлет шифровки в КГБ, рассказывая о том, что будет, о тех, кто предаст и кто останется верным Советскому Союзу до конца.

За Мишей Гириным идут по пятам КГБ, «Моссад» и ЦРУ, но ему пока что удается уйти от погонь, скрываясь под разными личинами. Но у противников железная хватка, а Михаил оставляет «следы» – исцеленных им людей. Правда, Гирину удалось вылечить самого Суслова, но станет ли «тезка» надежным союзником?

«Дом голосов» – новый бестселлер Донато Карризи, короля итальянского триллера.

Пьетро Джербер – психолог, но не такой, как другие. Его специализация – гипноз, и все его пациенты – это дети, с которыми что-то случилось: они перенесли травму, стали свидетелями драматических событий или в их хрупкой памяти хранится важная информация, которая может помочь полиции или органам опеки в расследовании. Но вот с другого конца света, из Австралии, психологу звонит коллега и просит принять пациента. Пьетро недоумевает, зачем обращаться именно к нему, ведь Ханна Холл взрослая. Оказывается, молодой женщине не дает покоя воспоминание о некоем убийстве, будто бы совершенном ею в детстве. И чтобы понять, правда это или иллюзия, ей необходим лучший психолог Флоренции – Пьетро Джербер.

Впервые на русском!

Когда кончается одна напасть, то какое-то время ты можешь дышать полной грудью, но ровно до того времени, пока тебя с головой не накроет другая. Разумеется, это в том случае, если ты выбрался из переделки живым и здоровым и если эти напасти ходят поодиночке. Но, с другой стороны, ничто не делает жизнь такой полной, как постоянное ожидание смерти. И журналисту Никифорову, также известному в игре «Файролл» как Хейген, похоже, предстоит проверить это утверждение на собственной шкуре.

Впервые на русском – новейший роман современного классика Дэвида Митчелла, дважды финалиста Букеровской премии, автора таких интеллектуальных бестселлеров, как «Сон № 9», «Облачный атлас» (недавно экранизированный Томом Тыквером и братьями Вачовски), «Голодный дом» и других. И хотя «Утопия-авеню» как будто ограничена во времени и пространстве – «свингующий Лондон», легендарный отель «Челси» в Нью-Йорке, Сан-Франциско на исходе «лета любви», – Митчелл снова выстраивает «грандиозный проект, великолепно исполненный и глубоко гуманистический, устанавливая связи между Японией эпохи Эдо и далеким апокалиптическим будущим» (Los Angeles Times). Перед нами «яркий, образный и волнующий портрет эпохи, когда считалось, что будущее принадлежит молодежи и музыке. И в то же время – щемящая грусть о мимолетности этого идеализма» (Spectator). Казалось бы, лишь случай или продюсерский произвол свел вместе блюзового басиста Дина Мосса, изгнанного из группы «Броненосец Потемкин», гитариста-виртуоза Джаспера де Зута, из головы которого рвется на свободу злой дух, известный ему с детства как Тук-Тук, пианистку Эльф Холлоуэй из фолк-дуэта «Флетчер и Холлоуэй» и джазового барабанщика Гриффа Гриффина – но за свою короткую историю «Утопия-авеню» оставила неизгладимый след в памяти и сердцах целого поколения…

«Замечательная книга! Два дня не мог от нее оторваться…» (Брайан Ино)