Кузяр-Бурундук и Инойка-Медведь

Виталий Валентинович Бианки

Кузяр-Бурундук и Инойка-Медведь

Прежде Кузяр-Бурундук был весь жёлтый, как кедровый орешек без скорлупки. Жил он - никого не боялся, ни от кого не прятался, бегал где хотел.

Да раз ночью поспорил с Инойкой-Медведем. А маленькому с большими знаешь, как спорить: и выспоришь, да проиграешь.

Спор у них был: кто первый утром солнечный луч увидит?

Вот взобрались они на пригорышек и сели.

Другие книги автора Виталий Валентинович Бианки

В книгу замечательного писателя-натуралиста Виталия Валентиновича Бианки вошли: «Лесная газета» (в сокращении), сказки и рассказы.

«Зинька была молодая синичка, и своего гнезда у неё не было. Целый день она перелетала с места на место, прыгала по заборам, по ветвям, по крышам, – синицы народ бойкий. А к вечеру присмотрит себе пустое дупло или щёлку какую под крышей, забьётся туда, распушит свои пёрышки, – кое-как и переспит ночку…»

Виталий Валентинович Бианки

Мышонок Пик

Как мышонок попал в мореплаватели

Ребята пускали по реке кораблики. Брат вырезал их ножиком из толстых кусков сосновой коры. Сестрёнка прилаживала паруса из тряпочек.

На самый большой кораблик понадобилась длинная мачта.

- Надо из прямого сучка, - сказал брат, взял ножик и пошёл в кусты.

Вдруг он закричал оттуда:

- Мыши, мыши!

Сестрёнка бросилась к нему.

Слышишь, какая музыка гремит в лесу?

Слушая её, можно подумать, что все звери, птицы и насекомые родились на свет певцами и музыкантами.

Может быть, так оно и есть: музыку ведь все любят, и петь всем хочется. Только не у каждого голос есть.

Вот послушай, чем и как поют безголосые.

Лягушки на озере начали ещё с ночи.

Надули пузыри за ушами, высунули головы из воды, рты приоткрыли.

«Ква-а-а-а-а!..» — одним духом пошёл из них воздух.

«Старый медвежатник сидел на завалинке и пиликал на скрипке. Он очень любил музыку и старался сам научиться играть. Плохо у него выходило, но старик и тем был доволен, что у него своя музыка. Мимо проходил знакомый колхозник и говорит старику…»

В книге, которую вы держите в руках, всемирно известная, неизменно актуальная и популярная «Лесная газета» Виталия Бианки объединена с его лучшими рассказами и повестями, созданными писателем для детей и взрослых, «сохранивших в душе себя-ребенка». Правдивые и занимательные истории о лесных жителях и охоте трогательны и поучительны. Что значат следы на снегу, почему белые куропатки собираются ночью у костра и откуда появилась золотая чайка — эти и многие другие тайны природы поможет вам разгадать Виталий Бианки.

ВИТАЛИЙ БИАНКИ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ МУРАВЬИШКИ

Залез Муравей на березу. Долез до вершины, посмотрел вниз, - а там, на земле, его родной муравейник чуть виден. Муравьишка сел на листок и думает: "Отдохну немножко - и вниз". У марвьев ведь строго: только солнышко на закат - все домой бегут. Сядет солнце, - муравьи все ходы и выходы закроют - и спать. А кто опоздал, тот хоть на улице ночуй. Солнце уже к лесу спускалось. Муравей сидит на листке и думает: "Ничего, поспею: вниз ведь скорей". А листок был плохой: желтый, сухой. Дунул ветер и сорвал его с ветки. Несется листок через лес, через реку, через деревню. Летит Муравьишка на листке, качается - чуть жив от страха. Занес ветер листок на луг за дедервней, да там и бросил. Листок упал на камень, Муравьишка себе ноги отшиб. Лежит и думает: "Пропала моя головушка! Не добраться мне теперь до дому. Место кругом ровное. Был бы здоров - сразу бы добежал, да вот беда: ноги болят. Обидно, - хоть землю кусай". Смотрит Муравей: рядом Гусеница - Землемер лежит. Червяк червяком, только спериди - ножки и сзади - ножки. Муравьишка говорит Землемеру: - Землемер, Землемер, снеси меня домой! У меня ножки болят. - А кусаться не будешь? - Кусаться не буду. - Ну садись, подвезу. Муравьишка вскарабкался на спину к Землемеру. Тот изогнулся дугой, задние ноги к мередним приставил, хвост - к голове. потом вдруг встал во весь рост, да так и лег на землю палкой. Отмерил на земле, сколько в нем росту, и опять в дугу скрючился. так и пошел, так и пошел землю мерить. Муравьишка то к земле летит, то к небу, то вниз головой, то вверх. - не могу больше! - кричит. - Стой! А то укушу! Остановился Землемер, вытянулся по земле. Муравьишка слез, еле отдышался. Огляделся, видит: луг впереди, на лугу трава скошенная лежит. А по лугу Паук-Сенокосец шагает: ноги как ходули, между ног голова качается. - Паук, а Паук, снеси меня домой! У меня ножки болят. - Ну что ж, садись, подвезу. Пришлось Муравьишке по паучьей ноге вверх лезать до коленки, а с коленки вниз спускаться Паууку на спину: коленки у Сенокосца торчат выше спины. Начал Паук свои ходули переставлять, одна нога тут, другая там: все восемь ног, будто спицы, в глазах у Муравьишки замелькали. А идет Паук не быстро, брюхом по земле чиркает. Надоела Муравьишке такая езда. Чуть было не укусил он Паука, да тут, на счастье, вышли они на гладкую дорожку. Остановился Паук. - Слезай, - говорит. - Вот Жужелица бежит, она резвей меня. Слез Муравьишка. - Жужелка, Жужелка, снеси меня домой! У меня ножки болят. - Садись, прокачу. Только успел Муравьишка вскарабкаться Жужелице на спину, она как пустится бежать! Ноги у нее ровные, как у коня. Бежит шестиногий конь, бежит не трясет, будто по воздуху летит. Вмиг домчались до картофельного поля. - А теперь слезай, - говорит Жужелица. - Не с моими ногами по картофельным грядам прыгать. Другого коня бери. Пришлось слезть. Картофельная ботва для Муравьишки - лес густой. тут и со здоровыми ногами - целый день бежать. А солнце уж низко. Вдруг слышит Муравьишка, пищит кто-то: - А ну, Муравей, полезай ко мне на спину. Поскачем. Обернулся Муравьишка - стоит рядом Жучок-Блошачок, чуть от земли видно. - Да ты маленький! Тебе меня и не поднять. - Ты-то большой! Лезь, говорю! Кое-как уместился Муравей на спине у Блошачка. Только-только ножки поставил. - Влез? - Ну влез. - А влез, так держись. Блошачок подобрал под себя толстые задние ножки, - а они у него - как пружинки складные, - да щелк! - распрямил их. Глядь, уж он на грядке сидит. Щелк! - на другой. Щелк! - на третьей. Так весь огород и отщелкал до самого забора. Муравьишка спрашивает: - А через забор можешь? - Через забор не могу: высок очень. Ты Кузнечика попроси: он может. - Кузнечик, Кузнечик, снеси меня домой! У меня ножки болят. - Садись на загривок. Сел Муравьишка Кузнечику на загривок. Кузнечик сложил свои длинные задние ноги пополам, потом разом выпрямил их и подскочил высоко в воздух, как Блошачок. Но тут с треском развернулись в него за спиной крылья, перенесли Кузнечика через забор и тихонько опустили на землю. - Стоп! - сказал Кузнечик. - Приехали. Муравьишка глядит вперед, а там широкая река: год по ней плвыи - не переплывешь. А солнце еще ниже. Кузнечик говорит: - Через реку и мне не перескочить: очень уж широкая. Стой-ка, я Водомерку кликну: будет тебе перевозчик. Затрещал во-своему, глядь - бежит по воде лодочка на ножках. Подбежала. Нет, не лодочка, а Вдомерка-клоп. - Водомер, Водомер, снеси меня домой! У меня ножки болят. - Ладно, садись, - перевезу. Сел Муравьишка. Водомер подпрыгнул и зашагал по воде, как посуху, А солнце уж совсем низко. - Миленький, шибче! - просит Муравьишка. - Меня домой не пустят. - Можно и пошибче, - говорит Водомер. Да как припустит! Оттолкнется, оттолкнется ножками и катит-скользит по воде, как по льду. Живо на том берегу очутился. - А по земле не можешь? - спрашивает Муравьишка. - По земле мне трудно, ноги не скользят. Да и, гляди-ка, впереди-то лес. Ищи себе другого коня. Посмотрел Муравьишка вперед и видит: стоит нащд рекой лес высокий, до самого неба. И солнце за ним уже скрылось. Нет, не попасть Муравьишке домой! - Гляди, - говорит Водомер, - вот тебе и конь ползет. Видит Муравьишка: ползет мимо Майский Хрущ - тяжелый жук, неуклежий жук. Разве на таком коне далеко усачешь? Все-таки послушался Водомера: - Хрущ, Хрущ, снеси меня домой! У меня ножки болят. - А ты где живешь? - В муравейнике за лесом. - Далеконько... Ну что с тобой делать? Садись, довезу. Полез Муравьишка по жесткому жучьему боку. - Сел, что ли? - Сел. - А куда сел? - На спину. - Эх, глупый! Полезай на голову. Влез Муравьишка Жуку на голову. И хорошо, что не остался на спине: разломил Жук спину надвое, два жестких крыла приподнял. Крылья у Жука точно два перевернутые корыта, а из-под них другие крылышки лезут, разворачиваются: тоненькие, прозрачные, шире и длиннее верхних. Стал Жук пыхтеть, надуваться: "Уф, уф, уф!" Будто мотор заводит. - Дяденька, - просит Муравьишка, - поскорей! Миленький, поживей! Не отвечает Жук, только пыхтит: - Уф, уф, уф! Вдруг затрепетали тонкие крылышки, заработали. - Жжж! Тук-тук-тук!.. - поднялся Хрущ на воздух. Как пробку, выкинуло его ветром вверх - выше леса. Муравьишка сверху видит: солнышко уже краем землю зацепило. Как помчал Хрущ - у Муравьишки даже дух захватило. - Жжж! Тук-тук-тук! - несется Жук, буравит воздух, как пуля. Мелькнул под ним лес - и пропал. А вот и береза знакомая, и муравейник под ней. А над самой вершиной березы выключил Жук мотор и - шлеп! - сел на сук. - Дяденька, миленький! - взмолился Муравьишка. - А вниз-то мне как? У меня ведь ножки болят, я себе шею сломаю. Сложил Жук тонкие крылышки вдоль спины. Сверху жесткими корытцами прикрыл. Кончики тонких крыльев аккуратно под корытца убрал. Подумал и говорит: - А уж как тебе вниз спуститься - не знаю. Я на муравейник не полечу: уж очень больно вы, муравьи, кусаетесь. Добирайся сам, как знаешь. Глянул Муравьишка вниз: а там под самой бероезой его дом родной. Глянул на солнышко: солнышко уже по пояс в землю ушло. Глянул вокруг себя: сучья да листья, листья да сучья. Не попасть Муравьишке домой, хоть вниз головой бросайся! Вдруг видит: рядом на листке Гусеница-Листовертка сидит, шелковую нитку из себя тянет, тянет и на сучок мотает. - Гусеница, Гусеница, спусти меня домой! Последняя мне минуточка осталась, - не пустят меня домой ночевать. - Отстань! Видишь, дело делаю: пряжу пряду. - Все меня желели, никто не гнал, - ты первая! Не удержался Муравьишка, кинулся на нее да как куснет! С перепугу гусеница лапки поджала, да кувырк с листа - и полетела вниз. А Муравьишка на ней висит - крепко вцепился. Только недолго они падали: что-то их сверху - дерг! И закачались они оба на шелковой ничтоке: ничточка-то на сучок была намотана. Качается Муравьишка на Листовертке, как на качелях. А ниточка все длинней, длинней делается: выматывается у Листовертки из брюшка, тянется, не рвется. Муравьишка с Листоверткой все ниже, ниже, ниже опускаются. А внизу, в муравейнике, муравьи хлопочут, спешат, входы-выходы закрывают. Все закрыли - один, последний вход остался. Муравьишка с гусеницы кувырк - и домой! Тут и солнышко зашло.

Сборник сказок о животных Виталия Бианки откроет перед малышом мир природы и научит любить и понимать братьев наших меньших, а через природу понимать и людей вокруг. Сказки из этой книги входят в программу обязательного чтения в детском саду. Малыши с удовольствием подружатся с Лисом и Мышонком, Совой, Муравьишкой и другими героями этих знаменитых «лесных» сказок.

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Людмила Стефановна Петрушевская

Красивая свинка

Жила-была Свинка. Она была красивей всех. У нее была сестра Запятайка, которая была добрее всех. Затем шел младший братец Хвостик, который был самый любимый. Так все и было: Свинка красовалась, Запятайка всем помогала, а Хвостик был для поцелуев.

Мама Хрюня и папа Хряпа поругивали Свинку за характер, гордились Запятайкой, а Хвостика обожали.

Бывало, идут гулять: впереди бежит Хвостик, чумазый и веселый, за ним торопится заботливая Запятайка, следом спешат толстые Хрюня и Хряпа, а сзади плавно выступает красавица Свинка, которой неудобно за свою семью. Свинка всегда чистенькая, хорошо одетая и говорит так:

Алексей Иванович Пантелеев

(Л.Пантелеев)

Рейс № 14-31-19

Была середина апреля, шли дожди, и под этим беспросветным моросящим дождем особенно нежно цвела на экранах телевизоров розовая японская сакура. Двадцать два советских туриста могли любоваться ее цветением, не покидая зала ожидания осакского аэровокзала. Уже второй день мы томились на этом опостылевшем нам вокзале, ожидая вылета в Хиросиму. Накануне рейс отменили из-за непогоды, сегодня небо было как будто почище, повеселее, но и сегодня почему-то отправление уже три раза откладывалось.

С Викой никогда ничего не происходит и произойти не может – она в этом твердо уверена. Вот и теперь самое страшное, что ей грозит, – это летний месяц в глухой деревеньке, в старом доме на самом краю леса, вдали от друзей и интернета. Только деревня какая-то странная – не отмечена ни на одной карте. За высокими заборами прячутся тихие, будто вымершие, избы. Во дворе Викиного дома в зарослях малины скрывается темный, бездонный колодец, из которого веет необъяснимым ужасом. А в глубине густого зеленого леса затаилось болото, откуда по ночам в деревню приходит оно – или она? – и зовет, и манит за собой. Кому по силам вырваться из его объятий?

Однажды в критскую деревню Кофина возвращается Виолета – по словам деревенских, сумасшедшая старуха, которую родная семья девочкой отправила в клинику для душевнобольных и поспешила забыть о ее существовании. Но так ли безумна Виолета, как о ней судачат в деревне? И она ли украла ценные подношения из церкви, как считают некоторые? Симос не хочет верить досужим сплетням и идет наперекор своим друзьям и их предводителю – хулигану Маркосу, который нисколько не сомневается, что все россказни о Виолете правда, и твердо намерен вывести ее на чистую воду. Однако, познакомившись со старухой, Симос узнает, что правда о ней на самом деле куда более горькая, чем любые слухи.

Мария Папаянни (род. в 1964 г.) – греческая писательница, автор книг для детей и подростков. В 2020 году ее повесть «Одинокое Дерево» была номинирована на международную литературную премию имени Х. К. Андерсена

«Пока у тебя есть запал совершать открытия, двигаться вперёд, открывать неизведанное – значит, мальчишеский бог с тобой», – сказал однажды Ване радист Борис. Но как его, этого мальчишеского бога, отыскать? Тем более здесь, в арктическом холоде, посреди пустоты, где Ваня проводит самое долгое лето своей жизни. Все люди как люди, в июле уезжают на море, к тёплому пляжу, а его отец вдруг решил устроить каникулы на севере. В посёлке Цыпнаволок, в одну улицу – ни магазинов, ни вай-фая с мобильной связью, ни островка гладкого асфальта для скейта. Только старые покосившиеся дома, скучающие рабочие, выброшенные на берег затонувшие корабли… Хотя погибший корабль – это, пожалуй, ещё интересно: Ваня переборол страх, пробрался внутрь ранним утром и как будто понял, что же имел в виду Борис. Или всё-таки нет? По страницам этой книги рассыпаны многочисленные подсказки, где и как искать своего мальчишеского бога, каким он может быть, как не потерять связи с ним. Повесть Дмитрия Ищенко – конечно, не коллекция практических советов для потерянных подростков, а скорее вдохновляющая и поразительно кинематографичная история о неизбежном окончании детства. Три месяца на живописном побережье Баренцева моря становятся для главного героя неиссякаемым источником опыта – и знания о самом себе. Имя Дмитрия Ищенко пока не слишком известно читателю, однако в его дебютной книге обнаруживается такой размах мышления, какой присущ детским авторам-классикам. А живописные панорамы северной природы, которыми богата повесть, напоминают картины режиссера Андрея Звягинцева. Писатель живёт в Мурманске, в разное время работал журналистом, сценаристом и режиссёром документальных фильмов. Его повесть «Териберка» входила в шорт-лист премии им. И. П. Белкина, а «В поисках мальчишеского бога» – в аналогичный список литературного конкурса «Новая детская книга».

Что бы вы сказали, если бы в вашу дверь позвонил Дживс? Или хотя бы Стивен Фрай в образе Дживса?

Нечто очень похожее приключилось с американским шестиклассником Картером Джонсом – да еще и утром первого сентября, когда все три сестренки чего-то хотят, а мама совершенно сбилась с ног.

Картер сперва просто не поверил своим глазам. А потом – куда деваться! – смирился с тем, что настоящий английский дворецкий каждый день приходит в дом и устанавливает новые правила.

А потом – и такое бывает! – оказалось, что всем вокруг этот удивительный человек очень симпатичен. К тому же благодаря усилиям Дворецкого в жизни Картера появился совершенно неведомый ему прежде вид спорта. И это оказалось, в отличие от знакомства с балетом, очень интересно. И все это вместе привело к тому, что тайна, сжигавшая Картера изнутри, наконец раскрыта.

В жизни 6 «А» происходит нечто фантастическое! Во время экскурсии по музею антропологии бесследно исчезает Антонина Ивановна, классный руководитель 6 «А». Одноклассники Миша и Оля начинают собственное детективное расследование. И выясняют, что учительницу нужно искать в далёком прошлом! А точнее – в палеолите. Но где конкретно? Ведь в палеолите живут не только наши прямые предки-сапиенсы, но и ещё три вида древних людей. Делать нечего – ребята отправляются в прошлое и знакомятся с параллельными человечествами палеолита!

Каждый ребёнок получит удовольствие и узнает что-то новое об антропологии и происхождении человека. Это серьёзная книга, которая простимулирует умственное развитие и поможет любознательному школьнику подготовить научный проект.

Для дошкольного и младшего школьного возраста.

Жизнь маленькой Ани течет размеренно и счастливо. Летом – в деревне, с черничными полянами, и высокими соснами и теплым озером. А зимой в Москве, с Третьяковской галереей и подарками из «Детского мира».

Но однажды эта жизнь заканчивается. Теперь Аня живет в Нью-Йорке. Пока родители учатся в университете, она ходит в американскую школу, вместо супа обедает сэндвичами с вареньем, ищет новых друзей и привыкает ходить без шапки на улице.

Повесть Марии Даниловой «Аня здесь и там» в 2020 году вошла в финал детской литературной премии имени Крапивина. Это история о взрослении между двух культур, о том, как важно, где бы ты ни был, знать, что всегда можешь вернуться домой.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ВИТАЛИЙ БИАНКИ

ЛЕСНЫЕ БЫЛИ И НЕБЫЛИЦЫ

СИНИЧКИН КАЛЕНДАРЬ

ЯНВАРЬ

Зинька была молодая синичка, и своего гнезда у нее не было. Целый день она перелетала с места на место, прыгала по заборам, по ветвям, по крышам, - синицы народ бойкий. А к вечеру присмотрит себе пустое дупло или щелку какую под крышей, забьется туда, распушит попышней свои перышки, кое-как и переспит ночку.

Но раз - среди зимы - посчастливилось ей найти свободное воробьиное гнездо. Помещалось оно над окном за оконницей. Внутри была целая перина мягкого пуха.

ВИТАЛИЙ БИАНКИ

Л Е Т О

ПЕРВАЯ ТЕЛЕГРАММА ИЗ ЛЕСУ

Наступило лето. Пора выводить птенцов. В лесу каждый построил себе дом. Весь лес сверху донизу сейчас занят под жилье. Свободного местечка нигде не осталось. Живут на земле, под землей, на воде, под водой, на деревьях, в деревьях, в тарве и в воздухе.

ЛЕСНЫЕ ПРОИСШЕСТВИЯ

У КОГО ДОМ ЛУЧШЕ ВСЕХ?

Ребята решили отыскать самый лучший дом. Оказалось - не так просто решить, какой дом лучше всех других. Самое большое гнездо у орла. Оно сделано из толстых сучьев и помещается на громадной толстой сосне. Самое маленькое гнездо у желтоголового королька. У него весь дом с кулачок, да и сам-то он ростом меньше стрекозы. Самый хитрый дом у крота. У него столько запасных ходов и выходов, что никак его не накроешь в его подземной норе. Самый искусный дом у слоника-листоверта - маленького жучка с хоботком. Слоник перегрыз жилки у березовых листьев и, когда листья начали вянуть, скрутил их в трубочку и скллеил слюнкой. В этот домик-трубочку слониха-самочка снесла свои яички. Самые простые гнезда у куличка-галстучника и козодоя-полуночника. Галстучник положил свои четыре яйца прямо в песок на берегу речки, а козодой - в ямочку, в сухие листья под деревом. Они оба не много потрудились над постройкой дома. Самый красивый домик у пеночки-пересмешки. Она свила себе гнездышко на березовой ветке, убрала его лишайником и легкой березовой кожуркой и вплела для украшения кусочки разноцветной бумаги, что валялись в саду какой-то дачи. Самое уютное гнездышко у долгохвостой синицы. Эту птицу зовут еще о п о л о в н и ч е к, потому что она похожа на разливательную ложку - ополовник. Ее гнездо свито изнутри из пуха, перьев и шерстинок, а снаружи - из мха и шишайников. Оно все круглое, как тыскочка, и вход в него круглый, маленький, в самой середке гнезда. Самые удобные домики у личинок ручейников. Ручейники - крылатые насекомые. Когда они садятся, они складывают крылья крышей у себя на спине и прикрывают ими все свое тело. А личинки ручейников бескрылые, голые, им нечем прикрыться. Живут они на дне ручьев и речек. Найдет личинка сучочек или камышинку величиной со спичку, склеит на них трубочку из песчинок и залезает в нее задом, задом. Очень удобно получается: хочешь - совсем спрячься в трубочку и спи там спокойно, никто тебя не увидит; хочешь - высунь передние ножки и ползи по дну вместе с домом: домик-то легкий. А один ручейник нашел валявшуюся на дне тоненькую пипироску, залез в нее да так и путешествует в ней. Самый удивительный дом у водяного паука-серебрянки. Этот паук растянул паутину под водой между водорослями, а под паутинку на мохнатом брюшке натаскал пузырьки воздуха. Так и живет паук в домике из воздуха.

Виталий Валентинович Бианки

Люля

- Прежде земли вовсе не было, - рассказывает хант-зверолов. - Только одно море было. Звери и птицы жили на воде и детей выводили на воде. И это было очень неудобно.

Вот раз собрались звери и птицы со всех концов моря, устроили общее собрание. Председателем выбрали большого-большого Кита. И стали думать, как беде помочь. Долго спорили, шумели, наконец постановили: достать со дна моря щепотку земли и сделать из неё большие острова. И тогда на земле жить и детей выводить на земле.

Виталий Валентинович Бианки

Макс

Собака-математик сидит на парте и решает задачи на сложение и вычитание, умножение и деление. Собака-охотник с ружьём и сумкой идёт на задних ножках, ведёт на поводке крошечную собачку - охотничью собаку. Собаки мчатся верхом на маленькой лохматой лошадке.

Кошка разыгрывает смешную сценку с крысами и не трогает их.

Весёлые, гладкие морские львы играют друг с другом в мяч.

Исполинский кенгуру дерётся боксом с человеком.