Крысятики

ТИМУР ЛИТОВЧЕНКО

КРЫСЯТИКИ

КУТЕЙКИН (открывает часослов, Митрофан берет указку). Начнем, благословясь. За мною, со вниманием. "Аз же есмь червь..." МИТРОФАН. "Аз же есмь червь..." КУТЕЙКИН. Червь, сиречь животина, скот. Сиречь: "аз есмь скот". МИТРОФАН. "Аз есмь скот". КУТЕЙКИН (учебным голосом). "А не человек". МИТРОФАН (так же). "А не человек".

(Д. И. Фонвизин. "Недоросль", действие третье, явление VII.)

ГЛАВА 1. Анрике

Другие книги автора Тимур Иванович Литовченко

Мастер Карсидар и его друг врачеватель Читрадрива наделены недюжинными магическими способностями. Особенно тяжело приходится врагам против удвоенной силды их чар. Это на собственной шкуре испытали сперва ордынцы хана Батыя, а затем и крестоносцы гроссмейстера ордена «Воинов Христовых» Гартмана фон Гёте. И кто знает, стала бы история Руси столь героической, если бы непредсказуемая судьба вовремя не забросила на ее просторы двух бескорыстных и могущественных друзей.

«Горы золота» обещаны за голову Карсидара — воина и мага из славного сословия Мастеров. И это неудивительно. Ведь благодаря воинскому искусству и собственным понятиям о чести и справедливости он сумел нажить множество завистников и врагов. Но тем и славен настоящий Мастер, что он никогда не знает покоя. Именно безудержная жажда странствий приводит Карсидара в Киев-град и ставит его на пути татаро-монгольских полчищ.

Имя гетмана Пилипа Орлика общеизвестно: сподвижник Ивана Мазепы, наследник его славы, автор «Пактов и конституций законов и вольностей Войска Запорожского»… Гораздо меньше современные украинцы знают о его сыне Григории Орлике, который был известным политическим и военным деятелем эпохи короля Людовика XV, выдающимся дипломатом и организатором разветвленной разведывательной сети, а также искренним приверженцем идеи восстановления казацкого государства на украинских просторах. В жизни Григора Орли (именно под этим именем гетманыч вошел в мировую историю) было множество опасных приключений, из которых он всегда выходил с честью.

«Орли, сын Орлика» – роман из исторического «казацкого» цикла киевского писателя Тимура Литовченко, стал лауреатом Всеукраинского конкурса «Коронация слова – 2010».

Тимур ЛИТОВЧЕНКО

АНТРОПОЦЕНТРИЗМ

Почему вымерли динозавры?

(Сакраментальный вопрос)

- А вас здорово качало во второй раз? - поинтересовалась Вера Павловна.

- Еще бы, ведь мы живем на тринадцатом этаже. Если бы мама не держала сервант, весь хрусталь разбился бы. А у соседей над нами книжный шкаф упал. Вот грохоту было! Да еще в темноте...

- До неприличия много землетрясений за один день, - протянул Дима из своего угла и начал устраиваться поудобнее: душная ночь только начиналась.

Тимур ЛИТОВЧЕНКО

Еврейская рубашка

Я вертелся на сидении электрички и так, и сяк. Но дело было не только в его жёсткости и в душной жаре, несмотря открытые окна стоявшей в вагоне. Просто-напросто позади меня сидели две старушонки, яростно обсуждавшие положение на Ближнем Востоке. Из-за похвал, расточаемых израильскому премьеру Ариэлю Шарону, и нелицеприятных эпитетов, которыми они награждали и слишком мягкого, по их мнению, экс-премьера Шимона Переса, и слишком зарвавшихся арабов, начиная от террористов движения "Хамаз" вообще вплоть до лидера ООП Ясера Арафата в частности, а также судя по произношению "эр", то были еврейки.

Тимур Литовченко

Гоп-стоп!

Прибытие пассажирского поезда "Москва-Киев" ожидали трое милиционеров. Разумеется, почётный эскорт встречает только очень почётных персон. Это или какие-нибудь президенты, премьер-министры или разные другие делегаты, или... Однако делегаты вряд ли станут ездить пассажирским поездом. Поэтому, учитывая наличие здоровенной овчарки у ног одного из милиционеров, нетрудно было понять, что стражи порядка готовятся выполнить несколько иные обязанности.

ТИМУР ЛИТОВЧЕНКО

ОДНАЖДЫ В ЭДЕМЕ

РАННЕЕ УТРО ШЕСТОГО ДНЯ. Творение

Едва осознав СЕБЯ, ОНА ощутила присутствие кого-то еще. ЕГО присутствие. - Ты кто? - спросила удивленно. Мир, внешний мир, прекрасный и пока неизведанный, обрушил на НЕЕ лавину впечатлений. Но прежде всего ЕЕ почему-то заинтересовало, кто же такой ОН. - Ты создал меня, так? - Этого еще не хватало! - насмешливо фыркнул ОН. Бедняжка моментально обиделась: выходит, ЕЮ пренебрегают? Сделал живую игрушку себе на потеху, а теперь издевается... Однако моментально уловив перемену в ЕЕ настроении ОН поспешил заверить: - Нет-нет, ни в коем случае! Не я создал тебя, вот и все. Я бы... не смог. Просто не смог бы управиться с этим. И ты бы не смогла, да и никто... ИЗ ЗДЕШНИХ. ВСЕХ НАС, КОТОРЫЕ ЗДЕСЬ - сделали. Вот все, что я знаю. - КТО же тогда? - искренне удивилась ОНА. - ТОТ... КОТОРЫЙ,- сказал ОН неопределенно. И ОНА навсегда запомнила: СОЗДАТЕЛЯ зовут ТОТ-КОТОРЫЙ. - Но ты...- начала робко и замялась, не зная, о чем говорить дальше с незнакомцем, который к тому же НЕ-ТОТ-КОТОРЫЙ. - Меня зовут Адам,- перебил он, чтобы как-то поддержать беседу и замять неприятную неловкость. - Адам? Адам. Адам...- повторила она на разные лады.- Красиво звучит. Мелодично. А-дам...- пропела. - Но я-то? Я-то кто? - всполошилась тут же. - Ты? Ева,- ответил Адам после небольшой паузы, также выдававшей легкое смущение. - Тоже ничего звучит,- одобрила она.- Кто ж это придумал: Адам, Ева... ТОТ-КОТОРЫЙ - или... может быть...- неожиданно для себя самой предавшись сладостным мечтаниям она не договорила. - Похоже, и в самом деле Создатель,- неуверенно сказал он, однако немедленно словно бы возразил себе: - Впрочем, не знаю. Может, имя тебе придумал я сам... - Вот было бы здорово! - Ева пришла в полнейший восторг от одной мысли о подобном счастье: в самом деле, как прекрасно, когда ОН придумывает имя ЕЙ... Адам называет ее, свою половинку (и откуда взялась такая мысль?..) им же выдуманным именем - Ева... - Но по крайней мере я точно знаю, что тебя так зовут,- решив ни за что не приписывать себе чужих заслуг, но и не умалять собственных сказал он.- А в общем, какая разница. Адам и Ева всегда были неразлучной парой... - Всегда? Как это - ВСЕГДА? - удивилась она. - Не знаю. Но были,- и добавил уверенно: - И БУДУТ. МЫ будем. - Раз ты такой знающий, скажи... что же нам делать теперь? - спросила она так, как робкая ученица вопрошает мудрого учителя. - Жить. Учиться. Впитывать мир,- Адам почувствовал, что говорит высокопарными фразами, смысл которых не вполне ясен ему самому, умолк на несколько секунд, затем добавил уже более скромно: - Поэтому давай просто жить... и ВПИТЫВАТЬ МИР. Так они и поступили: словно бы слившись в единое целое впитывали каждой мельчайшей частичкой своих юных, только что созданных, девственно-невинных душ внешний мир, его восторги и радости, огорчения и горести, бесконечное разнообразие форм, подчинявшееся однако строгим наборам гармоничных вибраций, гораздо более многочисленным, нежели комбинации кодов ДНК всех живых существ, вместе взятых или наборы нот в сложнейшей симфонии.

Тимур Литовченко

Квартирный вопрос

(маленький этюд на тему нынешнего дня)

Вечерний Киев лежал передо мной, как пряник на ладони. Я был одинок в этом пустеющем к ночи огромном городе, никому не нужный изгнанник из разорённого семейного гнёздышка. Оставалось решить, куда же теперь податься.

В принципе, ещё можно вернуться домой и попытаться как-то всё загладить. В принципе, можно... Но тут мне представилось лицо моей Ани с побелевшими трясущимися губами, уши резанул противный визг: "Чтоб духу твоего здесь не было!!!" В порыве гнева она даже забыла, что приватизированная квартира, собственно, записана на моё имя. Вот ненормальная!

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ПОД МОРСКИМ ДНОМ

Вибрация барабанных перепонок передавала в мозг чистейшие сигналы синтезатора. Внутри позвоночника по спинному мозгу медленно проплывала цепная реакция нервных клеток от кончиков пальцев к сознанию. "Бархат" - говорили эти сигналы, и мозг взрывался от неразделенной радости от этого чувства. "Бархат", это было великолепно. Заскрипела дверь, на пороге был человек. Мои глаза были закрыты, но мозг ясно вырисовывал его крепкий силуэт на черном фоне коридора. Был только один человек, кто в это время мог сюда заглянуть. Сознание ликовало, тело схватила сладкая судорога. Я застонал. Ренуар подошел ближе ко мне, снял с моих глаз солнечные очки. - Рос, ты в порядке? - Мсье! Мсье Рос... Только так. - Мсье Рос, ты в порядке? - Абсолютно... Что ты мне принес, Ренуар? - Винт. - Отлично... После "винта" я не чувствовал рук, я не чувствовал тела, я перестал думать, мои мысли преобразовались в инородную материю, я мог завести беседу с самим собой, но не знал слов. Я не знал ни одного слова, я ничего не знал, перестал существовать. Сейчас я жил чужими чувствами, чувствами Роса, того самого Роса, кем я был совсем еще недавно, и кого предал уже слишком давно чтобы оглядываться назад. "Бархат", крутилось в голове у него, и я был в экстазе от этого.

Шевчук Владимир

Осколки (фантасмагория)

Харлану Эллисону - "Стеклянному гоблину".

Шрайку - повелителю боли.

По коже бегало множество сороконожек. Я чувствовал их, но не имел сил для противостояния. Сороконожки, то ползли по коже, то втянувшись под кожу ползли там. Они не могли, или не хотели останавливаться.

***** 6.50 Я чувствовал их движения, как ласковую щекотку, но смеяться не хотелось. С трудом встав с постели я пошел в ванную, тело было как чужое, но на нем ничего не было, никаких признаков ночного кошмара. Умывшись я долго изучал себя в зеркале, тщательно ощупывая тело. Hичего, абсолютно ничего. Приснится ж такое, а вроде вчера ничего и не пили. Hе на что подумать. Hе пил, не нервничал, спокойно лег спать и ..., черт провалился в такой кошмар. Так теперь быстро ем, и на работу. Hа завтрак были макароны, я наматывал их на вилку, и гроздьями ложил в рот. При этом создавалось впечатление, что в желудке они разматываются и начинают ползать, как черви, то тупо буравя стенки, то просочившись в вену несутся с кровью, желая оплести сердце клейкой массой. "Бррр! черт померещится ж такое", я быстро допил кофе и побежал одеваться. В голове колебалась какая-то муть, то застилая глаза, то закладывая уши. Я снова пошел в ванную и окатился ледяной водой. Hемного прояснилось, но не окончательно. "Черт с ним, теперь одеться и бегом, не то снова опоздаю". 7.20 Рубашка, брюки, куртка, каждая вещь касаясь тела, как будто соединялась с ним. Так, брюки приросли к волосинкам на ногах; рубаха, приросла к коже; а куртка осталась болтаться, как будто повешенная на плечики. Во всем теле кипели, странные процессы, но я все равно пошел. Дверь долго не хотела закрываться. То тигр-ручка кусал меня за руку, то бронированная дверь пыталась огреть по голове. Как можно быстрее провернув ключ в деревянной я схватился с железной. Это было суровое противостояние. Она скрипела, визжала, вырывалась из рук, била по рукам. Я придавил ее всунул ключ и ..., она начала его пожирать, из замочной скважины посыпалась металлическая труха. Черт я бросил все и выбежал на улицу. Появилось чувство, что я еще не проснулся, и все происходящее просто кошмарный сон, и с каждым мгновением это чувство крепло. Потому, что я сомневаюсь, что бывают машины-скорпионы, использующие в качестве топлива плоть водителя. А именно такие чаще всего и проносились, это не говоря уже об четырех-рукой собаке пожирающей свой хвост, и везущей ораву ребятишек??? Ребятишек? ну и нифига себе твари, у каждого ребенка было по десять верхних, и десять нижних щупалец, которые непрестанно шевелились, то переплетаясь со щупальцами других детей (при этом получались 40-80-100 щупальцевые твари), то втягиваясь под кожу собаки затягивая под нее и все тело, кроме головы, то выползая и расплетаясь, при этом в стороны летели обрывки щупалец и сгустки провонявшейся крови. Обдумывая увиденное я вышел к магистрали. "Маразм, как вырваться из этого бреда?". Мимо проходили знакомые люди, странно косясь на меня, за то, что я не поздоровался. А как я буду здороваться, если во время движения к троллейбусу я упал на асфальт, и пока полз по локоть стер правую руку. Левая нога вообще не ощущалась, и оглянувшись, я увидел, что вместо нее растет змеиный хвост, благодаря которому я и двигаюсь, потому, как правая нога, в этот момент трансформировалась во что-то бесформенное, желе удерживаемое от растекания, лишь тонкой полоской кожи. В ноге копошилось масса сороканожек, они то выползали наверх, разрывая ткань, и слизь брызгала маленькими фонтанчиками, но не долго (раны быстро затягивались), то пытаясь забраться внутрь бились о прорезиненную кожу, и потерпев поражение ползли к голове. Я перевернувшись на спину начинал отбиваться левой рукой, и иногда мне это даже удавалось, но крайне редко. А потому, через пару минут я ощутил, что мой мозг начинает перерабатываться, на какой то вариант муравьиной кислоты, и мысли постепенно теряют свое значение. Я попробовал встать, но сел только на корточки, т.к. ног не было, пошевелил обрубком правой руки из которого сочилась кровь, и выглядывали лохмотья уничтоженных асфальтом сороканожек, попытался открыть глаза, но их по всей видимости уже не было. Я сидел посреди тротуара, мимо шли по своим делам люди, проносились скорпомобили, и собакобусы полные людей. И никто не обращал на меня внимания. Я почувствовал, что волосы стоят дыбом, попробовал поправить их левой рукой, но нескоординировав движения оторвал голову, которая беззаботно покатилась в сторону трассы. Скорпомобиль пожрал ее, а догнивающее тело разлеглось среди дороги, под ногами ничего не замечающих людей. Которые походя мешали его с осенней грязью. 11.00

Виталий Шленский

ЗАКОН БУТЕРБРОДА

Брычов во время завтрака уронил на пол бутерброд, маслом вверх.

- Черт-те что! - сказал Брычов, поднимая бутерброд и разглядывая его со всех сторон.

Хлеб был обыкновенный, за 18 копеек, масло было сливочное, простое.

- А ну-ка, - и Брычов бросил бутерброд на пол.

Он снова упал маслом вверх.

- Не может быть! - крикнул Брычов.

С этими словами он встал на стул и разжал пальцы.

П.Шуваев

ПО РАЗОРВАННОЙ КАРТЕ

Бросайте за борт все, что пахнет кровью,

Поверьте, что цена невысока!

В.Высоцкий

I

За океан плыли корабли. Их было много, дон Алонсо знал их по именам, но даже не пробовал пересчитать их, тем более старый Диего говорил, что не стоит этого делать. Дурная примета, говорил старый Диего, пересчитывать свои корабли, потому что Господь всемогущий, разгневавшись на самонадеянных гордецов, покарает их, - и кораблей станет меньше. Дон Алонсо знал, что это всего лишь суеверие, что Господь милосерден и что не пристало доброму католику бояться гнева Божиего, и все же... Все же он не решился бы пересчитать корабли.

П.Шуваев

СКАЗАНИЕ О МОРДЕ НЕБРИТОЙ

Автор считает своим долгом в первую очередь уведомить читателй, что испытывает серьезнейшие затруднения сугубо принципиального характера в плане определения места и времени действия. Более того, он ни в коей мере не склонен настаивать на том, что описанные ниже события вообще где-либо и когда-либо имели место; в пользу такой точки зрения говорит, в частности, очевидная невозможность некоторых действий, упоминаемых в тексте как вполне естественные. Тем не менее автор берет на себя смелость опубликовать данный труд и приносит извинения за нечеткость изложения, в ряде случаев проистекающую более из характера материала, нежели из его собственной небрежности.

П.Шуваев

Статьи на спорные темы

КОМЕТА ВСЕ ЕЩЕ ЛЕТИТ

Во вселенной XIX века небесные тела двигались с положенными им скоростями по положенным им траекториям - прямо как бильярдные шарики. И, естественно, должны были эти шарики время от времени сталкиваться: иначе ведь и играть неинтересно. А поскольку наша Земля - такой же шарик... Не знаю, кто и когда впервые заговорил о кометной угрозе; русского читателя ею пугали еще В.Ф.Одоевский и О.Сенковский. Последний, между прочим, увязал комету с вымиранием динозавров - в полном соответствии с современными научными данными. В самом деле, тогдашняя палеонтология требовала катастроф. Иначе просто невозможно было объяснить, отчего вымерли совсем незадолго до того (всего несколько тысяч лет назад) сотворенные животные. Более того, катастрофа была вполне благочестивым решением: ведь потоп описан в библии. Альтернативой теории катастроф могла быть (и стала) лишь дарвиновская эволюционная теория. Естественный отбор, разумеется, требовал времени, и огромного времени: возраст Земли и земной жизни пришлось заметно (в конечном счете почти в миллион раз!) увеличить сверх благочестивых пределов. Но зато он объяснял все, и поэтому катастрофы, будучи сущностями уже не необходимыми, были отсечены лезвием Оккама. Сейчас, кажется, уже почти никто не утверждает, что если Бог создал небо и землю, Ему ничего не стоило пять, скажем, тысячелетий назад изменить скорость радиоактивного распада - единственно лишь с целью ввести в заблуждение палеонтологов. Разумеется, из логической ненужности катастроф отнюдь не следовала их невозможность: никто ведь не отменял небесной механики, - но ненужные темы легко становятся непопулярными. Лишь в последние десятилетия накопилось достаточно свидетельств того, что столкновения Земли с астероидами не только возможны, но, судя по всему, случались в прошлом. Едва ли эта новость заинтересовала бы широкую публику, если бы не наложилась так удобно на "динозавровый" бум. Если прежде считалось, что тупые, вечно полусонные и малоподвижные гигантские рептилии лишь по какому-то недоразумению так долго заселяли Землю, отбивая хлеб у наших с вами млекопитающих предков, а вообще-то годились лишь на то, чтобы вовремя вымереть, - то теперь выяснилось, что это не совсем так. Динозавры оказались активными теплокровными животными, у них, как выяснилось, были прекрасно развитые органы чувств, они могли даже жить сообществами и заботиться о потомстве. И вообще, птицы - это ныне живущие Dinosauria. Но если мезозойские ящеры вымерли не из-за собственного убожества, значит, должна была существовать внешняя (неземная) причина их гибели. Разумеется, подобного рода гипотезы не новы: предполагали, например, что динозавров погубило жесткое излучение вспыхнувшей вблизи от Солнца сверхновой звезды. Но объяснение могло быть и проще: выяснилось, что столкновение Земли со всего лишь десятикилометровым астероидом может вызвать глобальную катастрофу, отчасти напоминающую "ядерную зиму" (это понятие примерно тогда же вошло в обиход). Столкновение (о котором первоначально свидетельствовали только геофизические данные) очень хорошо совпало с глобальным вымиранием - не только динозавров, но их мировому общественному мнению было особенно жаль. Жили себе, не тужили, ни о чем таком не догадывались, и вдруг... И, конечно же, общественному мнению стало боязно: ведь не перевелись еще во Вселенной астероиды. А тут еще то и дело вылезает очередной пророк и предсказывает очередной конец света... Эпидемия там или экологический кризис - это хоть и возможно, но больно уж неаппетитно. Космическая катастрофа не в пример шикарнее. Не угодно ли вам разделить участь тираннозавра рекса (хотя не исключено, что он как раз вымер по каким-то там своим рептильным причинам задолго до злополучного астероида)? Предполагается, что орбиту Земли пересекает не менее тысячи астероидов диаметром полтора километра и более - такие в случае столкновения с Землей способны вызвать глобальную катастрофу. Хотя в настоящее время известна лишь малая их часть (около 50), серьезно обсуждаются проекты, осуществление которых позволит в ближайшие 25 лет обнаружить 95% потенциально опасных астероидов. Если (что маловероятно) какой-то из них будет угрожать Земле, останется, скорее всего, достаточно времени, чтобы предотвратить столкновение: скорости небесных тел велики, но и расстояния немаленькие. Чтобы отклонить астероид с опасного курса, потребуется всего лишь несколько десятимегатонных ядерных зарядов (таковых имеется предостаточно). Но если астероиды не слишком удалены от Земли и потому доступны для систематического наблюдения (да и вообще, чье поэтическое воображение способен вдохновить пусть и большой, но всего лишь камень?), то кометы видны лишь на маленьком отрезке орбиты, - зато уж если видны, то на редкость живописны. Хвостатая звезда, раз в несколько столетий с таинственной регулярностью появляющаяся из космических глубин, как нельзя лучше подходит на роль апокалиптического агента. Совсем недавно в моде была комета Свифта-Таттла (между прочим, вероятно, намного более массивная, чем знаменитая комета Галлея), которая, как предполагалось, столкнется с Землей в 2126 году.И ведь действительно должна столкнуться, если рассчитывать ее орбиту, исходя лишь из данных наблюдений 1992 и 1862 годов. Однако исследование старинных китайских хроник показало, что "звезду-гостью" видели не только в 1737 году, но и в 188, и даже в 69 г. до н.э. (более древние хроники, к сожалению, не сохранились). Эти данные позволили уточнить орбиту кометы Свифта-Таттла и установить, что столкновения, по всей вероятности, не будет. То есть, конечно, не было полной уверенности в том, что китайцы наблюдали именно эту комету, - но если в то время, когда она должна была наблюдаться, на небе замечен яркий подвижный объект, срабатывает все то же лезвие Оккама. К тому же если комета двигалась по орбите, вычисленной с учетом древнекитайских свидетельств, то в период между 188 и 1737 годами она хоть и по-прежнему раз примерно в 130 лет приближалась к Солнцу, но оказывалась слишком далеко от Земли, чтобы быть видимой невооруженным глазом. И как раз в этот период хроники о ней не сообщают. В утешение любителям катастроф заметим, что через тридцать тысяч лет ожидается появление 200000 (двухсот тысяч!) новых комет. В это время Проксима Центавра (и сейчас уже ближайшая к Солнцу звезда) окажется к нему еще ближе - на расстоянии менее одного парсека. Это слишком далеко, чтобы повлиять на планеты, но вполне достаточно, чтобы воздействовать на протокометное облако Оорта, расположенное на расстоянии примерно половины парсека от Солнца. Разумеется, лишь малая часть протокомет сможет покинуть облако, но ведь и одного столкновения с кометой будет достаточно! И ведь представить себе страшно, до какой степени весь этот мусор будет засорять Солнечную систему и мешать звездоплаванию (за исключением гиперпространственного, разумеется). А ведь это лишь начало: в ближайшие пятьдесят тысяч лет еще три звезды должны будут пройти недалеко от Солнца (примерно в одном парсеке). К счастью, звезды перемещаются не так уж быстро, и даже потенциально опасные кометы смогут представлять реальную угрозу Земле лишь очень нескоро. Времени, чтобы воздействовать на них, будет предостаточно. Если, разумеется, через 30 тысячелетий будет существовать космическая технология - и человечество. В одном из апрельских номеров журнала "Nature" опубликовано письмо Карла Сагана и Стивена Остро, имеющее, на мой взгляд, некоторое отношение к этому вопросу. Рассмотрев существующие проекты защиты от столкновения с астероидом, они нашли их вполне осуществимыми, хотя и довольно дорогими (300 миллионов долларов). Проблема, с их точки зрения, в том, что созданная в рамках этих проектов технология позволит не только предотвратить столкновение (в любом случае маловероятное), но и выполнить противоположную задачу: направить к Земле астероид, который сам по себе я1не столкнулсяя0 бы с ней. Конечно, направить астероид точно в цель существенно сложнее, чем сбить его с пути (не слишком важно, в какую именно сторону, лишь бы он перестал угрожать Земле), - но трудности эти при желании преодолимы. Таким образом, система, предполагаемой задачей которой является сохранение нашей цивилизации, может превратиться в оружие ни с чем не сравнимой разрушительной силы, гораздо более опасное, нежели любая внешняя угроза. И кто может гарантировать, что не найдется желающих его использовать?

Александр Силецкий

Необходимое условие

Фантастический рассказ

Москвич Александр Силецкий по образованию кинодраматург, работал в заводской многотиражке, потом - в издательстве. И все это время писал фантастику.

Воспоминаний не было. И сновидений - тоже. Весь мир - и прошлое, и настоящее - заволакивал туман, бесформенный, бесцветный, на разные голоса шепчущий одно и то же, постоянно: "Да... да... е-да... еда..." И - зыбкий образ чего-то сладко-сытного... А после - целый кусок хлеба, теплый, пряно-терпкий, до головокружения... И маслянистый, рыжий бок роскошной отбивной...

Александр Валентинович Силецкий

Обыкновенный уникум

Наконец-то я получил новую квартиру! Я вступил в нее, как Цезарь-победитель на улицы ликующего Рима, жена кричала мне "виват!", а позади, кряхтя и чертыхаясь, четверо дюжих молодцов из Трансагентства то так, то эдак заносили в узкую дверь новую двуспальную кровать с сопутствующим гарнитуром. Потом они приволокли все остальное, свалили как попало и - ушли. Нам с женой не оставалось ничего другого, как, засучив рукава, поднатужиться и заняться расстановкой мебели, творя, что называется, уют... Доложу вам, радость еще та... К вечеру можно было уже звать гостей и праздновать новоселье. - По-моему, неплохо, - самодовольно хмыкнул я, оглядывая прибранную квартиру. - Ничего, ничего, - согласилась жена, - симпатично получилось. Только вот этот письменный стол... Ну, зачем ты его купил? - А что? Прекрасный стол, - возразил я как ни в чем не бывало. - Любой гость моментально поймет, что за этим столом работает настырный физик-теоретик - то есть я, и проникнется уважением к тебе. Ты ведь знаешь, как люди уважают жен физиков-теоретиков... - Ах, - сказала жена, - я все знаю, - и утла на кухню готовить ужин.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Тимур ЛИТОВЧЕНКО

Лунный сонет

1

Он миновал крайний дом, когда со двора его удивлённо окликнули:

- Лёнча!

Он обернулся, и губы сами собой расплылись в приветливой улыбке:

- Добрый вечер, дед Антон!

Старик ковылял к калитке так быстро, насколько позволяла хромота.

- То-то моя старуха говорила, что к Марии внук приехал погостить. Ты чего же не зашёл меня проведать?

- Да когда ж тут успеть ко всем! Я ведь только-только приехал. Завтра зайду, не волнуйтесь.

Тимур Литовченко

Магомет, Гора и Мышь

(горестная аллегория)

пролог

Народная мудрость гласит: "Если Магомет не идёт к Горе, то Гора порождает Мышь". Что ж изменится, ежели он паче чаяния всё ж таки проделает сей скорбный путь?..

Посему имеющий уши, внемли!..

***

...Гора рожала. Схватки были такими, что на многие десятки километров вокруг содрогалась земля. В периоды особо сильного напряжения Гора не выдерживала, истошно вопила, выпускала пары и плевалась пеплом, обломками скал и вулканическими бомбами. Пепел собирался в тучи, которые услужливый ветер перемен разносил окрест. Пепел выпадал на плодородные поля, губя обильный урожай. Обломки скал и вулканические бомбы наносили ещё более впечатляющий ущерб, хотя и в локализованной форме. Во время вспышек убийственной активности равнодушная ко всему толпа, отупевшая от серости будней и одуревшая от полуголодухи охала, ахала и восклицала: "Это хорошо! Это замечательно! Пепел - превосходное удобрение! Через две тысячи лет, аккурат ко Второму Пришествию мы будем иметь столько центнеров зерновых и зернобобовых с гектара!.."

Тимур Литовченко

Мотя

(новогодний мидраш)

Когда наступает "еврейский Новый Год", а если точнее - праздник Рош га-Шана (может на идиш, а может на ашкеназите это звучит несколько по-иному - "Рашашонем"), по традиции в синагогах читают окончание главы "Ваера" книги "Брейшит", которые христиане называют 21 и 22 главами "Бытия". Среди прочих событий, речь в основном здесь идет о рождении Ицхака и о том, как Абрахам, по слову Всемогущего, едва не принес в жертву любимого своего сына, который чудесным образом появился на свет у четы прародителей нашего народа.

ТИМУР ЛИТОВЧЕНКО

НАНЕРЛЬ И ВЕДЬМА

(зависть)

Не желай... ничего, что у ближнего твоего. (Исход, гл. 20, ст. 17)

1.

Жуткая была ночь! Ветер налетал порывами, запутывался в раскидистых кронах дубов, негодуя на сопротивление начинал бешено трепать и ломать ветви, срывать и без того немногочисленные жухлые листья, а освободившись обрушивался на земную твердь, расшвыривал кучи истлевшей прошлогодней листвы, сучьев и хвороста, вздымал тучи этого мусора в воздух, но окончательно растратив силы в бессмысленных своих забавах тут же ронял обратно. Иногда к мусору добавлялись две-три пригоршни первого снега, хотя мельчайшую ледяную сечку, таявшую при прикосновении к любому предмету, и снегом-то назвать было трудно. К тому же гуденье и свист ветра время от времени заглушали иные, более тоскливые и протяжные звуки, от которых кровь стыла в жилах: отдаленный вой голодной волчьей стаи. Но что делает в такую пору на узенькой лесной тропке совсем молоденькая девушка? Зачем и куда пробирается она в почти полной тьме? Лучше бы ей остаться дома, сидеть в тепле у очага и занимаясь какой-либо необременительной работой слушать занимательные и поучительные истории, которые рассказывает ласковая матушка. Чего ради понадобилось ей менять домашний уют на опасности ночного леса, монотонное жужжание прялки и стук веретена на рыдание ветра и волчий вой, а исполненный романтической таинственности трепетный свет очага на непроглядный мрак?.. Где-то впереди мелькнул едва различимый огонек. Вот она, долгожданная цель рискованного путешествия! Завидев искорку света девушка моментально потеряла всякое самообладание. Нелегко ей было преодолев страх и предрассудки отправиться в одиночку в такое гиблое место. И она почти что добралась... Именно ПОЧТИ! Неведомые и невидимые ОБИТАТЕЛИ ТЬМЫ все еще могли наброситься на девушку и вмиг растерзать. Хуже того - ЖИВЬЕМ увлечь в мир загробных теней и ужасных духов! И это несмотря на непосредственную близость человеческого жилья!! А может наоборот - БЛАГОДАРЯ такой близости? Ведь здесь живет ОЧЕНЬ НЕОБЫЧНЫЙ человек... Так и есть! Вот! Вот!.. Призрачные существа, прежде таившиеся за кочками, валунами, пнями и стволами деревьев расправили широкие кожаные крылья, взмыли ввысь, оскалили огромные клыки, растопырили когтистые пальцы и приготовились схватить путницу! Сейчас она умрет... Девушка слабо вскрикнула. Ее сердце забилось в груди как птичка в силке, сознание помутилось. Не разбирая дороги она бросилась напролом через низкорослый чахлый кустарник. Только бы успеть увернуться, ускользнуть от страшилищ, которые изо всех сил стараются вырвать из рук небольшую корзинку, хватают цепкими лапами, похожими на шипастые ветви за подол домотканого шерстяного платья, за теплый чепец и выбившиеся из-под него пряди светло-каштановых волос, подставляют под ноги толстые змеиные хвосты, почти неотличимые от узловатых корней... - Кто там? Девушка тряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение, и обнаружила, что стоит перед покосившейся, вросшей по окна в землю, примыкающей одной стеной к довольно крутому склону холма лачугой и что есть мочи молотит кулачком в дверь. - Откройте, это я! - отчаянно пискнула она и принялась стучаться с новой силой, потому что в этот миг ветер взвыл особенно громко и дунул так мощно, что девушка едва удержалась на ногах. В лачуге завозились, пробормотали: "Сейчас, сейчас, оставь дверь в покое". Потом послышались тихие шаги, шаркнул деревянный засов - и в слабо освещенном дверном проеме обрисовался четкий силуэт. Девушка почувствовала слабость в коленках, пошатнулась и схватилась рукой за косяк, потому что хозяйка лачуги была самой настоящей ВЕДЬМОЙ в прямом смысле слова. - Ну, чего стоишь? Входи, коли пришла, нечего дом выстуживать. Голос ведьмы не был страшным, грозным или противно-скрипучим, хотя девушка подсознательно ожидала от женщины, специализирующейся на такого рода деятельности чего-либо противного, грозного и страшного. - Да входи же скорей,- нетерпеливо повторила приглашение ведьма и пробубнила себе под нос: - Сущее наказание с этими девчонками. Определенно ничего угрожающего не было в ее голосе. В нем лишь чувствовалась безмерная усталость, словно говорившая имела за плечами невидимую, но непосильно обременительную ношу. А позади бесновался ветер, ревела и секла снежной крупой кромешная тьма, подстерегали ужасные чудовища. А впереди было жилье, пусть и неказистое, и человеческое существо, хоть и ведьма. И девушка отважно переступила порог, правда, для верности осенив себя крестным знамением. По поводу чего хозяйка лачуги глубокомысленно изрекла: - Ну давай, давай, крестись. Все вы шарахаетесь от меня в первый-то раз. Посмотрю вот, как ты дальше являться станешь. - А что... еще раз надо будет прийти? - с замиранием сердца пролепетала путешественница, не смея поднять устремленных на глиняный пол глаз. Ведьма тихо хмыкнула. - Как же, как же: НАДО! Сама прибежишь, знаю я вас, БЛАГОНАМЕРЕННЫХ. Ты поди часто будешь сюда бегать, как я понимаю... А ну-ка подойди к очагу. - Зачем это?! - моментально всполошилась девушка. Ведьма испустила короткий резкий вздох (точно ветер прошелестел в зарослях камыша на болоте) и поспешила успокоить гостью: - Что ты, что ты, не собираюсь я тебя есть. Это в сказках только бывает: попала в ведьмин дом - полезай в печь. Я просто хочу получше рассмотреть тебя. - Для чего это? - не унималась девушка. - Понять надо, КТО И ЧТО ты есть. А то тарабанят в дверь среди ночи, почти ломают ее, спрашиваешь, кто пришел, а тебе кричат: "Я!" Хорош ответ, нечего сказать. Понять мне тебя надо,- пояснила ведьма, взяла гостью за руку (отчего девушка вздрогнула), вытащила на середину единственной в доме комнаты, поставила напротив очага и принялась пристально разглядывать. Девушка и сама решила повнимательнее присмотреться к хозяйке лачуги. Она думала, что ведьма окажется этаким безобразным косматым страшилищем, одетым в рубище. Однако вопреки ее ожиданиям во внешности ведьмы, как и в голосе не было ничего отталкивающего. Напротив, то была довольно миловидная женщина лет сорока со здоровым цветом лица, одетая так, как одеваются простые крестьянки. Необычным был один лишь проницательный ВЗГЛЯД глубоко сидящих зеленых глаз. От этого взгляда делалось чрезвычайно неуютно, хотелось уменьшиться, мышкой забиться в самую неприметную щелку в полу и сидеть там тихонечко-тихохонько... Но уменьшиться и спрятаться, к сожалению, не удавалось. Приходилось выдерживать этот взгляд, внутренне содрогаясь. - Так, я знаю, чья ты дочь. Твою мать зовут Жаклин, верно? - ведьма улыбнулась и прищурила правый глаз, который был чуть-чуть темнее левого.И живешь ты в небольшой деревушке в двух с половиной лье- Как вы угадали? - девушка была крайне удивлена. - Я тебе не цыганка, чтоб гадать,- презрительно бросила ведьма.- Просто я знаю твою мать. - Мою матушку? Но откуда? - Оттуда же, откуда и остальных БЛАГОЧЕСТИВИЦ,- ведьма выговорила это слово ОСОБЫМ образом, слегка растягивая и делая ударение на каждом слоге, в зеленых же глазах читались одновременно презрение, жалость и сознание собственного превосходства.- Когда Жаклин вынашивала под сердцем тебя, ей было очень плохо. Мало того, что ее постоянно тошнило, так еще время от времени боль, судороги и прочее. Она страшно боялась потерять плод чрева своего, все твердила о чьем-то "черном" глазе и проклятии. А кто поможет ЧЕСТНОЙ СУПРУГЕ порадовать мужа ребенком, а ДОБРОЙ ХРИСТИАНКЕ облегчит страдания в дни беременности? Может, ВАШ Бог? Ведьма гордо подбоченилась. - Как же, жди! Бог наоборот проклял нашу праматерь и заставил всех нас страдать во время вынашивания. Поможет только всеми гонимая ведьма. То есть я. Конечно, пришлось твоей матушке помучаться, а мне с ней изрядно повозиться. Зато вон какая красавица выросла. Вдобавок и лицом, и фигурой вся в Жаклин. Только... вру, ТОЛЬКО НЕ ФИГУРОЙ! - она понимающе ухмыльнулась.- Ты тоже в положении? Может, избавиться хочешь?.. Ко мне ведь со всяким делом идут, не с тем, так с другим, если не сохранить, так наоборот... Ты только не стесняйся. Под проницательным взглядом ведьмы девушка залилась краской смущения от шеи до корней волос и пролепетала: - Что вы, я еще не... не замужем... - А это незамужним и надо, чтоб позор скрыть,- деловито сказала ведьма.Замужней-то чего? Знай свое бабье дело. Да и поопытней они, приспят ребенка или еще как вывернутся... Ну да ладно, поняла я, что ты хотела сказать: ты пока не познала мужчину, и не о ребенке речь. Тогда о чем? Девушка молчала. Ведьма подтолкнула ее к столу, усадила на колченогий некрашеный табурет, сама прошла в угол, где была свалена охапка соломы, покрытая облезшей шкурой неопределенного цвета, растянулась на ней и потребовала: - Хватит запираться да отмалчиваться. Сумела добраться сюда, сумела меня разбудить, сумей и говорить. Чувствуй себя как дома. В конце концов можно считать, что ты здесь уже была... в материнском чреве! Так что С ВОЗВРАЩЕНИЕМ! И хоть не я тебя крестила, В НЕКОТОРОМ СМЫСЛЕ я твоя добрая крестная. Так что смелее. Как тебя зовут? Девушка встрепенулась, повернулась к хозяйке лачуги и почти уже решилась ответить... Но в последний миг что-то все же удержало ее, и с прелестных коралловых губок не слетело ни слова. Ведьма лишь вздохнула. - Ладно, голубушка, не хочешь - не говори, дело твое. Только я ведь все равно дознаюсь, ты особенно не надейся на молчание. А впрочем помолчи, может, так тебе полегчает. Девушка между тем и впрямь оживилась, принялась озираться по сторонам и внимательно ко всему приглядываться. Единственная комната лачуги была обставлена крайне скудно: кроме кое-как сложенного из грубо отесанных камней очага, охапки соломы со шкурой, стола и колченогого табурета, предложенного хозяйкой гостье, в ней имелся еще один такой же точно табурет, да вдоль стены с дверью шли в несколько рядов полки, уставленные разнообразными горшками, горшочками и коробочками. Стена, около которой был пристроен очаг, являлась на самом деле вертикально срытым склоном холма. Из земли торчали концы древесных корней. Тут же имелась небольшая дверца, служившая вероятнее всего входом в кладовую. В стене напротив кучи соломы имелось малюсенькое окошко, затянутое потемневшим от времени бычьим пузырем. В общем, изнутри лачуга имела такой же неказистый вид, как и снаружи. И все же находящийся в жилище ощущал некую НЕОБЫЧНОСТЬ. Как и при виде хозяйки лачуги, при весьма заурядной наружности обладавшей до жути странными, насквозь пронизывающими зелеными глазами и пугающей честных людей профессией. Во-первых, комнату озарял багровый свет очага, придававший дому таинственный вид. А поскольку в трубу иногда задувал ветер, пламя начинало трепетать, и очертания предметов ломались и мешались с тенями. Также трудно было сказать наверняка, спит ли сама ведьма, бодрствует ли, скалит зубы в улыбке или беззвучно рыдает. Во-вторых, в лачуге было полным-полно трав. Не только глиняный пол был усыпан мелко нарезанной травой. Во всех углах комнаты, под каждой стеной были свалены охапки трав. Пучки трав, листьев, свежесорванных и сушеных, связки корешков свешивались с потолка и были развешаны по стенам. В очаге вместе со смолистыми поленьями также горели какие-то травы. И все эти разнообразные растения, из которых девушке была знакома едва ли четверть, наполняли комнатушку совершенно непередаваемыми горьковато-сладко-острыми ароматами и смесью очарования девственно-дикой природы, свободы без конца и края и... тайны. Ощущение свободы разбивало последние оковы страха. Таинственность будоражила рассудок, заставляла работать ум, дремлющий в обычные серые будни. Очарование природы будило инстинкты. А поскольку все дыры в стенах лачуги были плотно законопачены мхом, а дверь тщательно подогнана, в комнате было очень тепло, почти жарко, и закоченевшее тело вскоре согрелось. И вот ОТТАЯВ ДУШОЙ И ТЕЛОМ девушка окончательно осмелела, поставила на стол корзинку, которую до тех пор судорожно сжимала в руках, тихо вымолвила: - Да, я пришла не из-за ребенка,- и тут же вновь умолкла, ожидая, что ответит ведьма. - Я слушаю, слушаю,- сказала та, когда молчание сделалось невыносимым.Слушаю внимательно. Говори. - Но хоть я и... не знаю мужчины,- личико и шея девушки вторично сделались пунцовыми.- Я пришла... именно из-за мужчины. - Бедняжка, ты безнадежно влюбилась,- ведьма сочувственно вздохнула.Будучи не в силах смотреть на твои страдания крестная (НАСТОЯЩАЯ крестная!) посоветовала тебе собрать корзинку подарков и наведаться ко мне. Широко раскрыв глаза девушка воззрилась на хозяйку лачуги и дрожащим голосочком спросила: - С чего вы взяли?.. - Ах, брось, все женщины одинаковы,- ведьма презрительно ухмыльнулась.Разве может ДОБРАЯ матушка посоветовать ЛЮБИМОЙ доченьке отправиться в логово проклятой колдуньи?! Да ее нежное сердце прежде разорвется на кусочки! Нет-нет, кто угодно, только не она сама. Вот крестная - дело другое. Впрочем, готова поклясться чем угодно, и эта БЛАГОНАМЕРЕННАЯ женщина знает меня и пользовалась моими услугами. Я ведь, почитай, всей округе известна. Так что кумушки не объяснялись долго. Перемигнулись и поняли, что к чему. Да, безусловно все женщины одинаковы. Девушка часто-часто задышала и понурилась. Если это правда... Крайне неприятно осознавать, что такие близкие и горячо любимые с детства люди давно уже ЗАПЯТНАНЫ общением с нечистой силой... если только это действительно так! Но она-то сама разве лучше матери и крестной?.. К тому же как здорово ведьма угадывает... Просто диву даешься! Увлеченная собственными мыслями она не обратила внимания на следующие слова хозяйки лачуги: - ВСЕ МЫ одинаковы. Все можем безнадежно влюбиться. Настолько безнадежно, что... пытаемся скрыться от проклятой любви... ДАЖЕ В ЧАЩЕ ЛЕСА. Но и это не помогает: от себя не убежишь. Душа... она остается. Израненная на веки вечные, изъязвленная незаживающими язвами. Что делать с ней, со своей болью? Волей-неволей начинаешь помогать другим, учить других. Только себе самой помочь не в силах. Такова ЦЕНА!.. Ведьма то ли сухо кашлянула, то ли отрывисто и горько хохотнула. От этого резкого звука девушка вздрогнула и словно очнувшись после забытья как можно мягче спросила: - Ох, простите меня, я не поняла... Что вы сказали? - Не поняла, и ладно. Вовсе незачем тебе понимать. Не твое это дело,ведьма стремительно вскочила с подстилки, подбежала к столу, уселась на второй табурет и раздраженно произнесла: - Надоела мне твоя нерешительность. Либо выкладывай все начистоту, либо убирайся на все четыре стороны. А не захочешь уйти сама - я тебе ТАКОЕ устрою... Глаза ведьмы хищно сверкнули. Девушка съежилась и слегка отодвинулась от нее. Оказывается, ОПАСНО не доверять ведьме. Это все равно что совать руку в змеиное логово... - Да-да, устрою, не сомневайся. Есть я тебя не буду, но - заколдую! В жабу превращу. Или в рыбу, в скользкую холодную рыбу. В ящерицу. В толстомясую крольчиху. В косулю. Другие сожрут!! Глаза ведьмы налились кровью и устрашающе вращались, губы сжались и вытянулись в сизую линию. - Его зовут Кола!!! - выкрикнула вконец перепуганная девушка. - Ага! Так-то лучше. Продолжай,- в единый миг ведьма переменилась в лице, вновь сделавшись радушной хозяйкой и доброй советчицей. - Кола, сын мельника,- девушка стала понемногу успокаиваться.- Статный такой парень, красавец прямо. - Младший сын? Старший? - переспросила ведьма со скучающим видом, точно заранее знала ответ. Девушка отважилась наконец взглянуть на нее - и неожиданно прочла в по-кошачьи ярко загоревшихся глазах действительно неподдельный интерес к своей истории. Ведьма поспешила отвернуться, хотя отлично понимала, что оплошность уже допущена. - Средний вообще-то... То есть БЫЛ средним. Младшие брат и сестра умерли от поветрия еще в младенчестве, старший брат утонул года два назад, купаясь в пруду. И теперь Кола единственный. Девушка неотрывно следила за хозяйкой лачуги, ожидая, что она вот-вот вновь обернется. - Единственный, значит. Так-так... Ведьме явно не понравилось, что собеседница пытается заглянуть ей в глаза. Поэтому она предпочла вернуться на подстилку и уже оттуда ободряюще проговорила: - Хорошо, просто умница. Дальше. - Ну вот. Мы с Кола были помолвлены. С детства. Еще до смерти старшего брата. Наши родители сговорились... Ну, как водится. Трудностей не было никаких. Кола конечно получал свою долю наследства, но мельница должна была отойти со временем к старшему брату, вот ему-то невесту надо было выбирать тщательно, а младшему... - Ну да, ну да, как в сказке: старшему - мельницу, среднему - осла, младшему - кота. До чего же люди суетны. Смотришь - нет уже главного наследника, зато остается неглавный,- ведьма сокрушенно вздохнула. - Да, теперь мой жених получал все,- подтвердила девушка, но тут же поспешила добавить: - Но вы не думайте, я не за это его любила, я за просто так... - Любила! - ведьма энергично тряхнула головой и причмокнула. - Мы вместе росли, вместе играли,- продолжала девушка мечтательно.- И вся деревушка знала, что когда я вырасту, то обязательно выйду за него. А он непременно женится... Девушка замялась, как-то разом погрустнела и добавила уже совсем неуверенно: - Непременно на мне... - Так, ясно, он тебя обманул,- быстро вымолвила ведьма, которой уже порядком надоела нерешительность гостьи.- Кола, сын и единственный наследник мельника, взял в жены другую. - Да, Ивонн...- начала было девушка, однако хозяйка лачуги вновь перебила ее и резко сказала: - Ивонн с детства БЫЛА твоей ЛУЧШЕЙ подругой. А тебя зовут Нанерль. - Как, вы И ЭТО знаете?! - изумлению девушки не было границ. Ведьма как-то странно посмотрела на нее и ответила уклончиво: - Смотря что иметь в виду. Имя твое я... вспомнила. Да, Жаклин как-то забегала ко мне и делилась радостной вестью: мол, представляешь, какую прекрасную девочку я родила - просто загляденье! Нанерлью назвала. Отлично помню. Если бы гостья хорошенько поразмыслила над словами хозяйки, то возможно нашла бы их не слишком убедительными. Или даже подозрительными. Но ее гораздо больше волновало, откуда ведьма знает про Ивонн. Так и не догадавшись соединить эти две странности она кивнула. - А насчет подруги и вовсе просто,- продолжила ведьма.- Старая как мир история! Все устроено заранее. Твои родители обещали выдать тебя за Кола, его родители согласились. Добрые матушки и добрые батюшки заранее обстряпали дельце - и все успокоились. Включая В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ тебя! Играла ли ты с куклами - то были словно ТВОИ И ЕГО дети. Помогала матери по хозяйству - знала, что повзрослев станешь хлопотать ДЛЯ НЕГО. Танцевали вы на сельском празднике - никто не претендовал на тебя всерьез, потому что вся деревня знала: Кола и Нанерль - ЖЕНИХ И НЕВЕСТА. С САМОГО ДЕТСТВА привыкла ты РАЗЫГРЫВАТЬ хозяйку ЕГО дома. Он был твоей ЗАКОННОЙ собственностью!!! КАК ПРЯЛКА, ПОСТЕЛЬ И СУНДУКНо рядом неприметно для тебя подрастала подруга, сделавшаяся со временем соперницей, тихо завидовавшей тебе. Никто не принимал ее в расчет. Никому и в голову прийти не могло, что маленькая Ивонн способна на такое предательство. Вы же выросли вместе, вы ВТРОЕМ! Ты же так доверяла Ивонн! Она наверняка была наперсницей и поверенной во всех твоих сердечных делах. И вдруг совершить ТАКОЕ... - Вот именно: ВДРУГ! - с жаром подхватила девушка.- Кола очень быстро переменился ко мне, переменился совершенно. Всего за каких-то два с половиной месяца, представляете?! - Отчего же не представить,- поддакнула ведьма. - Его точно околдовали... - Может и околдовали. Очень даже может быть,- спокойно подтвердила хозяйка лачуги. - Да, наверно так и есть,- гостья окончательно утвердилась в своем мнении и нетерпеливо затараторила: - Кола точно уснул с открытыми глазами, а глаза его оказались прошитыми суровой ниткой и привязанными к Ивонн. Он потерял всякий стыд! Ко мне и не подойдет, и словом не обмолвится, а все торчит под ее окнами или подкарауливает где-нибудь вне дома. Побледнел даже, похудел. Хозяйство и то забросил, на мельнице один старик-отец управлялся. Тот и грозил сыну, даже сильно поколотил его - ничего не помогало. Что же до Ивонн... Поначалу она вроде бы отвергала его ухаживания, неудобно ей передо мной было, что ли. Но потом не устояла и... и... Губы девушки исказились, затряслись, из глаз медленно покатились крупные слезы. - Кола вернул свое обещание жениться на мне и посватался к Ивонн. Не знаю как, но родителей своих он уломал, отец с матерью его поддержали. А на прошлой неделе они... ОБВЕНЧАЛИСЬ. Нанерль произнесла эти слова неожиданно грозным голосом, ее лицо исказилось от злобы. Ведьма молча смотрела в очаг, в зеленых глазах метались отблески пламени. - Наши семьи поссорились, но какой-то этого прок! - продолжала сокрушаться девушка.- Кола связан теперь нерасторжимыми узами брака с другой, а я обманута, опозорена. Все в деревне, от детей до стариков показывают на меня пальцем, замолкают при моем появлении, а за спиной начинают шушукаться. И я знаю о чем говорят: "Кола оставил Нанерль с носом! Нанерль теперь БРАКОВАННАЯ!.." Кто после случившегося возьмет меня замуж, кому я такая нужна?! Зачем Ивонн оттяпала все, что по праву должно принадлежать мне?! Я лишилась всего: мужа, мельницы, доброго имени, чести... - Вы были близки? - деловито спросила ведьма. - Слава Богу, нет, но какое это теперь имеет значение?! Меня ЗАБРАКОВАЛИ, понимаешь, старуха? Господи, почему только я не умерла?! Опозорена, опозорена!..- в отчаянии воскликнула гостья. Ведьма досадливо поморщилась (она была еще слишком молода, чтоб заслужить титул СТАРУХИ), однако прекрасно понимая душевное состояние посетительницы ничем не ответила на эту маленькую дерзость, а попыталась успокоить ее: - Ну так чего причитать? Найдется и для тебя жених, непременно найдется. Еще почище сына мельника. И девичество твое при тебе осталось, нечего бояться, что муж с позором выгонит тебя. - Найдется, как же,- на лице Нанерли отразилось полнейшее недоверие к словам ведьмы, и она продолжала с горечью: - Все вы говорите одно и то же. И матушка, и крестная, и священник, у которого я исповедовалась в воскресенье. И теперь вот ты. А я хочу совсем другого! Гостья порывисто вскочила, упершись руками в стол наклонилась к ведьме и принялась отрывисто выкрикивать: - Не желаю состариться в невестах! Не пойду замуж ни за вдовца, ни за калеку! И я хочу отомстить! Отомстить обоим, Ивонн и Кола! Меня ограбили, а я должна мириться?! Не бывать тому! Никогда! Ни за что! - Да, ты пришла за местью,- эхом откликнулась ведьма.- Вот оно, твое БЛАГОЧИНСТВО. К проклятой колдунье потянуло... Что ж, выкладывай, каким способом ты желаешь извести бывшую свою подругу? Она говорила со скучающим видом, точно знала все ответы гостьи наперед. Тем не менее ответ девушки явился для нее неожиданностью. - Нет, этого слишком мало. - Недостаточно лишить Ивонн красоты, здоровья, а затем и самой жизни? хозяйка лачуги перевела взгляд с очага на собеседницу, в ее голосе чувствовался пробуждающийся интерес. - Я всегда успею добраться до этой распутницы, отбивающей чужих женихов. И я еще доберусь до нее, будьте уверены. Однако прежде я хочу, чтобы она мучалась точно так же, как мучаюсь я! Я желаю, чтобы Кола стал в конце концов моим мужем... но прежде пусть убежит от Ивонн ко мне! Бросит живую, здоровую, полную сил жену ради меня! Пусть раскаивается в своем предательстве, рвет на себе волосы и на коленях вымаливает у меня прощение! Вот тогда я потешусь, посмеюсь над ним. Потом уж можно будет расквитаться и с подлой дрянью. - Ну-у-у, совсем неплохо,- ведьма заметно повеселела, подошла к Нанерли, попыталась ласково обнять ее за плечи. Девушка отстранилась и горячечно зашептала: - Да, вот потом можно извести Ивонн. А когда Кола женится на мне, когда после смерти отца останется владельцем мельницы - изведи его, потому что я и его ненавижу! И никогда уже не полюблю! Я желаю лишь отомстить и получить то, что по праву принадлежит мне. Вот... Вот это вам. Как задаток. Но это на первый раз. Надо будет - еще принесу. А когда стану МЕЛЬНИЧИХОЙ, можете быть уверены, вам тоже кое-что перепадет. А пока берите вот это. Ведьма заглянула в корзинку, которую гостья услужливо пододвинула ей со словами: "Только помоги". Обычное подношение, какое могла собрать крестьянская девушка: в основном продукты, пара безделушек. Сверху лежал крохотный узелок. Ведьма взяла его - в ладони звякнули медяки... - Спасибо за гостинец,- хозяйка лачуги обогнула стол, открыла дверцу кладовки, спрятала корзинку.- Вообще-то принесенного, сама понимаешь, за ТАКУЮ услугу маловато... Но ты мне нравишься. Ведьма вернулась к Нанерли, встала рядом с ней и подмигнув пообещала: - Так и быть, помогу тебе. После с тобой сочтемся, пока хватит нести. Но мне не только гостинцы твои нужны. И СЕЙЧАС даже НЕ СТОЛЬКО. - Вот как? Чего же вы хотите? - изумилась девушка. - Не велела ли тебе крестная прихватить с собой какую-нибудь вещичку, подаренную Кола? - вкрадчиво спросила ведьма. Нанерль вздрогнула и растерянно разведя руками проговорила: - Советовала, но я как-то не... - А вот надо было как раз послушаться советов той, которая уже пользовалась моими услугами,- назидательно сказала хозяйка лачуги. - Да не знала я ведь, согласитесь ли вы помочь мне,- попыталась оправдаться девушка. - Я НИКОМУ не отказываю,- заверила ее ведьма. - Да и боязно как-то... А впрочем погодите! - девушка сняла чепец, ловко расплела волосы и со словами: - Вот это. Точно, Кола привез ее с ярмарки прошлой осенью,- подала ведьме ярко-голубую шелковую ленту. - Ага! - ведьма с необычайным интересом рассмотрела ленту, поднеся ее к лицу так близко, точно обнюхивала или хотела лизнуть ткань.- Ты долго ее носила, это и хорошо, и плохо разом. Но ничего, пока сойдет. Просто в следующий раз принеси то, что находилось в руках Кола достаточно долго. А когда у тебя будет женское? - Что-что? - гостья попыталась сделать вид, что не поняла слов хозяйки лачуги, уставилась под ноги, принялась приводить в порядок волосы, всячески заслоняя рукавом разрумянившиеся щеки. - Здесь тебе не монастырь, так что не красней и не пытайся обмануть меня стыдливостью, все равно ничего не выйдет. Когда у тебя месячное истечение? - продолжала допытываться ведьма. -А-а-а... вам зачем? - Нанерль все же нашла в себе силы превозмочь смущение и посмотреть прямо в глаза хозяйке лачуги. - Здесь Я спрашиваю. И не я к тебе за помощью пришла, а ты ко мне,- строго сказала ведьма. - Просто я слышала... это не очень хорошо,- осторожно заметила девушка. Видя ее нерешительность ведьма смягчилась и спокойно пояснила: - Ничего страшного не будет, просто тут требуются сильные средства. - А кровь... нельзя другую? Я палец могу порезать,- продолжала колебаться Нанерль. Ведьма лишь насмешливо фыркнула. - Уж не лучше ли меня ты знаешь, что и как делать! Нет, СЕЙЧАС другая кровь не подойдет. Потом может быть да, но не теперь. Приходи в первую же ночь, когда самая сила. И не бойся ничего. Будет Кола бегать к тебе как миленький. А более мягкими средствами его сейчас не одолеть. Уж я-то знаю,- добавила ведьма загадочно, однако девушка вновь не потрудилась задуматься над СКРЫТЫМ СМЫСЛОМ ее слов. - Теперь уходи. Вещица же пусть побудет у меня. Ведьма аккуратно скатала ленту, положила ее в один из стоявших на полке горшочков и присыпала сверху какими-то истолченными в порошок растениями. - Как же я пойду теперь? Ночь ведь уже совсем, я и сюда-то еле добралась,срывающимся голоском пролепетала Нанерль. Хозяйка лачуги посмотрела на нее свысока. - Разве ты не знаешь, что ведьме подвластны стихии? Открой-ка дверь. Последовав совету ведьмы девушка с удивлением обнаружила, что в продолжение их разговора ветер совершенно угомонился, небо очистилось от туч, ночной лес залило холодное серебро лунного света, а волчий вой стих. Она вопросительно посмотрела на довольную собой хозяйку лачуги и вместо прощания нерешительно протянула: - Ну-у-у... так мне... идти? - Конечно. До СЛЕДУЮЩЕГО раза. Да смотри, не забудь: В ПЕРВЫЙ ЖЕНСКИЙ ДЕНЬ. И кланяйся от меня матушке. Она помнит. Когда дверь за гостьей закрылась, ведьма постояла немного посреди комнаты в раздумье. - Дитя! Куда ж ты метишь, на какой путь становишься,- произнесла она наконец сочувственно. И добавила тихо: - Ну, чему бывать, того не миновать. Видно, так уж судьбе угодно. Дитя...