Кровавый удар

Отрывок из произведения:

Я стоял на палубе на своем обычном месте, зацепившись локтем за бакштаг, и мне приходилось напрягать все мускулы, чтобы не терять равновесия. Старый парусник летел по бушующим волнам с отчаянной скоростью, то взмывая ввысь, то проваливаясь в бездну. С моего места можно было поглядывать через плечо рулевого на зеленый светящийся компас. Стрелка указывала на зюйд-зюйд-вест.

Черные как смоль волосы рулевого Дина были собраны на затылке в хвост, в правом ухе поблескивала серебряная серьга. Дин столько раз ходил в плавание, что считал для себя необязательным все тщательно проверять, я же так и не смог за всю жизнь расстаться с этой привычкой.

Рекомендуем почитать

Шестнадцатилетняя Консуэлло – жена гангстера Фабиано, – готовясь стать матерью, попадает в частную клинику «Дружба», где умирает от нерпавильного лечения. Руководство клиники, погрязшее в махинациях и коррупции, готово было заплатить огромные деньши, чтобы сохранить тайну смерти Консуэлло и избежать скандала. Любому, кто не пойдет на эту сделку и попытается расследовать обстоятельства гибели молодой женщины, грозит смерть. И только дерзкая Ви.Ай. Варшавски не может отказать отчаявшимся родственникам Консуэлло. К чему приведет ее расследование?

Трупы двух лидеров криминального мира нашли изуродованными, на телах были вырезаны кресты... Пресса сразу же затрубила, что в окрестностях Нью-Йорка орудует убийца-маньяк. Повинуясь своей интуитивной догадке, агенты ФБР Гиббоне и Тоцци — пускаются в преследование убийцы-манипулятора. Им кажется, что это Сол Иммордино, который совершает свои убийства загадочным путем, сидя в изоляторе сумасшедшего дома...

В Кейптауне исчезла американская студентка. Опасаясь международных осложнений, высшие полицейские чины поручают расследование талантливому детективу Бенни Грисселу. У Гриссела лишь тринадцать часов, чтобы размотать клубок улик и версий, спасти девушку и раскрыть заговор, который угрожает всей стране.

Два детектива Роберт Хантер и Карлос Карвальо расследуют серию изощренных садистских убийств: на шее каждой жертвы вырезан таинственный знак в виде двойного распятия. На первый взгляд между жертвами нет никакой связи, а убийца настолько методичен, что не оставляет на месте преступления ни одной улики, и следствие заходит в тупик. И вот сам Роберт Хантер чувствует — следующим будет он сам.

Темной зимней ночью в Лулео был убит журналист. Его коллега Анника Бенгтзон обнаруживает связь между убийством и нападением на авиабазу F21 в конце 1960-х гг. Многочисленные смертельно опасные тайны втягивают журналистку в пучину насилия и терроризма, выводят на дорожку прямо в кабинет премьер-министра… Аннике предстоит разоблачить злоупотребление властью, но на что она готова пойти, если ее собственная жизнь начинает рушиться? Как бросить вызов политическим деятелям и нравственности ее главного редактора — и сохранить себя как человека, женщину, журналистку?

Роман «Алая нить» заставляет вспомнить «Крестного отца» Марио Пьюзо и «Узы крови» Сидни Шелдона.

Госпиталь союзников на Сицилии. Английская медсестра Анджела Драммонд тайно венчается в деревенской церквушке с американским офицером Стивеном Фалькони, сицилийцем по происхождению. Анджела не знает, что он – сын влиятельного «отца» мафии, Стивен – что является отцом ее неродившегося ребенка. И никто из них не знает, что ждет впереди...

Остросюжетные романы Эвелин Энтони собрали огромное количество восторженных рецензий и откликов прессы. Ее величают «признанным мастером триллера», увязывающим в тугой узел любовь и ненависть, таинственные угрозы и лихорадочные погони.

Решившись помочь другу, взятому в заложники неизвестными, Тобела Мпайипели — в прошлом боевик, а ныне законопослушный гражданин — оказывается втянутым в опасную и темную игру, смысла которой не понимает. Ему ясно лишь одно: на него охотятся спецслужбы, полиция и армия, и, чтобы остаться в живых и навсегда расквитаться с прошлым, он должен совершить невозможное — победить в навязанной ему неравной схватке…

Трагедия, о которой идёт речь в этом романе, происходит через два года после событий, описанных в другом романе — «Смерть на рассвете». Только главный и второстепенный герой на этот раз поменялись местами.

В Лондоне никого не удивляет бегущий по улице человек.

Но бегун, о котором пойдет речь ниже, невольно привлекал внимание прохожих, поскольку был уже немолод — лет семидесяти — и к тому же явно чем-то напуган. Он пробежал чуть ли не весь Сохо и наконец остановился перевести дух у строительных лесов, возведенных вокруг зданий на Карнаби-стрит. Его куртка промокла насквозь. Озираясь по сторонам, он поспешно пересек очередную улицу и, громко стуча башмаками по асфальту, обежал вереницу застывших на месте машин. Он понимал, что уже староват для подобных пробежек, однако владевший им страх не позволял ему сбавить темп.

Другие книги автора Сэм Левеллин

Вот уже два часа мы втроем — Эд, Алан и я — сидели в тускло освещенной каюте тримарана и резались в покер. Погода продолжала портиться. Все время, пока мы шлепали картами, борта судна сотрясались от ударов волн; ванты гудели от штормовых порывов, койка подо мной ходила ходуном.

— Пожалуй, надо проверить якорь, — сказал Эд.

Рев ветра ворвался в кубрик, как только он приоткрыл люк. Я проводил Эда взглядом, когда он поднимался по трапу в своих тяжелых ботинках. От духоты у меня разболелась голова. И вообще я устал и проголодался. Алан с тревогой посмотрел на меня.

За окном с безоблачного неба светило солнце и «Серебряный оркестр» Пултни, устроившись близ слипа,[1]исполнял отрывки из произведений Гилберта и Салливана. В мастерской было жарко, пот застилал мне глаза и стекал под пылезащитную маску, пока я обрабатывал ножовкой закупоренную бутылку шампанского, зажатую в тисках на верстаке.

Мэри, мой секретарь, просунула в дверь свою пышную с проседью голову и объявила:

— Прибыл французский посол.

Я пробудился внезапно. Было темно. Стрелки показывали 4 часа 3 минуты, и над шиферной крышей завывал ветер, сливаясь с низким и глухим ревом. И тогда я понял, почему проснулся.

Выкатившись из теплой постели, я начал дрожать. Шерстяное нижнее белье, джинсы, вязаная фуфайка с водоотталкивающей пропиткой и такие же толстые носки. Черт возьми, опаздываю! Надо быстрей. Вниз, в кухню. Вчерашние тарелки громоздятся в раковине. Взгляд на чайник — для кофе нет времени; вот я уже у крыльца, рывком натягиваю полусапожки из желтой резины с нескользящими подошвами, непромокаемые желтые штаны и куртку, шапочку из верблюжьей шерсти и поверх нее зюйдвестку. Уф-ф! Молодец.

В ту ночь над морем поднялся этакий зловещий бурый туман, он тяжело колыхался над быстрыми волнами, проскальзывавшими под яхтой. Эти волны катили от самой Америки, протискивались между гранитными глыбами Гебридских островов, сжимались и перестраивались под западным ветерком. Теперь ничто не могло остановить их движение к каменистым берегам Шотландии, до которых оставалось всего лишь семь миль.

Во всяком случае, я надеялся, что до берега оставалось семь миль. Трудно быть в чем-либо уверенным, если глаза болят нестерпимо, потому что сейчас уже пятница, четыре часа утра, а мне пришлось бодрствовать с понедельника, и нет никакой надежды, что удастся прилечь раньше, чем через часов пять, а то и больше. Казалось, что этот туман каким-то образом пробрался мне в голову. Диск компаса превратился в расплывшееся пятно жутковатого зеленого света, и это пятно слишком сильно раскачивалось. Я повернул штурвал, выправив курс и чувствуя, как накренился «Зеленый дельфин», когда рули управления взнуздали воду. Затем я набрал полную грудь этого гнусного тумана и сознался самому себе, что понятия не имею, где сейчас нахожусь.

Не много в нашей жизни выпадает подобных минут: австралийское небо густо синеет над белоснежно сияющими парусами яхт, ветер посвистывает в снастях, волны плещут о крутые алюминиевые борта «Поллукса»... Полная тишина, если не считать монотонного стрекота вертолета на высоте двух тысяч футов. И в этой благодати ты ведешь двенадцатиметровую яхту в отборочной гонке на Кубок Америки. Ведешь ее к точке поворота. Мне всегда нравилось такое затишье, хотя напряжение подобных минут просто неописуемо.

Крошки, весь мир перед вами — лопух…

Примула, Кассиан и Маргаритка Крошки сбежали из дому.

Позади остался мир жестокости, подгорелого заварного крема и жутких нянь. Впереди — роскошная жизнь под солнцем Флориды.

А по пути — кораблекрушение, необитаемый остров и суперзлодей Гомес Элеганте (ох, кто это?!)…

Милые Крошки были опасны. Теперь они еще опасней.

Для детей среднего школьного возраста.

Очень хорошая книга об очень плохих детях.

Вы думаете крошки — это ласковое название детей? Ошибаетесь! Крошки — это целая семья. Маргаритке Крошки — 12 лет, Кассиану Крошки — 11 и их сестрёнке Примуле — 10. Они совершенно очаровательные дети до тех пор, пока папа Крошки не приглашает к ним новую няню. Как только очередная няня — восемнадцатая по счёту — переступает порог их дома, Крошки становятся по-настоящему опасны…

«Книжка, которую родители потихоньку утащат у своих детей и будут читать всю ночь напролёт, накрывшись с головой одеялом» — британская газета «Санди Экспресс».

Для детей среднего школьного возраста.

Крошки, весь мир перед вами — лопух…

Примула, Кассиан и Маргаритка Крошки в теплой компании бывших грабителей путешествуют на роскошной яхте «Клептоман-2».

Страшный остров, населенный зловещими Лас Няньяс, встает у них на пути… Еще там есть Эль Гусано, Эль Генералиссимо, Эль Кок (Королевский МихаЭЛЬ там тоже, естественно, есть) и много разных прочих элей, но это так, к слову…

А главное — Милых Крошек ждет ужасное кораблекрушение (ну, к этому нам не привыкать), ужасный Фулкан, (неужасные) Пропавшие Дети Нянягуа, ужасный Централ с испанскими сапогами, смертельная схватка с ужасной (шепотом!) Великой (ох, кто это?!) и… — впрочем, баста, довольно, а то я уже сам запутался.

Короче: Милые Крошки были ОЧЕНЬ опасными. Теперь они стали ЧЕРТОВСКИ опасными и продолжают опаснеть каждый день. Так что давайте читайте книжку!

Третья очень хорошая книга об очень плохих детях.

Для детей среднего школьного возраста.

Популярные книги в жанре Триллер

Виктория Ли Вонг живет в огромном мегалополисе Загарасити, где правят суровые законы. Здесь даже за удовольствие можно поплатиться жизнью. Город будущего борется с перенаселением, клонирование органов стало обыденным явлением, послушные роботы заполнили рынок труда, а люди научились считывать чужие воспоминания. Тем не менее существование героини скучно и безрадостно. Неинтересная работа, отвратительное жилье – все, чего сумела добиться воспитанница детского дома. Единственное развлечение, которое она может себе позволить – вечеринки в дешевых ночных заведениях с выпивкой в одиночестве за барной стойкой. Однажды ее жизнь резко изменилась, казалось бы, в лучшую сторону. Появился молодой человек и новые друзья. Однако скоро Виктория откроет, что посетившее ее счастье не более чем иллюзия. Спектакль, где ей самой была уготована не слишком приглядная роль…

IT HAD ALL GONE TO HELL SO QUICKLY… Wilson shot a glance over his right shoulder at San Ramón. In addition to the blinking of anti-aircraft artillery guns, he could see clouds of smoke on the field from the numerous Slash hits. Breathing through his mouth, he concentrated on getting fast and maintaining a slight climb. Bright fireballs of AAA shot by him in groups of three and four, orderly trails from low to high. His body was tense, ready for impact.

He felt and heard the thud behind, on his right.

Terrified, he twisted his body in the ejection seat to see what he could, pushing his helmet and goggles with his left hand to see over his wing. Through the narrow field of view of the goggles, he sensed flickering behind him. He then felt the airplane yaw right. Both were signs he had lost thrust on the right side.

Sonofabitch!

Главный герой романа крепко сидит на таблетках. Он продает «эмоции» и занимает не последний пост в крупной компании.

У него есть жена-красавица, с которой он видится лишь в своих снах. У него есть любовницы, с которыми он воплощает в жизнь свои извращенные фантазии. Его окружают люди, невероятно похожие на него самого.

Он, казалось бы, счастлив жить такой жизнью…

Но что-то внутри героя начинает меняться, обнажая истинные причины пристрастия к таблеткам — его личной панацее. Случайные встречи, намеки — лишь начало пути, в который ему суждено будет пуститься, оставляя позади себя искалеченное прошлое и трупы тех, кого он когда-то любил.

В старинной усадьбе семейства Красновых случилось страшное событие — ночью, повешенными за руки, с отрубленными головами обнаружили Елену Краснову и ее жениха. Все подозрения сразу упали на тетю Елены — Элеонору. Ведь Элеонора ни на секунду и не думала скрывать своей ненависти к Елене.  За дело берется молодой следователь Поляков. При обыске в комнате Елены обнаруживают золотую подвеску. Владимир Поляков вызывает своего друга — ювелира. Тот сказал, что это настоящая подвеска, которая пропала в 50-е годы XIX века. Как эта подвеска оказалась в комнате скромной Елены? Кто и зачем так жестоко убил ее и ее жениха? Потом Владимир обнаружил еще и старинные картины. Тут ювелир, Дмитрий Зубов, вызывает своего друга — искусствоведа Варвару Стрельцову и она утверждает, что картины пропали в середине XIX века. Варвара и Дмитрий убеждают Владимира в том, что картины и подвеска напрямую связаны с жестоким убийством. Вскоре умирает и Элеонора и еще некоторые.… В итоге остаются двое. И один из них — убийца.  Но Владимиру предстоит разобраться не только с делом Красновых, но и с биографией Варвары Стрельцовой. Он узнает, что в прошлом она была прокурором. Но почему она ушла? И почему она это так тщательно скрывает?..

Истерика в мировых СМИ. Непонятно откуда возникшая громадная армия захватывает города и селения и образует новое государство. Солдаты правительственных войск в панике удирают от бесстрашных воинов черной армии Харизостана. Политические аналитики и известные комментаторы с экранов телевизоров наперебой гадают, кто скрываются за черными масками, в то время как тысячи молодых людей со всего света почему-то вдруг решили встать под флаги Харизостана. Эта книга предлагает проницательному читателю тайно совершить интересное путешествие в самое сердце Харизостана и разобраться в этом психологическом феномене.

Ничего не предвещало беды для женщин, которые окружали его. Мнимая любовь, недолгие отношения, смерть – все, что их ожидало. Максим не мог проиграть в этой игре, но они хорошо изучили правила. «Роковая масть» – это захватывающее продолжение триллера «ANTI_Lover».

Виктор Андрейчук, бывший инженер-атомщик, уходит на пенсию по спецсписку – ему еще нет и сорока лет. Находясь в Москве проездом, он встречается посреди улицы с девушкой – молодой мамой Женей с пятилетним сыном Ваней. Женя хочет нанять Виктора на работу в качестве папы для Вани – настоящий отец мальчика бесследно пропал два года назад О том, как справился Виктор с поручением, о судьбе его, Вани и Жени рассказывается в романе, написанном в жанре русского триллера.

Не спешите читать письма мертвого человека, ибо они могут изменить вашу жизнь. Любовь и измена, тайны и месть – все переплелось в остросюжетном детективе Вадима Ефимова «Шесть писем мертвеца». …В дальней командировке умирает супруг Кристины – богатый бизнесмен. Через несколько дней привозят гроб с его телом. Нотариус объявляет вдове, что ее муж оставил необычное завещание. Все наследство перейдет ей только в том случае, если в течение 40 дней она выполнит все требования покойного мужа. При этом нельзя предавать его тело земле. Кристина принимает условия, ведь мертвецы не могут приказывать. Неожиданно начинают приходить письма, написанные ее мужем, с необычными просьбами. Очевидно, что их пишет тот, кто хочет оставить ее ни с чем, ведь с каждым письмом она теряет часть наследства. Кристине предстоит выяснить, кто этот недоброжелатель, не потеряв при этом все состояние.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

П. ЛЬОЧЕВ

РАКОВИНА С ВЕНЕРЫ

Перевод с болгарского И. Мартынова

Для самого мистера Джекоба Кедигана было загадкой, что побудило его купить эту раковину. Он не был сентиментален и никогда не питал слабости к экзотическим безделушкам. Вероятно, во всем была виновата секретарша Кедигана, которая как-то мимоходом заметила, что контора его фирмы обставлена слишком аскетично. Может быть, в другой раз он и пропустил бы это замечание мимо ушей, но холодный блеск миндалевидных зеленых глаз мисс Клер давно уже смущал его покой. С другой стороны, магазин космических сувениров находился совсем рядом с его конторой, и продавец чуть ли не насильно всунул в руки Кедигана эту раковину за смехотворную сумму в десять долларов.

Как бы вы отнеслись к человеку, который тем только и занимается, что лишает покоя детские души? Нет, как хотите, а вы не сумеете убедить меня, что его цели заслуживают одобрения, тем более что занятие это стало у него какой-то манией. Он учитель начальной школы, и директор уже не раз делал ему внушения: еще бы, он тратит целые уроки на эти странные сказки, которые сам же и выдумывает с легкостью поистине невероятной. Только не подумайте, что его держат в школе из милости: редко встретишь такого знающего и компетентного учителя, как он.

Аркадий Львов

Человек с чужими руками

У профессора Валка были странности. Собственно, сам профессор был убежден, что именно у него норма, а странности, или, точнее, аномалии, у всех прочих. Под прочими разумелись не только его сотрудники, но и вся та часть человеческого рода, которая имела неосторожность отстаивать привычки, чуждые ему.

Работал профессор только стоя, у пюпитра, специально оборудованного для него. "Человек начался тогда, - неустанно повторял он, - когда вопреки воле творца ему удалось высвободить верхние конечности, чтобы с этим самым творцом состязаться. Но для чего высвобождать нижние конечности? Чтобы пользоваться задом? Заметьте, подавляющее большинство животных вообще не пользуется им, а остальные - в исключительных случаях. Кстати, поэтому они не страдают почечуем, то бишь геморроем, и малоприятными перебоями в великих актах диссимиляции".

Григорий (Аркадий) Львов

ДРУЖЕСКИЙ ШАРЖ

В конце октября неожиданно пришло письмо. Василий Игоревич Омельчук сообщал, что жив-здоров, что соскучился по Чадову и очень просит навестить, посмотреть новый завод. А кроме того - безмерно восхищен изобретениями Николая Константиновича, кое-что собирается внедрить в производство. Крепко обнимает, и прочее... Все расходы поездки завод, разумеется, берет на себя.

Чадов прочитал письмо дважды, расстроился и не стал отвечать...